Первый Артефактор семьи Шторм #6

Глава 25 Когти и кровь

Александра Валерьевна Воронова, постаревшая и ослабленная встречей с Богиней Жизни, всё равно чётко и жёстко командовала своими людьми. Алые глаза пылали такой яростью, что никто не рискнул спросить, что за бабушка вдруг появилась посреди лагеря.

Как минимум, в лицо уж точно, особенно в присутствии Суворова, который отдавал резкие дублирующие приказы, управляя ситуацией, как опытный водитель внедорожником, который слетает с дороги.

Демоны разделились на несколько групп и быстро прорвались по параллельным улицам на запад. Несколько зданий оказалось уничтожено, блокаду разметали. Крупный отряд вышел прямо на лагерь и начал уничтожать его со скоростью саранчи на июльском поле.

Десяток человек погибли, не успев понять, что произошло, но их тела моментально отбросили в сторону. Демоны рвались к центру лагеря. Словно знали, куда идут.

Воронова бросила короткий взгляд на осунувшееся тело Анны, больше похожее сейчас на мумию, прикинула в голове, и тут же выпустила множество лезвий из ветра и перьев.

Людей, даже сильных одарённых, эта атака разрезала бы на куски, размазав по асфальту кровавой лужей. Однако демоны лишь притормозили, довольно рыкнули, и пошли дальше, больше не отвлекаясь на других.

Они шли точно к Вороновой и телу Анны. Видимо она им очень нужна для каких-то явно неприятных целей, решила Княгиня ветра. Если та действительно была богиней — а спорить с очевидными вещами Воронова отвыкла очень давно — то такой «ресурс» для демонов может оказаться крайне полезен.

Поэтому его ни в коем случае нельзя отдать врагам.

Так что Воронова сделала то, что могла в этой ситуации: вместо того, чтобы бесполезно атаковать демонов, она ударила со всей силы по телу Анны. На мгновение ей показалось, что лицо Богини изменилось и стало похоже на Светлану Яровую.

Рука Вороновой дрогнула на секунду, магический удар пришёлся чуть в сторону, взрыхлив землю и расколов асфальт. Мелкий щебень полетел в стороны. А когда пыль осела, демоны оказались рядом с ней.

Сразу двое атаковали её с разных сторон, взмахивая тяжёлыми мечами и прикрывая себя наручами и нагрудными доспехами. Будь перед ними обычная старушка, нашинковали бы и не заметили. Но Княгиня ветра даже в такой ситуации оставалась собой.

Алые глаза вспыхнули ярче, ослепляя демонов, а острые и твёрдые как сталь лезвия из перьев встретили вражеские клинки.

Три чёрных ворона вспорхнули с её плеч, поднялись на небольшую высоту, после чего спикировали, целясь в глаза идущим следом демонам. Те попытались отмахнуться, но толку не оказалось: вороны врезались в морды иномирцев, вгрызаясь клювами в мягкие ткани.

Один демон заверещал, другой зарычал, нанося удары наискось по ворону. Магическая птица, получив несколько оплеух, исчезла, осыпавшись горстью перьев. Но лицо демона уже было изуродовано клювом, а один глаз оказался выбит.

Двум другим повезло больше, и они быстро справились с птицами, даже тот, что верещал. Остальные взяли Воронову, Суворова, стоящего рядом, и тело Анны в кольцо, игнорируя — и отшвыривая на приличное расстояние, — всех остальных в лагере.

— Отдай трофей. Тебе не нужно тело, алая — прохрипел один из демонов, судя по особому наплечнику — командир отряда. — Командор подарит тебе жизнь за трофей.

Сказав это, он хлопнул себя в грудь, видимо показывая, кто здесь командор.

Воронова сплюнула густую тёмную слюну. Голова кружилась, руки слегка тряслись, но Суворов стоял рядом и поддерживал женщину.

— Что ж вы стали такими вежливыми, — сказала она, держа спину прямо и сверля глазами командора демонов. — Стоило получить по рогам…

— Достойный воин заслуживает уважения, алая — перебил её командор. — Отдай трофей. Зачем тебе труп? — как бы безразлично пожал он плечами.

Остальные демоны в это время переминались с ноги на ногу, выставив перед собой оружие. Несколько отталкивали и убивали тех, кто пытался подойти.

Воронова приказала всем отойти.

— Пр-равильно, — гортанно отметил командор. — Отдай трофей и мы не станем убивать больше, чем надо.

Воронова прикрыла глаза, будто просчитывая риски и смиряясь с тяжёлым, но необходимым решением. Вздохнула. Услышала пару тихих смешков от обычных демонов.

А затем распахнула алые глаза, резко выдохнула, от чего мощный поток ветра сдул двоих демонов, что стояли ближе всего к ней. Затем она выхватила из ножен, закреплённых на бедре, короткую шпагу, которая блеснула серебром и синими рунами.

Сине-серая изогнутая полоска, точно повторяющая танцующие движения клинка, сорвалась со шпаги и ударила по демонам. Двое сразу же лишились головы.

— Это вам за Анну! — рыкнула Александра Валерьевна. — А это, — она уколола ринувшегося на него командора, — за моего внука!

К ней присоединился Суворов, который также достал артефакты и начал гораздо успешнее, чем раньше, отбиваться от врагов. Люди, которые ранее отступили по приказу Вороновой, снова бросились на помощь, атакуя втроём одного демона.

Под крики, звон оружия и предсмертные хрипы, Воронова услышала тонкий звук надежды: радостный рёв людей и панические крики демонов.

Но возраст, который она теперь не могла скрыть, сделал своё дело: она уже устала, потеряла бдительность, когда отвлеклась на своих людей. Раненный только что командор демонов, нанизанный на шпагу, как бабочка на иглу, резко шагнул вперёд.

Шпага вошла ещё глубже, испуская холодную ветренно-ледовую ауру, но демон этого словно не замечал. Из его груди валил пар, жёлтые глаза горели неприятным светом, а рука уже заносила меч для удара.

Воронова не успела отреагировать. Её рефлексы, отточенные годами молодости и практики, не успели сработать в старческом теле. А Суворов был занят, прикрывая спину.

Меч опустился, вонзаясь в плечо женщины. Она услышала хруст, влажный «шмяк», а затем тонкий крик.

Прежде, чем отключиться, она с удивлением поняла, что этот крик принадлежит ей самой.

Кирилл Тамбовский замер с жезлом в руках и активированным на предплечье копьеметателе своей собственной модификации. Только он был уверен, что этого не хватит против Атерона, высшего демона.

Будь здесь только обычные демоны, даже гвардейцы и одарённые, шансы бы у них были, причём высокие: Суворова с защитными армейскими артефактами, которые мерцали по сторонам; какое-никакое артефактное оружие; рунические пули, которые мягко тлели в обоймах автоматов. Плюс оружие самого Кирилла и Ангелины, вместе с их опытом.

Но Атерон… С ним не смогли справиться Сергей и Привалов, причём оба — боги! Сами боги, которых все считали вымершим давно видом, не смогли победить одного демона! Что уж делать ему, обычному человеку?

Ещё хуже было то, что как только появился Атерон и «поздоровался», Ангелина осела на землю то ли без сознания, то ли впав в панику. Потому что оружие — свою иглу из божественного льда и меч с гравировками от самого Шторма — она выронила со звоном на асфальт.

Теперь она походила на куклу, у которой кончился завод прямо посреди улицы.

— Её отец меня убьёт, — задумчиво протянул Кирилл. И тут же хмыкнул: — Сразу после Шторма.

Демоны в квартале остановились, пропуская Атерона вперёд. Кирилл слышал от других, что почему-то демоны не атакуют толпой, если вперёд выходит их начальник. По словам Шторма и Кефира — странного лиса, который умеет менять размер и разговаривать, — выше Атерона в их мире демона сейчас нет. Он главный по захвату мира.

И сейчас он остановился перед ними, оставив за спиной свой отряд. Кирилл подобрался, когда демон заговорил:

— Люди. Сдерживающие нас цепи пали. Теперь у вас нет шансы. Подчинитесь и будете жить. В стойле, как положено, но останетесь живыми.

Люди Анны Петровны Суворовой за спиной промолчали, лишь активировав защитные и атакующие артефакты. Кирилл не стал исключением, почувствовав, как завибрировал в руках жезл.

Он знал, что Шторм бы отчитал бы его за подобную конструкцию и прищепил бы два пальца чем-то тяжёлым. Но сейчас Тамбовский понимал, что выбора нет. Поэтому готов был рискнуть.

Атерон оглядел замерших перед ними людей и ухмыльнулся.

— Возможно хоть кто-то из вас знает то, что нужно мне. — Он брезгливо посмотрел на Ангелину. — А то эта мелкая не в курсе.

В следующую секунду он одним прыжком переместился к людям, промчался мимо Кирилла, который успел разглядеть вздувшиеся вены на руках и множество подзаживших шрамов. И врезался в Егора Пламенева, сбивая того на землю.

Пламенев ударился головой об асфальт, дёрнулся и потерял сознание. Атерон тут же обернулся, схватил когтистой лапой Суворову за голову и приподнял над землёй. Женщина закричала от боли, попыталась вырваться, но тут же получила свободной рукой демона.

— Успокойся, мне нужна только твоя память, — «успокоил» Суворову Атерон.

— Стреляйте! — хрипло приказала Суворова, но её люди, даже подняв стволы, не смогли выстрелить в начальницу.

— Слабаки, — презрительно сказал Атерон, после чего махнул своему отряду: — Уничтожить недоумков.

Демоны с рёвом рванули вперёд, на засуетившихся военных артефакторов.

Кирилл принял решение не оказываться между молотом и наковальней, поэтому, как учила его Виолетта, решил отойти в сторону. Разумеется, он прихватил Ангелину. Девушка оказалась удивительно тяжёлой, а ведь ещё приходилось тащить её оружие, стараясь не воткнуть его Ангелине или себе в бок!

За спиной схлестнулись волны людские и демонические, в воздух поднялась кровавая взвесь. Выстрелы сменялись звоном артефактной стали, а крики демонов — рёвом людей.

Всё смешалось и только Атерон возвышался над всеми, как массивная статуя, продолжая удерживать одной рукой брыкающуюся с каждой секундой всё слабее Анну Суворову. Он, чуть прикрыв глаза, сиял фиолетово-красными оттенками, явно используя Дар контроля.

Он сказал, что проникал в память Суворовой. Также он проникал в память Ангелины, но в итоге ничего не нашёл. Что ему нужно? Кирил быстро пытался сообразить.

Единственное, что он точно понял ещё с плена, что Атерона интересуют артефакторы. Разумно, ведь они представляют угрозу для демонов. Ангелина не ответила на его вопрос. А что случится, если Суворова, точнее её память, ответит?

О подобных перспективах Кирилл старался не думать. Лучше не расхлёбывать последствия, а предотвратить их.

Кивнув самому себе, он опустил Ангелину так, чтобы никто не замечал её за деревом. «Хорошо, что город зелёный», — подумал он, поднимая руку с жезлом.

Магический концентратор загудел, наливаясь ярким цветом, собирая силу самого Кирилла и конденсируя ту, что находилась в воздухе. А её там было предостаточно, потому что магия и артефакты сверкали, как фейерверки в Новогоднюю ночь.

Тамбовский почувствовал, как начала греться рукоять, и поморщился: на семь секунд раньше, чем по расчёту. Шторм точно бы настучал по голову за подобную неэффективность.

Но Кирилл, как и Шторм, прекрасно знал, что эффективность определяется по конкретному параметру, а не внутри сферического коня в вакууме. А сейчас главная эффективность — максимальная ударная мощность.

Жезл раскалился, напитываясь энергией по самое не могу. Кирилл уже с трудом держал концентратор, опасаясь, что выронит его в самый ответственный момент. Он даже чувствовал запах палёной плоти, но не отпускал, продолжая вкачивать энергию.

Это была ставка на один удар. Чтобы не дать узнать секреты артефакторов и, если повезёт, сильно ранить высшего демона. На большее Тамбовский не рассчитывал.

Как бы ни стебался над ним Шторм за его подход к гравировке рун, они все были посчитаны. Просто иногда в расчётах были неточности…

За две секунды до того, как плотный горячий шар сорвался с жезла, Атерон почуял неладное. Демон приоткрыл глаза, оглядывая местность поверх боя, который кипел между людьми и демонами. Причём бой, в котором появилось некое подобие равновесия, и никто не мог взять верх, пока главный демон занимался своими делами.

Но теперь Атерон смотрел на Кирилла и его взгляд не сулил ничего хорошего. Только вот реализовать свои молчаливые угрозы демон не успел: шар сорвался с жезла, с грохотом и воем, наматывая на себя демонов и некоторые артефакты, рванул вперёд.

Кирилл рухнул на колено, выкинув жезл. Потрескавшееся оружие стукнуло об асфальт с глухим звуком и раскололось на три части, как кусок стекла.

Несмотря на это уже было поздно: два пальца сгорели до кости, а на кисти появились чёрные, похожие на корни или молнии, ожоги, медленно ползущие вверх к предплечью. Спустя пару секунд боль дошла до мозга, от чего потемнело в глазах.

Несмотря на это, Кирилл поднял голову и сквозь слёзы посмотрел вперёд. От увиденного руки опустились: Атерон стоял там же, продолжая удерживать Суворову за голову. Женщина уже перестала двигаться, обмякнув в его руке.

При этом высший демон выставил вторую руку, и шар плотного Дара быстро вращался в его ладони, как живой мячик. Было видно, что рука потемнела от жара, что пальцы обуглились, но Атерон не обращал на это внимание.

— Человечек. Это было глупо. — Атерон рявкнул ближайшим демонам: — Убейте пацана! Сейчас же! И с этими идиотами заканчивайте!

«Идиоты» в лице военных артефакторов наоборот ощетинились изо всех сил и принялись месить демонов, прикрывая стоящего на коленях Кирилла. Тамбовский не чувствовал правую обгоревшую руку — она скрылась в плотном облаке боли и пульсации, мешая думать, анализировать и воевать.

Но несмотря на это он попробовал отползти назад, но ноги плохо слушались. Стоило ему приподняться, как в голову грохнуло подобно колоколу Храма богов, раскалывая череп и небеса на девять равных частей. Кирилл плюхнулся на попу, судорожно тряся головой и пытаясь прийти в себя.

Он понял, что тело сдало и сейчас идеальный момент, чтобы его убить. А если он погибнет, то кто прикроет Ангелину? Да Шторм его с того света достанет! Вместе с Виолеттой!

Каково же было его удивление, когда он смог прочистить глаза и осмотреться, что на земле оказался не только он, но и почти все дравшиеся: и демоны, и люди. Все ошалело трясли головами, нащупывали оружие, слепо оглядываясь по сторонам.

Только Атерон стоял прямо, но опустил руку, от чего Суворова оказалась на коленях перед ним. Пальцы продолжали сжимать череп женщины, виднелись окровавленные волосы, но фиолетово-красное свечение исчезло.

Атерон смотрел куда-то на восток, туда, откуда они пришли, и в его фигуре Кирилл впервые заметил какое-то напряжение и беспокойство. Словно он вспомнил, что забыл дома выключить утюг, а теперь почуял запах дыма издалека.

Люди и демоны вокруг начали приходить в себя, зазвякало оружие, послышалось первое рычание, причём невозможно было разобрать, кто рычит громче: люди или иномирцы.

— Что там происходит? — тихо прорычал Атерон, а через секунду с воплем выпустил Суворову.

Его руку пронзил концентрированный луч света, который прожёг запястье, разбивая сустав и уничтожая сухожилия. Точный удар, расчётливый. Такое может только настоящий инженер. И артефактор.

Демон отпустил Суворову, схватил запястье, прижимая к себе. К женщине тут же подскочил Егор Пламенев, который, судя по всему, пришёл в себя, пока остальные дрались друг с другом.

Его обычно прикрытый повязкой глаз сейчас сверкал, как огранённый бриллиант, и из него сыпались тёплые, как солнечный свет, искры. Металлическая окантовка была глубоко утоплена в глазницу, но даже так было видно сияние. Кирилл чувствовал, что внутри глаза Пламенева пульсирует огромная энергия, намотанная на катушку.

— Отходим! — приказал Егор, таща в сторону начальницу.

Артефакторы, заметив, что Суворова больше не в руке демона, начали подтягиваться к Пламеневу, надеясь организованно уйти.

Кирилл оглянулся на Ангелину, которая всё также бессмысленно смотрела перед собой. Ноги парня не держали, но оставаться здесь было смерти подобно. Поэтому, несмотря на невероятную боль в руке и слабость в ногах, он попробовал поднять девушку.

Её глаза затрепетали, она тяжело вздохнула, огляделась. Красивое лицо резко нахмурилось, раздался выстрел Армагедца: она прибила демона среднего роста, который подкрался к зазевавшемуся Кириллу со спины.

— Я много пропустила? — сказала она, опускаясь на асфальт и помогая встать Кириллу.

— Есть немного, но сейчас…

Он не успел закончить, как раздался рык и крик. Обернувшись, Тамбовский увидел, как кровь толчками выходит из живота Егора Пламенева. Он висел над землёй, а когти Атерона вошли ему в спину, выйдя через живот.

— Ты куда-то собрался, глазастый? — просипел высший демон. Люди вокруг замерли и побледнели.

И тут издалека донеслась громкая музыка.

От автора:

Какая музыка? Ищи в комментариях:)