Первый Артефактор семьи Шторм #6

Глава 11 Разговоры по душам

Когда я подозревал Черкасова в божественности из-за его стойкости к Контролю, я был относительно спокоен. Потому что если бы он действительно был богом, то это заметили старички Смерть и Жизнь.

Но они ничего не увидели.

— У нас есть не только боги, но и полубоги? — почти простонал Кирилл, прикрывая глаза рукой. — А может я сошёл с ума и лежу не на непонятном складе, а в комнате с мягкими стенами и меня уже кормят вкусными таблеточками?

— Был опыт? — не удержался я от шпильки.

Кирилл раздвинул пальцы и обжёг меня взглядом.

— Сергей Иванович, — медленно, очень медленно и осторожно обратился Черкасов. — Как так получилось?

— Да, Шторм? Когда ты научился плодить полубогов? Вроде он не твой сын, чтобы по крови передать силу? Запрещённые ритуалы проводил? Или облучил его радиацией, в надежде, что вырастут дополнительные руки, а вместо этого он получил усиление Дара?

Кефир яростно брызгал слюной, стучал лапами по полу и выглядел как зверь, готовый вцепиться мне в горло. Но в его словах прозвучала подсказка.

— Кровь, говоришь? — задумчиво спросил, заставив его заткнуться.

— Только не говори, что ты его отец… — с безнадёгой в голосе просипел лис. Черкасов — тот самый невероятный и улыбчивый Черкасов — побледнел.

А я засмеялся. Громко, открыто, весело. Аж слёзы потекли.

— Кровь, да? — говорил я сквозь смех. Пытался сдержаться, но не мог, аж живот заболел.

— Да что с тобой, Шторм? — неожиданно резко рявкнул Привалов, и смех сдуло.

— Ух, спасибо, — вытер слёзы и стряхнул на пол. — Всё гораздо проще. Думаю, ты помнишь, как я ставил тебе экзоскелет, — обратился я к Черкасову.

Мужчина нахмурился, от него повеяло опасностью.

— Что ещё за экзо… — начал Кирилл, но его проигнорировали все.

— Тогда было много крови, — вспомнил Черкасов. Его голос звучал глубоко и даже медитативно. — Врачи кричали, что вы убьёте меня. А вместо этого, — он ухмыльнулся, — вы что-то сделали и кровь превратилась в…

Он защёлкал пальцами, пытаясь подобрать слово.

— Хех. В Артефакт.

Меня пронзило озарением. А ведь он прав! Демон его побери. Я действительно сделал так, что его кровь стала частью артефакта.

Из-за долбанных врачей, которые не дали провести ритуал нормально, случилось кровоизлияние, и мне пришлось проводить подготовку на крови вне его тела. Сформировался рунический круг и на короткое время кровь действительно стала «обычным» артефактом.

А кто напитывал этот «артефакт» энергией? Верно, бог. Пусть ещё и незаметный тогда. А кровь — своеобразная жидкость. У неё иные правила работы в сравнении с металлами и кристаллами. И вот как вышло.

— И что это нам даёт? — спросил я у Кефира.

— Одну фишку он уже просёк: как и ты он меньше подвержен Дару Контроля. Не полная защита, но лучше, чем у многих.

Лис сел на попу и сложил передние лапы на груди. Кирилл чуть с кровати не упал от вида.

— Его основной Дар восстановился до прежнего уровня, верно? — спросил Кефариан, и Черкасов обратил взгляд внутрь себя. Затем кивнул:

— Даже чуть выше. — Он покосился на меня: — Не был уверен, что мне не кажется, поэтому молчал. Помнил, что вы говорили.

Да, по идее он терял примерно тридцать процентов своей силы из-за экзоскелета, но мог жить и действовать дальше, как обычный человек и Одарённый, а не прикованный к постели овощ. В таких случаях редко жалуются на усталость.

А вот получается, что мой Дар, мой пустой, слабый Дар, помноженный на бессмертие бога, позволил ему превзойти себя несмотря на ранение.

— Ну и третье: его эффективность в чисто божественных делах, будь то борьба с демонами или поддержание кокона вокруг мира, сильно выросла. Он действительно теперь может помочь нам прогнать Атерона и закрыть разрыв.

Черкасов покосился на меня и кивнул:

— Можете рассчитывать, Сергей Иванович.

— А усилить его с помощь того метода, о котором говорил Шторм возможно? — слабым голосом спросил Привалов.

Кефир ещё раз посмотрел на Антона, по его шерсти пробежали искры.

— Скажем так: Минздрав не рекомендует этого делать. Хомячок может и выживет, но лапки ему в процессе оторвёт.

Лис облизнулся, будто представляя, как будет лопать бедного хомячка. Хотя, если в его роли будет Черкасов, не уверен, что Кефир справится. Особенно теперь.

Я видел, как выпрямилась спина Черкасова, как он расправил плечи, а на лице появилась ранее неизвестная печать. Он поверил, что жизнь изменила его и эти изменения — на благо. И судя по морщине между бровями, он готов проверить себя в деле.

— Сутки на подготовку, а затем — пойдём на разведку боем, — сообщил я и все, в том числе Привалов, кивнули, принимая. — План обсудим на свежую голову утром.

Небеса снова смешали все карты, забрав козырной туз, но поделившись козырным королём. Учитывая обстоятельства — не такой уж плохой размен.

За оставшееся время я смогу подготовить пару артефактов. Полную боевую мощь я себе не верну, но думаю ребята поделятся своими запасами.

Но первым делом я зашёл к Ангелине.

Девушка лежала в отдельной палате и смотрела в окно. За ним ничего не было видно кроме металлического щита с внешней стороны, но она разглядывала его так, словно это был прекрасный пейзаж.

За эти дни она повзрослела. Её величественная красота стала отчётливее, но и холод свойственный её внешности стал заметнее. Небольшой шрамик справа от губы едва был заметен на фоне бледно кожи, но всё равно привлекал к себе внимание.

Я сел рядом с ней и поцеловал. Прямо в этот шрамик.

— Так заметно? — спросила она, не поворачиваясь.

— Он делает королеву не только красивой, но и боевой.

Наконец она повернулась. В её глазах плескалась тоска и страх.

— Я ничего не могла сделать, — прошептала она вдруг предавшим её голосом. — Только стоять и чувствовать, как его воля пронзает мою голову. Словно он снёс хлипкую дверь в дом и, несмотря на крики хозяев, — она скривила губы, — шарится по ней в поисках самого ценного.

Я молчал, давая ей выговориться. Уже жалел, что не пришёл раньше, что не смог поговорить сразу, но столько дел навалилось, да и сам я был едва живой. Лишь пару раз заскочил проведать и обнять.

Сейчас это звучало как оправдание, поэтому я просто сжал её руку в своей.

Ангелина, не замечая этого, продолжала:

— Он переворачивал всё вверх дном, искал что-то и не находил. Он просматривал мои детские воспоминания! То, что даже я забыла! Но откидывал это как бесполезный мусор! — она перешла на крик и вдруг расплакалась.

Я прижал её к себе, и она уткнулась мне в плечо, сотрясаясь в тихих рыданиях.

Максим говорил, что раны Демидовой глубже и не связаны с телом. Что ей нужна другая помощь. Теперь я видел, какая именно.

— Контролёр, что скажешь? — спросил я у самого себя.

Бог Контроля заворочался в своей темнице.

— Ты бы ослабил бы цепи, я смог бы посмотреть внимательней, — сказал он тусклым голосом.

— Хорошая попытка. Ты часть меня, так что глянь и ответь: как мы можем ей помочь.

Я почувствовал, как он закатил глаз.

— Что не сделаешь ради паствы, — сказал он наконец. — Или ты с ней планируешь наплодить ещё полубогов? — ехидно уточнил он.

— Помолчи и работай. Может Атерон оставил в ней какие-то крючки, ловушки.

Настрой Контролёра резко изменился. Видимо упоминание Атерона на него так действует.

— Положи руку ей на затылок и направь немного Дара в её сторону. Едва-едва.

Я уже понял, что использовать Дар контроля я не могу. Он, скажем так, моё пассивное умение: защищает, позволяет замечать. То ли потому, что бог внутри меня лишь малая часть, то ли потому, что мой энергетический центр не приспособлен к этому атрибуту.

Но я сделал как просил Контролёр, остужая лёгким ветерком голову Ангелины. Она постепенно затихала, словно я проветривал не только волосы, но её сознание.

— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что не бросил там.

Она выдохнула и мягко обмякла. На мгновение я испугался, перехватил её руку, нащупал пульс. Фух, на месте. Просто уснула.

Прозвучал удивлённый голос Контролёра:

— Ты не поверишь, но этот идиот ничего не оставил. Никаких крючков, триггеров, ловушек и скрытых приказов. Только жуткое нервное истощение и напряжение в гипофизе.

— Может ты не видишь чего-то? Всё-таки ты, кхм, не в форме.

Контролёр усмехнулся:

— То, что ты не в форме, разве помешало тебе создавать артефакты, Шторм?

— Понял, не лезу. Но ведь это странно.

— Думаю причина проста, — предположил Контролёр. — Он просто не успел. Он искал что-то конкретное, что-то связанное с артефактами, но не увидел, после чего психанул. Или был уверен, что вы никуда не денетесь теперь, или планировал просто убить.

Крупная дрожь прошла по рукам, а ладонь превратилась в кулак.

Медленно уложил Ангелину на подушку, поправил одеяло. Полюбовался расслабленным выражением лица, мягко скользнул пальцем по шрамику рядом с губой.

— Я помог расслабить гипофиз, ты охладил Дар, так что она сможет отдохнуть, — сказал Контролёр.

— Спасибо, — ответил ему.

— Спасибо на хлеб не намажешь, — хмыкнул он. — Лучше бы замедлил свой цикл перерождения, а то переварит меня быстрее, чем закроешь разрыв.

— И что тогда?

— Как что? — удивился он. — Навсегда останешься на этом уровне и не вырастешь как бог.

Я остановился у дверей. Сердце пропустило удар.

— Что ты сказал?

— Ты слышал, — спокойно ответил Контролёр. — Для того, чтобы поднять свою силу как бога, нужно привлекать энергии других миров. Стать, хотя бы на мгновение, больше других. Думаешь, почему мы так долго и мирно существовали ранее? — Он явно имел ввиду старых богов этого мира. — Потому что мы создали идеальную оборону. Единственным способом вырасти было поглощение других, но, когда нас осталось всего девятеро… Скажем так, воевать стало слишком опасно.

Я положил руку на ручку, пытаясь осмыслить услышанное.

— Так что, если ты хочешь подняться со своего второго ранга, — в его голосе прозвучала откровенная издёвка, — сначала позволь тебе помочь принять энергию другого мира. А затем уже закрывай разрыв полностью.

— Ты говоришь о помощи. Почему ты решил, что без тебя у меня не получится?

— Потому что это нужно делать в момент закрытия разрыва. А на два процесс тебя не хватит, даже с артефактами. Даже с помощницами в виде бога и полубога. А если ты отвлечёшься от закрытия разрыва, то ты то выживешь, чужак, а вот остальные — нет. Ты знаешь слово откат?

Конечно знаю. У каждого действия есть противодействие. Фундаментальный закон физики и магии.

— Вот его и получат твои друзья.

— И что ты предлагаешь?

— Я закрывал разрывы. Много лет назад, — в его голосе мелькнуло самодовольство. — И получал оттуда силу. Ты заметил, что демоны неплохо владеют контролем, да? Так что у меня есть опыт получения энергии оттуда.

Я вышел из комнаты и пристроился в углу, чтобы не привлекать внимание. Ребята, кто проходил мимо кивали, но не отвлекали от мыслей. Все готовились к завтра.

— Предположим, я верю тебе. Но тебе какой смысл мне помогать? Или думаешь при помощи силы другого мира взять моё тело под контроль.

— Да с тобой бесполезно срастаться! — рыкнул он, а затем моментально заговорил спокойным голосом: — Ты полностью заместил душу в этом теле, стал единым целым с ним. У меня был шанс его захватить, тогда, во время нашего разговора…

— Разговора? — вспомнил я бой внутри самого себя. Но Контролёр не обратил на меня внимания.

— … но сейчас понимаю, что мой контроль продержался бы не долго. Слишком уж ты быстро врос в ткань этого мира и стал его частью. Ты сейчас с ним лучше контактируешь, чем я, который является его сутью.

Его последняя фраза заставила меня насторожиться, в голове начало что-то щёлкать, но Бог Контроля не дал мне поймать мысль:

— Так что мой резон в том, чтобы ты стал сильнее и смог защитить мой мир. А благодаря усилению и твоим навыкам артефактора, а также способности создавать полубогов, могу предположить, что скоро ты запустишь конвейер по производству богов. Бог обычный, три штуки, — казённым голосом закончил он.

— Ещё скажи, что хочешь вселиться в моих детей, — получилось злее, чем планировал.

— Я рад, что ты умеешь смотреть в будущее, Шторм. Хотя много мне не надо, хватило бы одного.

Повинуясь моей воли древо перерождения сжало Контролёра и тот пискнул.

— Ладно-ладно, не кипятись. Шутка и правда дурацкая. — Я чуть ослабил хватку. — Ты мне просто создашь новое тело, и я в него смогу переселиться.

— Создать тело? — ошалел я. — Я разве похож на Бога Жизни с сильным уклоном в Дар Крови?

Контролёр хмыкнул:

— Поверь, с этим у тебя не будет проблем. Когда придёт время.

— О чём болтаете? — влез в наш разговор третий собеседник.

Учитывая, что мысленно со мной могли общаться только двое, то этим третьим оказался Кефир.

— Да вот старичок слегка сбрендил, — сообщил я, — просит, чтобы я помог ему создать новое тело. Представляешь? — со смешком рассказал я.

Зато Кефир, усевшись рядом со мной в уголке, посмотрел на меня очень серьёзно и спросил:

— А ты сможешь?

— Вы сговорились? — даже разозлился я. — Я артефактор, не бог жизни! Я не умею выращивать тела в пробирках и без них.

— Но кровь в артефакт ты превратил, а Черкасова — в полубога, — констатировал Кефир, не отводя взгляда.

Я махнул рукой и встал со стула.

— Прекратите нести чушь. Металлы, камни, кристаллы, дерево, кости — вот мой основной материал. Кровь Черкасова — случайный побочный эффект при работе с материалом атрибута крови, не более.

— У обычных людей в побочных эффектах венерические заболевания или проблемы в рабочем коллективе, а у него — полубоги. Забавно, — ровным голосом сказал Контролёр, а Кефир закивал ему в такт.

— Идите нахрен! — заявил я, выдвигаясь в сторону центра склада.

Только вот в голове засела мысль: а как создать тело? Возможно ли? Сразу вспомнился мой недоделанный проект в подвале дома, но я отогнал эти мысли.

Сейчас нужно сосредоточиться на реальных планах, а не на дальних мечтах.

Пётр Меньшиков, натянув шляпу поглубже на глаза, стоял в тени деревьев и наблюдал за военным лагерем.

Странно было видеть такое количество оружия, Дара и скрытой агрессии на малом участке земли в родной столице. Казалось, земля начнёт плавится под ногами, но та почему-то терпела такое издевательство.

Меньшикова тянуло сюда. Мимо охранных постов, мимо внимательных глаз. В самый центр лагеря. Туда, где находился центр всего.

Пётр поправил ещё раз шляпу, глубоко вздохнул. Сделал шаг вперёд и тут же шагнул назад. По спине потекла ледяная струя пота.

Он увидел то, ради чего стоял тут уже почти сутки.

Под конвоем из трёх одарённых мужчин на край лагеря вышли две женщины.

Издалека их можно было бы принять за мать и дочь, которые обсуждают какие-то свои женские дела. Прада, если приглядеться, то становилось видно, что женщины не похожи.

К тому же, что делать матери и дочери в военном лагере посреди ночи? Любые пошлые мысли отметала камуфлированная одежда и тот факт, что у каждой на поясе висит по артефактному кинжалу — этого Меньшиков с недавних пор стал чувствовать на интуитивном уровне.

Но кроме оружие этих двух женщин объединяло ещё кое-что. Пётр не удержался и шевельнулся, чем моментально привлёк внимание женщин. Мужчины же ничего не заметили.

Теперь на него, спрятавшегося в тени, смотрели две пары горячих алым глаз. Их взгляды словно пронзали темноту и видели то, что скрыто от других.

Женщина постарше приказала и двое охранников рванули вперёд, к деревьям, под которыми стоял Меньшиков.

Однако, когда они добежали, его и след простыл. Только слегка примятая пожухлая листва вокруг ствола ясеня.

Меньшиков обошёл здание, выглянул с другой стороны и увидел профиль Роксаны. Несколько секунд он просто наблюдал, и вдруг онан вздрогнула, словно почувствовав его взгляд. Медленно повернула голову.

Их взгляды встретились: красные глаза смотрели прямо в чёрные, и никто не мог ни отвернуться, не заговорить. Хотя, какой разговор, когда между ними почти квартал.

Спустя десять секунд Меньшиков приподнял шляпу, прощаясь с любимой, и пошёл по улице прочь.

Никто его не окликнул, не позвал, не попросил остановиться. Да даже если бы это случилось бы, он не отреагировал бы.

Он знал, куда зовёт его зов и понимал, чем это закончится. Но прежде, чем прыгнуть демону в пасть, ему нужно было закончить все дела.

Осталось ещё одно. И его тёмный Дар, который всю жизнь служил ему верой и правдой, вёл его по тёмным улицам города туда, где ждала последняя не решённая задача его прошлой жизни.

Как только он покончит с ней, он сможет пойти навстречу той судьбе, что ему уготовили небеса, девятеро и хрен знает кто ещё.

Но первым делом стоит покончить со Штормом. Кем бы он ни был, но все проблемы начались с него.