Не трожь мою ёлочку, дракон!

4. Старый дом Хелвинов

Валери

Я замираю. Жду, когда появится та самая повозка, чтобы попросить подвезти меня до куда-нибудь. Ну мало ли в другом городе получше с гостиницами.

Пальцы на руках уже подмерзают. Игнис, зажатый под мышкой, тоже будто заледенел и давно не выдаёт язвительных фразочек.

Из-за поворота выезжает знакомая телега. На козлах тот самый фермер, отец спасённой мной девочки Лисы. На самом деле положение у меня настолько отчаянное, что я бы попыталась остановить любого проезжающего, а тут сама удача широко улыбается мне.

Я машу ему рукой, и он осаживает лошадей рядом со мной.

— Вы, может, знаете, где можно переночевать? — спрашиваю, поглядывая на девчушку. — Здесь все гостиницы забиты.

— Да, миледи. — Он машет рукой. — У нас тут ярмарка, много людей прибыло. Садитесь, подвезу вас. Можете остановиться у меня на ферме. Угол найдётся.

Я мнусь. Становится неловко так его обременять.

— Я бы не хотела вас стеснять, — бормочу, забираясь в телегу.

Лиса радостно хлопает по моим коленям игрушечной лошадкой, смотрит хитрыми глазками из-под вязаного чепчика. Мы смеёмся. Наконец-то хоть что-то светлое.

Фермер представляется Норманом и без умолку рассказывает мне про остров. Холодный край, со снежными равнинами и каменистыми плато, по северной границе горная гряда.

Я постепенно отогреваюсь в устланной шкурами телеге.

Сумерки переходят в тёмный вечер. Но над козлами загорается сгусток света и освещает пространство вокруг. Видимо, что-то магическое. Потом узнаю у Игниса.

Мы едем долго, портовый город исчезает из виду, впереди растекается необъятная снежная равнина, и где-то вдалеке, почти у въезда в некое подобие ущелья я замечаю небольшое чёрное строение.

— А что там, Норман? — спрашиваю фермера.

— А… это? Старый дом Хелвинов, миледи, — объясняет он. — Хозяева уехали три года назад. Никто там не живёт.

И в моём мозгу формируется дикая идея — поселиться в этом заброшенном доме. Крыша над головой, приведу жилище в порядок, а потом как-нибудь выкуплю, судя по всему, денег у меня с собой действительно много.

— Спасибо вам, что подвезли, Норман, — говорю вежливо. — Высадите меня около этого дома Хелвинов.

Он не сразу соглашается, сначала пытается меня вразумить, что леди вроде меня одной в заброшке опасно, что там всё промёрзло и прогнило наверняка, но я остаюсь непреклонной. Чего стеснять людей, когда тут целый дом никем не используется?

Норман в конце концов сдаётся и высаживает меня у косого заборчика.

— Берегите себя, миледи, — сокрушённо выговаривает он.

Я благодарю и машу на прощанье Лисе.

До дома шагов двадцать по участку, но снега тут, похоже, по колено. Ноги проваливаются. Сапожки моментально промокают.

— Ты и правда не ищешь лёгких путей Валери, — подначивает Игнис. — Раньше ты была… как бы выразиться… менее отчаянной, во!

Я не отвечаю. Злюсь на чёртовы сугробы, на ночь, на пробирающий до костей холод. Ступни ноют.

Я добираюсь до двери и, естественно, она оказывается заперта. Но рядом я обнаруживаю разбитое окно. Кто-то предприимчивый уже побывал там до меня.

Недолго думая, я забрасываю саквояж внутрь, потом Игниса, не обращая внимания на его причитания, потом забираюсь сама.

Платье успело намокнуть и отяжелеть, так что я трачу на взбирание к окну почти все свои силы и едва чувствуя тело распластываюсь по пахнущему плесенью полу.

Лежу. Отдыхаю. Кожи касается более тёплый, чем на улице, воздух, и я нахожу в себе силы подняться. Оказывается, я попала в небольшую комнату вроде кладовой, из неё дверь приводит меня в просторную гостиную с камином и даже неплохо сохранившейся мебелью.

Дальше я идти не хочу, меня манит камин. В лунном свете вижу поленницу у стены. В теле будто открывается новое дыхание. Быстро добираюсь до дров, переношу их в камин и тут понимаю, что зажечь их мне нечем. Вызывать огонь трением?

— Возьми кресало! — гнусавит Игнис. — Всему тебя учить надо, Валери! Вон та штука, которая висит сбоку от очага!

Там и правда висит странный предмет, напоминающий ножницы, но сжав их колечки, я высекаю мощную искру.

Вскоре камин разгорается, обдавая меня оживляющим теплом и запахом горящей древесины. Лучшее, что я испытала за весь день.

Пожалуй, тут можно жить. Надо будет, конечно, привести это место в порядок, но это наживное. Кажется, всё не так плохо, да?

И в этот момент дверь за моей спиной влетает внутрь, ударяясь о стену.

Я взвизгиваю, подпрыгиваю и разворачиваюсь, схватившись за кочергу.

Ну конечно! Кто ещё это может быть?

Аэриос Витерн.

Плащ в снегу, вид такой свирепый, что от него хочется куда-то спрятаться, а взгляд, которым он пронзает меня насквозь, холоднее здешней зимы.

Мой рот открывается сам собой:

— Вы? Опять?!