Проект: "Возмездие"

Глава 20

Всё оказалось намного хуже. Вечер подходил к концу, и небо затянуло чёрным полотном, нависшем над горящим ВР-3. Повсюду полыхал огонь, захватывал своими языками сначала хрупкие постройки, а затем оставлял лишь обугленные стены бетонных зданий. В отличие от обычного мародёрского акта, в этот раз всё выглядело совершенно иначе. Сложилось такое впечатление, что кто бы ни был в этом виноват, он преследовал исключительно другие цели, нежели чем обычный грабёж.

Охрана у ворот мертва. Забита насмерть чем-то тупым и тяжёлым. Я, конечно, не эксперт, но даже мне показалось, что тела лежали в неестественных позах, будто кто-то их специально выгнул уже после убийства и оставил костенеть. Огонь, не сумев перебраться на соседнее здание, какое-то время ещё горел, а затем превратился в тлеющие угли. Ещё раз попробовал обратиться к системе, заранее зная ответ, но она не позволила вызвать интерфейс. Второй раз за два дня! Это точно не может быть совпадением.

— Какой больной ублюдок способен сотворить подобное? — едва слышно прошептал Приблуда, привлекая моё внимание.

К высокому столбу освещения была прикована обнажённая девушка. Тяжело было сказать, сколько ей на самом деле, так как чёрные волосы закрывали лицо, от которого и так мало чего осталось. Больной ублюдок, как выразился Приблуда, перед убийством не просто поиздевался над своей жертвой, но и устроил настоящий кровавый пир.

Подвешена высоко, закреплённая верёвкой. Из распоротого живота свисали внутренности, а на лобке срезана кожа, формируя рану таким образом, чтобы та напоминала каплю крови. По всему телу жертвы множество синяков, сломанные пальцы и сорванные ногти. Кажется, она пыталась сбежать, и, судя по всему, над ней поработало сразу несколько человек.

Я, конечно, знал, что на ВР-3 живут далеко не ангельские создания, а конченые уголовники, но вот так? Положение тела, специально нанесённые раны до и уже после смерти. Всё это должно иметь какой-то смысл, какое-то послание для тех, кто это увидит.

Вдруг из догорающего дома вышел человек, натягивая штаны и звонко отрыгивая. Приблуда инстинктивно схватился за оружие и оказался прав. Наёмник, из бригады Кровников, если быть точнее. Он явно не заплутал сюда по ошибке. Парень с длинными взъерошенными волосами и сбившейся в колтуны бородой широко разинул беззубую пасть и выхватил из-за пазухи длинный нож.

— За Дьякона! За мессию системы! — прокричал он во всю глотку, и несмотря на численное превосходство с нашей стороны, бросился в атаку как дикое животное.

Я схватил сколотый кусок кирпича и, хорошенько прицелившись, швырнул наёмнику прямиком в лоб. Кровь хлынула фонтаном, голова качнулась так сильно, что чуть не сорвалась с шеи, а сам человек взмахнул руками, словно наткнулся на невидимую стену. Правда, вместо того, чтобы сдохнуть, он вновь закричал как умалишённый и побежал дальше.

Этого не может быть!

Пускай сила повышена не настолько, но по параметрам я превосходил обычного человека. Такой удар, причём прямиком в лоб обломком кирпича, должен был убить его на месте. Так бы и произошло, но упырь, кажется, посчитал, что вытекающая из отверстия во лбу мозговая жидкость — всего лишь небольшая царапина.

Он даже умудрился взмахнуть ножом, но видимо, клинически всё же был мёртв. Клинок рассёк пустоту в трёх метрах от Приблуды, и парень, злобно оскалившись, огрел того металлическим прутом по голове и добил на месте.

— Что это только что было? — выпалил напарник в сердцах, переворачивая мертвеца на спину.

— Не знаю, — прищурившись ответил я и осмотревшись добавил. — Проблемы…

— Я и сам вижу, что проблемы, но какого хрена здесь делает Кровник? И что за мессия системы?

— Дьякон, — Пропищал за спиной Брута Мышь. — Держит бригаду Кровников. Он у них своего рода фактический и духовный наставник. Все его называют мессией системы.

— И что он у них замесить должен? — поморщившись, спросил Приблуда.

— Меня больше удивляет, — решил я вмешаться в их разговор, — что ты об этом Дьяконе впервые слышишь. — Приблуда виновато опустил голову, и я продолжил. — Кажется, я знаю, что здесь произошло и, если прав, лучше поспешить к Санктууму. Думаю, там собралась вся королевская рать на защиту.

— А может, ну их, а? — воспользовался подвернувшейся возможностью, набравшись смелости, спросил Мышь. — Рванём подальше с ВР-3. Свобода ведь!

Как бы мне ни хотелось расстаться с этим местом и больше не видеть одни и те же рожи каждый день, уходить с ВР вот так, не имея ни запасов, ни информации о пункте назначения — равносильно самоубийству.

— Ты так и хочешь остаться рабом? — ответил вместо меня Приблуда. — Система рано или поздно очнётся, и ты всё ещё будешь обычным смертником. Типичное прицепное поведение. Вместо того, чтобы решать проблему, стараешься от неё сбежать и прицепиться как паразит.

Я сделал вид, что не заметил, как Приблуда цитировал мои собственные слова, и закончив бессмысленное обсуждение, мы направились в сторону холма. Правда, сначала придётся добраться до центральной площади, где находилось моё бывшее жилище, и уж потом завернуть на северо-восток и продвигаться дальше в гору к КС. В теории звучит не так уж и сложно, но это было лишь началом.

Чем дальше заходили вглубь, стараясь огибать особо бурные районы, тем больше меня потрясали масштабы увиденного. Кровники не просто убивали всех на территории врага, но, кажется, проводили какие-то извращённые, не побоюсь этого слова, даже больные на всю голову ритуалы.

Пару раз всё уже пришлось столкнуться с отдельно бродящими наёмниками, которые заметили наше появление лишь тогда, когда мой нож пронзал их бьющиеся сердца. Ещё при первой встрече они показались мне довольно странными. Ни капли страха, ни капли самообладания, пустая оболочка человека, наполненная лишь необъяснимой верностью некому Дьякону.

Также заметил, что большинство из них разгуливало с разной степенью законченности металлическими пластинами на лбу. У кого-то это был прибитый на скорую руку железный лист, от которого уже пованивало ржавчиной и гноем. Другие же могли похвастаться начищенными пластинами с редкими неглубокими бороздами. Однако объединял их общий факт, а именно наличие изображения растянутой буквы «икс», на кончиках которой находились четыре символа бригад, а на фоне выцарапанная надпись «ВР-3».

Какую бы цель они ни преследовали, в тот момент я решил, что от этих ублюдков лучше всего избавиться, и через минуту пути, оказавшись у центральной площади, оказался прав. Они вытаскивали рабов из подвала и складывали у огромного пожарища. Худые, многие из них всё ещё слепые, они не понимали что происходит и могли лишь жалобно верещать и молить о пощаде.

В ход пошли первые дрова. Кровники, выкрикивая незнакомые мне фразы, разбавляемые отчётливыми «За Мессию», «За Дяькона», «За мессию системы», хватали самых немощных и бросали их в костёр. Когда те, ощутив на себе языки пламени, старались выбраться, твари запихивали их обратно, орудуя ухватами с деревянной ручкой и железной основой. Будучи раскалёнными от огня, они не только справлялись с самими живучими рабами, но и прижаривались, отрывая кожу вместе с мясом. Остальных же упыри развешивали на столбах, заранее ломая тем кости и вспарывая животы лишь для того, чтобы искупаться в крови невинно истерзанных.

Заметил, что некоторых они всё же уволакивали в сторону района шлюх, а затем, видимо, к единственному бару с характерным названием «Бар». В углу, где раньше находился уличный лоток с лапшичным супом, с кляпами во рту и прижавшись спинами друг к другу, сидело с полдюжины наёмников Сервоголового. Парни с нескрываемым страхом в глазах наблюдали, как Кровники заживо сжигали рабов и вешали их на столбах словно скот, в ожидании, что они могут стать следующими.

— Смертник, — раздался за спиной шёпот Брута. — Господин, это всего лишь рабы, не обращай на них внимания. Принтер напечатает новых. Нам нужно идти.

— Срать я хотел на рабов, — зло прошипел Приблуда. — Рабы, не рабы, ты только посмотри, что эти суки творят. Устроили здесь настоящую скотобойню.

— Нет, — вмешался Мышь. — Был я на скотобойне, работал много раз. Туда тела уже мёртвые привозят и с мясом аккуратно обращаются. А эти просто сжигают и портят.

В тот же момент, не оборачиваясь, я саданул тыльной стороной кулака в челюсть Мыши, и тот сразу всё понял без слов.

— В любом случае, господин Смертник, их слишком много, мы не сможем со всеми справиться. Думаю, господину Сервоголовому или госпоже Азалии наша помощь окажется намного важнее. Этим, к сожалению, уже никак не помочь.

Огонь, который с каждым убитым человеком разгорался во мне всё сильнее, казалось, полыхал ярче пожарища, но слова Брута каким-то образом сумели вновь указать на нерациональность спонтанных эмоций и вернуть самообладание. Я медленно выдохнул, закрыл глаза и, услышав очередной вопль заживо сжигаемого человека, произнёс:

— Отставить, обогнём площадь с севера и поспешим на холм. Не останавливаться пока не доберёмся.

Звуки резни, приближающаяся ночь и буквально горящий район ВР-3 послужат достаточной маскировкой и помогут дойти без проблем. Правда, с другой стороны, ориентироваться в таких обстоятельствах — задача не из простых. Запахи смешались в гротескную палитру жжёного мяса, кислой прелости и обжигающего нос пепла.

Мышь спрятался за Брутом и старался не отходить от него ни на шаг. Приблуда не выпускал из рук металлический прут, который в данных обстоятельствах служил так себе оружием. Мой новенький имплант также не мог претендовать на эффективное вооружение, но я прекрасно понимал, что в предстоящей схватке всё будут решать боевой опыт и характеристики, нежели напичканное в тело железо.

Когда на холме появился полукруглый купол КиберСанктуума, за спиной раздался мощный хлопок, быстро переросший в настоящий взрыв. Я прижался к стене пустующего здания и, схватив Брута за плечо, рывком дёрнул на себя. Мышь остался стоять на месте, заворожённый тем, что казалось невозможно было увидеть на территории ВР-3.

Взрыв! Самый настоящий взрыв! Верхняя часть Башни, шпиль которой возвышался над всем районом, стала эпицентром мощного хлопка. Само здание устояло, и лишь верхние этажи были объяты пожаром, однако эффект происходящего оставил в худом рабе неизгладимое впечатление.

— Это ещё что такое? — прокричал Приблуда, указывая в сторону Башни.

Пока все пялились, как куски бетона разлетались по району, я заметил странно идущего человека, больше похожего на сгорбленную обезьяну. Из-за длинных волос, бороды и свободных одежд я не сразу узнал в нём ежа. Привычно торчащие на спине прутья, на которых они носили кибу и прочие материалы, были аккуратно спилены, а вместо них прикреплён тридцатилитровая пластиковая бутыль.

Он шёл на полусогнутых, неся на горбу неподъёмную ношу, и лишь изредка поднимал голову, чтобы построить себе путь. Мутная жидкость переливалась и булькала с каждым шагом, со стороны напоминая ту бодягу, которую гнали и разливали наёмники в местном баре. Мне понадобилось пару секунд, чтобы сложить два плюс два, но к тому времени из дальнего угла узенькой улочки раздался крик:

— Вали гада!

Два наёмника, среди которых я узнал ублюдка из ватаги Мышьяка, выбежали и бросились в атаку. Ёж резко остановился и, подняв голову, замер на месте. Они разделаются с ними за секунду, однако, судя по всему, их больше интересовала булькающая жидкость, нежели сам носитель.

Вдруг, когда они оказались в нескольких метрах от ежа, из-за того же угла вышла знакомая фигура, сжимающая длинный меч, а штрафник раскинул руки в стороны и закричал:

— Нет! Не хочу! Не надо!

Я сообразил слишком поздно, да и думаю, даже если бы была пара минут на бегство — это мало что изменило бы. Раздался очередной взрыв. Ежа разнесло на тысячи маленьких кусочков по всему ВР-3, а меня придавило чем-то тяжелым. Боль в правом боку от срастающегося перелома вернулась, а в ушах стоял такой звон, от которого хотелось выцарапать барабанные перепонки.

Не время себя жалеть…

Я нащупал бетонную плиту на груди и, глубоко вдохнув, медленно поднял, а затем с трудом выполз. Оказаться на ногах вышло не так уж и тяжело, правда, вокруг ни черта не видно. Пыль, чёрный как ночь дым и гробовая тишина. На мгновение показалось, что я попросту оглох, и звон в ушах – это последнее, что я услышу в этом богами проклятом месте.

Сквозь белый шум со всех сторон доносились человеческие крики, вопли и предсмертные стоны. Видимо, за волной взрыва последовала атака Кровников, и я оказался как раз в эпицентре всех событий. Попытался отыскать свою ватагу, но на крики никто не отозвался. На всякий случай, воспользовался имплантом и с интересом обнаружил, что в этот раз он сработал. Неужели старушка не полностью отвалилась и сохранила часть своего функционала?

Не успел я обрадоваться и ощутить себя не таким уж и безоружным, как сквозь поднявшуюся пыль раздался чей-то голос, и у моих ног оказалось тело Кровника с рассечённой грудью. Всё ещё живой. Не раздумывая, занёс ногу и перебил ему гортань, получив порцию удовольствия от этого убийства.

— Пух? Сотник? Вы где, с… — голос смешался с кашлем, и из плотной завесы пыли показался раненый Мышьяк.

Ублюдок держался за левый бок, откуда хлестала свежая, алая кровь. Видимо, Кровник успел засадить туда нож, чем заслужил мою благодарность, но не настолько, чтобы жалеть о совершенном поступке. Мышьяк выглядел не лучшим образом, но нечеловеческая злоба придавала ему сил и позволяла оставаться на ногах.

— Ты! — прошипел он, как ядовитая змея, и его глаза налились кровью. — Вот кто Кровникам путь открыл!

Поговорить так и не получилось, не то чтобы я сильно и хотел. Мышьяк бросился в атаку, словно пережитый взрыв и рана в боку ни капли не сказались на его состоянии. Я несколько раз прокручивал в голове сценарии, где мы с ним наконец сойдёмся в схватке. В одном я убивал его коротким и быстрым ударом, в другом, хорошо отдохнувши, мы бились в Яме на потеху изумлённой публики. В обоих случаях всё заканчивалось моей победой, но я и представить не мог, что в реальности всё окажется иначе.

Нырнул во внутренний карман куртки и, прикусив нижнюю губу, вспомнил, что убрал инъектор Некра в инвентарь. Чёрт, сейчас бы взбучка организму не помешала бы…

Мышьяк атаковал с силой и рвением разъярённого зверя. Всё что мне осталось – это отпрыгнуть назад и выставить имплант для защиты. Полуторный меч, по лезвию которого искрилась голубоватая энергия, кончиком коснулся моего клинка, передав часть заряда. По телу прошлась волна, охватывающая внутренние органы.

Сердце пропустило удар, и я осознал, что мне придётся реагировать быстрее, если хочу остаться в живых. Мышьяк рубанул ещё раз, а затем ещё и ещё. Он продолжал размахивать оружием, словно накачанный моим же инъектором и под стимуляторами Приблуды. Его помощь мне бы сейчас не помешала.

Не стал отвлекаться на поиски союзников, ведь секунда промедления, любое нелепое и неловкое движение будут стоить мне жизни. Краем глаза заметил, что противник перестал держаться за бок, откуда фонтаном хлестала кровь. Может получится его вымотать, пока не сдохнет от кровопотери? Нет, даже если перебить крупный сосуд, всё равно на это понадобится пара минут, и то, думаю, такая образина, как Мышьяк, будет сражаться и дальше.

Выродок не оставил выбора. Придётся убить его здесь и сейчас.

Привёл мысли в норму, ощутил, как всё тело охватила волна адреналина, и, увернувшись в очередной раз, решил контратаковать. Ублюдок двигался быстро, даже очень быстро для раненого наёмника. Однако его нечеловеческая выносливость и упорство говорили о том, что вместо скорости реакции Мышьяк вкладывал всё в силу и крепость тела. Новости хорошие — умру за один удар…

Мой клинок прошёлся по касательной, лишь слегка оцарапав плечо противника, и тот не глядя взмахнул своим оружием. Я промедлил, и кончик меча всё же задел мою грудь. По телу прошлась очередная волна вибрации, и горячая кровь медленно потекла вниз, впитываясь в футболку.

— Сука, тварь, убью! — продолжал кричать тот, тяжело дыша.

Я решил, что это мой шанс, и когда он в очередной раз разразился гневной тирадой и взмахнул мечом, отскочил назад, схватил с земли кусок бетона и прицельно швырнул тому в лоб. Мышьяк пригнулся, практически присев на корточки и оттолкнувшись обеими ногами, прыгнул вперед.

Чёрт, ещё бы два дня и несколько уровней сверху, и всё сложилось бы совершенно иначе. Однако ведомый ненавистью Мышьяк смог оказаться на ногах намного быстрее, и, как результат, его клинок прошёл в опасной близости от моей шеи. Я инстинктивно прижал несуществующую рану левой ладонью и, оскалившись, ударил в прыжке.

Мышьяк заблокировал атаку, и от мощной вибрации у меня закружилась голова. Пересилил приступ, схватил противника за запястье, контролируя движение его руки и, отступив в сторону, ударил пяткой в коленную чашечку.

Любой другой завыл бы на месте, но ублюдок оказался не из таких. Крепость тела укрепляла не только биологический скелет и плотность мышц, но и повышала болевой порог, помогая справляться с такими повреждениями. Хотя в его случае, я думаю, всему причиной была банальная ярость и горячка битвы.

Правда, с выбитой коленной чашечкой двигался он уже не так шустро, как раньше. Не стал жадничать и искушать судьбу и в два коротких прыжка разорвал дистанцию. В этот раз Мышьяк напал не сразу. Он поудобнее перехватил свой меч, одарил меня по-настоящему бешеным и звериным взглядом и лишь затем, заорав на весь ВР-3, прихрамывая, побежал.

Я рванул на встречу, заметив, как высоко он держал оружие. Удар должен выйти широким и тяжёлым, как раз для моей скорости. Так и получилось. Ублюдок замахнулся для высокого рубящего удара, а когда я с лёгкостью увернулся, он на полпути внезапно выпустил клинок из рук и, схватив меня за грудки, повалил на землю.

Мир перевернулся с ног на голову, но мне удалось дважды вонзить клинок ему в печень, прежде чем Мышьяк меня пересилил и придавил обе ладони к земле своими ручищами. Я оказался в безысходном положении и впервые за всё время пребывания на ВР не видел выхода.

Ублюдок смаковал каждую секунду, растянув пасть в злобной улыбке. Попытался изогнуться и с помощью бёдер перебросить его на бок и добить одним ударом, но он плотно зафиксировал моё тело ногами и не давал сдвинуться с места.

— Ну что, Смертник, добегался? — самодовольно прошипел тот после того, как лбом разбил мне нос. — Вот и всё, теперь ты сдохнешь, как должен был сдохнуть ещё в первый день. Мямля неплохую долю заносил, но теперь даже дело не в нём. Я просто хочу тебя убить!

— Одной хотелки мало, Мышьяк. — прохрипел я в ответ, сплевывая кровь. — Признайся, тебя закусил факт, что я сумел обвести тебя вокруг пальца и стать наёмником. Ты упустил свой шанс, когда я казался обычным и никчёмным рабом. Проще говоря, я тебя кинул, а ты молча сожрал и даже не поперхнулся.

Кажется, сработало. Мышьяк на мгновение отвлёкся и ослабил хватку. Мне удалось освободить правую руку, и ни секунды не раздумывая, я погрузил большой палец в его глазницу и надавил со всей силы. В этот раз ублюдок не смог сдержать рёва. По запястью потекла горячая кровь, а сам наёмник подался назад и, выхватив из-за пояса нож, занёс для удара.

Чёрт, слишком быстро! К тому же, плотный захват противника никуда не делся. Я подался влево, вправо, надавил сильнее, но Мышьяк, ослеплённый яростью и ненавистью, заорал и занес нож выше.

//Внимание

//Сняты ограничения, наложенные протоколами системы

//Отсутствует обратная реакция системы

//Нет отклика

//Жизнь пользователя под угрозой

//Запуск агрессивных протоколов защиты пользователя

Мышьяк на мгновение замер, словно его парализовал нейротоксин, а затем выронил нож и схватился за голову.

Ещё никогда в жизни я не слышал, чтобы человек так кричал. Ублюдок катался по сырой земле и сжимал голову, словно она вот-вот взорвётся. В его голосе одновременно сливались вопли предсмертной агонии, крики мольбы и звериный рёв. Тысячи острых игл пронзали его мозг, и из всех отверстий потекла красная жидкость, превращая тело человека в кровавое месиво.

Я с трудом перевалился набок, ощущая, как в правом виске пульсировала нестерпимая мигрень, и сам схватился за голову, не в силах больше терпеть эту боль.

Мышьяк недолго мучился. Через несколько секунд предсмертной агонии он протяжно заревел и замер навеки. Я попытался открыть глаза и ещё раз взглянуть на свою жертву, как вдруг ощутил невыносимую тяжесть в голове и, медленно выдохнув, потерял сознание.

//Внимание//

//Получен сигнал

//Отправка

//Удачно

//Сигнал о местонахождении отправлен в Город-Кокон

//Обнаружен потенциальный «Курьер»

//Приняты соответствующие меры

//Отправлен отряд для расследования

***

Тяжёлая дверь поддалась не сразу, но Бруту всё же удалось её открыть и забежать внутрь. Он старался перевести дух, периодически выглядывая наружу и пытаясь понять, куда подевались остальные. Ещё секунду назад он стоял рядом со Смертником и думал, как тот поступит дальше. Брут давно перестал гадать, заключив для себя, что разум этого человека отличался от других.

Он вспомнил, как пережил странный взрыв. Вспомнил звон в ушах. Вспомнил, как чьи-то голоса приказывали схватить полуголого раба. Смертника рядом не было, как не было и Приблуды и Мыши. Ему пришлось позорно бежать. Бежать, чтобы сохранить собственную шкуру и попытаться отыскать человека, ставшего ему другом.

Снаружи раздавались звуки битвы. Кто-то умирал, кто-то проклинал своего убийцу, а кто-то восславлял загадочную для всех систему. Крепкий и наивный раб мало чего понимал и даже не старался осознать истинную природу этого явления, однако в одном он был уверен: надо как можно скорее найти Смертника и убедиться, что он в порядке.

Через несколько секунд парень всё же сумел отыскать в себе толику храбрости и, ещё раз выглянув наружу, наметил путь к соседнему зданию. «Передвигаться лучше короткими перебежками и спокойно осматривать окрестности», — решил он для себя. Смертник, пожалуй, самая яркая фигура этого района ВР-3, и он где-нибудь рано или поздно, да появится. Возможно, ему даже удастся отыскать Приблуду и Мышь, хотя до последнего ему не было дела.

Парень досчитал до трёх, оглядевшись, коротко перебежал к соседнему зданию и оказался внутри. Дверь в этот раз поддалась без особых усилий. Внутри пахло мертвечиной, причём не первой свежести. Откуда здесь этот запах и где источник, Брут искать не стал, и вместо этого принялся взглядом искать Смертника.

Вокруг было тихо, если не считать звуков смерти. Возможно, ему удалось избежать взрыва, и он отправился прямиком к КиберСанктууму? В конце концов, жизнь Азалии намного важнее, чем жизнь раба. Брут подумал, что скорее всего Смертник так и поступил, и, наметив новый маршрут, вбежал в здание.

Перед его лицом просвистел ржавый клинок, и он не сразу понял, что держала его старая знакомая. Парень отскочил в сторону, отбежал в дальний конец комнаты и прижался спиной к стене.

— Лита? — произнёс он, не веря собственным глазам.

— Чёрт, — выругалась она, осматривая Брута с головы до ног.

— Что ты здесь делаешь? Нет, не имеет значения, главное, что ты жива! — он встал, подошёл к девушке и с улыбкой добавил. — Я рад, что ты в порядке. Я переживал и думал, что эти животные снова тобой воспользуются… Прости, знаю, что ты не любишь об этом говорить.

Лита действительно не любила, и, отведя взгляд в сторону, коротко цокнула и ладонью отбила его руку:

— Какого хрена ты здесь? Бегаешь за своим новым хозяином?

Брут качнул головой.

— Скорее, пытаюсь его найти. Ты не видела Смертника? Может, встречала его на пути, хотя бы издалека.

Лицо Литы помрачнело, а сама девушка опустила взгляд и отрицательно покачала головой.

— Ладно, главное, что ты жива, и это уже что-то. Вокруг творится настоящий ад, так что, думаю, нам лучше держаться вместе. Так сподручнее будет. Найдём Смертника, а потом укроемся на холме. Он пообещал, что поможет с повышением статуса. Даже тебе! Так что держись рядом, договорились?

Брут подошёл к двери и, приоткрыв её, выглянул наружу. До КиберСанктуума оставалось не так далеко. Если им повезёт, и они не наткнутся на Кровников, то смогут добраться за полчаса, максимум сорок минут. Он приблизительно наметил путь и проговорил, не оборачиваясь:

— Держись рядом.

Лита всё это время стояла, опустив голову и погружалась в собственный маленький мир. Никому не известно, чем она там занималась и о чём размышляла, когда оставалась наедине с собой. Но выйдя из недолгого транса, она крепко сжала рукоять окровавленного ножа и, вонзив клинок ему в спину, едва слышно прошептала:

— Прости… https://author.today/work/473019 - продолжение