Первый Артефактор семьи Шторм #6

Глава 15 Боль прошлого

Демоны, которые лишь минуту назад готовы были нашинковать меня на маленьких Штормов, сейчас сами больше походили на лепёшки. Не очень аппетитные, но всё же лепёшки.

Ну или отбивные.

Мне тоже досталось, но всё же в разы меньше, чем этим бедолагам. Да, я немного жалел демонов, потому что они попали под Дар песка и ветра.

Потрогал синяк на боку и перестал их жалеть.

Песчаная буря Черкасова всегда пугала и давила, но теперь, когда он стал полубогом, его Дар, помноженный на артефакт экзоскелета, становился невероятной сдерживающей и размазывающей мощью.

— Отскребывать не буду, — довольно сказал Черкасов, выходя на улицу. До этого он скрывался в тенях неподалёку.

— Сами уберут, — согласился с ним. — Надеюсь ребятам удалось выполнить свою часть плана.

В ту же секунду над парком ввысь поднялся огненный смерч, которого не постеснялся и Князь Огня. Однако по плану он должен быть далеко отсюда!

Напрягая глаза, использовал Взгляд артефактора и присмотрелся. Огненный водоворот казался чем-то необычным и в то же время знакомым. Словно я уже видел подобное заклинание.

— Бабушка! — воскликнул я, вспомнив торнадо из перьев.

Почерк заклинания очень походил на подход Александры Валерьевны, только стихия была другой.

Додумать мне не дали, поскольку из парка выскочил ещё один отряд демонов. Если раньше против меня, судя по ощущениям, выходили обученные войска, то теперь перед нами стояла гвардия.

Массивные доспехи с черепами разных существ, причём человеческие были только в самом низу. Мечи с длинными широкими клинками, по которым пробегали всполохи Дара. Артефакты?

Быстрый анализ успокоил: просто хорошее оружие, через которое лился Дар владельцев. Однако это не отменяло опасности: опытные, судя по движениям, воины, обладающие Даром, в отличной экипировке.

Их тринадцать против нас троих.

— О, давно хотел свести счёты с вами, — спокойно сказал Черкасов, разминая руки, делая лёгкие приседания. Выглядело форменным издевательством. Прекрасно. — Не спешите, подходите по одному!

Демоны даже не переглянулись и ринулись на нас ровным строем, походящим на клин.

— Используем артефакты! — рявкнул я, вскидывая Армагедец и запуская первое копьё с копьеметателя.

Его легко отбил первый демон-гвардеец своим мечом, не сбавляя темпа. Остальные мчались за ним.

За три метра до нас клинки гвардии налились алыми всполохами, и жуткая энергия красными молниями заветвилась в нашу сторону. Громкий треск сообщил о том, что очередная сфера неуязвимости потеряла пятьдесят процентов заряда.

Кефир встал за моей спиной, готовый бросится на врага, я сжал в руке кинжал-меч. Мгновение до столкновения растянулось, превратилось в кисель.

Нужно дать ребятам ещё время. Отвлечь ещё больше внимания. Пусть демоны разделятся: одни уйдут к нам, а вторые — к огненному торнадо. А тем временем…

Взрыв, казалось, потряс не только землю, но и небеса. Дохнуло жаром, прошлась волна горячего воздуха. Парочка демонов споткнулась, но за счёт продуманного строя никто не упал.

Но всё же нападающие остановились, а затем отшагнули назад, разрывая дистанцию. Они не сводили красные и чёрные глаза с наших лиц, ожидая подвоха или хотя бы крика: «Смотрите, за спиной!»

Мы молчали. Молчали и они. Только грохот длился несколько секунд.

После чего настала оглушающая тишина, а моё сердце сбилось с ритма, пропустило пару ударов, от чего я хрипло втянул воздух.

Кефир за спиной заскулил, как от боли.

— Что случилось⁈ — мысленно крикнул Кефиру.

— Не знаю… Но кажется, этот взрыв уничтожил разрыв и… — он замолк, а я прикрикнул:

— Что⁈ Что и⁈

— Я не уверен, но мне кажется, — забормотал он, прижимая уши к голове и шипя на оживших и готовых к новой атаке демонов. — Мне кажется, что я больше не чувствую остальных артефакторов.

— Они… они умерли?

Кефариан промолчал

Я отбил первый выпад, отводя меч демона в сторону и обжигая подмышку демона огнём Армагедца. Тот заревел и выронил меч. Кефир вспорол ему горло одним ударом мощной лапы.

Черкасов придавил к земле пятерых, но остальные словно заранее почувствовали такой поворот и успели рассредоточиться до использования Дара. Теперь они обходили нас с фланга и тыла. Пришлось обернуться к ним, пока Антон занимался другой пятёркой.

В этот раз демоны-гвардейцы сократили дистанцию очень быстро и сразу начали наносить удары оружием и Даром. Что-то я парировал, что-то отражали сферы неуязвимости. Но их запас стремительно таял, и вот я уже пропустил удар по ноге и по ней заструилась тонкая кровавая линия.

Словно почуяв кровь — а может действительно почуяв, — демоны усилили давление. Удары сыпались со всех сторон и буквально через пару минут я был ранен в нескольких местах, всего с парой щитов и всего тремя свежими трупами.

Демоны-гвардейцы оказались менее восприимчивыми не только к Дару, но и к артефактам и даже божественной энергии. Из-за этого мы быстро уставали, завязнув в бою.

Единственная радость была в том, что пока к нам не слали подкрепление. Оставшиеся семь демонов-гвардейцев справлялись. А значит время переходить к следующей части плана.

— Отходим! — приказал я, начиная постепенно отступать под ударами демонов.

Через несколько шагов я оказался рядом с Черкасовым, а Кефир и так крутился и огрызался вокруг меня. Как раз в момент приказа о прокусил плечо одному из демонов, от чего тяжёлый меч выскользнул из огромных пальцев.

Только вот не упал меч на землю: демон, не обращая внимания на Кефира, демон перехватил оружие другой рукой и врезал лису по лбу рукоятью. Кефариан тут же отпустил зубы и отскочил назад, пытаясь свести глаза в нужное положение.

Ему не дали прийти в себя, повалили на землю. Я переключился на мгновение, кидая в его сторону артефакт. Занесённый для удара меч демона с резким звоном отскочил от возникшей стены. Это дало Кефиру нужные мгновения.

Зато я пропустил почти такой же удар рукоятью в челюсть, и мир вокруг моргнул на мгновение. Этого хватило, чтобы у меня из руку выбили нож, а затем пронзили живот.

Боль заполонила сознание, а живот, казалось, взорвался как сверхновая. Демон задел какой-то нервный и очень болючий пучок.

Рефлекторно я отмахнулся, испытывая жуткую смесь страха, боли и гнева. Раздался протяжный крик, который затих вдали. Затем меня ещё раз укололи, но теперь в бок, и я автоматически взмахнул рукой. Раздался влажный хруст.

Спустя ещё пару мгновений раздался низкий гул и тело моментально разогрелось, будто рядом поставили печку. От боли я не мог сконцентрировать взгляд, но судя по типу и мощи энергии, к нам заглянул бог Огня.

— Ну что, набегался? Что у вас там произошло, огненный? — едва слышно просипел я, когда Черкасов медленно взял меня на руки, отнёс куда-то и опустил на землю.

Если он может так сделать, значит основная опасность миновала.

Приоткрыв глаза я увидел деревья, кусты изгороди и лёгкое мерцание вокруг: Черкасов поставил щит против прослушки и для маскировки.

Кирилл Привалов был бледен, только эта бледность не походила на магическое истощение. Скорее так бледнеют люди, когда знают плохие новости. И им нужно их сообщить другим.

— Шторм, там…

— Что случилось с Огненным пауком? — слабым голосом спросил я. — Не узнаю вас в гриме.

Кирилл сморщился, на щеках появились красные пятна гнева. Не будь он таким бледным, даже бы не заметил, что он так проявляет эмоции. Но всё-таки это помогло ему собраться.

— Как ты меня бесишь, Шторм.

— Всегда пожалуйста.

Привалов дёрнул подбородком, покосился на Черкасова, будто оценивая его силы, после чего на мгновение закрыл глаза и вздохнул.

— Взрыв огненного торнадо уничтожил разрыв.

Уничтожил? Просто взрыв?

— Теперь понятно, почему так тряхнуло, — сказал Кефир, чтобы его слышали все.

— Получается, что нам не нужно было мучиться с ручным закрытием, а просто следовали его сразу бомбануть? — спросил я.

Пока мы говорили, я достал сферу из голубого кальцита. Не ту, в которой были заключены зелёные кинжалы, но ту, в которой тоже было немного Дара Подорожникова. Лечебная энергия полилась, останавливая кровь из бока, живота и на ноге.

От боли в срастающемся нерве я дёрнулся, будто меня уже взорвало.

— Нет. Это не очень хороший вариант. Разрыв может схлопнуться, а может вывернуться наизнанку. Тебе повезло, Привалов, что после твоего торнадо не взорвалась вся столица и ты с ней в придачу, — покачал головой Кефариан.

Лицо Кирилла вдруг стало жёстким, неприятным. В глазах полыхнуло оранжевое пламя, а из кулаков вырвались длинные горячие когти.

— Это был не мой торнадо! — крикнул он.

Черкасов, молчавший рядом, от его выкрика аж потряс головой и поковырял мизинцем в ухе. Да и мне слегка заложило уши.

— Тогда чей? — вопрос Кефариана повис в звенящий после крика тишине.

Привалов сдулся, опустил голову.

— Сестра. Роксана.

Теперь настала моя очередь удивляться:

— Неплохо она усилилась с нашей последней встречи. Видимо уроки брала у моей бабушки.

Привалов от этой фразы почему-то дёрнулся.

— Ты даже не представляешь, насколько ты прав, — сказал Привалов. — Благодаря ей её проблема, — он провёл рукой по глазам, намекая на алый цвет глаз Роксаны, — стала преимуществом. Старая карга… в смысле Воронова…

— Её здесь нет, так что лучше Александра Валерьевна, а то вдруг услышит.

Кирилл кивнул, словно само собой разумеющееся.

— Александра Валерьевна, — он покосился на Черкасова, как на главного подозреваемого, — помогла раскрыть её потенциал. И Роксана смогла вызвать такой торнадо.

— А что она там забыла? И где она? Не верю, что огненный Дар не защищает от своих же заклинаний!

— Я увидел, как она туда побежала, решил догнать.

— Ничего нам не сказав.

Кирилл проигнорировал мою ремарку:

— Я не успел узнать, что её туда привело. Торнадо задел разрыв и захлопнул его.

Мы с Кефиром переглянулись, а затем приблизились к Кириллу на шаг:

— Ты не договариваешь.

Привалов рыкнул, от чего пламя вырвалось из его кулаков, сжигая соседний кустарник. Ну вот, городским службам придётся ещё и здесь восстанавливать зелёные насаждения.

— Она провалилась в разлом. Как и другие.

— Кто другие? — не понял я, чувствуя, как сердце сжимает холодная ладонь.

— Ребята, — зашептал Кирилл, — артефакторы. Они провалились в разлом, а после этого он захлопнулся. Я видел, как они упали в мир демонов!

Несколько секунд его слова доходили до моего мозга. Словно какая-то защита делала всё возможное, чтобы смысл этой фразы как можно дольше оставался непонятым. Слова висели в воздухе, как прилипшие к паутине мухи, слабо трепеща крылышки.

А затем появился паук осознания. Вцепился в сказанное, выдернул кишки смысла, оторвал крылышки надежд и представил внутреннюю правду во всей неприглядной красе.

— Ребята провалились в мир демонов?

— Да.

— И разрыв закрылся за ними?

— Да.

— И всё из-за твоей сестры?

Кирилл замолк, но ответа и не требовалось.

Внутри меня поднялась буря. Дар ветра начал скручиваться в спираль, формирую воронку настоящего шторма. Гремели мысли, сверкали образы, я прям видел, как мои друзья падают в бездну и оказываются на территории врага. И выхода больше нет.

— Это верная смерть, — прошептал Кефир, закрывая уши передними лапами и раскачиваясь. — Они, они там погибнут!

Перед внутренним взором мелькнуло лицо Петра — брата Сергея, чей Дар Роксана выжгла во время атаки на мой дом. Как горело его тело, как сгорала душа. А я беспомощно сидел внутри секретной комнаты и смотрел, как моего брата убивают.

Я тряхнул головой, прогоняя морок. Память тела оказалась неожиданно яркой и резкой. Мне показалось, что я даже запахи и звуки почувствовал. Понял, что мне нужно задать один вопрос и ответа на него будет зависеть чья-то жизнь.

— Какое задание было у твоей сестры в моём доме? Когда вы пришли убивать моих родителей?

Кирилл Привалов замер, явно не ожидал такого вопроса. Он начал было говорить, но сбился под моим взглядом. Открыл рот. Закрыл. Отвёл взгляд.

— Я не знаю.

Я не поверил. Поэтому в следующую секунду Привалов висел в воздухе, поднятый на вытянутых руках. Ледяной ветер обхватывал его шею и висел подвывающей иглой напротив сердца.

Мой бок и живот пульсировали, но энергия яростного бога блокировала боль. Сейчас я был в гневе.

В моих глазах мелькнул Взгляд сущего, и я почти увидел мысли Привалова. Игла Дара приблизилась к его груди, продырявила одежду. Огонь вырывался из его груди, пытаясь остановить атаку, но старый бог, даже слабый, легко поставит новичка на место.

— Знаешь.

Прозвучало спокойно, но от моего голоса разошлась волна силы, от которой Кирилл в моей хватке затрепетал, теряя ещё больше кислорода.

— Отпусти! Нам надо помочь, — просипел он, но я сжал его горло Даром ещё сильнее.

Теперь он перешёл на хрип. Огненный шарф попытался сорвать мою хватку, но был задут в зародыше.

Игла ветра вошла в лёгкое, и кровавые пузыри появились у него на губах.

— Какое у неё было задание?

— Нех… знаюх…

Пришлось прикрыть глаза, пытаясь нащупать проблему. Слишком уж он хорошо держится.

— А что, тогда, ты знаешь?

Вопрос оказался верным. Кирилл засипел, и я дал ему чуть больше свободы. Петля ветра держала его почти без усилий с моей стороны.

— Её назначили в обход моего решения. Кто-то выше. Не отец, не Воронова — мы все были против её участия. Но кто-то прислушался к её просьбе. Позволил прийти.

— Кто?

Вопрос короткий, как нож, вогнанный в печень во время прогулки по подворотням.

Привалов позволил себе ухмылку, несмотря на удушье:

— Совет Князей. Только отец воздержался. Остальные были «за».

— Но зачем? — спросил Кефир.

На это ответил я:

— Потому что она близко знала нашу семью. Ей доверяли, даже рассматривали вопрос помолвки со мной. Она знала, куда бить. И, — теперь я позволили себе ухмылку, — она уже тогда была нестабильна и легко могла сделать что-то вне плана. Например, убить единственного наследника с Даром. А значит, Инъектор перестал бы быть доступным на какое-то время.

Я отпустил Кирилла, и тот начал кашлять, словно в попытке вывернуть свои лёгкие наизнанку.

— Нет Инъектора — нет защиты. Демоны придут быстрее. Кому война, а кому — мать родна. К тому же внешний враг сплачивает, даёт власть, да наследник?

Привалов, всё ещё потирая шею, медленно кивнул.

— Яков Иосифович готовил из меня марионетку, тут ты прав. Но моя сестра здесь причём?

— Представь, что станет, если все узнают, что у правителя сестра не только красивая, но и безумная: в порыве ярости выжигает Дар наследникам победителей Штурма. Считает, что право сильного важнее закона. Так себе реклама для правителя, не находишь?

Кто-то плёл интриги, одним ударом решая сразу несколько задач на разных игровых досках. И этот человек был среди людей. На мгновение задумавшись, пришла мысль: если бы Бог Контроля не был сейчас заперт во мне, то я бы подумал, что это он химичит.

Учитывая, сколько богов расплодилось в этом мире.

Но это всё сейчас отходило на второй план. Потому что нужно было спасать друзей. Друзей, которые стали семьёй. Для меня нового, да и старого тоже.

А Привалова опять попробовала отобрать их у меня. Ну уж нет.

— Планы меняются, — сказал я, отряхивая руки и глядя на парк. — Теперь я иду к Атерону и мы вместе отправляемся к нему домой.

— А если он не согласится? По объективный причинам, — поинтересовался Кефир.

— Тогда придётся открывать дверь его лицом. Или задницей. Как придётся.

Я покинул предел защитной магии и на меня тут же обрушились звуки: поющие птички (утро всё-таки), гул ветра, рыканье из парка — судя по всему демоническая тренировка.

Я шёл, чуть прихрамывая, чтобы это всё разрушить. Пусть не расслабляются. Дойдя до границы, которую демоны уже считали своей, остановился.

Кефир говорит, что они скорее всего мертвы: демоны народ не дружелюбный. И друг друга могут бить и резать на постоянной основе. Что говорить про иномирцев. «Чужак» вспомнились слова Контролёра. А ведь для тех, кто попадёт в другие миры будет та же самая проблема.

Против меня несколько крупных отрядом демонов и сам Атерон. У меня слабый Дар и частично выгоревшие артефакты.

Шанс на смерть — порядка девяносто пяти процентов. Можно легко отвернуться и уйти, признав своё поражение. Что такое на войне случается.

Но вместо этого я ещё раз достал свой короткий меч, изучил кромку лезвия, гравировку на клинке и рукояти; коснулся Армагедца, нащупал, что все цепи функциональны и не греются.

Друзья в беде. И я пробью к ним дорогу любой ценой.

Иначе я не Сергей Шторм.

Следующий шаг я сделал уверенно, несмотря на средне зажившие раны. Парк встретил меня ощетинившимися копьями, мечами и активированным Даром. Пусть народу было всего ничего, но выглядели они эффектно. А над всеми возвышался сам Атерон, опираясь на посох из чёрного дерева.

Не доходя до оружия врага три шага, я поднял голову, посмотрел верховному демону в глаза, а затем спросил:

— Тебе памятник на могилку с фоткой или хватит имени-фамилии с годами жизни?

А когда демон вылупил на меня глаза, просто добавил:

— Мы своих не бросаем.

После чего воткнул клинок в землю и сделал особый жест руками.

Теперь пол парка, по факту, мой самый большой артефакт. А чей артефакт, того и тапки.

Шах и мат, господин демон.