Перворожденный

ГЛАВА 16

Хмурясь, Катрина свернула листок вдвое и положила рядом на туалетный столик.

Кажется, Джошуа наконец сообразил, что его письма в королевском замке читает не только она. «Большая честь»… Помнится, он всегда говорил, что в столице под боком правителя живут одни лоботрясы, да и сам король, вероятнее всего, не более чем ширма для отвода глаз.

Перспектива увидеть жениха здесь не радовала. Она приехала только ради дела, а он будет отвлекать. А еще задавать вопросы, на которые ей запрещено отвечать.

Катрина покопалась в себе. Ей хотелось бы сказать, что соскучилась или тоскует по дому, но ничего такого она не испытывала. Приезд Джошуа скорее расстроил, чем обрадовал.

Хорошо, что он написал, заранее предупредив о своем визите. Так у нее, по крайней мере, будет достаточно времени подготовиться.

Катрина взяла в руки конверт, который отложила в сторону, когда достала послание. Оказалось, зря — он не был пуст. На колени выпало миниатюрное изображение жениха — решил еще раз напомнить о себе. Можно подумать, она могла о нем забыть.

Жених серьезно смотрел на нее с небольшой картины, выполненной талантливым художником. И ей показалось, что даже в этом изображении чувствуется немой укор.

Джошуа Холланд был красив. Молодой, с правильными чертами лица, высокими скулами и полными губами. У него были роскошные каштановые волосы, лежащие на широких плечах крупными кудрями, и по контрасту с ними — ярко-голубые глаза, обрамленные длинными темными ресницами.

Он пользовался большой популярностью у незамужних девушек, присматривающих себе кандидата в супруги. Настолько, что, когда Катрина объявила подругам, кто станет ее будущим мужем, круг этих самых подруг значительно сузился. Ей завидовали и не понимали, почему она не прыгает до потолка, «ухватив» такую выгодную партию.

Катрина не прыгала. Скорее, приняла как должное. Постаралась найти с Джошуа общий язык и сократить общение с подругами, зависть которых била наотмашь при каждой встрече, стоило им забыть надеть защитный амулет.

Рассмотрев портрет, Катрина поставила его у зеркала и отправилась собираться к завтраку.

Вернулась из ванной, встретилась своим с укоряющим взглядом Джошуа и убрала изображение в ящик.

Должно быть, жених ждал ответного подарка и письма, пышущего восторгом от предстоящей встречи. Вероятно, так ей и следовало поступить.

Может, позже.

После завтрака с королем и уже привычной игры в «вопрос-ответ» Катрина все же заставила себя выполнить свой долг и написать ответ жениху.

Злоупотреблять лицемерием не стала. Поблагодарила за сообщение и портрет, похвалила мастера. Написала, про столицу как про очень красивый город и высказала предположение, что Джошуа Сарианта непременно понравится. Не писала, что будет рада его видеть и не может дождаться встречи. Это показалось излишне фальшивым. Спешно искать художника, чтобы сделать собственный портрет, разумеется, не стала. Вложила в конверт несколько открыток с видами столицы, которые приобрела в одну из прогулок по городу. После чего запечатала письмо и отослала вместе со слугой.

Все казалось каким-то неправильным, но Катрина списала все на свое частое общение с Нэйтаном.

Очевидно, его наплевательское отношение к правилам, принятым в обществе, передавалось и ей. Иначе откуда желание прямо сейчас написать Джошуа, что она разрывает помолвку?

Ерунда, с Холландами помолвок не разрывают. От такого позора потом век не отмыться. К тому же разве Джошуа это заслужил? Он всегда был безупречно вежлив и терпелив по отношению к ней.

Так, погруженная в мысли о женихе, Катрина и направилась в подземелье. И пусть Нэйтан, как всегда, станет насмехаться и дразнить ее, зато она точно перестанет думать о собственной жизни. О ней можно поразмыслить и дома.

Катрина бодрым шагом спускалась вниз, каблуки стучали по каменным ступеням.

Как постоянную посетительницу охрана пропускала ее без вопросов на каждом этаже. Пропустили и на минус третьем. Катрина уверенно продолжила путь, когда до нее донеслись голоса.

Она остановилась, обернулась к страже.

— У узника посетитель? — спросила удивленно.

— Так точно, леди, — с готовностью ответил стражник. — Его величество изволил спуститься вниз.

Катрина замерла, не зная, куда идти: дальше к камере или подняться наверх, чтобы не мешать.

— Вы почему не предупредили? — возмутилась.

Стражник посмотрел на нее так, будто она не понимает элементарных вещей.

— Не было распоряжения, — пробасил тот.

Верно. А кто Катрина такая, чтобы перед ней отчитывались?

Отвернулась от поста охраны и еще пару секунд помялась, переступая с ноги на ногу, потом решила не менять направления. Король знает, в какое время она навещает арестованного, а раз не приказал никого не впускать, значит, ожидает ее появления, и можно смело идти дальше.

Ей стоило топать погромче, чтобы о ее приближении узнали заранее, но Катрина, наоборот, замедлила шаг, несмотря на бунтовавшие совесть и воспитание.

— Если это не ты, скажи мне, — донесся голос Эрика. — Одно слово, и я прикажу выпустить тебя.

— «Это», «не», «я», — насмешливый ответ, — уже три слова.

— Нэйт!

Пауза. Звенящая тишина.

Катрина замерла.

— Давай скажу, — вновь заговорил заключенный, и на этот раз он не смеялся. — Скажу, а ты меня выпустишь. Когда в таком случае ты будешь ждать от меня ножа в спину? В тот же день? Через неделю? — Молчание. — Ты мне не доверяешь, и этим все сказано.

— Ты сам этому способствовал, — голос короля прозвучал глухо.

— А ты сразу поверил обвинениям, — не остался в долгу Нэйтан.

— Я даже сейчас им не верю!

— И мне тоже, — насмешка вернулась. — Ты определись для начала, а потом приходи.

Глухой удар. Будто кто-то впечатал кулак в стену.

Катрина побледнела. Надо было бежать обратно в свои покои, сразу же, как узнала, что узник не один.

Она поборола желание сделать это прямо сейчас, глубоко вздохнула и, с силой впечатывая каблуки в пол, направилась к камере.

Голоса смолкли — услышали.

Катрина вышла на свет, где ее уже ждали. Нэйтан стоял к решетке боком, подперев прутья плечом. Эрик потирал пальцами левой руки сбитые костяшки правой.

— Леди Морено, вы вовремя, — король выдавил из себя подобие улыбки. — Мы как раз закончили.

У Катрины хватило выдержки и наглости спросить:

— Я не помешала?

— Что вы, — заверил Эрик. — Мы вас ждали.

Нэйтан хмыкнул.

— Угу. Даже затосковали, — сказал, не меняя позы. — Ты, Эрик, иди. Дела требуют короля, и все такое.

Тот бросил в его сторону злой быстрый взгляд.

— Нэйтан прав, — вежливо кивнул Катрине, — дела не ждут. Надеюсь, ваш визит будет продуктивнее моего, леди Морено.

— Спасибо, ваше величество, — пробормотала, отступая с дороги к выходу, куда поспешил король.

Никто не произносил ни слова, пока его шаги не затихли в конце коридора. Только после этого Катрина повернулась и встретилась взглядом с обитателем камеры.

— Подслушивать неприлично, — сообщил Нэйтан с кривой улыбкой.

— Ты услышал, — ее плечи опустились. Лгать не имело смысла.

— Это Эрик орал и бил стены, — напомнил он. — А я на слух не жалуюсь.

Несмотря на то, что заключенный вел себя совершенно по-хамски, Катрина сочла своим долгом объясниться:

— Так вышло совершенно случайно.

Нэйтан пожал одним плечом, вторым по-прежнему подпирая решетку.

— Без разницы. Если интересно, могу показать всю нашу беседу от начала до конца.

Катрину даже передернуло от этого предложения. Вот уж чего ей не хватало.

Огрызнулась:

— Обойдусь.

Она на самом деле чувствовала себя неловко, но по отношению к королю, а не к Нэйтану.

— Зачем ты так с ним? — спросила, помолчав.

— Как?

Катрина поежилась, обхватив плечи руками.

— Жестоко, — перечислила, — несправедливо…

— Недостойно и непорядочно, — с готовностью подсказал Нэйтан, не испытывая ни капли чувства вины.

— И это тоже, — кивнула. — Ты ведь понимаешь, так ты не заставишь его себе поверить. Со стороны создается впечатление, что ты тянешь время, чтобы твои сообщники успели довести дело до конца.

Нэйтан рассмеялся.

— Со стороны создается впечатление, что ты начинаешь верить, что я не затевал заговора.

— Это впечатление обманчиво, — проворчала она, устраиваясь на своем матрасе. Самым отвратительным было то, что он прав. — Может, приступим? — поторопила раздраженно.

Как день начался, так и продолжался. Поскорее бы он уже закончился.

Нэйтан отошел от решетки, бросил на пол одеяло и тоже сел. Убрал усмешки, внимательно всмотрелся в лицо посетительницы.

— Ты расстроена, — сделал вывод. — Что-то случилось?

Его голос звучал участливо и в кои-то веки серьезно. Казалось, ему не все равно, если у нее возникли проблемы.

Случилось. Джошуа прислал свое изображение и сообщил о том, что приедет в замок. А она испытала что угодно, кроме радости, да еще и спрятала портрет в дальний ящик.

— Все в порядке, — ответила с достоинством.

— Как знаешь, — Нэйтан не стал настаивать. — Ты хотела продолжить, — протянул ей руки ладонями вверх.

Караван должен был прибыть в Рудрос только на шестой день путешествия. Верхом этот путь можно было бы преодолеть за два.

Фин нервничал, что они теряют много времени. Нэйтан же искренне считал, что своей горячностью парень и так уже наломал дров, и ему не мешало бы перестать паниковать и спокойно подумать.

— Тебя дома-то не потеряли? — спросил Нэйт во время одного из привалов, когда они вылезли из повозки размять ноги.

Финистер дернул плечом.

— Чего меня терять? — буркнул. — Записку оставил, что не воровали, сам ушел. Так что не о чем волноваться. Я же мужчина. Если бы моя сестра дала деру, все бы переполошились и бросились на поиски. А я могу постоять за себя.

Постоять за себя, постоять на эшафоте…

— У тебя есть сестра?

— Угу. Еще и близнец.

— Это плохо? — не понял Нэйт.

— Сестра — это всегда головная боль, — поделился Фин. — Вон у Тода брат, так они с детства не разлей вода, так, подерутся раз в год, а я только и делаю всю жизнь, что вытаскиваю сестру из передряг за ее длинный язык.

— Болтливая?

— Наглая!

Нэйтан рассмеялся.

— Очень смешно. — Фин легко двинул его кулаком в плечо.

Нэйт удивленно приподнял брови, но потом понял, что это было что-то вроде дружеского жеста. Подобное отношение было для него в новинку.

Финистер не заметил заминки и как ни в чем ни бывало продолжал рассказывать о своей семье. Поведал, что сестра не только доставляла ему кучу проблем, она еще и оказалась одаренной. Именно этим и объяснили отсутствие дара у него самого: наследственная магия перешла в первое появившееся на свет дитя. Фину же «посчастливилось» родиться на несколько минут позже.

— Я все равно ее люблю и не дам в обиду, — оптимистично закончил рассказ спутник. — А у тебя есть братья или сестры?

— Брат, — ответил Нэйтан, — только по матери. Ему сейчас лет семь.

— Маленький, — изумился Фин. — Вот это разница. И как вы? Дружны?

— Я его ни разу не видел, — признался Нэйт. — Мать родила уже после того, как я ушел из дома. Вернее, видел новорожденного, хотел проверить, нет ли у него дара, как у меня.

— И?

— Нет. Ему повезло.

Фин усмехнулся.

— Скажешь тоже — повезло. Это, скажу я тебе, еще как паршиво, когда у всех вокруг есть магия, а у тебя нет… Э-э… Погоди! — спохватился внезапно. — Ты же говорил, что не знаешь свою семью, что сирота. А тут мать, брат.

— Это ты сам сделал выводы, — напомнил Нэйт и замолчал, устремив взгляд на раскинувшиеся, покуда хватало глаз, зеленые поля.

Иногда он думал о матери. В последний раз проверял, все ли у нее хорошо, семь лет назад. Тогда и узнал, что от нового мужа она снова родила. Отвел глаза жителям деревни и пошел проверить у малыша наличие дара.

Магии не было.

И на этот раз Нэйт ушел навсегда.

— Ты чего? — заметил Финистер перемену в его лице. — Обиделся, что ли? Не рассказывай, если тебе неприятно.

Нэйт свел все в шутку:

— Нет, думаю, не превратить ли тебя в жабу.

Фин фыркнул.

— Это невозможно. Даже ребенок знает.

— Ну, хоть что-то о законах магии тебе известно, — Нэйтан тут же не упустил момент поддеть собеседника. — Пошли, отправляются уже.

По приезде в Рудрос было решено снять комнату, чтобы Нэйт мог, не привлекая к себе внимания, повторить поиск Шингли по карте. В пути и при свидетелях это было бы проблематично.

— Ты командуешь, — не стал спорить Фин, а потом усмехнулся и добавил: — И платишь.

В ответ Нэйтан сгримасничал. Такими темпами от его карманных денег и вправду ничего не останется, но идти на попятный было поздно.

В Рудросе не было ажиотажа с местами для ночлега, как в Лагоше, и им удалось снять приличную комнату, зато за меньшую стоимость и с двумя кроватями.

Нэйт с превеликим удовольствием потратил бы больше, чтобы арендовать две отдельные и остаться в одиночестве, но понимал, что это будет, во-первых, расточительно, во-вторых, небезопасно.

А одиночества хотелось. Он слишком долго был один, постоянное присутствие другого человека было непривычно и нервировало.

— Хоть комната приличная, — прокомментировал спутник, осмотрев владения и немедленно развалившись на одной из кроватей.

В сапогах, как сразу отметил Нэйт, — аристократы, ну естественно.

— Чего? — не понял Финистер. — У тебя такой взгляд, будто ты все еще думаешь, как превратить меня в жабу.

— Что-то тебя это не сильно пугает, — проворчал Нэйтан, достал из сумки карту и за неимением стола разложил ее на своей постели.

— Да поздно уже бояться, — отозвался Фин, соизволив наконец разуться, и улегся, закинув руки за голову.

Нэйт был другого мнения. Бояться было не поздно, а после его выходки в Гохе, скорее, бесполезно. В то, что Инквизиция не спустит ему это с рук, он не сомневался.

Кровать была низкой, пришлось встать на колени. Образ Дириэля Шингли Нэйтан запомнил хорошо, поэтому теперь мог справиться с поиском самостоятельно.

Фин поглядывал в его сторону, но на этот раз не отвлекал.

Тепло ощущалось сильнее: они приблизились к цели, но промахнулись.

— Он в Элее, — чертыхнулся Нэйт.

Финистер выругался. Даже подскочил и сел, запустив пальцы в спутанные волосы.

— Вот гадство!

Нэйтан обернулся, посмотрел на спутника с интересом.

— Ты же благородный. Откуда такие словечки?

— От сестры, от кого же еще, — буркнул Фин.

Нэйтан захохотал.

Катрина вынырнула из воспоминаний. Никакого удушья, головокружения, дезориентации.

— Поняла, как вышла? — осведомился Нэйтан. — В этот раз получилось как надо.

— Поняла, — пробормотала, щурясь от света. Проморгалась, затем вскинула глаза. — Элея — это же место, где произошло побоище!

Он помрачнел.

— Оно самое.

— То есть, вы поехали туда, и…

— Нет, — резко оборвал Нэйтан. — Через год.

У него был такой взгляд, что Катрина испугалась, отшатнулась.

Он заметил реакцию, смягчился.

— Извини.

На самом деле его извинения напугали ее сильнее, чем грубый тон.

Чертова Элея. Что там произошло? Из того, что Катрина уже узнала о Нэйтане, она могла поверить, что он мог организовать заговор против короля, если ему по каким-то причинам показалось, что так будет правильно. Но то, что Нэйт был способен убить невинных и беззащитных, Катрина представить не могла.

Она взяла себя в руки.

— Ничего. Все в порядке.

— Хорошо.

В воздухе повисла неловкость.

Уходить сейчас показалось неправильным.

— Я должна тебя поблагодарить, — Катрина робко улыбнулась. — Теперь я действительно поняла, как правильно заходить и выходить из сознания.

— Тогда обучение закончено? — поддразнил он, легко принимая перемену темы. — Идешь, говоришь Эрику, что можно меня вешать, и уезжаешь домой?

Катрина вспомнила о Джошуа, доме и предстоящей свадьбе.

— Вообще-то я не тороплюсь, — заверила она. — Повесить тебя можно и позже.

Нэйт рассмеялся.

Она легко поднялась с матраса, пожелала приятного чтения, и покинула подземелье, пока снова не успела сказать что-нибудь лишнее.