( Не)нужная жена дракона

Глава 25

Освещая дорогу факелом, привратник провел женщин в недра заброшенного крыла.

У каждого клана в столичной резиденции были апартаменты для лаэрда и его супруги, покои для вельмож, казарма воинов и комнатки для слуг. А еще загоны для инкардов и анкров, собственная кухня, прачечная и прочие бытовые постройки. Некоторые из них никогда не пустовали, даже если лаэрд предпочитать проживать у себя в клане, а в столицу наведываться изредка по делам.

Но здесь царили мрак и запустение. Мозаичный пол покрывал толстый слой пыли, а с мертвых кристаллов свисали клочья паутины.

– Пришли!

Привратник погремел ключами и отпер богато украшенную дверь. Та жалобно скрипнула, и этот скрип пронзительным воплем разбил тишину.

Из образовавшегося темного проема ударило сыростью и затхлостью.

Горничные в страхе прижались друг к другу. Дарг втянул носом и недовольно качнул головой:

– Кажется, где-то крыша течет.

– Это покои льеры? – Нериль осторожно заглянула через порог.

– Они самые. Наш прежний лаэрд, Гардахен, приказал все обновить для своей шиами. Украсил ее спальню, подготовил наряды и украшения… Хотел привести в столицу после рождения сына. Да только она ни разу здесь не была.

Нериль прошла вдоль комнаты, оглядывая мертвые остовы мебели, накрытые тканью. Ткань посерела и просела под слоем пыли. Вот шкафы, вот секретер, вот туалетный столик с зеркалом, пуфик, а вот и кровать…

Стены украшены резными панелями, эмалью и полудрагоценными камнями. Аквамарин, лазурит, малахит… Но больше всего янтаря. Разных оттенков – от золотисто-желтого, как капля свежего меда, до темно-коричневого, как лакричная карамель. Все это тускло поблескивало в красноватом свете факела.

Не удержавшись, она провела рукой по стене и стряхнула пыль. В том месте камни засияли ярче.

– Ах, льера! – всполошились служанки. – Вы испачкались!

– Ерунда. Я хочу посмотреть, что есть в гардеробе. Может, найду подходящее платье на сегодняшний вечер.

Не глядя, Нериль вытерла руку поданным платком. Дарг указал на двойные двери за пыльной портьерой:

– Это там. Украшения на туалетном столе в шкатулке. Берите, что хотите и уходите.

Она раздраженно посмотрела на него:

– Прямо «что хотите»? Не боитесь, если я вынесу все, что здесь есть?

– Вряд ли у вас хватит сил, – усмехнулся мужчина и указал на свою алебарду: – К тому же, я всегда могу вас остановить.

Он вышел в коридор.

Фыркнув, Нериль распахнула гардероб. Он действительно был заполнен практически до отказа. На стенах висели роскошные платья, на длинных полках ютились бальные туфельки и прогулочные сапожки. Шляпки, перчатки, кокетливые веера, расшитые янтарем. Правда, вся эта прелесть посерела от пыли и давно вышла из моды.

Нериль присмотрелась внимательнее. Нечто подобное носила в молодости ее бабушка. Только кто-то ушлый уже успел срезать с одежды драгоценные камни.

– И так сойдет, – тряхнула она головой.

– Госпожа, вы же не собираетесь это надеть?! – ужаснулись ее невольные спутницы.

– Как раз собираюсь. Вот это, из желтого бархата, – она потянула за одно из платьев, и в воздух взвилось облачко пыли. – Приведите его в порядок.

– Если льер Арген узнает…

Нериль окинула болтушек тяжелым взглядом:

– Конечно, узнает. Я собираюсь выйти в нем к ужину. Но если хоть одна из вас что-то сболтнет, я укорочу вас обеих на целый язык!

В ответ раздался испуганный возглас и горячие заверения, что тайна светлейшей льеры умрет вместе с ними.

Пока горничные крутились, подбирая к платью туфли, перчатки и прочее, Нериль вернулась в спальню. Это место наводило тоску, но в то же время будило в душе странные чувства.

Она обошла кровать, которую отец Ника приготовил для его матери. Даже коснуться ее казалось женщине святотатством, но она упрямо откинула полог и скользнула взглядом по непримятым шелковым простыням.

Мать Ника отвергла любовь дракона. И вот результат: они оба мертвы, а их сын калека.

Разве это не насмешка судьбы? Гардахен забрал чужую супругу, Арген – бросил свою.

Взгляд Нериль скользнул по стенам и замер, наткнувшись на небольшой эмалевый портрет в овальной рамке. Глаза сузились, наполнились узнаванием.

Подойдя ближе, Нериль сняла портрет со стены и стерла пыль. На нее смотрела молодая женщина с тонким, почти прозрачным лицом. Она выглядела очень болезненной, а единственным ее украшением были глаза. Огромные карие глаза, смотревшие на мир с обидой и непониманием. Казалось, она вот-вот заплачет.

Но в ее чертах прослеживалось яркое сходство с Ником. Ошибки быть не могло.

– Так вот ты какая, Ниора Урранбарх, – прошептала Нериль, глядя в глаза портрету.

Сердце вдруг защемило от жалости. Бедная Ниора. Ее ведь даже не спрашивали, хочет ли она быть супругой Гардахена Урранбарха. Хочет ли делить с ним постель…

Дракон пришел, дракон взял. И даже муж Ниоры не решился ему перечить. Да что там говорить, никто бы не решился! Если бы она, Нериль, не сбежала из Вистхейна, староста сам бы выдал ее посланникам императора.

Власть, сила и золото – вот три бога, перед которыми не устоит ни один человек, и дарги давно это поняли.

Но у каждого, даже самого сильного существа, есть свои слабости. А еще есть законы, которым они подчиняются. Как сегодня сказал Алиандер? Он не может нарушить закон, который сам же и принял! Но он еще не знает, на что способна женщина, которую загнали в угол и которой есть за что бороться. Зря он поставил ее перед выбором!

– Ты была слабой, – прошептала Нериль, глядя в глаза портрету. – А я – сильная. Ты бросила своего сына, а я его спасу. Ты отняла у него крылья, а я их верну. Сохраню и любимого, и своего ребенка. Мы с тобой совсем не похожи. Я не сдамся и не отступлю.

Некстати вспомнился Арген. Его взгляд, брошенный напоследок и пугающие слова: «Я сделаю все, чтобы ты осталась со мной!»

По губам Нериль скользнула усмешка.

– Я не повторю твоей ошибки! – прошептала она, обращаясь к той, что дала жизнь ее любимому.

– Госпожа, – за спиной раздался робкий голос служанки. – Мы подобрали наряд на сегодняшний вечер. Вы уверены, что хотите это надеть?

Нериль оглянулась. Девушки стояли перед ней, переминаясь с ноги на ногу. Одна держала платье и туфли, вторая сжимала в охапке ворох нижних юбок.

– Разве вы с первого раза не поняли? – прищурилась их госпожа.

Она прошла к туалетному столику и решительно сдернула ткань, которой он был накрыт. В воздух поднялась туча пыли, но Нериль не обратила на это внимания. Ее взгляд прикипел к небольшой малахитовой шкатулке, стоящей на столике.

Крышка шкатулки была приветственно откинута, с нее свисали гроздьями нитки бус. Янтарь, гранат, аметист, идеально-круглые жемчужины нежных оттенков, алый коралл и голубой лазурит…

Нериль заглянула в недра шкатулки. Там тоже хватало украшений. Но среди них не было золота и бриллиантов. Все ценное давным-давно вынесли отсюда. Похоже, она не первая, кого пропускает привратник.

Морщась от этой мысли, Нериль вытащила из кучи украшений тяжеловесное янтарное колье, такой же браслет и крупные каплевидные серьги, оправленные в позолоченное серебро.

– Этого хватит, – решила она.

Подумала и прихватила еще черепаховый гребень, инкрустированный эмалью и янтарем.

Притихшие служанки выскользнули из мертвых покоев и всю дорогу, пока возвращались на территорию Рубинового клана, не поднимали глаз от земли.

Нериль отдала привратнику обещанное золото. Она хотела уйти молча, но все же не удержалась. Глядя на дарга с презрением, произнесла:

– Что же ты так плохо хранишь собственность клана? Не боишься, что новый лаэрд призовет к ответу?

Мужчина хмуро взглянул на нее:

– Вы о побрякушках? Какой прок от того, что они здесь лежат, когда наши дети и жены страдают от голода? Пока льеры бьются за титул лаэрда, магия спит, а на полях то ливни, то засуха, то саранча. Скотина дохнет стадами, а этой весной речка вышла из берегов и затопила посевы!

Женщина недоверчиво хмыкнула.

– Хочешь сказать, что драгоценности Урранбархов пошли на поддержку клана?

– Кто вы такая, чтобы я перед вами оправдывался? – огрызнулся дарг. – Вот станете нашей льерой, тогда я и буду ответ держать! А пока топайте отсюда, светлейшая, пока я не передумал!

Уязвленная его тоном, Нериль отступила. Прижимая к груди добычу, она поспешила покинуть это мрачное место. Но в ушах продолжали рефреном звучать слова привратника: «Вот станете нашей льерой, тогда я и буду ответ держать!»

– Стану! – процедила она сквозь зубы, едва войдя в свою спальню. – И это случится раньше, чем ты можешь представить!

Вернувшись в свои покои, Нериль приказала горничным подготовить ее наряд. Платье требовало чистки и небольшого ремонта. Сама же она решила, что должна поговорить с сыном.

Она нашла его на балконе. Мальчик сидел в одиночестве и с тоской наблюдал за парящими в небе драконами.

Подойдя, Нериль тихо положила руку ему на плечо.

Рей оглянулся. Увидев, что это мать, он произнес:

– Правда, они красивые?

– Правда, – улыбнулась она. – Однажды ты станешь таким же. Большим, сильным, могущественным и прекрасным. Настоящим драконом.

Он вздохнул.

– Да, я знаю… но…

Рей замолчал. Нериль чувствовала, что сына что-то гложет. Она нахмурилась, обошла его и заглянула в глаза.

– Что, сынок? Скажи, тебя что-то тревожит?

Он опустил голову и едва слышно пробормотал:

– Мам, а мне обязательно становиться драконом?

Такого Нериль от сына не ожидала.

Она шла сюда с намерением поговорить о его отце, об ультиматуме императора и собственном выборе. Рей нужен ей как сообщник. Но теперь она замерла, обдумывая ответ.

– Ты не хочешь быть драконом? – осторожно спросила.

Мальчик помотал головой:

– Не хочу.

– Скажешь мне, почему?

Рей молчал долго. Молчал и смотрел, как в небе над дворцом кружат крылатые ящеры. Нериль уже начала беспокоиться, что сын ничего не скажет или вообще забыл про вопрос, но вот он отвел взгляд в сторону и заговорил.

– Мам, я не хочу быть драконом, потому что они живут очень долго.

– Но это же хорошо!

– Для меня – нет. Я не хочу смотреть, как ты старишься и умираешь, – мальчик шмыгнул носом. – А еще… еще все мои друзья из Вистхейна состарятся и умрут. И даже если однажды мне понравится девочка, и я женюсь, то она тоже…

Его голос затих.

Нериль с минуту потрясенно смотрела на сына. А потом схватила за плечи и прижала к себе.

– Сынок, откуда ты это взял?

– Отец… он сказал мне.

– Что сказал?!

Рей упорно смотрел в пол, но мать сжала его щеки и силой заставила поднять голову.

– Что тебе сказал твой отец? – повторила с нажимом.

– Что я принадлежу клану, и он меня заберет.

Она вздрогнула. Неприятный холодок пополз по спине.

– А еще?

– Что я должен забыть свою человеческую жизнь, потому что я не человек. «Жизнь людей всего лишь миг для дракона. Как падающая звезда: пролетела – и нет ее», – процитировал мальчик слова отца. – Нельзя привязываться к людям и любить их, это делает даргов слабыми. Он сказал, что если я буду переживать о тебе или своих друзьях, то никогда не стану сильным. Что ты испортила меня. Сделала слабым…

Рей говорил, и его голос с каждым словом становился все крепче, все звонче, а в душе Нериль закипала ярость.

Арген!

Как он посмел?!

Пришел сюда, пока ее не было, и наговорил сыну омерзительный вздор!

– Мама, он сказал, что пора меня забрать из под твоей юбки и превратить в настоящего дарга. Но я не хочу! – голос мальчика сорвался на крик. – Я не хочу быть таким как он!

– И не надо! – она снова прижала его к себе.

В эту минуту ей хотелось увидеть Аргена и отхлестать его по щекам, как нерадивого мальчишку. Но в то же время она понимала: он прав. Это жестокая, неприглядная правда, от которой так хочется спрятаться, забыть о ней и не вспоминать. Но даже если сделаешь это, она не перестанет существовать. Надо просто уметь с ней жить.

Рей зарылся лицом в платье матери.

– Ты можешь оставаться самим собой, – пробормотала Нериль, целуя сына в макушку, – но в одном твой отец прав. Ты дракон, а не человек. И ты должен стать сильным… Ради своего будущего. Ради меня.

Она замолчала, продолжая гладить его по спине. Мальчик со вздохом обнял ее и пробормотал:

– Мам, ты же меня не отдашь? Не бросишь?

Взгляд женщины скользнул к небу. Невольно любуясь грацией и силой крылатых созданий, она призналась:

– Я надеялась, что ты останешься человеком. Но это была ошибка. Ты дарг по крови и праву рождения. Наследник своего отца. Я едва не лишила тебя самого ценного – крыльев.

Только сегодня, держа в руках портрет Ниоры Урранбарх, Нериль осознала это в полной мере.

Ник вырос без крыльев, но так и не нашел свое место среди людей. Дарги презирали его, а люди боялись. И на подобную судьбу она собиралась обречь родного сына. Из-за собственных женских обид и мелочного эгоизма.

– Твой отец в своем праве, но я тоже не оставлю тебя. Доверься мне, Рей. Я знаю, что делать. Ты мне веришь?

Она заглянула сыну в глаза.

– Да, мам. Я тебе верю.

– Это самое главное!