Железный лорд. Наследник

Глава 9 Наместник

Прямо голова кругом от того, сколько всего произошло и случилось. Новости, которые я услышал, не были такой уж неожиданностью, хоть и свалились, как снег на голову. Но…я чего-то подобного ждал. Иначе и быть не могло.

Итак, новости были как «глобальные», так и «местные». Начну с главного, то есть с глобального — кронпринц объявил очередной поход на бунтовщиков, которые продолжали успешно захватывать территории и последнее сражение с которыми закончилось полным разгромом флота империи.

Теперь империя желала взять реванш, и часть сил, которые она собирала, должны были быть взяты из…графства Тирр. Моему отцу надлежало собрать флот, возглавить его (ну, или назначить доверенного человека, который поведет флот), затем соединиться с другими лордами, которым так же, как и отцу, пришло повеление от кронпринца отправляться в поход и лететь уничтожать повстанцев.

Судя по тем именам, что я услышал — вряд ли удастся собрать силы, которых будет достаточно для разгрома повстанцев. Скорее уж кронпринц организовал конвейер по утилизации неугодных. Именно их он собирался бросить в горнило войны. А что? Толковое решение — и от «проблемных» удастся избавиться чужими руками, и, если повезет, повстанцев потреплет…

Уверен, сразу после разгрома нашей флотилии кронпринц создаст еще одну, более многочисленную, которая отправится «мстить» за верных сынов империи. И пусть не удастся разгромить повстанцев полностью, но, уверен, кронпринц сможет правильно подобрать направление удара, где можно отжать у повстанцев часть территорий. И это выдадут за великую победу.

Но что будет в империи, как и что выдадут за победу — мне плевать. Главное другое — кронпринц давно придумал, как избавиться от Рикара, и моя встреча с принцем была последним этапом, после которого кронпринц дал отмашку.

Вот только он плохо знал моего отца, и отец от кронпринца ждал совершенно другого.

Теперь вопрос — что же сделает отец?

Либо он, либо Рикар должны возглавить наших людей в походе. Отправлять туда Рикара — не вариант. Он попросту загубит людей и погибнет сам — в этом я нисколько не сомневался, как и кронпринц, это все затеявший. В результате я стану единственным наследником и…все идет по тому плану, который придумал отец (ну и по планам принца, во всяком случае, пока).

Но…вот тут и есть проблема — отец не отпустит Рикара. Почти наверняка он отправится вместе с ним.

Что произойдет дальше — не берусь судить. Отец не позволит Рикару просто так погубить людей, но наверняка позволит вляпаться в какую-то заварушку, в которой Рикар во всей красе проявит свою некомпетентность и глупость. Именно этот момент станет для Рикара финишным, именно тогда отец скажет ему, что ему не суждено стать графом.

О…многое бы отдал, чтобы увидеть братца в этот момент…

Ну да ладно, не буду злорадствовать. В том, что отец все сделает правильно, обыграет все как положено, можно не сомневаться. Равно как и в том, что все документы, подтверждающие решение отца касательно того, чтобы сделать меня его правопреемником, ждут своего часа.

Меня беспокоило другое. Во-первых, в каком бы статусе Рикар ни находился, но пока он жив — братец будет являться для меня главной угрозой. Во-вторых, все революционеры, недовольные мной, будут в первую очередь бежать к нему. Именно он станет «знаменем» всех недовольных. А так как заинтересованные лица быстро поймут, что Рикаром можно управлять, он станет наиболее привлекательной персоной, которую многие бы хотели видеть на троне вместо меня (да и отца, к слову).

Я все это понимал, но, как и у отца, у меня рука не поднялась бы прикончить Рикара. Каким бы говнюком он ни был, сколько бы дерьма я из-за него ни хлебал, а просто убить его я не мог. Даже на дуэли, как мне казалось, его убийство станет «грязным» — все вокруг будут считать, что я просто убрал конкурента.

Остается надеяться, что отец сделает что-то, что просто не позволит Рикару претендовать на графский титул. Вряд ли, конечно, но я предпочел тешить себя надеждой…

А еще, даже сейчас, когда я буду просто «наместником», когда буду править от имени отца, в столицу стянется воронье — все те, кто будет считать, что сможет со мной совладать, сделать меня своей марионеткой и мной управлять.

Я должен был лететь в графство, чтобы начать играть свою роль, заставить всех таких выползти на свет, а затем одним махом раздавить всех до одного. В идеале с помощью отца, который вернется из похода, но по большому счету я был готов сделать это и сам.

Кроме того, пока отец еще на месте, я должен был поговорить с ним, так сказать, принять дела, войти в курс всего происходящего. Ну и чего уж — выслушать напутствие.

И это отнюдь не просто разговор с родителем. Как раз нет. Это будет инструктаж наместника графом Тирром.

Черт подери…как же оно все не вовремя. Ожидаемо, но…как-то уж слишком быстро все произошло. Я надеялся, что у меня есть месяц-другой.

Ладно. Что случилось, то случилось.

Нужно срочно подготовить баронство и лететь.

О да…баронство…

Тут тоже не все слава богу.

Во-первых, тот загадочный противник, на чью базу мы напали. Практически в один голос все мои эксперты утверждали, что мы столкнулись с Торговым альянсом, и я искренне недоумевал по этому поводу. С альянсом я вроде не враждовал… Да чего там, я вообще никаких дел с ними не имел. Так чего они заявились в мое баронство, еще и базу свою тут разместили?

Второй неприятный момент заключался в том, что едва я пришел в себя — Маркус и Серый принялись в один голос проситься в отпуск, чем очень меня смутили.

Они отшучивались или отмалчивались по поводу только что проведенной операции, утверждая, что ничего нового добавить не могут. Но при этом им срочно куда-то понадобилось. Подозрительно…

Впрочем, кое-что я из них вытряс — они собрались к своим соплеменникам, чтобы сообщить некие важные сведения. А точнее Маркус и Серый были твердо уверены в том, что альянс — это либо союзники их давних врагов, либо сами и есть эти самые враги. Это те самые «деусы» (как называли их внешники), которые оккупировали родные миры моих соратников.

Собственно, я не видел причин, почему не должен отпускать своих подопечных. Пусть летят. Торговый альянс явно задумал что-то недоброе по отношению ко мне и моему баронству. И если соплеменники Маркуса и Серого выступят на моей стороне против альянса — почему нет?

Баронство я покинул всего через двое суток с момента, как получил сообщение от отца.

Можно сказать, что быстро справился. И это действительно было так. Все-таки личный посланец кронпринца кое в чем был прав — правильные люди на правильных местах под чутким контролем и руководством способны сделать многое.

Главное — никогда не убирать руку с пульса событий, быть в курсе всего и всегда, тогда дела пойдут в гору…

О, как меня встретила столица. Несмотря на ситуацию, я развлекся от души.

Рожи чинуш нужно было видеть — они поначалу ждали, что я прилетел, так как меня вызвал отец, чтобы отправить в поход. Проще говоря, на заклание.

Однако такой настрой у окружающих продержался недолго — ровно до того момента, пока не вышел циркуляр, описывающий иерархию в отсутствие самого графа. О вот тут чинуш прорвало. Они узнали, кто будет вместо графа, и удивлению их не было предела.

Меня очень забавляло, что буквально вчера чинуши делали вид, что меня нет, когда я обращался к ним, игнорировали меня, а теперь…

Теперь они лебезили и пресмыкались, гнули спины в настолько низких поклонах, что я опасался — смогут ли они вообще разогнуться в исходное состояние.

Где бы я ни был, теперь мгновенно обрастал свитой не пойми кого, жадно ловивших каждое мое слово, бросающихся выполнять любое поручение (даже когда я его не давал, а просто размышлял вслух, что «неплохо было бы, если…»).

— Ну что, как тебе столица?

Я переступил порог отцовского кабинета, двери за мной закрылись и я направился к столу, за которым обычно сидел мой отец.

Сегодня он встретил меня иначе — стоял у окна, развернувшись ко мне спиной.

— Как всегда — приятно оказаться дома, — ответил я, — правда, как-то непривычно…

— Это потому, что за тобой теперь бродит армия чиновников, унюхавших для себя новые возможности.

— Неужели они всерьез думают, что я устрою тотальные чистки рядов? — хмыкнул я.

— А почему нет? Любой правитель, заполучив власть, начинает с этого — нужно убрать всех, кто не лоялен к тебе или был слишком лоялен предшественнику.

— Это не всегда рационально, — покачал я головой, — плюс выбирать людей по принципу «самых верных» — ошибка.

— Уверен? — отец наконец развернулся ко мне лицом и уставился на меня.

— Абсолютно, — я не прятал глаза и ответил ему столь же прямым взглядом.

— Что ж, не буду спорить, — ухмыльнулся отец. — Итак, приступим к делам. У нас очень много вопросов, которые нужно решить до моего отлета. А времени у нас всего ничего…

Я думал, что я трудоголик. Оказывается, я тот еще лентяй. Во всяком случае, по сравнению с моим отцом. Все время до отлета мы провели в его кабинете. Еда — сюда. Сон — тут. Нужен перерыв? Постой и подыши свежим воздухом у окна. А все остальное — работа.

Отец вводил меня в дела графства, причем во всех деталях. Кто, где, что, как — мне казалось, что за эти пару суток я изучил всю подноготную каждого из знатных домов, знал, кто чем дышит, на кого и как можно надавить при необходимости…

Еще я узнал о денежных потоках, о промышленной базе графства, о том, где и как отец умудрялся делать деньги «из воздуха». И последняя информация повергла меня если и не в шок, то в немалое удивление — отец оказался тем еще махинатором. Впрочем, уверен в этом, остальные имперские лорды проворачивали делишки и похуже. Да и я вон, как ни крути, а уже думал над тем, как бы платить налогов поменьше, оставляя как можно больше в казне баронства…

Еще меня очень сильно удивило то, что отец был в курсе о всяких тайных обществах и сборищах заговорщиков. Кто-то из них желал стать «серыми кардиналами», оставить на троне настоящего Тирра, но править от его лица (так понимаю, для них Рикар был идеальным кандидатом и, вполне возможно, что за всеми проделками, которые я списывал на брата, стояли они). Другие желали видеть графом наших дальних родственников, третьи и вовсе мечтали о свержении диктатуры и уничтожении дворян как класса. Короче говоря, у группировок мотивы и желания были самые разные, разве что главная цель одна — взять власть в графстве.

Я поинтересовался у отца, почему он их не задавит на корню, на что получил показавшееся мне странным решение, но затем, во время размышлений, я пришел к выводу, что отец поступил очень рационально и логично.

А сделал он так — не уничтожал все эти общества, но держал их под колпаком. Иногда позволял одержать «победу», чтобы они совсем уж не теряли присутствия духа, наносил по их ячейкам удары, но никогда не уничтожал полностью. А идея его была простой — пока есть такие группы, которые к тому же известны и за которыми тщательно следят (в том числе и кроты, засланные в эти группы), несогласные с властью Тирров не создают новых сообществ (старые на них тут же ополчаются и «поедают»). Иначе говоря, все мало-мальски значимые смутьяны были у отца «на заметке».

Конечно, нельзя исключать, что не появятся еще заговорщики и их проморгают, но…тут я с отцом был согласен — как говорится: «Держи друзей близко, а врагов еще ближе».

Никогда не понимал эту фразу. Она казалась мне абсурдной. Но сейчас, получив живой пример, я наконец-то осознал глубину и логичность этой поговорки…

Флот под предводительством отца, которого сопровождал Рикар и несколько именитых дворян графства, отправился рано утром.

И я, проводив их, наконец вздохнул с облегчением. Нет, меня ждала куча работы, но тот бешеный темп, который задавал мне отец, уже можно было изменить — снизить его, так сказать.

Но нет, не судьба.

Я уже был обозначен как наместник, и меня ждала уйма дел. И первое, что мне предстояло — принимать просителей, которых меня поджидало несколько сотен.

Споры о наделах, манорах и наследстве. Распри между родственниками за право получить титул, просители всех мастей и рангов, начиная от желающих получить бесплатное обучение для отпрыска в счет былых заслуг, заканчивая изобретателями, придумавшими совершенно ненужный хлам или разработавшими парочку крайне необходимых законов о цвете ковра у трона в тот или иной праздник.

Уже спустя два часа у меня заболела голова от всей этой каши. Нет, среди людей, шедших ко мне, были те, кому действительно нужна была помощь или кто хотел получить справедливое решение по своему делу. Но таких было в лучшем случае один или двое из десяти, и на них я тратил гораздо меньше времени, чем на других, тех, чьи пустяковые или надуманные проблемы, идеи были пустой тратой моего внимания.

И что самое забавное: те, кто пришел по делу, получив ответ тут же уходили, но получившие отказ за свои дурацкие прошения пытались возмущаться, достучаться до меня, так сказать, донести всю суть своей мысли, которая мне, недалекому, сразу не дошла.

Короче говоря, все началось с головной боли, а закончилось тем, что я был разозлен до предела. Принял едва ли полсотни людей, а уже довели до ручки.

И с удовольствием бы отсеял тех, кто действительно пришел по делу, от остальных тунеядцев, которых надо гнать взашей, да только как их отфильтровать? А никак. Все становится понятно лишь когда они начнут излагать свое дело…

Но я больше не желал терпеть. Отказать в приеме я не мог, ведь это одна из обязанностей наместника, но сделать небольшой перерыв вполне в моих силах. И я это сделал.

Правда, тут же налетели чиновники, однако с ними я разобрался быстро и бесцеремонно — шикнул, напомнив о том, что свои рабочие вопросы они могут решать в строго отведенное время.

Я вышел на балкон и огляделся.

Как же прекрасен Тирр летом. Деревья в графском парке покрыты листвой, голубое безмятежное небо над парком так и шепчет: «Выйди из замка, прогуляйся»…

Но нельзя. Работы у меня полно…

Третий день я был занят тем, что принимал просителей. Казалось, что с каждым днем их становится все больше и больше.

И это действительно было так. Граф Тирр был известен своим крутым нравом и к нему старались лишний раз не соваться. Но в глазах людей я был мягким и покладистым, вот и перли ко мне все, кто только желал.

Даже Рок Аран, видя мои мучения, заметил, что мне нужно показать себя, дать понять, что со мной не буде легче, чем с отцом, и тогда поток просителей уменьшится…

И, как назло, в тот день не нашлось ни одного, кто пришел бы с какой-то ерундой. Вот ведь невезение…

Я разбирался с ними до самого вечера, и когда уже стало невмоготу, объявил, что на сегодня прием закончен.

Предыдущие дни после приема просителей я возвращался в кабинет и зарывался в бумажках, но сегодня этого делать не хотелось. Я решил немного прогуляться по парку. Погода была просто отличной, несмотря на то, что светило уже зашло — в парке зажглись фонари, зной спал, уступив место вечерней прохладе. Короче говоря, идеальное время для прогулки.

И я решился.

Сделав повелительный жест почетному караулу, я сбежал по лестнице и наконец-то вышел наружу, вдохнул прохладный воздух полной грудью.

О, как хорошо… И главное — никого рядом. Мне не хотелось, чтобы церемониальный караул топал позади меня, нарушая идиллию.

Очень хотелось просто побыть одному.

Я пошагал к ближайшей аллее, над которой склонились плакучие ивы, чьи ветви создавали эдакие зеленые арки.

Всегда любил такие дорожки, особенно в детстве. Почему-то казалось, что идешь по волшебному лесу и вот-вот тебе встретятся существа из сказок — волчок Кусай-бочок, барашек Твердолоб или лис Анис…

Как по заказу, из ближайших кустов наперерез мне метнулась тень…