Перворожденный

ГЛАВА 32

Вечер и следующую ночь он провел в камере.

Известный прием — оставить жертву в неизвестности и взаперти, чтобы могла помучиться догадками о своей дальнейшей судьбе, а наутро получить от нее чистосердечное признание.

Должно быть, полагалось, что арестованный будет бояться и считать минуты до освобождения. Но Нэйт не боялся. Досадовал и злился, но не боялся.

Лицо Эрика, увидевшего сгоревший и наполовину разрушенный дом, слезы Эрики, влажные глаза Кнота, обожженный мальчик-конюх — вот, что стояло перед мысленным взором. А со своей жизнью и Инквизицией он как-нибудь разберется. Другое дело — то, что исправить нельзя.

Когда утром за ним пришли, Нэйтан как раз успел уснуть, и молодому инквизитору пришлось его будить. Мальчишка в красном балахоне был растерян и удивлен. Видимо, ожидал, что арестованный тут же бросится просить об освобождении.

Нэйт же от души выругался, только потом встал.

— Обязательно было ждать вечер и ночь, чтобы будить с утра пораньше? — высказался обвинительно, чем совершенно сбил пришедшего с толку.

— Так… это, — пробормотал юнец, — порядок такой.

В ответ Нэйт только хмыкнул.

Впрочем, нужно отдать им должное: если бы инквизиторы, пришедшие за Карлосом, придерживались такого же порядка, Дьерти был бы еще жив.

— Куда идем? — спросил он мрачно, выходя из камеры.

— Так… это… — снова растерялся инквизитор.

— Так-это, — передразнил Нэйтан, — это я уже понял. Куда идем-то?

Парень испуганно моргнул.

— На допрос, — отрапортовал, как перед старшим по званию.

Ну и кто тут арестованный, а кто конвоир, спрашивается?

— А завтрак? — продолжил издеваться Нэйт, ожидая, когда юнец таки вспомнит, кто из них кто.

— А завтрак после допроса. — Не вспомнил, но перестал заикаться — уже что-то.

— Дай угадаю, порядок такой?

Парнишка совершенно побледнел.

— Прошу следовать за мной, — выдавил из последних сил.

Как только он оказался в столичной Инквизиции, где по определению должны были числиться только самые сильные? Да, даром юноша был не обижен, но возраст…

— Практикант? — поинтересовался Нэйт, пока шли узкими темными коридорами. Антимагические браслеты неприятно оттягивали руки — слишком тяжелые и громоздкие.

— Угу, — вздохнул инквизитор.

— И как? Нравится?

Юноша обернулся, будто боялся, что за ними следят, потом тихо признался:

— Я ожидал немного другого.

Ну конечно же, погонь, битв, борьбы со злом. А на деле — аресты, пытки, ломка человеческого сознания.

— Ждал побед и признаний, а получил веник и совок? — усмехнулся Нэйт.

— И половую тряпку, — пробормотал паренек, после чего испуганно замолчал и снова оглянулся.

Нэйтан улыбнулся и отвернулся.

Если у юнца хватит ума, он сменит профессию.

— Сюда, проходите.

Их путешествие закончилось, мальчишка указал на одну из дверей и тут же потянул ее на себя за массивную ручку.

— Зовут-то тебя как? — обернулся Нэйт уже на пороге.

— Форитик Корш, — ответил тот раньше, чем подумал. — А что?

— Я запомню, — серьезно пообещал Нэйтан, Форитик побледнел.

Что ж, пока он не прошел посвящение и не сменил имя, у него был шанс…

Как он и предполагал, началось все стандартно и безобидно. Столичные инквизиторы и правда следовали протоколу.

Антимагические браслеты на арестованном позволяли сотрудникам Инквизиции чувствовать себя в безопасности, поэтому вести допрос пришел всего один человек без охраны. Поздоровался, представился, был вежлив.

Его звали Олегр, ему было за пятьдесят, и вел он не самый активный образ жизни, о чем говорил внушительных размеров живот.

— Господин Φостер, вам знакомы такие имена как: Ральф, Соллоп, Занно и Курри? — перечислил Олегр, внимательно следя за реакцией допрашиваемого.

Нэйтан сидел по одну сторону стола, водрузив на столешницу руки с тяжелыми браслетами, инквизитор — по другую, полностью скопировав его позу, вот только его запястья были свободны.

— Впервые слышу, — равнодушно ответил Нэйт, не отводя глаз от сидящего напротив мужчины. — Что-то еще?

— Мы получили информацию, что достопочтенных инквизиторов Ральфа, Соллопа, Занно и Курри отправили в Элею, где вы в тот момент находились, чтобы побеседовать с вами. Вы не встретились? — не сдавался Олегр.

Побеседовать — теперь это так называется. Что-то, когда он нашел в комнате связанного Эрика в компании тех самых четверых инквизиторов, это было мало похоже на предложение побеседовать.

Нэйт пожал плечами.

— Должно быть, разминулись.

Олегр не сводил с него глаз.

— Никого из них больше не видели. Они не вышли на связь и не вернулись.

Нэйтан подался вперед, ближе к собеседнику, переплел пальцы.

— Вы всерьез полагаете, что я мог убить четверых инквизиторов?

Он точно знал, какой объем магической силы видели в нем окружающие, и этих сил не хватило бы на то, в чем его обвиняли.

— Маловероятно, — признал инквизитор. — Но никто не исключает, что у вас был сообщник.

— Не исключает, — согласился Нэйт, откинулся на спинку стула, со скрипом протащив браслеты по каменному столу. Оставил руки вытянутыми — с такими тяжелыми «украшениями» с непривычки совладать было непросто. — Но у меня не было сообщников.

— С вами был Эрик Финистер, — прищурился Олегр.

— Он бездарный, — сообщил Нэйтан в той пренебрежительной манере, в которой о друге отзывались отец и сестра, — можете проверить, абсолютный ноль.

— Мы проверили, — отрезал инквизитор.

Еще бы они не проверили.

Олегр помолчал, сверился с записями, потом снова заговорил:

— Вас обучал лорд Карлос Дьерти?

И впился глазами, пытаясь пробить ментальные блоки, но все его попытки были тщетны. Антимагические браслеты были предназначены, чтобы не позволить задействовать дар, но Карлос научил Нэйта ставить защиту без использования магии: только концентрация и самоконтроль.

— Вы знаете, что да. — Нэйтан улыбнулся краем губ, чувствуя, как инквизитор усиливает напор, но по-прежнему ничего не может добиться.

Олегр выдохнул от натуги и прекратил попытки. Теперь он смотрел на Нэйта как на шкатулку с секретом.

— Мои коллеги, ведущие дело лорда Дьерти, всерьез полагали, что вы Перворожденный.

Нэйтан сжал зубы. «Дело Дьерти», надо же.

— Единорога они в ближайшем лесу не искали? — процедил в ответ.

— То есть вы отказываетесь признавать себя Перворожденным? — уточнил Олегр опасно ласковым голосом.

— Верно понимаете.

Инквизитор вздохнул, будто ему было на самом деле жаль.

— Значит, мы имеем отказ от сотрудничества, — подытожил он и продолжил более официально: — Господин Фостер, сообщаю вам, что завтра прибудут самые сильные менталисты Аренора, чтобы взломать ваше сознание.

— Значит, все-таки решили сделать из меня единорога, — пробормотал Нэйт. Страха он по-прежнему не испытывал, лишь досаду. Пока что Нэйтан видел только один выход из сложившейся ситуации, и он ему ой как не нравился. — Могу я узнать, в чем меня обвиняют?

— В убийстве инквизиторов Ральфа, Соллопа, Занно и Курри, — невозмутимо сообщил Олегр. Что ж, это хотя бы заслуженно. — В сокрытии своих способностей. В прибытии в столицу с целью продолжить дело своего учителя, Карлоса Дьерти, а именно — в заговоре против короны и в измене.

Ладонь сама сжалась в кулак. Как долго они собираются пятнать имя Карлоса лживыми обвинениями?

— Полагаю, доказательства для приговора вам не нужны? — процедил сквозь зубы.

— После взлома у нас будет достаточно доказательств, — уверенно заявил инквизитор. — Итак, мы друг друга поняли? — уточнил, неловко вставая — мешал живот.

Что толку оправдываться? Все уже решено без него.

Нэйт пожал плечом.

— Вполне.

— В таком случае, до завтра.

— До новых встреч, — огрызнулся Нэйтан.

Чертова столица. Так и знал, что не нужно было сюда соваться.

Загремели ключом.

Нэйтан рывком поднялся на койке и сел. Кого принесло? Он полагал, что до обещанной на завтра встречи его оставят в покое.

— А, привет, Форитик, — поздоровался, увидев на пороге знакомое лицо. — Поболтать или по делу?

Мальчишка снова побледнел. Пожалуй, следовало бы перестать над ним издеваться.

— К вам посетитель, — доложил юнец.

— Ого, — Нэйт присвистнул.

По правде говоря, он не знал, что арестованных Инквизицией можно было посещать. В других городах точно нельзя. Все-таки столица есть столица.

Его опять повели в ту же комнату, где утром проходил допрос, но вместо толстого Олегра за столом оказался Финистер-младший. Увы, теперь единственный лорд Финистер.

Форитик впустил Нэйта и запер за ним дверь снаружи. Сам войти не пытался. Других инквизиторов в комнате не было. Похоже, удовлетворились обещанным на завтра взломом и антимагическими браслетами сейчас.

Нэйтан сел, громыхнул оковами по столу. Эрик хмуро следил за ним взглядом. Он был мрачен и серьезен, губы сжаты в тонкую линию.

— Ты как? — спросил, впившись глазами в скованные запястья.

— Порядок, — заверил Нэйт. — Вы как?

Эрик опустил глаза.

— Завтра похороны. Родители Тода помогают все организовать.

Нэйт не стал выражать соболезнования, потому что попросту не знал, что сказать. Семья была для Эрика всем.

Поэтому сразу перешел к делу:

— Выяснили, почему произошел взрыв? Дом ведь был опутан защитой вдоль и поперек.

— Газ, — коротко ответил друг.

— Да какой, к черту, газ?! — не выдержав, рявкнул Нэйт.

Его тон подействовал на Эрика отрезвляюще, Финистер выпрямился.

— Последняя столичная мода, — пояснил на этот раз подробно. — Один умник-маг изобрел газовые плиты, чтобы облегчить жизнь не имеющим дар. Что-то там выделяет из природного газа и закатывает в специальные баллоны, которые потом можно присоединить к плите его же сборки. Десяток учеников этого гения носятся по городу, занимаются ремонтом, привозят новые баллоны.

Нэйтан удивленно поднял брови.

— И это пользуется популярностью?

— Шутишь? — Эрик невесело усмехнулся. — Стоит бешеных денег. Все себе хотят, но изобретатель не в силах обеспечить своим детищем большее количество народа. Мать больше года стояла в очереди.

Нэйт хмыкнул. Это звучало странно, но чертовски интересно.

— Я бы пообщался с этим парнем.

Эрик поморщился.

— Не выйдет. После вчерашнего его арестовали по приказу его высочества. Выяснилось, что из-за этих чудо-штук уже были несчастные случаи, правда, не такие масштабные.

— Несчастные случаи, значит…

— Да, — мрачно подтвердил Финистер, — версия устроила всех. — Уперся взглядом в сложенные на столе руки и замолчал.

— А как твои родители оказались дома так рано? — Нэйт не дал ему впасть в задумчивость.

Эрик вскинул голову.

— Миллиганы. Они внезапно отменили свое приглашение.

— Почему? Спрашивал?

— Отказались меня принять.

Стечение обстоятельств или умысел? Хотели лишить дома и припугнуть или заранее планировали убийство?

Нэйт беззвучно барабанил пальцами по столу и злился. Да, именно злился. В первую очередь на себя.

Бесспорно, он дважды спасал Эрику жизнь, когда тот пребывал в образе Фина. Но чем занимался Нэйтан в столице?

Хамил власть имущим.

Думал только о том, как бы поскорее убраться подальше.

Мечтал о Лиссане.

Из упрямства и мальчишеского желания проучить глупую девчонку, позволил Эрике загубить свое будущее.

Гулял и рассматривал столицу, вместо того чтобы подумать головой и остановить лорда Патриэля, когда тот стал совершать откровенные глупости.

А все почему? Потому что ему было наплевать, кто на троне и чем все это кончится. А ведь он на самом деле принял Эрика Финистера как своего друга…

— Ты меня слушаешь? — окликнул Эрик. — У тебя такое лицо, будто ты сейчас кого-то убьешь.

— Не сейчас, — пообещал Нэйт со всей серьезностью. — Так о чем ты говорил?

— Я говорил о том, что пытаюсь придумать, как тебя отсюда вытащить, — терпеливо повторил Эрик. — Уверен, эти штуки можно взломать, — он указал на браслеты, — или попробовать выкрасть ключ. Сколько у нас времени?

— У нас полно времени, — убедительно соврал Нэйтан. Не хватало еще заставить Эрика бегать по его душу, вместо того чтобы достойно похоронить родителей.

— Ты уверен? — тем не менее, не поверил друг. — Чего они хотят? Выдвинули обвинения?

Нэйт покачал головой.

— Никаких обвинений. Пока попросили остаться, и только.

Эрик покосился на браслеты.

— Это они так просят?

— По-другому не умеют, — усмехнулся Нэйтан. — Что с них взять? — Потом стал серьезен. — Не переживай обо мне. Я разберусь.

— Мне сидеть и бездействовать, пока они вскрывают твою голову? — Эрик сжал кулаки.

Нэйт закатил глаза.

— Никто не вскроет мне голову.

— Почему ты в этом так уверен?

— Интуиция? — приподнял бровь.

Финистер выругался. Хорошо, по крайней мере, отвлекся от своих проблем.

Нэйтан покрутил запястьем в браслете, оковы загремели. Эрик уставился на них как на ядовитую змею.

Надо же, при всех своих бедах, переживает за него.

— Прости меня, — попросил Нэйтан. Финистер широко распахнул глаза, не понимая. — Я обещал помочь, но на деле только отсиживался.

— Нэйт, ты тут ни при чем…

Но он проигнорировал эти слова, продолжал:

— Сейчас меня интересует только одно: ты понимаешь, что последует, когда Верн лишится короны?

Намеренно использовал «когда», а не «если».

— Ригли станет королем, — тут же ответил Эрик.

Нэйт мотнул головой, отметая такой ответ.

— Ригли стар и бездетен. В лучшем случае ему править несколько лет. — Финистер молчал. — Добившись справедливости, ты, по сути, добьешься короны.

— Я бездарный, — жарко возразил Эрик, — какой из меня король?

— Справедливый, — высказал Нэйтан свое мнение. Финистер поджал губы. — Ты готов принять это бремя, если я добьюсь признания Верноэля?

На слове «признание» Эрик фыркнул, по-видимому, уже совершенно потеряв веру в справедливость.

Нэйт смотрел ему в глаза и ждал ответа.

Финистер молчал.

— Готов, — то ли ответил, то ли прорычал наконец.

— Хорошо, — Нэйтан удовлетворенно кивнул. — Тогда встретимся завтра на похоронах.

— Каким образом? — Эрик напрягся. — У тебя есть план? Скажи, я помогу.

— Помоги, — согласился Нэйт. — Будешь выходить, скажи в коридоре парню по имени Форитик, что я хочу видеть инквизитора Олегра.

Финистер опасливо обернулся на дверь и склонился к столу, понизил голос:

— Нэйт, серьезно. Ты же Перворожденный, ты не можешь снять эти браслеты? Если можешь, беги из столицы. Ты видишь, как все закрутилось…

Ну уж нет, теперь он не готов был бежать ни в браслетах, ни без них.

— Когда ты станешь королем, — отозвался Нэйтан, — будь добр, сначала думай, как все может закрутиться, потом ищи справедливости.

— Да кто сказал, что я им стану?! — вспылил Финистер, стукнул кулаком по столу, оковы Нэйта в очередной раз загремели.

— Посмотрим, — пообещал Нэйтан. — Давай обсудим это завтра, ладно? Отправь мне Форитика за Олегром, пожалуйста.

Эрик поднялся, легко и быстро, не то что толстый инквизитор.

— Как знаешь, — огрызнулся.

— Доверься мне, — попросил Нэйт. — Я больше тебя не подведу.

Финистер помедлил пару мгновений, потом выдохнул.

— Я тебе верю, — сказал твердо и направился к выходу.

Дверь закрылась.

Нэйтан сидел, барабанил пальцами по столу и ждал.

Гибель родителей Эрика зацепила его больше, чем он хотел бы себе признаться. А особенно то, что сделай он что-нибудь раньше, они были бы живы.

Нэйт провел пальцем по браслету, антимагические камни отозвались тусклым свечением.

Хмыкнул. «Ты же Перворожденный, неужели ты не можешь снять браслеты?» — передразнил мысленно.

Прошло около четверти часа, когда дверь широко распахнулась, чтобы впустить в помещение объемное тело инквизитора Олегра.

— Вы решили признаться? — спросил тот чопорно.

Вид у него был крайне недовольный. Наверное, заключенные редко требуют аудиенции сами.

— Не совсем. — Нэйтан холодно улыбнулся, его все еще переполняла решимость. — Скажите, могу я написать письмо?

— Родственникам? — уточнил Олегр, сложив руки на животе. — Насколько нам известно, у вас их нет.

— Близкому, — заверил Нэйт. Инквизитор нахмурился. — Уверяю вас, если тот, кому я хочу написать, узнает о том, что вы мне это не позволили, у вас будет куча проблем.

В глазах Олегра зажегся интерес. Осторожный человек, нужно отдать ему должное.

— И могу я узнать, кому в таком случае вы намерены писать? — спросил с фальшивым равнодушием.

— Разумеется, — улыбнулся Нэйт. — Я буду писать своему наставнику, лорду Корвину, Придворному магу.

Расчет оказался верен, Олегр переменился в лице.

— Если это шутка… — предупредил он, впрочем, поостерегшись угрожать.

— Какие уж тут шутки, господин инквизитор? — искренне ответил Нэйтан, потом вытянул вперед скованные руки, размял пальцы. — Давненько я не писал писем, — заявил, наслаждаясь покрасневшим лицом толстого инквизитора Олегра.