Железный лорд. Наследник

Глава 26 Трудное решение

Осознание того, что произошло, происходило долго. Люди пялились в экраны, словно надеясь, что Баргонт окажется жив, поднимет своего меха и…

Но реальность была беспощадной — Баргонт убит, бой проигран, а, следовательно, теперь нужно было держать обещание, которое Баргонт дал посланнику герцога.

И нескольких секунд не прошло с момента, как граф был убит, как оператор связи доложил, что поступил входящий вызов от мятежников.

— Подключайте, — кивнул я.

На экране появился сам герцог. Его холодные серые глаза внимательно «просканировали» меня, а затем он разлепил губы и произнес:

— Бой закончен. Граф Баргонт потерпел поражение. Теперь я хочу услышать, что вы выполните обещание, которое он дал.

— Все согласно договоренностям, — кивнул я.

Герцог внимательно меня изучил снова.

— Вы как-то слишком спокойно держитесь. Надеюсь, мне не стоит ждать от вас подлости?

— Повторюсь, — ответил я, — все, что обещал граф, будет выполнено. Ни одно орудие не будет стрелять по вашим кораблям. Но если вы атакуете сами…

Герцог усмехнулся.

— Если вы будете следовать данным обещаниям, то зачем мне вас обстреливать?

— Мало ли, — пожал я плечами.

Герцог буквально буравил меня взглядом. Он явно чуял подвох, но мне было плевать, я не собирался ничего ему говорить. Боится — что ж, тогда пускай атакует. Мы примем бой.

— Хорошо, — наконец сказал герцог, — надеюсь на ваше честное слово.

— Повторюсь: граф Баргонт обещал, что в случае его поражения мы не будем стрелять в ваши корабли и они смогут лететь, куда им вздумается.

Герцог кивнул и отключился.

— Сир, мы что, просто пропустим их? — спросил один из офицеров, стоящих рядом со мной.

— Таков был уговор, — спокойно ответил я и направился прочь из командного пункта.

Дойти до собственных апартаментов я не успел. Посыльный догнал меня на полпути.

— Сир, кронпринц на связи. Он немедленно требует вас.

Я тяжело вздохнул. Надеялся, что у меня есть немного времени, чтобы подготовиться к этому разговору, но…похоже, граф Баргонт не зря ел свой хлеб и смог завербовать кого-то из высших офицеров моего штаба в свои агенты. А теперь, когда графа не стало, крот настучал на меня прямо кронпринцу. Оперативно сработал, нечего сказать… Но…чего я еще ожидал?

Вернувшись в командный пункт, я велел перевести вызов на общий экран.

— Но сир… — изумился оператор связи, — кронпринц желает говорить с вами и…

— У меня нет секретов от подчиненных, — ответил я. — Включайте!

— Да, ваша милость, — кивнул оператор и принялся суматошно нажимать клавиши.

Огромный экран передо мной, где до недавнего времени отображалась тактическая карта системы, вспыхнул, и теперь там появилось лицо кронпринца.

И он явно был в плохом настроении. Из глаз чуть ли не молнии летели.

— Что вы творите⁈ — сходу бухнул он.

— Кронпринц… — склонил я голову в знаке приветствия, и лишь затем спокойно ответил на его вопрос: — Выполняю свою работу.

— И в чем она заключается? Пустить в сердце империи мятежников? Вы отдаете себе отчет в том, что творите⁈

— Простите, сир, но я вас не понимаю. Граф Баргонт говорил от вашего имени, он принял вызов на поединок и обсудил условия…

— Хватит! — прикрикнул кронпринц. — О том, что из-за вас погиб мой адъютант, мы с вами еще поговорим. А насчет условий…какие к черту поединки? Какие договоренности? У нас не война, у нас мятеж! С мятежниками не договариваются, эти простомордые не имеют чести, и проводить с ними поединок…

— Решения принимал не я. Как ваш посланник граф Баргонт принял на себя командование, и я подчинялся его решениям, — заявил я, и в моем голосе звучало железо. Кронпринц сейчас совершенно несправедлив и валит на меня то, за что ответственен его дражайший и ныне усопший адъютант. — Более того, я получил от него инструкции по своим дальнейшим действиям на случай, если граф проиграет бой.

— Чушь! — заревел кронпринц. — Вы несете бред! Какие еще инструкции? Я — кронпринц империи, наследник императорского престола, приказываю вам — немедленно начать обстрел кораблей мятежников.

— Согласно кодексу дворянской чести я не имею права…

— К черту кодекс! — в запале выпалил кронпринц, от чего несколько офицеров в командном пункте недовольно поджали губы, а я скосил глаза, выискивая журналистов, которые тоже должны были быть здесь.

О! Даже не сомневался, что они сейчас ловят каждое слово, произнесенное мной и кронпринцем.

— Послушайте, вы… — задыхаясь от ярости, вперив в меня взгляд, заявил кронпринц, — если вы не подчинитесь и не будете делать то, что должно, вас ждет трибунал, и клянусь, вы пожалеете…

— Это дело касается поединка чести и, следовательно, рассматривать его может лишь дворянское собрание, — нагло заявил я, — впрочем, что бы вы себе ни думали, повторюсь — я действительно не буду стрелять по вражеским кораблям, так как это было обсуждено. Но если вражеские корабли первыми откроют огонь…

— Этого мало!

— Боюсь, это все, что я могу. Из-за графа Баргонта мои руки связаны и использовать орудийные системы я не могу.

Кронпринц нахмурился, уставился на меня, а затем переспросил:

— Только орудийные системы?

— Да, сир…

Кронпринц ухмыльнулся шире.

— Что ж…действуйте.

— Благодарю, сир, — я склонил голову и кронпринц исчез с экрана.

Я развернулся к своим офицерам и приказал:

— Вы слышали кронпринца — отключить орудийные системы, системы наведения. До тех пор, пока противник первым не проявит агрессию, мы не будем по ним стрелять.

— Да, ваша милость, — отозвались несколько операторов и взялись за работу.

— Сир…

Я повернулся, и ко мне, явно робея, обратился один из операторов:

— А что делать с минными полями?

— А что с ними не так? — поинтересовался я.

— Ну…они активны, сир. А вы сказали…

— Я сказал, что мы не будем использовать орудийные системы. А насчет мин никаких договоренностей не было.

— Понял вас, сир, — оператор даже просиял, получив такой ответ.

Теперь, благодаря ему, на мостик мало-помалу возвращалось спокойствие. Люди поняли мой замысел…

Я бросил быстрый взгляд на Рок Арана, тот с деловитым видом кивнул мне и вновь уставился на экран, где отображались корабли герцога, начавшие движение в нашу сторону…

Маркус хмыкнул, Серый покачал головой.

— А ведь это подло…

— Что именно? я сделал вид, что не понял, о чем он сейчас говорит.

— С герцогом была договоренность, а ты ее нарушаешь, босс, — проговорил Маркус.

— Договоренность, во-первых, была с графом. Я никому и ничего не обещал, — ответил я, — а кроме того — я все равно придерживаюсь установленных правил. А во время обсуждения поединка речи о минах не было. Только об орудиях. Так все правильно — стрелять первым я не собираюсь.

— Все равно это подло, — вздохнул Серый.

Переубеждать его я не стал. Считает, что это подло, — и ладно. Лично я считал, что всецело выполняю заданные условия, хотя они мне не нравились изначально. Но что поделать?

В конце концов, я должен был не пропустить в центральные миры флот мятежников, однако именно граф Баргонт, посланник кронпринца, лишил меня возможности вести полноценный бой. А теперь кронпринц истерит и требует, чтобы я все-таки его начал. А по факту стал козлом отпущения при поражении, обманщиком и просто бесчестным человеком. С таким дела не хотели бы иметь не только дворяне, но и даже внешники, прослышав о моей репутации.

Так что нет. Я не собираюсь расплачиваться за ошибки кронпринца и его адъютанта. Тем более не собираюсь за них отвечать.

Поэтому я и придумал такой план. Но мои же соратники его не оценили…

Флот мятежников приближался. Похоже, герцог поверил, что я не собираюсь его обстреливать, и его корабли выстроились не в боевой, а походный порядок.

Сейчас все они шли мимо наших орудийных платформ…

Я, стоя в центре командного пункта, внимательно наблюдал за перемещением противника. Один из кораблей выбился вперед, пер впереди всей армады, даже впереди собственной эскадры, и мне это совершенно не нравилось — он мог все испортить.

Но я предпочел не вмешиваться.

Пусть будет как будет.

Вопреки моим ожиданиям, первые мины взорвались вовсе не там, где я думал. Как раз наоборот — сработали на поле, куда вползла целая эскадра тяжелых кораблей.

Взрыв, второй, третий… Один из кораблей мятежников вдруг превратился в яркую вспышку, за ним второй, третий.

— Будьте готовы включить орудия, — приказал я подчиненным.

Я был полон уверенности в том, что герцог после такого рассвирепеет, прикажет своим кораблям обстреливать наши звездолеты и объекты.

Но…

Шла первая минута, вторая, третья… Корабли герцога продолжали идти вперед, часть из них то и дело взрывалась, но они так и не открыли огонь…

Что за черт? Почему?

И что еще более странно — почему герцог не вызывал меня, не хотел высказать мне все, что думал. Да, я не нарушил условий договора, но все же ход мой был…коварным, если не сказать больше.

Ну а что, если ты пешка в большой игре, если тобой помыкают как хотят, то не стоит удивляться, если пешка вдруг взбрыкнет, попытается что-то сделать по-своему и этот ее ход отразится на всей партии…

Это я о том, что кронпринц прислал своего адъютанта, наделив его всей полнотой власти. Наверняка изначально их план состоял в том, чтобы в случае победы все лавры достались графу, ну и, как следствие, кронпринцу. Если же бой закончился нашим поражением, то опять же — был бы обвинен в этом я. И плевать, что всем по факту командовал бы граф (а я в этом был уверен — едва бы только бой начался, он начал бы лезть со своими замечаниями и комментариями). Ну а герцог в свою очередь, узнав, что у нас всем заправляет Баргонт, прислал своего человека для «переговоров», спровоцировал графа, предложил заманчивые условия поединка, и вуаля…

А отдуваться теперь мне. Ну уж нет! Что кронпринц, что герцог могут играть в игры друг с другом, а я в этом участвовать не собираюсь и буду все делать по-своему. Вот как сейчас.

Но почему все же герцог не пытается выйти на связь или нас обстрелять? Какого черта?

Я не выдержал, стал за один из терминалов, принялся внимательно просматривать кадры с приближающимся вражеским флотом, с кораблями, которые подрывались на минах.

Кое-что показалось мне странным, но я продолжал искать новые подтверждения своей только что появившейся теории. Искать долго не пришлось. Я обратил внимание на один из кораблей герцога, сделал скрин изображения, забросил в поисковую систему и тут же получил ответ: «Транспортный корабль — рудовоз».

Это еще что такое? Зачем гражданский корабль боевому флоту? На кой черт герцог его прита…

Ах вот оно что!

Пока я соображал, что к чему, пальцы продолжали работать, и на экране терминала появились еще несколько кораблей из тех, что приняли первыми удар мин на себя.

Старый лайнер, давно списанная баржа, какое-то корыто внешников…

Вот же черт!

Вот оно что!

Теперь мне все стало ясно — герцог не возмущался, потому что знал о моей затее — он пустил вперед корабли, которые не представляли для его флота никакой ценности. Фактически эти камикадзе расчищали путь для флотилии мятежников.

И что это значит? А значило это только одно — среди тех, кто находился в командном центре, были предатели. Нет, я и без того отлично знал, что шпионов тут полно — кто-то работает на кронпринца, будучи завербованными еще графом Баргонтом, кто-то сливает информацию другим группировкам, конкурирующих с престолонаследником. Но я и подумать не мог, что среди шпионов найдутся те, кто работает на мятежников.

Однако так и было, иначе как герцог «просчитал» мой ход с минами? Это невозможно!

Как бы там ни было, что бы там ни было, а выходило все просто отвратительно — армада мятежников сейчас пройдет «врата» и начнет штурм центральных миров империи.

Впрочем, и в этом я был уверен, кронпринц на время заключил союз с другими вельможами империи и они уже подготовили мятежникам горячую встречу (иначе и быть не могло, ведь еще когда только герцог собирал силы, и идиоту было понятно, что мы не сможем сдержать такую силу и наша оборона рухнет). Единственный вопрос — хватило ли времени кронпринцу? Наверняка он надеялся, что мы тут все костьми ляжем, но сможем хоть на сколько-то задержать армаду. Не тут то было…

Вопреки ожиданиям, все было не так уж плохо — флот герцога застрял, едва только пройдя «ворота». Как я и думал, его встретил флот империи. Кронпринц собрал силы, подтянул к центральным мирам все, что было в периферии. И этого оказалось достаточно, чтобы остановить герцога.

Его положению теперь не позавидуешь — впереди крупные силы врага, позади мы с хорошо подготовленной к обороне системой (и кстати, теперь уже запрет на использование орудий не работал, ведь условия поединка были выполнены — мы пропустили флот). Получается, что он не мог продвинуться вперед, но и отступить у него возможности не было.

Кажется, намечается очень большое побоище. Или же случится нечто, что сможет как-то повлиять на баланс сил.

И хотя я совершенно не представлял, что такого может случиться, интуиция подсказывала, что именно это и будет…

К исходу второй недели то, чего все так ждали, началось.

Армада мятежников заняла одну из систем, не решалась наступать и сидела в глухой обороне, в то время как и имперские корабли не спешили нападать. Понятное дело, что продолжаться это долго не могло и одна из сторон должна была сделать первый шаг, но…герцог явно искал выход из ловушки, в которую сам же влез. Искал и пока не находил. Империя… А вот империя чего-то ждала.

Мне, естественно, никто ничего не докладывал. Единственный приказ, который я получил, — это держать оборону, не дать возможности мятежникам отступить, пройти назад через ворота.

И мы спешно готовились к этому — нужно было перенести и разместить новые минные поля, перенацелить и пристрелять орудийные платформы.

Кроме того, из периферии к нам подтянулось несколько эскадр боевых кораблей, усилив наш флот. Не сказал бы, что теперь мы стали непобедимы, но от лишней пушки или лишнего корабля я отказываться не стал…

И вот, как я уже сказал, к концу второй недели этого вынужденного ожидания кое-что случилось — два флота империи, которые ранее оказались в окружении, пытались прорваться.

Как понимал, если они прорвут кольцо, то смогут добраться до центральных миров, и тогда герцогу не поздоровится.

Бой, который начался около четырех часов утра по нашему времени, из-за которого меня подняли, длился уже более двух дней.

Сражения шли как в космосе, так и на планетах — наши войска пытались захватить системы контроля орбитальных платформ и планетарных орудий.

Новая информация появлялась чуть ли не каждый час, но все было настолько нестабильно, непредсказуемо…

Вот наши высадились на планету, захватили один из управляющих центров, но появившаяся на орбите эскадра вражеских кораблей провела планетарную бомбардировку, уничтожив и наших бойцов, и собственные объекты…

Вот в космосе у нас был какой-никакой перевес, однако к противнику прибыло подкрепление и ситуация в корне изменилась.

На вторые сутки нашим все же удалось взять под контроль часть планетарных орудий и космических платформ, но все еще сохранялся паритет…

Я сидел и глядел на видео, которое мы получили, там мех-кулак штурмовал одно из укреплений врага. На ногах я провел больше суток, и поэтому меня уже клонило в сон от усталости. Но я держался. Клевал носом, вздрагивал и пытался сосредоточиться на транслируемой картинке.

Выходило плохо.

Однако когда пришло сообщение о том, что на планету высадилась волчья стая, разбила силы сопротивления и уже захватила несколько объектов врага, у меня будто второе дыхание открылось.

Вот и отец вступил в сражение…