Князь Андер Арес. 7 книга

Глава 3

Я стоял посреди лаборатории, вдыхая привычный запах ингредиентов, смешанный с ароматом свежего хлеба и жареного мяса, которые принесла Мария буквально минуту назад. Служанка, поймав мой взгляд, зарделась, но я жестом руки показал ей на выход. Тогда она низко поклонилась, показывая своё декольте, и оставила поднос на свободном от колб столе.

Вскоре дверь распахнулась снова, но уже куда более решительно.

— Андер, что случилось? — с порога спросила Аннабель, быстро оглядывая помещение. Её взгляд зацепился за меня, потом скользнул по разложенным на столе ингредиентам.

Я молча указал рукой на стол, где в колбах и конвертах лежало то, ради чего я мотался по Пустоши с Миленой.

— Всё, — коротко произнес я. — Всё, что нужно для зелья Разума, перед твоими глазами.

Бель, прищурившись, подошла ближе. Она взяла одну из колб с железой пустынной гадюки, повертела на свет, словно проверяя на чистоту, потом аккуратно, кончиками пальцев коснулась черного лепестка Ночного Паслена.

— О, как… быстро, — протянула она. — Расскажешь, как тебе это удалось? Найти это всё за такое время…

— Извини, не могу, — перебил я сестру. — Договор Сильнейших не позволяет этого делать. Могу лишь сказать, что к этому способу добычи ингредиентов я бы хотел прибегать как можно реже.

Аннабель нахмурилась. Ей явно не нравился мой ответ.

— В общем-то, мне твоя помощь сильно и не нужна, — продолжил я, подходя к рабочему столу. — Просто хочу, чтобы ты показала, где у тебя что лежит: инструменты, термоуравнители, основы. А заодно проверила качество ингредиентов. Вдруг я где-то ошибся с хранением.

— В смысле — моя помощь не нужна? — сестра уперла руки в бока. Поза была настолько знакомой и угрожающей, что мне на секунду захотелось сделать шаг назад. — Может, тебе напомнить, что я мастер зельеварения? Я, а не ты! И вообще, объясни наконец-то, почему ты сам должен его варить?

Она обошла стол, встав напротив меня, и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что никуда не уйдет без объяснений. И тут же продолжила.

— Я впервые слышу про такие условия варки… Ладно бы ты был девочкой-девственницей! — фыркнула она. — Про такие зелья я слышала истории. В старых трактатах упоминается, что когда Деймос, Фобос и Эрис выстраиваются в ряд, нужно пролить кровь девы в котёл. Но ты-то не дева! И уж точно не девственник…

Она замолчала, ожидая ответа.

Я тяжело вздохнул, потирая переносицу. Я понимал — Бель не отстанет. Она слишком дотошная, слишком умная и слишком заботливая, чтобы позволить мне варить сложнейшую алхимическую бурду без контроля, если не поймет реальных причин.

— Ладно, — решился я наконец приоткрыть завесу тайны. — Вообще я собирался уже рассказать всем об этом одновременно, собрать семейный совет, как положено… Но коли так сложилась ситуация…

Я отошел к двери, проверил, плотно ли она закрыта, и на всякий случай накинул полог тишины. Аннабель наблюдала за моими манипуляциями с нарастающим любопытством.

— Ты знаешь, что я «S» ранг. — Бель, внимательно глядя на меня, кивнула. — Ты видела мои новые способности, — вернувшись к столу с ингредиентами, продолжил я. — Но ты не знаешь источника. В общем, у меня в голове… вернее, в моем сознании, есть нечто вроде искусственного интеллекта. И оно называет себя «Божественный механизм».

Глаза сестры округлились.

— Что?

— Это наследие самой Арес, — продолжил я, стараясь говорить убедительно. — Именно через этот механизм мой прогресс идет так быстро. Именно из-за него финара Арес выбрала моё тело в качестве сосуда во время того инцидента. Механизм это, можно сказать, часть её силы, через которую она пыталась возродиться. И пока мой ранг был ниже «С», Арес могла и собиралась вселиться в моё тело. Сейчас мне ничего не угрожает…

Аннабель молчала, переваривая услышанное. Хоть мы и жили в мире магии, но даже так мои слова звучали дико.

— Этот рост ранга, — я указал на себя, — я достиг именно благодаря ему. Он открывает доступ к знаниям. Именно механизм дал мне рецепт зелья Разума. И именно он поставил условие: личный сбор, личная варка. Энергетика должна резонировать с ингредиентом.

Потом я замолчал, наблюдая за реакцией сестры. Я рассказал ей про навыки и способности лишь вскользь, не вдаваясь в подробности про систему уровней и характеристик, чтобы совсем не взорвать ей мозг цифрами.

После чего замолчал, наблюдая за реакцией сестры.

Конечно же, я умолчал о самом главном — о том, что я не совсем её брат. Что настоящий Андер, вроде как, переродился в другой Вселенной, тогда как моя душа перенеслась сюда из другого мира благодаря всё тому же механизму и духу Арес. Эта информация была лишней.

Для неё я оставался Андером, её братом, который просто стал сильнее и… наверное, страннее. И пусть так и остается.

Сказать, что Бель была удивлена, ничего не сказать. Её брови взлетели так высоко, что едва не скрылись под линией волос. Я буквально видел, как в её голове с бешеной скоростью вращаются шестеренки, обрабатывая информацию о «Божественном механизме», моих новых силах и условии зельеварения.

Разумеется, вскоре посыпались вопросы.

— Подожди… Механизм? В голове? Искусственный интеллект? То есть он был кем-то создан? Арес? — начала она тараторить. — И он… она… Арес говорит с тобой? Прямо голосом?

Я устало потер переносицу.

— Бель, давай оставим технические подробности на потом. Я расскажу… честно. Но сейчас у нас есть дела поважнее. — Я перевёл взгляд на ингредиенты. — Мне нужен котёл из обсидиана. Ножи и щипцы, стандартные, алхимические, но обязательно те, что сделаны из веток мэллорна. А металл может дать ненужную реакцию с кислотой муравья.

Бель на секунду зависла, всё ещё переваривая услышанное. Потом она моргнула, стряхивая оцепенение, и сразу же включилась в работу.

— Обсидиан… да, есть такой. Мэллорн… нижний ящик слева, — бормотала она, быстро перемещаясь по лаборатории, и постепенно выкладывая передо мной всё необходимое. Тяжелый иссиня-черный котел гулко звякнул, опустившись на подставку. Рядом легли инструменты из светлого, почти белого дерева, испещренного естественными прожилками.

— Спасибо, — кивнул я. — Теперь, думаю, я справлюсь. Можешь идти. Я правда ценю, что ты помогла подготовиться.

Бель замерла с пучком сушеной травы в руке, которую собиралась убрать в шкаф. Она медленно повернулась ко мне, и в её глазах читалось возмущение.

— Ты думаешь я уйду? — обманчиво спокойным тоном переспросила она. — После того, как ты мне только что сказал, что будешь варить зелье, благодаря которому можно прочесть мысли даже у богов⁈

Она фыркнула, бросив траву обратно на полку, и подошла к соседнему столу.

— Андер, ты с ума сошёл? Об этом не может быть и речи. Я остаюсь. И буду смотреть. Может, даже записывать… хотя нет, такие вещи лучше не доверять бумаге.

Я ненадолго задумался.

— «В принципе, подсказки Бель могут быть полезны, — рассуждал я. — Она знает взаимодействие всяко лучше меня».

— Хорошо, — сдался я, ставя сразу два котла на магические подставки.

Щелчок пальцами — и под черным дном емкостей тут же загорелся магический огонь. Я налил подготовленную, очищенную чарами воду.

— «Сис, наша договоренность в силе? Ты поможешь мне сварить зелье?» — мысленно обратился я к божественному механизму.

— «Да, — прозвучал в голове ответ. — Внимательно меня слушай и точно следуй инструкциям».

— «Спасибо», — и я выдохнул. Мой взгляд был направлен на ингредиенты.

Кислота песчаного муравья — 100 мл. Жгучая, едкая дрянь.

Ядовитая железа гадюки Пустоши — 2 шт.

Корень Мандрагоры Крикливой — 1 шт.

Лепестки Чёрной Розалии — 10 шт.

Кровь Баньши — ровно 5 капель.

Чешуя ящераПустоши — 20 шт.

Паутина арахниды — 50 см.

Желчь пустынного скорпиона — 30 мл.

Пепел сожжённого лича — 20 г.

Гриб-кровопийца — 3 шт.

Росток Вампирской Лозы — 1 шт.

Экстракт Ночного Паслёна — 40 мл.

Язык василиска — 1 шт.

Сердцевина Мёртвого дерева — кусок 10×10 см.

Осколок проклятого кристалла — 1 шт.

Всё было поделено на два набора, потому что варить придётся в два этапа, смешивая базы в финале.

— Начнём с основы, — пробормотал я и взял колбу с муравьиной кислотой. Густая, маслянистая жидкость едва заметно парила даже сквозь стекло. — Делим на два, — проговорил я вслух, скорее для себя, чем для Бель.

Аккуратно, стараясь, чтобы рука не дрогнула, я разлил кислоту в оба котла. Ровно по 50 мл. Жидкость с шипением коснулась дна, и вверх взвился едкий парок.

— Температуру ниже, — тут же подсказала Бель с табурета. — Кислота при таком нагреве даст осадок. Держи на уровне «томления».

Я кивнул, быстро подкрутив заглушку от магического пламени, работающее от мифрилового накопителя энергии.

— «Добавь железы гадюки. Не режь. Бросай целиком», — скомандовала Сис.

Я взял пинцетом из мэллорна склизкую железу и осторожно опустил в первый котел.

— Теперь мандрагора, — прокомментировал я. — Бель, как лучше её измельчить? Сис говорит в труху, но корень волокнистый.

Сестра тут же соскочила с табурета и оказалась рядом.

— Не в труху, а в кашицу, — поправила она, заглядывая в рецептуру через плечо. — Если просто порежешь, волокна заберут часть эфира. Бери ступку.

После чего она показала, как правильно ей работать, и передала мне. И за пару движений пестиком я превратил жесткое растение в однородную массу.

— Вот так, — заглядывая мне через плечо сказала она. — Теперь можешь добавлять.

Так мы и работали. Я слушал команды системы, проговаривал их, а Бель корректировала технику исполнения.

— Лепестки розалии, — скомандовал я спустя час.

— Не мни их пальцами! — тут же вклинилась Бель. — Ты выдавишь эфир на перчатки. Используй плоскую сторону ножа, чтобы «разбудить» структуру, а потом сразу кидай.

Работа спорилась. С сестрой процесс шел в разы проще и, главное, спокойнее. Она помогала следить за температурой в котлах, вовремя подавала инструменты, подсказывала, когда смесь меняла цвет и просила узнать у системы всё ли в порядке.

За окном уже начало светать, когда мы перешли к финальной стадии первого этапа.

Как вдруг дверь скрипнула, и в проеме показался Гаррик.

Он окинул взглядом нас, склонившихся над котлами, и обвёл взглядом всю лабораторию, в которой была гора использованных склянок.

— У вас всё в порядке? — спросил он, прислонившись плечом к косяку. — Вы тут всю ночь просидели?

Я не отрывался от процесса, аккуратно помешивая варево палочкой из мэллорна.

— Нормально, — сказал я. — Варим зелье Разума.

Гаррик лишь кивнул.

— Понял, — спокойно ответил он. — Не буду мешать.

Он прошел через лабораторию к Аннебель, нежно поцеловал её в макушку, прошептав что-то успокаивающее, и направился к выходу.

— Гаррик, постой! — окликнул я его, не оборачиваясь.

Муж сестры замер у двери.

— Да?

— У меня к тебе просьба, — я на секунду оторвался от котла, чтобы кинуть в него щепотку пепла лича. Смесь зашипела, меняя цвет с бурого на глубокий фиолетовый. — Я сегодня должен был встретиться с баронессой Сиреневой. Но, как видишь, я немного занят делами рода. Передай гвардейцам у портальной площадки, что, если появится Милена… или придет весточка от неё… пусть передадут мои глубочайшие извинения. Скажи, я компенсирую ей это время.

Гаррик хмыкнул.

— Без проблем, Андер. Передам слово в слово.

Когда дверь за ним закрылась, я наконец выдохнул и взял со стола серебряный нож. Настала очередь паутины арахниды. Этот материал был капризным, резать его нужно было только серебром, иначе нити слипались в бесполезный комок.

Я методично кромсал паутину на мелкие сегменты, чувствуя, как напряжение отпускает.

— У вас всё нормально? — спросил я, бросив косой взгляд на сестру.

Бель отвлеклась от зелья посмотрела на меня.

— Вроде бы, да… — протянула она задумчиво. — Но в последнее время он какой-то нервный.

— Пыталась узнать, что не так? — спросил я, отправляя нарезанную паутину в котел.

Варево тут же загустело, став похожим на кисель.

— Разумеется, — ответила сестра, внимательно наблюдая за реакцией в котле. — Но он не говорит. Отнекивается, переводит тему.

Она несколько секунд помолчала, затем взяла со стола чистую тряпку и подала мне, чтобы я вытер нож.

— Но знаешь… Мне кажется, он просто волнуется за Лану. Никогда бы не подумала, что скажу это, но Гаррик открылся мне с другой, как только мы поженились, — продолжила она, глядя куда-то в пространство. — Я думала мне попался рохля, которого я быстро под каблук заведу. Но целители… — она сделала паузу. — Они самые лучшие любовники. И честно, мне до сих пор стыдно за ту… — она подняла на меня взгляд, — интрижку с князем Гром. Он всё знает, и из-за этого я долго чувствовала его злость, но потом… когда я забеременела, всё начало устаканиваться. Он очень любит дочь, Андер. Старается проводить с ней всё свободное время, пеленки меняет, укачивает ночами, прогоняя нянечек. Он стал настоящим отцом и мужем.

Я улыбнулся.

— Я рад за вас, Бель, — искренне сказал я. — Правда, рад.

Завтрак и обед нам принесли прямо в лабораторию. Я не мог позволить себе отойти от кипящих котлов ни на минуту, слишком высока была цена ошибки.

Бель… Про неё и говорить нечего. Сестра вошла в раж. Она напоминала коршуна, кружащего над добычей, и внимательно следила за каждым моим движением.

Пару раз в нашу обитель пытались прорваться «диверсанты». Сначала заглянул Сэм.

— Эм… — он осторожно просунул голову в дверь. — Ребят, может, помощь нужна? Андер, ты выглядишь так, будто тебя самого сейчас в котёл бросят. Я могу помешать… ну или подержать что-нибудь.

— Сэм, — усмехнулся я, сосредоточенный на температуре пламени, — спасибо, но лучше мы сами. Мы с Бель уже сработались, а тебе придётся слишком долго вникать.

— Ладно, не дурак, был бы дурак не понял, — и он исчез быстрее, чем я успел моргнуть.

Ближе к обеду нарисовался Мишель. Этот, наоборот, вошёл вальяжно, покручивая какое-то кольцо на пальце.

— Фу, ну и вонища, — скривился он, демонстративно зажимая нос. — Вы тут что, скунса в собственном соку варите? — он принюхался к Бель, потом ко мне. — А… теперь всё понятно, — замахал он ладошкой у лица, — это вы перевоплотились в вонючек!

— Вон! — хором гаркнули мы с Бель.

Мишель поднял руки в примирительном жесте. Но Бель уже успела рассердиться и начала активировать магический конструкт.

— Понял, понял, — и он тут же исчез, используя тропу тени.

— Порой я его голыми руками придушить хочу, — сказала сестра.

— Поверь… не ты одна.

И вот, наконец, наступил решающий момент. За окнами уже сгущались сумерки.

Я взял щипцами меньший, серебряный котел. Жидкость внутри была прозрачной, как слеза. В большом, обсидиановом, бурлила темная, густая масса, напоминающая расплавленный гудрон.

— «Аккуратно, Андер, — произнесла система. — Лей тонкой струйкой. По центру».

Я кивнул.

Тонкая струйка прозрачной жидкости коснулась черной поверхности. Раздалось тихое шипение, как будто воду льют на раскалённый металл.

— «Тринадцать раз по часовой», — прозвучал в голове голос системы.

Я начал мешать. Раз. Два. Три… Жидкость меняла цвет, становясь фиолетовой с золотыми искрами.

— «А теперь семь раз против. Резче!»

Я сменил направление, и зелье начало густеть.

— Сердцевина, — бросил я сестре.

Бель мгновенно подала мне подготовленный кусок Мёртвого дерева, и я бросил его в котёл.

— БАХ! — из недр котла вырвался клуб густого красного дыма.

— Ох… — выдохнула Аннабель, провожая дым взглядом. — Это… это было жутко красиво.

Я был с ней согласен, но отвлекаться было нельзя.

— Уменьшаю температуру, — скомандовал я, ослабляя поток маны в горелку. — «Сис, что дальше?»

— «Три раза по часовой. Только медленно. Тринадцать против. Ещё медленнее».

Когда я сделал последний оборот, жидкость в котле замерла. Она стала совершенно гладкой, зеркальной, темно-синего цвета.

— «Полчаса настояться, — сказал система, — даже не дыши на него».

— «Понял».

Когда время истекло, я аккуратно перелил готовое зелье в небольшую оловянную колбу. Это был единственный металл, который не вступал в конфликт с итоговым составом.

Оно было готово.

Маслянистая, тяжелая жидкость. Всего одна порция. Один шанс узнать секрет арихалковой энергии.

Я отошел к окну и прикрыл глаза.

— «Сис, — мысленно обратился я к божественному механизму. — Что скажешь? Я не облажался? Зелье получилось?»

Некоторое время система молчала, словно специально трепала мои нервы. Наконец, в моей голове раздался её бесстрастный голос, от которого у меня мурашки побежали по спине.

— «Да, — ответила система. — Химический анализ подтверждает соответствие эталону на 99,8%. Побочные эффекты в пределах допустимой нормы. По моим подсчётам, оно даст тебе ровно сорок три минуты абсолютной ясности. Сорок три минуты, чтобы фактически прожить жизнь Норэля и найти всю нужную информацию, прежде чем его разум… или твой… не выдержит».

— Отлично, — прошептал я, открывая глаза. — Более чем достаточно.