Однажды в сердце демона

ГЛАВА 17

АЛИРА

Некогда прекрасное поселение теперь превращено в серые руины. Будто сама жизнь была высосана из его земли. На первый взгляд можно подумать, что деревня просто погружена в сон, но я помню бойню так хорошо, будто она была вчера.

Я наблюдаю за тем, как Николай и Калел поднимаются на холм, где мы их ждем. Мой взгляд прикован к Калелу. Боль поселилась в моей груди прошлой ночью, будто то, что я увидела его прошлое разбередило какую-то мою старую рану. Он был глубоко травмирован, эмоционально и физически. Такие моменты влияют на нас сильнее всего, так ведь? Боль. Страдания. Нельзя по-настоящему понять этого, пока не испытаешь на себе.

С тех пор как мы приехали, Тесса не слишком много разговаривала. Всех здесь охватило дурное настроение, но то, как мрачно она на меня смотрит, заставляет меня волноваться. И это, не говоря о том, что войско встало в ожидании чего-то. Может быть, жертвы?

Я сжимаю дрожащие руки под плащом. Калел меня не убьет. В этом я убеждаю себя, прогоняя предупреждение Меркурия из мыслей.

— Спешивайся, маленькое божество, — рычит Калел, подойдя. Позади него повисли тяжелые облака. Темные, обещающие ледяной ливень.

С прошлой ночи Калел пребывал в удивительно плохом настроении. Что бы ни случилось с ним во время этого видения, это преследует его куда сильнее, чем он позволяет себе признать. И необходимость проехать через Торнхолл сегодня только ухудшает дело.

Проглотив гордость, я делаю, как он велел, пока он смотрит на меня бесчувственными глазами. Николай подходит ко мне с другой стороны и шепчет, склонившись:

— Будь сильной, Алира. Не бойся, я буду рядом и вылечу тебя. Я с тобой, милая богиня.

Что-то обрывается в животе.

— Это совсем не успокаивает.

Николай замечает страх в моем взгляде и переплетает наши пальцы.

— С тобой все будет хорошо, и я прошу прощения за то, что потащил тебя танцевать прошлой ночью. Я просто хотел поиграть на чувствах Калела. Может, даже надеялся, что он хоть раз присоединится к проводам, — он искренне мне улыбается.

На кого-то вроде Николая невозможно долго злиться. От его невинной улыбки и блеска в глазах он выглядит еще более милым.

— Я прощу, если расскажешь, что он задумал, — я перевожу взгляд на затылок Калела. Его золотые серьги выглядят неуместно на этой мертвой земле.

Николай вздыхает и касается челюсти, раздумывая, стоит ли мне говорить.

— Он собирается осушить всю твою кровь в качестве возмездия за души невинных, встретивших здесь смерть. Это станет платой за их уход, если кто-то из них не смог пройти сквозь Врата Мортема.

Вздрогнув каждой клеточкой своего тела, я в ужасе смотрю на него.

— Что? Но ведь я умру, — инстинкты требуют бежать или сражаться, и сердце гулко стучит в ушах.

Я должна бежать.

Николай чувствует, что мне хочется спастись, и крепче удерживает мою руку.

— Нет, не умрешь. Ты — полубог. Я видел такое своими глазами и могу подтвердить, что ты не умрешь, когда Калел тебя иссушит. Это не то же самое, что быть раненым в битве. Его яд удержит тебя в живых, и ты на несколько дней войдешь в состояние покоя, пока твое тело будет восстанавливаться.

Мое лицо бледнеет.

— Ужасно иметь такую способность. Бесконечный источник пищи? — меня тошнит от самой мысли об этом. Все полубоги, плененные за столько лет… мы полагали, что они были убиты, но что если Калел просто использовал их, чтобы питаться? — Будет больно? — я шепчу это так тихо, будто себе самой.

Калел слышит меня и оборачивается, глядя на меня через плечо.

— Только то, что имеет значение. Идем, — он предлагает руку, как и положено жестокому существу вроде него.

Что это должно значить? Я неохотно беру руку Калела, отпуская Николая.

— Верь, Алира, — ободряюще шепчет Николай, с тоской глядя на меня, когда мы расходимся. В ответ на это Калел низко рычит на него, но кажется, ученику целителя все равно, что думает его командир.

Калел ведет меня на хребет холма, и вся его армия смотрит на нас снизу. Их взгляды полны вины, ненависти и предвкушения того, что Калел собирается сделать.

Зловещие слова Меркурия звенят в моей памяти. «Он был рожден, чтобы истребить полубогов». Я не желаю верить его предсказанию, но сложно не заметить в нем капельки истины, когда Калел бывает настолько бессердечным.

Прежде чем обратиться к ожидающим внизу воинам, Калел даже не удостаивает меня взгляда.

— Вот, что сделали нам полубоги. Оглянитесь вокруг и узрите. Они заманивали нас в ловушки, лгали нам, убивали нас после соглашения о мире. И лишь когда мы окружили их королевство, полубоги решили сдаться. Лишь когда мы вошли в их земли и истребили жалкие остатки их сил, — голос Калела гремит над простирающейся внизу долиной, перекрывая даже холодный дождь, начавший лить, будто слезы с неба.

— Они умоляли о милосердии, но мы его не проявили. И наконец, наконец, они сдались. Мы примем в жертву самую священную из кровей, — холодно произносит Калел, притягивая меня так, чтобы я стояла перед ним. — Я заберу кровь этого божества и верну ее здешней земле, чтобы те, кого мы потеряли, упокоились с миром. Затем, когда мы вернемся в Девицит, я оплодотворю ее и запятнаю ее священное чрево. Тогда боги познают настоящую ярость, отчаяние перед злобными существами, которым они нас сотворили. Я прослежу, чтобы все наши страдания были полностью отомщены.

Ветер, пролетающий над серыми холмами, треплет мои волосы и пробирает до костей. Мурашки ползут вниз по моей спине. Стыд охватывает меня, потому что я согласна на наказание, если его осуществит Калел. Не понимаю, почему я чувствую себя перед ним в таком долгу. Может, из-за того, что он откликнулся на мои мольбы. А возможно, дело в том, что я чувствую странную связь с его сломленной душой.

И если так я спасу королевство полубогов, я готова в одиночку страдать за всех них. С этим я смирилась.

— Наше милосердие погибло в Торнхолле! — кричит он, и согласный рев толпы отдается в моих ушах, когда он вонзает клыки в мою шею.

Ноги подкашиваются, но Калел уже крепко придерживает меня, одной рукой вокруг бедер, а другой — за подбородок. Радостные крики не останавливаются, равно как и его яростные глотки моей крови. Каждый глоток слышен и неаккуратен, и золотая кровь стекает по моей шее, капает на землю.

Когда зрение начинает затуманиваться, с моих губ срывается крик. Должно быть, я вот-вот потеряю сознание. Но стоит мне лишь подумать об этом, как ярость наполняет мои вены, придавая сил извиваться в его хватке. Он усиливает хватку, полностью отрывая меня от земли и глубже вонзаясь в меня клыками. Я издаю сдавленный крик.

— Нет, хватит, — хнычу я. — Больно.

Бороться становится труднее, и все чувства угасают, пока я не перестаю ощущать его губы на коже и пальцы, держащие меня за ноги и руки. Подобно поцелую смерти, глубочайший холод проникает в мои вены.

Затрепетав, мои веки опускаются, а голова откидывается на его предплечье, обнажая горло. Его последний глоток ощущается так, будто кто-то перерезал натянутый канат.

Все вдруг меркнет, будто мир прекратил само свое существование.

***

Воздух щекочет мои ноздри, заставляя открыть глаза. Я смотрю снизу-вверх прямо на Калела. Он одет в белую броню с багровым плащом на одном плече, золотые ремни обрамляют его нагрудную пластину, удерживая ее на месте. Официальное облачение рыцаря Девицита. Его броня только что начищена и на ней видны красивые бежевые завитки. Небо позади него покрыто темными облаками, будто цвета синяков, а судя по теплым оранжевым лучам тут и там на горизонте, солнце уже садится.

Сколько прошло времени?

Медленно моргая, я пытаюсь сесть. Холод прокатывается по мне, и я не могу сдержать вызванную им дрожь. Не так уж и многих вещей я боюсь в этой жизни и последующей, но Калел стал одной из них. Он действительно выпил всю мою кровь досуха.

Он ничего не говорит, только его взгляд мрачнеет перед тем, как он вновь смотрит перед собой. Мне хочется спросить, где мы и сколько времени я провела без сознания, но решаю дождаться, пока Тесса или Николай придут меня проведать.

Такова теперь моя жизнь? Я буду содрогаться от страха каждый раз, как мой муж на меня посмотрит? Боги, что я натворила?

Через пару минут я достаточно собираюсь с силами, чтобы сесть. Я стараюсь найти баланс в седле, чтобы больше не досаждать Калелу. Но он притягивает меня к себе, заставляя опереться на его грудь.

— Тебе нужно еще отдыхать, маленькое божество. Ты проспала всего три дня. Большинство полубогов проводили во сне четыре или пять дней после того, как я их иссушал, — ласково говорит он. То, с какой тоской он смотрит на меня, придает ему поверженный вид. Не знай я правды, сочла бы что он чувствует вину за содеянное. Я еще не видела его таким печальным. Темные круги под его глазами говорят о бессонных ночах. Беспокоился ли он обо мне? Оставался ли со мной Николай, как обещал? Голова тяжелеет от мыслей.

Проигнорировав его совет, я снова пытаюсь сесть. В этот раз он позволяет мне выпрямиться в седле, но меня охватывает головокружение, и я снова падаю на него.

Вибрирующий, успокаивающий гул раздается из его груди. Мне ненавистно то, как тепло и располагающе он звучит, но я с жадностью приникаю к нему. Мои руки покоятся на его запястьях, и я не могу не думать о том, какая я маленькая в сравнении с ним. Рукава моего плаща испачканы золотой кровью. Должно быть, у них закончились запасы одежды для меня.

Впервые в жизни я рада, что у меня не красная кровь.

— Где мы? — я тру глаза, безуспешно пытаясь избавиться от сонливости.

— Приближаемся к вратам Королевства Девицит, — он обхватывает меня рукой так, будто боится, что на нас нападут. Мои брови взлетают, но я не вижу ничего, кроме оплавленных черных камней и густого тумана, клубящегося у краев скал. Скорее всего, мы у восточных утесов.

— Командир! С запада за нами следуют трое Ворнтейлов, они нас окружают! — кричит Тесса откуда-то слева.

— Четыре Скелихарта на мосту! — Габриэль, один из приближенных к Калелу рыцарей, сообщает спереди.

— Полным ходом идем до ворот! Не останавливаемся ни за что, ясно? — приказывает рыцарям Калел. Они хором издают боевой клич. И только теперь я понимаю, что мы находимся в центре войска.

Через какую-то секунду мы устремляемся вперед, сотни копыт стучат по камням. Ветер врезается мне в лицо. Все происходит чересчур быстро, а обзор слишком плохой, чтобы хорошо разглядеть обстановку.

— Держись за меня, — низко рычит Калел, вынимая меч и поднимая его к темнеющему небу. Меч отзывается, вспыхивая ярким светом, и выпускает волну непревзойденной магической силы, моментально разгоняющей туман.

Теперь я вижу сотни рыцарей, верхом спешащих к огромному мосту. Стена из острых черных камней скрывает за собой королевство по другую сторону ущелья. Мы будто спешим вперед по угольно-черному льду, блестящему и скользкому, как стекло. Никогда раньше я не видела таких безжизненных земель. Никогда не читала о подобном месте в книгах, описывающих Фалтор.

Я так отвлеклась на пейзаж и боевой клич рыцарей, что не заметила движения слева от нас. Я смотрю туда лишь в тот момент, когда что-то красное мелькает в небе.

Кровь застывает в моих жилах, когда три гигантских существа рассекают воздух, стремясь вниз, к рыцарям. Кто они такие, во имя богов? Мои глаза жжет от того, что я не моргая наблюдаю за тем, как существа одним взмахом хвоста сносят десять рыцарей.

Все наполняется криками и хаосом, но те, кто не попадает под нападение существ, несутся вперед, как было приказано.

Стоп, это же…

— Д-драконы? — выдавливаю я, и мой голос звучит едва слышнее шепота, хриплого после долгого молчания.

— Да, и они здесь из-за тебя, — Калел продолжает смотреть вперед, совершенно не переживая об огромных драконах в красной чешуе, разрывающих левый фланг его войска.

Тесса. Она ведь где-то там? Я в отчаянии высматриваю ее, но нигде не вижу. Но погодите, он сказал, что драконы прилетели из-за меня?

— С чего бы им быть здесь из-за меня? — спрашиваю я, высматривая Тессу и Николая в другой стороне.

— Полагаю, потому что боги не желают нашего союза и сделают все, что только смогут, чтобы ему препятствовать. Мы будем в безопасности, как только попадем в город. Завеса защищает Девицит от всего, даже драконов.

Почему боги посылают к нам таких жутких существ? Это бессмысленно. Сначала огоньки, теперь драконы? Нащупав кулон, подаренный мне Корин, я крепко его сжимаю.

Спереди раздаются крики, которые выбивают из меня все мысли и заставляют посмотреть на мост. Четыре черных дракона с рисунком в виде черепов на чешуе поливают мост бирюзовым пламенем, уничтожая все и всех, кто успел добраться до моста.

— Дерьмо! — кричит Калел и подстегивает лошадь. — Прочь от моста! — командует он рыцарям, и все они издают боевой клич, уходя от атаки драконов и собираясь около лошади Калела, готовые преодолеть последний рывок перед входом в королевство.

Воздух сгущается в моих легких, когда мы скачем прямо на драконов. Их глаза такие же красные, как пролитая кровь убитых ими демонов. Огонь потрескивает по обеим сторонам моста под их ногами.

Калел посылает лошадь в медленный галоп. Он обхватывает меня за талию и со всей нежностью на какую способен, переносит меня в сторону. Я чудом приземляюсь на ноги, но тут же падаю на колени, когда слабые ноги меня подводят.

— Калел! Что ты делаешь? — кричу я ему вслед. Не обращая на меня внимания, он поднимает меч на магических существ.

Они смотрят на него, но быстро переводят взгляды за лезвие, на меня. Драконы двигаются как один, поливая Калела огнем со всех сторон. Мое сердце подскакивает к горлу, когда я думаю, что сейчас увижу, как он сгорит, но огонь отлетает от Калела по широкой дуге от одного лишь взмаха его меча.

Драконов, кажется, это ничуть не сбило с толку. Они пролетают мимо Калела прямо ко мне. Калел разворачивается, и его взгляд полон ничего иного как смертельного ужаса. Он думает, что они меня убьют.

Боги.

Мои руки, лежащие в грязи, сжимаются в кулаки. Для меня все кончено.

Чьи-то руки хватают меня за плечи и притягивают ближе. Мои глаза расширяются, и я вижу Николая. Он обнимает меня и что-то кричит, но мое сердце колотится так громко, что я могу слышать лишь смесь рычания драконов и собственного ужаса. Звуки такие громкие, что булыжники около моста подрагивают.

Драконы приземляются на камни по краям моста и свешиваются вниз, изгибая длинные шеи. Каждый из их глаз размером с рыцаря.

Николай отталкивает меня себе за спину и обнажает меч.

— Готовься бежать! — кричит он мне через плечо. Один из драконов замахивается и обхватывает хвостом лодыжку Николая. Он яростно тащит его по камням, открывая рот то ли чтобы сжечь его, то ли чтобы сожрать.

Нет!

— Стойте! — кричу я, отчаянно протягивая руки к Николаю.

Все четверо драконов замирают и смотрят на меня. Между нами в воздухе с бешеной скоростью клубится пыль. Тот, что держит Николая, некоторое время разглядывает меня, взгляд его красных глаз скользит по чертам моего лица так, будто он хочет убедиться, что я не передумаю. Зарычав, он отпускает его, роняя на землю как мешок с камнями. Николай поднимается на ноги и падает рядом, снова притягивая меня к себе. Все его тело, прижатое к моему, дрожит.

Они меня послушались?

Калел бежит к нам с мечом в руке, и в его глазах разгорается ужас. Рыцари позади нас пытаются подойти ближе, но драконы полностью залезают на мост, преграждая войску путь к нам.

Калел подбегает к нам и смотрит на драконов. Он тяжело дышит и кажется таким же озадаченным, как мы.

— Почему они меня послушались? — мой голос едва прорывается сквозь ветер, воющий в ущелье под нами. Я не могу заставить себя посмотреть вниз, мы так высоко, что меня подташнивает от самой идеи заглянуть в пропасть.

Николай качает головой, широко раскрыв глаза и глядя на драконов.

— Возможно, я ошибся, и боги их не посылали, — говорит Калел, не отрывая от них взгляда. — Возможно это ты призвала их, будучи не живой, но и не мертвой.

— Но это бессмысленно. С чего мне это делать? — отвечаю я, не веря.

Николай позволяет мне опереться на него, и мне удается встать. Его нога кровоточит, а на лбу огромный порез, но в остальном он выглядит невредимым. Спасибо богам.

— Никогда раньше не видела дракона, — чудовища стоят смирно и глядят на меня так, будто хотят поговорить. Они не причинят мне вреда. Но я не понимаю, почему.

Я делаю шаг в сторону самого крупного. Узор из черепов на нем невероятно красив, а сам он хоть и устрашающий, но его взгляд полон задумчивости. Николай останавливается и позволяет мне дальше идти одной.

— Алира, — предупреждающе шипит Николай.

Я почти падаю на следующем шаге к чудовищу, но сильная рука подхватывает меня за талию. Подняв глаза, я вижу Калела. Он вздрагивает так, будто сам не понял, почему поймал меня и заставляет себя перевести взгляд на драконов.

— Никогда не видел их такими спокойными, — он вытягивает руку вверх, будто предлагая ее драконам.

— Они распространены здесь? — я сощуриваюсь, глядя на них. Кажется, они не уверены в Калеле, но пока он осторожно меня поддерживает, остаются спокойными.

Огромное существо выдыхает горячий воздух и склоняет голову к руке Калела. Он крепче притягивает меня к себе, касаясь носа дракона.

— Да, они истребили многих из нас. Но они никогда не вели себя так постоянно. Вчера прилетел ястреб с сообщением о том, что они необычно активны, и я решил, что их послали боги. Я и представить себе не мог, что они прилетят, чтобы убедиться, что ты в порядке, — Калел переводит взгляд на меня. Его волосы невозможно растрепались, и все равно он выглядит так же божественно, как и всегда.

Если это правда, и они прилетели защитить меня, то я могла бы попросить их отнести меня обратно в Алзор. Могла бы попросить их защитить полубогов от демонов. Изменить ход войны.

Я могу попасть домой.

Это очень соблазнительная мысль.

Но хочу ли я этого? Еще смертей, когда мы пришли к миру? И теперь я даже не знаю, где на самом деле «дом». Он больше не в Алзоре. И не в городе демонов. Где обитают сломленные души?

Видимо, мысли Калела двигаются в том же направлении, потому что его глаза темнеют, пока он ждет, что я скажу. Я сжимаю руки в кулаки.

Поверить не могу, что делаю это.

— Прошу, улетайте и не причиняйте больше вреда демонам. Они мои друзья, — осторожно говорю я, протягивая руку к дракону. Он толкается мордой в мою ладонь и медленно моргает, будто показывая, что все понял.

Удивленный вздох Николая — все, что я слышу, прежде чем дракон запрокидывает голову в небо и кричит что-то своим собратьям. Этот звук вновь сотрясает землю, и меня шатает. Те четверо, что сидели на мосту, ныряют через края в ущелье и раскрывают крылья. Они улетают так, будто никогда и не хотели сюда прилетать.

Трое красных драконов, которые атаковали тыл с запада, следуют за остальными и улетают на юг.

Прежде чем обернуться и посмотреть на меня, Калел дает себе несколько мгновений на то, чтобы осознать произошедшее. Потом его взгляд перемещается на войско позади меня. Я оглядываюсь через плечо.

Все взгляды прикованы ко мне одной. Ошарашенные. Полные надежды, а некоторые — даже зависти.

Николай широко улыбается и широким жестом показывает на меня обеими руками.

— Алира, несущая мир и усмиряющая драконов!

Мурашки бегут по моей спине от радостных криков несколько сотен рыцарей. Я благоговейно смотрю на них, пока они кричат, поддерживая меня. Я и не думала, что наступит день, когда демоны будут улыбаться мне и ликовать. Всего несколько дней назад несколько из них пытались убить меня. Я смотрю на Калела, пытаясь понять его реакцию на то, что его войско внезапно меня приняло.

На лице Калела видна задумчивость, и может быть, неверие, но он больше не смотрит на меня с такой же ненавистью, как несколько дней назад.

— Поехали домой, — шепотом говорит он, поднимая меня на руки, и несет к своему коню, чтобы отвезти в сокрытое королевство Девицит.