Проект: "Возмездие" Книга 3.

Глава 7

— И вот за это я проливал кровь?

Трев поморщился, вновь ощутив, что его попросту развели и сумели подсадить на крючок, пообещав весьма туманную награду. После битвы, во многом благодаря толпе, глашатаю пришлось признать нашу победу и, как полагается, вручить награду, а именно «блок». Блоком на ВР-2 обычно называли квадратный кусок бетона, разделённый на несколько помещений, в которых ютились люди.

Он мог быть высотой в несколько этажей или едва возвышаться над землёй, оставляя лишь место для воображения. Тем самым, до тех пор, пока не увидишь здание воочию, так и не узнаешь, что стояло на кону. Не знаю, чего я ожидал и ещё тогда по глазам ублюдка должен был всё понять, но путь привёл нас в один из самых бедных районов всего ВР-2.

Большинство бы подумало, что он находится на окраине, у самой стены, где собираются все крысы, а по ночам пьянчуги яростно гадят по углам, но нет. На окраинах, отделённые от основного муравейника, находились частные блоки кланов. Хотя использовать это слово язык не поворачивался. Скорей, частные имения с прилегающими зонами.

Дело в том, что делить с остальными одну землю, и уж тем более воздух, для них считалось проявлением отсутствия вкуса и класса. На самом же деле ублюдки попросту брезговали общением с низшим сословием общества ВР-2.

Да и пёс с ними.

Блок моей ватаги находился чуть ли не в центре, если быть точнее, в самой его юго-восточной части. Здания в сердце ВР-2 были выстроены по кругу, с широкими улицами между слоями, образуя несколько густонаселённых колец. Все они обычно делились на торговые зоны, строго разграниченные между собой. В одних можно неплохо пообедать, в других закупиться хромом, а в последних хорошо провести время.

В нашем уголке можно было получить только заточкой под ребро или подхватить сифилис от местных шлюх. Когда глашатай говорил о награде, официально вписывая моё имя как лидера ватаги в качестве владельца, ещё тогда заметил в его глазах лёгкую издёвку. Списал тогда её на обычную усталость, но теперь всё стало понятно.

Десяток небольших блоков с сомнительными торговцами, больным мясником, который торговал железом хуже, чем на ВР-3, толстые и пьяные шлюхи, едва стоявшие на ногах, и куча расписных граффити во всю стену.

Наш блок, по словам местных, с которыми я успел перекинуться парочкой слов, в своё время ушёл под землю, и теперь снаружи осталась только крыша с единственной дверью, установленной на раме широкого окна.

— Ты просто не видишь перспектив! — спешно принялся оправдываться Трев, пытаясь отыскать хоть что-нибудь, что можно преподнести как победу. — Первый день на ВР-2, а у нас уже собственный угол! И вообще, мы ведь внутри не были.

— Если под паразитами, этот старый имел в виду гигантских тараканов, то я лучше буду спать на улице, — поморщился Приблуда. — Слушай, Смертник, раз Треву, при всей его «конструкторской» персоне, не хватает ума просто извиниться, то давай я скажу за него.

— Не надо, — коротко прошипел сквозь стиснутые зубы. — Башка болит.

— Ну тогда пошли посмотрим, что нас ждёт внутри? — предложил Трев и, почесав затылок, поинтересовался. — Кстати, Седьмую точно надо было так отпускать? Она ведь тоже сражалась, так что, в теории, часть блока её.

— Она сама сказала, что ей этого не надо. Пускай идёт, бегать не станем. Тем более она теперь знает, где нас можно найти. Ладно, пошли внутрь, пока у меня голова не развалилась на тысячи осколков.

— А я предлагал тебе к консоли заскочить и взять что-нибудь от боли, ну или победного пивка дёрнуть.

— «Дёргать» будем, когда действительно поймём, стоит ли праздновать победу, Приблуда.

— Смертн-и-и-и-к.

Дверь выдержала и не развалилась от первого прикосновения. Внутри оказалось довольно светло и просторно, что странно. На нижние этажи, или лучше сказать, этаж, вела одна винтовая лестница. Я пошёл первым, оставив Мышь стеречь вход, хотя на самом деле я боялся, что она не выдержит и рухнет под весом его тела.

Пахло жжёным деревом, пластиком и немытыми телами. Судя по десятку тлеющих костерков по всему помещению, теорию о гигантских тараканах можно сразу отсечь. Вот Приблуда будет счастлив! Однако теперь возникал другой вопрос: от каких это паразитов нам надо очистить блок, прежде чем даже начать его рассматривать в качестве нового дома?

Услышал шуршание во тьме и увидел, как в дальнем углу дёрнулась натянутая на двух стальных балках ткань. Кто-то здесь явно поселился, причём без разрешения, и этот кто-то точно обладал разумом, раз смог соорудить нечто подобное.

— Мрачно… — заявил Приблуда, видимо, глубоко внутри всё ещё ожидая гигантских тараканов.

Я спустился, ступил на твёрдый бетон и присмотрелся. По стене тянулась связка обшитых резиной кабелей, что уходила высоко к потолку. Достал из инвентаря фонарик Азалии, и одинокий луч света пронзил пустоту.

Послышался шорох множества шлёпающих по бетону босых ног и приглушённое рычание, больше похожее на звук работающей трансформаторной будки. Угрожающе выпустил клинок и провёл лучом фонарика по линии кабелей, пока не добрался до рычага.

Ну что, да будет свет?

Рассчитывать на то, что электричество всё ещё доступно на такой помойке — это предел мечтаний, но дёрнув за рычаг, я услышал далёкое жужжание, а затем на потолке одна за другой начали включаться лампочки. Одна, правда, не выдержав испытания временем или просто из вредности, решила покончить с собой и феерично взорвалась.

Убрал фонарик и с непривычки прикрыл глаза руками. Ладно, со светом разобрались, теперь насчёт местных обитателей. Множество мелких лачуг, собранных из всего, что попадётся под руку. Натянутые рваные тряпки, картонные коробки, железные арматурины, сбитые в клетки и согнутые пополам невиданной силой. И, по какой-то причине, ботинки. Очень много пар дырявых и жёваных ботинок.

— Пошёл отсюда на хер, говноед! — раздался чей-то высокий и очень противный голос, словно специально созданный для того, чтобы раздражать слух людей.

Я поморщился, ощущая, как от сказанных слов в подкорку будто вогнали дюжину ржавых гвоздей, и, стиснув зубы, зарычал.

— Чего непонятного? — голос послышался уже с другой стороны и на октаву выше. — Не уйдёшь — найдём мамку твою и без вазелина будем драть всей ватагой! Пошёл на хер!

— Пошёл на хер! — раздалось с другой стороны, а затем отовсюду, словно канонада, загремели голоса. — Пошёл на хер! Пошёл на хер! Пошёл на хер!

Ну всё, скоты, с меня хватит!

— Вылезайте, ублюдки, по одному! А хотя к чёрту, вылезли резко все сразу! Всех убью!

Трев краем глаза на меня посмотрел, видимо, думая, что часть моей ярости была вызвана и его поступком, и решив, что уж лучше на паразитах, чем на нём, вышел вперёд и демонстративно достал короткий клинок.

После того, как словесное оружие не сработало, канонада из голосов затихла. Я увидел небольшие комочки, укутанные в тряпки, которые сновали меж угловатых бетонных балок, поддерживающих всю конструкцию. Они передвигались слишком быстро, чтобы разглядеть их как следует, но когда шагнул вперёд, мне выдалась такая возможность.

Мелкий засранец ростом, пожалуй, чуть выше пятилетнего ребёнка, запрыгнул на меня и попытался вцепиться когтями в лицо. Я вовремя подставил клинок под его разинутый рот с мелкими, но острыми зубами, и, насадив его голову как арбуз, опрокинул на бетон и со всей силы пробил ногой грудную клетку.

Маленький, со светло-коричневой кожей, длинный крючковатый нос, на котором росла одинокая бородавка с единственным кучерявым волосом. Глаза практически отсутствовали, вместо них две чёрных пуговки, глубоко утонувшие в глазницах, и низкий покатый лоб. Гоблины! Настоящие, мать их, гоблины, правда, без характерного оттенка кожи. Мелкий засранец потянул когтистые лапы, и они, скользнув по ботинку, замерли в предсмертном спазме.

Твари посыпались со всех сторон. Они хватали первое, что попадёт под руку, и швыряли в нас, издавая противные писки. С верхнего этажа послышалось мычание, а затем тяжёлые шаги, приближающиеся к лестнице. Только этого ещё не хватало — быть похороненными в этом бетонном гробу вместе с воняющими карликами.

Увернувшись от просвистевшей у левого уха консервной банки, я решил, что с ними пора заканчивать. Тело ещё не отдохнуло после недавней драки, а мозг сигнализировал всеми доступными способами о том, что срочно требуется сон.

Короткий импульс выстрелил в висок, и я, скорчившись от боли, побежал вперёд. В лицо летело всё, начиная от жестяных банок и фантиков, и заканчивая железными арматуринами, которыми при достаточном усилии можно нанести неплохой урон. Правда, после боевых ежей и наёмников, мелкие засранцы двигались не так быстро, по крайней мере, пока я не оказался окружённый сразу несколькими.

Отсутствие скорости из-за коротких ножек они компенсировали ужасной прыгучестью. В момент надо мной проскочило трое, и я, успев схватить одного за ногу, со всей дури саданул об угол бетонной балки. Существо попыталось меня укусить, впиться в руку острыми когтями, но разница в силе была слишком велика. Одного удара хватило, чтобы не только перебить позвоночник, но и размозжить голову о серый бетон.

Кровавая клякса брызнула фонтаном, и гоблины на мгновение замешкались. Тактика, которую они выбрали против людей, очевидно, не работала, и твари решили прибегнуть к проверенному способу — «бей, беги».

Они собрались в общую кучку, оббежали вокруг колоны и всем скопом напрыгнули на Приблуду. Парень, ошарашенный тем, что на него надвигалась небольшая стая ростом не выше крупной собаки, сначала опешил, а затем оскалился, разбежался и пробил с ноги в толпу. Те, что не попали под удар Приблуды, запрыгнули сначала ему на ступню, а затем поползли вверх.

— С…к…а-а-а! — только и смог прокричать парень, судорожно отвешивая наэлектризованные пощёчины.

Оказавшийся рядом Трев прикинул, что меч, пускай и короткий, не самое лучшее оружие, чтобы помочь Приблуде, который слишком яро размахивал руками. Такими темпами, пускай и не с первого раза, он точно заденет напарника и уж после этого точно навеки запишет себя в извечные косячники. Дабы не множить ошибки, он убрал оружие в инвентарь и принялся срывать карликов с Приблуды, словно спешно разбирал достоявшую до лета новогоднюю ёлку.

Ну что за детский сад?

Мысленно выругавшись, я перепрыгнул через поваленную набок тележку на колёсиках и, разогнавшись, ударим клинком. Гоблины успели оставить на теле Приблуды несколько неглубоких порезов, но парню не привыкать. Ничего, шрамы обычно только украшают мужчину. Если, конечно, это не шрамы, нанесённые Кровниками. Тех ублюдков уже ничего не украсит.

Выжившие карлики спешно отступили к лестнице, видимо, осознав, что единственное спасение — наверху, но тут же передумали. Под характерный металлический лязг и грохот тяжёлых шагов спускался Мышь, а когда увидел удобную цель, стоявшую прямо под ногами, присел, хорошенько прицелился и прыгнул.

Парочка гоблинов всё же успела сбежать, но большинство превратилось в кровавый фарш, и дальше разрисовывая стены блока красным.

— Шлюха! Шлюха! — продолжать кричать один и бегать по кругу, как назойливый таракан.

— Пошёл на хер! Пошёл на хер! — кричал второй, прыгая с предмета на предмет, словно специально избегал холодного бетона.

Приблуда, утерев тонкую линию крови с лица, недовольно оскалился, сплюнул под ноги, схватил железный прут, прицелился и метнул. Не знаю как, но попал он точно в гоблина, когда тот перепрыгивал с куска бетона на самодельную хибару. Ублюдка перекрутило в воздухе и отбросило к стене, где тот медленно простонал и помер.

Последний всё же решил сбежать и, навернув очередной круг вдоль стены, попробовал перепрыгнуть через медленного ежа, но в полёте его тут же поймал Трев. Парень швырнул его на пол, наступил на грудь и добил коротким ударом меча.

— Вот же мелкие засранцы! — хлопая себя по плечам и отряхивая одежду, злобно выругался Приблуда.

— Всё же лучше, чем гигантские тараканы, — захохотал Трев, по-дружески хлопнув того по спине.

Приблуда остановился, поморщился, а затем, задрожав, начал отряхиваться быстрее. Кажется, на мгновение он представил, как вместо мелких гоблинов по его телу скакали бы разжиревшие насекомые. Картина не из лучших, поэтому он убедился, что все в порядке, и осмотрелся.

Конечно, не выгребная яма, но и не пентхаус. Достаточно места, чтобы всех разместить и подготовить расширение ватаги, но, с другой стороны, есть ли вообще в этом смысл? Если планирую вести агрессивное расширение — а несколько идей у меня уже зародилось — то любой, кто будет просиживать штаны на месте, сразу отправится в свободное плавание.

Приблуда схватил труп маленького гоблина за волосатую ногу и забросил в общую кучу. Сначала могло показаться, что он решил заняться уборкой, но когда гора из тел карликов стала достаточно высокой, парень подошёл, развернулся на месте и развалился как на мягком диване. Не то, чем бы я стал заниматься, особенно учитывая, как от них смердело, но, кажется, это финальное оскорбление значило для Приблуды не меньше, чем сама победа.

Он медленно выдохнул, закинул ногу на ногу и, заключив ладони в замок на затылке, заявил:

— Дыра, но теперь это наша дыра.

— Не, ну а что? У этого места есть потенциал! Разгрести тут всё, вынести, навести порядок. Поставить парочку диванчиков, может, даже установить бар вон в том углу. Починить освещение…

— Нагнать шлюх, пополнить запасы, — добавил Приблуда, одобрительно качая головой на слова Трева. — Только не из этого района. Те, что у лифта ошиваются, вроде ничего так. Надо будет, как ты там говоришь, Смертник? Провести тактическую разведку?

Мышь, хлюпая кровью на металлических ступнях, медленно приблизился и остановился недалеко от Приблуды, словно хотел принять участие в обсуждении. Я ещё раз посмотрел на ежа и всё никак не мог решить, понимал ли он вообще, что вокруг происходит? Иногда мог поклясться, что даже сквозь маску на меня смотрела пара разумных глаз, а бывали моменты, когда он пускал слюни, бездумно пялясь на обычную вывеску. Хотя вторых было намного больше.

Найдя более или менее уцелевший барный круглый столик на высокой ножке, я перевернул его в воздухе и поставил в центре помещения.

— Хм, символично, Смертник, символично, — всё ещё развалившись на горе трупов, закивал Приблуда. — Начало считаю положенным.

— Хватит хернёй страдать, — выпалил я приказным голосом, ощущая, как головная боль постепенно возвращается. — Нам предстоит ещё многое сделать.

Приблуда нехотя покинул свой трон, Трев хлопнул Мышь по плечу, и все собрались вокруг столика. Залитые кровью, уставшие, мечтающие о мягкой постели, но главное, преданные только мне и готовые действовать. А большего и не требовалось.

— Значит так, после прилюдного унижения назначаю Вицерона нашим главным врагом. Первыми не действовать, посмотрим, какова будет реакция, но она просто обязана быть. Так что аккуратнее среди Лотосов.

— Да, — согласился Приблуда. — После того, как ты его унизил, этот урод явно побежит жаловаться папочке, и думаю, попробует выдать что-нибудь эдакое. Может, даже нападёт на блок.

— Это вряд ли, — парировал Трев. — Может послать кого-нибудь, но чтобы сам? Сюда? Если я и понял что-нибудь из нашего короткого пребывания на ВР-2, так это то, что кланы ценят репутацию не меньше чем ресурсы, — вдруг Трев многозначительно посмотрел на меня и, покачав головой, продолжил. — Так что, если когда-нибудь, так, вдруг, соберёмся уничтожить один, то лучше всего начать именно с него.

— Стоп, стоп! Уничтожить клан?

— Об этом речи и не шло, — на полном ходу остановил амбиции парня, пока тот не загнал нас в очередную проблему. — Не отходим от темы. Я сказал, кланы не трогать до тех пор, пока они не атакуют первыми. Речь идёт исключительно о Вицероне, и когда он решит действовать, разбираться будем только с ним, так что к тому времени надо подготовиться. Мне не больше вашего хочется задерживаться на ВР-2, и будь моя воля, отдохнул бы, собрал ресурсы и пошёл дальше в сторону Кокона, но сначала нам нужна карта. Надо выяснить, ведут ли подземные ходы фронтира на первый рубеж, или они связаны только с третьим.

— Это раз.

— Это даже не “раз”, Прибуда, это пункт номер «обязательно сделать», к первому я даже близко не подошёл. На ВР-3 нам исключительно повезло, а я терпеть ненавижу, когда мне везёт. Так что такого больше не должно повториться. Прежде чем заняться выяснением способа, как можно добраться до первого рубежа, нам надо крепко стоять на ногах. Поэтому начнём с этого крысиного угла центра. Все, я повторяю, все — вплоть до последней шлюхи с финальной стадией сифилиса — должны беспрекословно признать нашу власть. Если кланы держат весь ВР-2, то мы должны держать как минимум этот угол и знать всё, что происходит вокруг. Это пункт номер «обязательно для выживания». А теперь к тому, как мы этого добьёмся.

Я перевел дух и продолжил:

— Я буду решать глобальные вопросы и заниматься продвижением. Ежедневные походы в КС всей ватагой и прохождение всего сценария за одно погружение. Поднять социальный статус минимум до наёмника, и меня это в первую очередь касается. В ватаге должны появиться свободные места на случай новых желающих. Плюс от будущих рейдов, трофеев и личных заработков в банк идёт двадцать пять процентов. Это относится ко всем, опять же, включая меня. Никто из вас даже не задумывается о том, откуда взять кибу на еду, одежду, чистку, шлюх или хром. Это всё моя забота. Единственная ваша — это заниматься расширением влияния и зарабатывать ресурсы. Вот здесь мы и приступаем к номеру «раз». Нам нужны люди.

— Рабы? — прищурившись, поинтересовался Трев.

— Нет, не рабы — люди. Раба можно посадить на цепь и заставить делать всё, что ты пожелаешь, из чувства страха. Нам нужны люди. Те, кто будет на вас шестерить. Они никогда не вступят в ватагу, так как ватага — это только для близких и проверенных людей. Они должны смотреть на вас беззубой улыбкой от уха до уха и понимать, что вот с этим человеком я заработаю кибы. А если нет? То зубов должно стать меньше. Как вы это будете делать? Уже не моя забота. Но банк ватаги должен пополняться каждый день хотя бы просто кибой. От этого зависит то, как быстро мы найдём путь на ВР-1, и какой хром сможем себе позволить.

— Значит, речи о захвате всего ВР-2 не идёт? — решил уточнить Приблуда. — А я уже себе напредставлял!

— Не идёт. Никаких привязанностей, никакой дружбы. На ВР-2 нас ничего не должно держать, и в случае чего, включая людей, мы сможем всё бросить и свалить дальше. Опыт третьего рубежа меня научил многому, особенно тому, что держаться надо только близких людей. Все, кто не в ватаге и не заслужил право в неё вступить, для вас должны быть безликими пешками. Чистый бизнес, ничего личного.

Повисла тишина. Трев, Приблуда, да и что уж там, и Мышь медленно впитывали информацию, пытаясь понять, что с ней делать. Ещё неделю назад мы были обычными наёмниками, считая каждую единицу кибы, а Трев вообще проводил всё свободное время в металлическом гробу. Теперь им предстоит взять на себя ответственность, за которую они потенциально могут быть убиты. Однако другого варианта нет, нам надо двигаться вперёд и наращивать ресурсную базу, прокачиваться и обрастать железом. На ВР бездействие равносильно смерти, и тысячи безликих зевак, ведущих бесцельное существование, лишнее тому подтверждение.

— Хорошо. Ну и чем займёмся?

Так, теперь надо всех расставить по своим местам. Они смотрели на меня, как на лидера, и ожидали соответствующего отношения. Ожидали, что я направлю их в нужном направлении и поделюсь опытом.

— Трев, ты всё ещё занимаешься хромом. Первым делом наведи справки и познакомься с местным мясником. Узнай, что он сможет предложить, где живут местные мусорщики, какой процент имеет и как на этом заработать. Также навести местного Некра и составь список цен и того, что он сможет предложить. Умасли, если надо. Убеди его в том, что если у него есть проблемы, то мы их сможем решить. Понял?

Парень молча кивнул.

— А я? — нахмурился Приблуда.

— А ты займёшься людьми. Язык у тебя подвешен как надо. Я переведу все свои ресурсы в банк, включая синту и наниты. Бери, если надо, подкупай, узнавай варианты заработка. Создавай свою небольшую сеть из шестёрок, готовых на любую работу, лишь бы платили. Главное, не забывай: количество потраченных ресурсов должны окупаться, а шестёрки жёстко подсесть.

— Тут бы Седьмая пригодилась, — произнёс Приблуда, задумчиво почёсывая подбородок. — Может, её всё же отыщем?

— Хочешь — ищи, но я бы дал ей пару дней прийти в себя. У девочки явно нерешённые психические проблемы, и пока к ней стоит просто присмотреться. Сейчас для нас она может быть опаснее, нежели полезнее.

— Понял, — кивнул тот. — Нагоню шестёрок, пускай блок приведут в порядок, а то эти гоблины уже начинают вонять.

— Они и так воняют, — поморщился Трев, а затем перевёл на меня взгляд и спросил. — А ты чем займёшься?

Я посмотрел на Мышь и ответил:

— От моего социального статуса зависят функции ватаги, поэтому займусь этим в первую очередь. Надо ещё наведаться в КС, сдать ежедневку и по пути записать нас сразу на рейд. Не факт, что возьмут, но надо постоянно висеть в списках. Как раз гляну, как там Азалия.

— А Мышь?

— Мышь в этот раз пойдёт со мной, есть на его счёт планы. Даю десять часов на отоспаться, прийти в себя, вымыться — и приступаем к работе. Всё ясно?