Однажды в сердце демона

ГЛАВА 10

АЛИРА

Ветер стихает, как только мы добираемся до границы между Алзором и Девицитом. Целую неделю мы провели в пути, сопровождаемые изнуряющим холодом, выматывающим душу. И все же, на мой взгляд, мало мест могут быть такими же пугающими, как долина Павшего Хребта.

Земля здесь пропитана золотой и красной кровью, что пролили обе армии.

Солдаты Калела кажутся угрюмыми, когда мы проезжаем через долину. Их взгляды задерживаются на сломанных черенках флагов, вбитых в землю во время битвы.

Все здесь выглядит таким свежим. Застывшим во времени до самой весны.

Я помню, как наш генерал рассказывал нам об этой битве во время военного инструктажа шесть месяцев назад. Наши войска несколько недель держали оборону, но у нас не было шансов против огромного числа демонов. Часть меня полагает, что Король Борлин тянул, ожидая, что боги взбунтуются против проливания такого количества божественной крови, но они молчали. Они так и не появились. Множество рыцарей потеряли остатки надежды, когда их молитвы остались без ответа.

Это была одна из редких битв, в которую Король Борлин не отправил меня. Я оставалась в королевстве и охраняла замок от возможного тайного нападения.

Мои плечи опускаются под давлением множества смертей, наполняющих здешний воздух.

Ходят слухи, что божественная кровь может запятнать землю, на которой была пролита. Если смертей было немного, они могут остаться без последствий, но здесь ситуация совершенно иная. Никогда раньше у меня так не мутило живот. Лошади топчут по пути небольшие увядшие цветы. Пионы.

Тесса направляет свою лошадь ближе к нам.

— Калел, мы должны встать лагерем на передовой и переждать надвигающийся шторм.

Калел быстро обдумывает ее слова и коротко кивает.

Он вообще говорит мало, особенно когда едет верхом. И я искренне рада этому маленькому счастью. Мы едем подолгу, но я хотя бы могу оставаться в тюрьме собственного разума большую часть времени.

Лошади проходят по залитому кровью полю к его противоположному концу на территории Девицита, и мы наконец пересекаем границу священных земель.

Странно, что здесь нет брошенных останков полубогов, которые я рассчитывала увидеть. У Короля Борлина не было возможности забрать тела павших, особенно когда демоны выгнали отсюда наше войско. Так где же эти тела?

Калел останавливает лошадь, когда с задних рядов раздается крик. Вибрирующий страх повисает в воздухе, липкий, как сосновая смола на языке. Это особый запах страха демонов, и было бы преуменьшением сказать, что он вселяет ужас в грудь, будто гниль.

Этот запах чувствуешь однажды и больше никогда не забываешь. Их эссенция взрывается подобно вспышке на солнце, поражая каждое существо поблизости и давая понять, что грядет нечто ужасное. Этот запах у меня ассоциируется с их убийством. Их страх ударяет в самую душу и больше никогда не забывается.

Калел издает беспокойный рык, который проникает в мои вены.

— Тесса, присматривай за ней, — бросает он, оставляя меня на своем коне и отправляясь в задние ряды чтобы проверить, что случилось.

Тесса смотрит на меня так, будто правда думает, что я попытаюсь сбежать. Что я бы и попыталась сделать при любых других обстоятельствах. Но Калел — единственный оставшийся шанс на спасение моего королевства. Что, по их мнению, я должна сделать?

Конь Калела бьет копытом и встряхивает головой так, будто хочет сбросить меня со своей спины.

— Ох, все хорошо, — шепчу я, соскальзывая с высокого черного жеребца и успокаивающе похлопывая его по шее. Конь фыркает и отворачивается от меня, будто ему противна сама идея того, что я касаюсь его без присутствия Калела. Я морщу губы в ответ на безразличие стоящего передо мной существа. — Что там происходит?

— Не знаю точно, — Тесса смотрит поверх голов рыцарей, спешащих на помощь в задние ряды. — Конь реагирует на запах страха, но помимо этого он просто угрюмая зверюга. Тебе повезло, что он вообще терпит твое присутствие. Он лягнул принцессу Хелен, когда она попыталась поближе с ним познакомиться, — она меняет тему и так улыбается воспоминаниям, что я начинаю думать, что ей совсем не нравится принцесса.

— Я не знала, что у Короля Демонов есть дочь, — бормочу я, отходя от коня на пару шагов. На тот случай, если он решит лягнуть и меня.

Тесса спешивается рядом со мной.

— Она ему не дочь, а сестра. Несколько лет она пыталась добиться Калела, но он не ответил ей взаимностью. На самом деле, ему никогда никто не нравился, — последние слова она произносит со странным намеком в голосе.

Я устало смотрю на нее, не слишком заинтересованная в том, кто добивался Калела.

— Хелен не должна быть проблемой, но тебе лучше знать, что ей не в новинку убивать соперников, — Тесса хотя бы достаточно умна, чтобы предостеречь меня.

Я не в первый раз слышу о том, что знать использует ассасинов в личных целях.

Я киваю.

— Спасибо, что предупредила. Я должна знать о чем-то еще?

Тесса качает головой.

— Калел сам тебе обо всем расскажет, я уверена. Мне не стоило упоминать Хелен, пожалуйста, не выдавай меня ему, — она переводит взгляд на изувеченные поля.

— Ты здесь сражалась, лейтенант? — спрашиваю я, уводя тему с Калела на что-то другое. Он кажется главной темой для разговоров, а я жажду узнать больше об остальных.

Всего секунду золотистые чешуйки около ее волос сияют теплым светом, а глаза смягчаются, пока она печально смотрит на деревья вдалеке.

— Сражалась.

Крики в последних рядах войска становятся громче и снова привлекают наше внимание. Что в конце концов…

Нет.

Лютоволки.

Рыцари рассредоточились и пытаются отогнать огромных чудовищ, бросающихся на лошадей и пытающихся разгромить повозки. Особенно ту, в которой держат пленных полубогов.

Полубоги пользуются нападением как возможностью бежать, вылезают из перевернутых волками крытых повозок и быстро разбегаются. Некоторые успевают скрыться за деревьями, другие сражаются за свою жизнь против волков. Свежая кровь быстро схватывается в морозном воздухе. Я лихорадочно высматриваю Ганса, свидетеля, которого Король Борлин отправил с нами, чтобы присутствовать при принесении клятв, когда мы доберемся до Девицита.

Я не вижу его среди растерзанных полубогов. Это немного утешает, но живот все равно сводит при виде бойни, разгоревшейся всего за пару минут.

Сердце подпрыгивает к горлу, а рука инстинктивно тянется к боку, чтобы взять меч. Но его там нет, я забыла, что его забрали в первый же день.

Я не могу оставаться безоружной. Не против лютоволков. Я для них как кусок мяса. Они за несколько миль чуют кровь полубогов. Она сладка для них, будто нектар или божественный мед. Мы давно истребили их на наших землях, и я не знала, что они все еще водятся в лесах Девицита. Почему все чудовища этого мира охотятся за нашей священной кровью? Я впиваюсь зубами нижнюю губу.

Калел кричит, ударяя волка мечом в спину до того, как тот успевает добраться до невысокого полубога в кандалах. Зверь в ярости разворачивается к командиру. Волк в три раза крупнее него, и хрустальный меч едва ли нанес ему хоть какую-то рану.

— Лютоволки? — будто не веря, шепчет Тесса, вооружаясь перед тем как побежать на помощь сражающимся. Остановившись, она оборачивается на меня. Ее взгляд быстро проскальзывает по моим пустым рукам. — Боги, — ругается она, одним быстрым движением доставая кинжал. — Не заставляй меня пожалеть, что я дала тебе его.

Тесса вкладывает клинок мне в руку. Я смотрю на нее, пораженная, но благодарная.

Она не ждет, пока я поблагодарю ее. Она бежит по полю, спеша на помощь оставшимся полубогам. Они прячутся за спинами Калела и четверых его самых сильных рыцарей.

У меня отвисает челюсть. Это неслыханно — сдерживать целую стаю лютоволков, когда была пролита кровь полубогов. Они будут преследовать их до конца, их жажда настолько сильна, что они умрут, лишь бы утолить ее.

Взгляд Калела, полный ярости и удивления тем, что появились лютоволки, встречается с моим. И только почувствовав, как земля позади меня подрагивает, я догадываюсь, что демоны могут не знать, как привлекательна для чудовищ наша золотая кровь. И что последствия произошедшей здесь битвы могли приманить их из самых глубин леса.

Глаза Калела расширяются, и он издает пронзительный крик, когда челюсти зверя смыкаются прямо поперек моей груди.

Единственная мысль звенит у меня в голове. А может, во всей вселенной.

Молитва, но не жестоким богам.

Прошу, Калел, не дай мне умереть.