Исцелить душу

Глава 31

Делора крепко сжала губы, взяв в руки третий ключ-отмычку из тех, что дала ей Рея.

Рея упомянула, что ей пришлось разобрать несколько старых безделушек, чтобы раздобыть их, но сказала, что с радостью сделает это, если ей разрешат послушать музыку, когда она придет в гости.

Если она вообще когда-нибудь вернется сюда, — с тоской подумала Делора.

Она и сама не заметила, когда начала так ценить присутствие Реи. И дело было не только в том, что та была единственным другим человеком в Покрове и — слава богу — женщиной, Делора не особо горела желанием находиться на расстоянии удара от мужчины, а в том, что Рея ей нравилась… по-настоящему нравилась.

Рея была куда храбрее и резче Делоры, но она была забавной. Эта женщина не умела держать язык за зубами, даже если от этого зависела её жизнь, и она была удивительно… милой, когда испытывала терпение своего Сумеречного Странника.

Орфей был тем еще «подарком», суровым и грубым, но в душе — настоящим добряком. Если Магнар был собственником, а он им был, то Орфей, пожалуй, превосходил его в этом. Это было объяснимо, учитывая, что он искал себе спутницу-человека, невесту, целых двести лет. Магнар не ждал так долго. В нем не было той щемящей нежности, которую можно было увидеть в каждом жесте Орфея.

Неужели… ни один из них не захочет возвращаться?

Она поняла, что морщинка на её лбу появилась от печали, а не от досады, когда ей пришлось бросить третий ключ на круглый стол. Остался последний, и он выглядел слишком маленьким. Делора не хотела оставаться здесь наедине с Магнаром и с… этим.

Существо, которое она родила, было ужасным. При любой возможности оно нападало на неё, а когда сегодня пришли Рея и Орфей, оно попыталось атаковать и их.

Орфей пришел в ярость, когда младенцу удалось вывернуться из рук Магнара и с истошным визгом буквально пролететь по воздуху в сторону Реи. Та успела стать бесплотной до того, как оно до нее добралось. Тогда существо принялось карабкаться по самому Орфею.

Делоре пришлось наблюдать издалека, как Орфей изгибался и пытался поймать создание, пока то ползало по его спине. Его странная зазубренная пасть то и дело пыталась прокусить одежду Странника. Вспыхнула ссора между Орфеем, взбешенным тем, что его женщина была в опасности, и Магнаром, который всеми силами пытался защитить маленького кровожадного монстра.

Магнар привязался к нему. Он даже несколько раз сердито огрызался на Делору из-за её поведения — будто она могла что-то поделать!

Делора не могла находиться рядом с ними, а значит, не могла быть рядом с Магнаром. Он был вынужден постоянно держать существо на руках, иначе оно бросалось на неё. Её сердце едва не выпрыгивало из груди, стоило монстру приблизиться: он тут же становился бешеным, щелкая пастью так, словно хотел съесть её заживо.

Делора становилась бесплотной и убегала.

Одиночество отдавалось гулким эхом, и теперь она боялась, что никогда больше не увидит своих новых друзей.

Снова вернулось это знакомое желание спать целыми сутками. Ей больше не хотелось ни в чем участвовать, всё навалилось на плечи непосильным грузом. Ночные кошмары, почти исчезнувшие после того, как она доверилась Магнару, вернулись с новой силой. И всё из-за этой твари.

Я не хочу их ненавидеть. Слезы наполнили глаза и закапали прямо на тыльную сторону её дрожащих рук, пока она пыталась открыть шкатулку.

Но они же выглядят как гребаный Демон. Они черные как пустота, точь-в-точь как Демоны, и она видела некоторых из них, ползающих точно так же. Кроме отсутствия красных глаз — у них вообще, мать вашу, нет глаз — они выглядели как ожившие кошмары Покрова.

Она подняла взгляд на окно, пытаясь разглядеть Магнара в темноте. Она специально переставила стол и стул так, чтобы сидеть и смотреть на улицу весь день.

Сердце дрогнуло в груди, когда она увидела его: он обтесывал кусок пня, превращая его в кухонную столешницу. Он работал снаружи в ночной тьме только потому, что она проснулась. Всё, что она могла разобрать — это его зеленые сферы.

Прошли дни с их последнего нормального разговора, и она… Делора скучала по нему так сильно, что это причиняло физическую боль.

Ей не хватало его дурманящего запаха. Его богатого, глубокого, вызывающего дрожь голоса, который волной прокатывался по её сознанию. Тепла, которое исходило от него, даже когда их разделяли считанные дюймы — а теперь, когда становилось холоднее, она жаждала этого тепла еще сильнее.

Делора скучала по тому, как этот большой, нелепый Сумеречный Странник уделял ей внимание. Хоть какое-то внимание.

Ей показалось, что вспышка надежды была реальной, когда ключ в замке издал щелчок, но провернуть его не удалось. Она вытащила ключ, зачем-то осмотрела его и снова засунула обратно.

Я хочу показать ему это. Показать, что она умеет, какой бывает музыка. Она думала, ему понравится.

Делора отчаянно искала мостик между ними, который не был бы связан с физической близостью. Она хотела показывать ему мир, учить его. Хотела, чтобы всё стало как прежде, пусть даже иногда это было неловко и неуютно.

Отношения натянулись еще до родов, и тогда она молила о возможности наладить их связь, раз уж они застряли друг с другом — судя по всему, на вечность. Теперь Делора мечтала вернуться в прошлое и сказать себе прежней, чтобы та перестала быть такой эгоисткой.

У «прошлой» Делоры было больше, чем у нынешней.

Я больше не знаю, что я делаю…

Что-то коснулось её лодыжки сзади. Делора задеревенела, волоски на теле встали дыбом, кожу покалывало от ужаса. Страх сдавил горло, а по телу пробежал такой резкий холод, что её затрясло. Всхлип застрял в горле, легкие сковало, не давая вздохнуть. Она обернулась и увидела это прямо у своих ног.

Делора издала пронзительный крик как раз в тот момент, когда существо издало угрожающий визг в тон её голосу. Она запрыгнула на стол, когда эта тварь попыталась укусить её за ногу, а затем оно изо всех сил принялось карабкаться по ножке стола, чтобы добраться до неё. Сожрать её! Собственный ребенок!

Сидя на столе и прижавшись спиной к окну, Делора чувствовала, как слезы испуга заливают глаза. Она пыталась отползти назад. Увидев, как мягкая черная конечность перехлестнула край стола, она поджала ноги к себе, пытаясь их спрятать.

Делора стала бесплотной, чтобы защититься — эта реакция теперь возникала сама собой от страха.

Она провалилась сквозь стол, опускаясь на уровень деревянного пола, как раз в тот момент, когда существо забралось наверх. Оно искало её.

Они оказались прямо внутри её призрачного торса.

Она отплыла в сторону как раз в тот момент, когда Магнар с белыми сферами ворвался в приоткрытую дверь. Он бросился к ним.

— Ты должен был держать их подальше от меня! — закричала она, чувствуя, как её неосязаемое тело дрожит.

Казалось, существу было плевать на длинные когти Магнара, впившиеся в него, когда он его подхватил. Делора знала, что они практически неразрушимы.

Ничто их не остановит. Неважно, как далеко их отбрасывали, неважно, что она случайно роняла на них, когда им удавалось подкрасться — как сейчас, когда она смахнула со стола музыкальную шкатулку. Ничто не могло их унять.

Магнар ослабил хватку. Существо поползло по его телу, как делало это обычно. Оно как паразит, присосавшийся к хозяину. Она вздрогнула от этой мысли.

Оно спрыгнуло с него на стол. От того, как оно шумно сопело, прижимаясь ноздрями к дереву в поисках её запаха, Делора закрыла лицо руками.

Я так больше не могу. В этой форме она не могла плакать, но ей искренне хотелось. Я не чувствую себя в безопасности в собственном доме.

Она почти не отдыхала. Она боялась, что оно нападет на неё во сне, и каждое мгновение бодрствования превратилось в кошмар. Покой, который Делора нашла здесь с Магнаром, испарился.

— Они просто хотят быть рядом с тобой, Делора.

Он снова взял их на руки, видя, в каком она отчаянии от того, как они пытаются её выследить.

— Чтобы сожрать меня!

Она не могла смотреть на него; опустив руки, она отвернула голову, но боковым зрением заметила, что его сферы стали темно-синими.

— Потому что от тебя разит страхом. Они не нападают на тебя, когда ты не боишься.

— Еще как нападают! — резко возразила она.

Но так ли это было на самом деле? С самого момента рождения им ни разу не представилось шанса укусить её снова, потому что она всегда замечала их раньше, чем они успевали напасть.

Магнар подошел ближе, пытаясь показать ей существо, прижатое к его груди. Делора отступила, отказываясь приближаться к созданию даже в своем бесплотном виде.

— Это Мавка, — объяснил он, и синева в его глазах потемнела. Делора ненавидела то, что причиной тому была она. Она не хотела расстраивать его, ранить, но не могла контролировать свои чувства. — Они реагируют на запах твоего страха. Когда ты не боишься, когда ты не знаешь, что они там, они не причиняют тебе вреда.

Чувство предательства, поднявшееся внутри, заставило её челюсть отвиснуть. Её губы приоткрылись.

— Ты пробовал. — Это был не вопрос, а утверждение. — Ты подкладывал их ко мне, когда я не знала.

— Да.

Её форма задрожала от тревоги.

— Когда?

— Они плачут по тебе, — ответил Магнар, нервно переминаясь с копыта на копыто. — Иногда я ничего не могу сделать, чтобы они замолчали, кроме как принести их к тебе.

Она знала, что они много плачут, потому что этот звук преследовал её каждый час. От их жуткого визга всё внутри сжималось.

Делора отплыла назад.

— Когда, Магнар?

В его сферах впервые появился оранжевый цвет. Этот оттенок был похож на его красновато-розовый, но казался куда более… негативным. Она почувствовала, что это что-то недоброе.

Его голова дернулась в одну сторону, в другую, затем он сделал шаг назад и покачал головой. Он не смотрел на неё.

Он знает. Чувство предательства усилилось. Он знает, что мне бы это не понравилось. Знает, что то, что он делал — неправильно.

Он чувствовал вину; она видела это по тому, как дергано он двигался.

— Когда ты спала. — Делора почувствовала, как по её призрачному телу пробежал несомненный холод, словно кто-то провел ледяным пальцем по позвоночнику. — Я приношу их к тебе и…

Он осекся и коснулся макушки своего черепа, когда её душа между его рогами потеряла часть своего огненного цвета. Весь последний месяц она становилась ярче. Теперь же она потемнела — не полностью, но достаточно, чтобы исчезло несколько трещин, похожих на лаву.

— Ты… ты…

Делора отвернулась от него с широко раскрытыми глазами, не в силах осознать, как сильно ранит это знание.

Он подвергал её потенциальной опасности, пока она была уязвима и ничего не подозревала. Он приносил это существо к ней без её разрешения, без её согласия.

Если бы она была осязаемой в тот момент, у неё началась бы истерика.

Как я могла не заметить? Ему нужно было прокрадываться туда очень тихо, чтобы не разбудить её.

— Как ты мог? — Её руки сжались в кулаки; она жалела, что не может почувствовать их крепкое пожатие. — Я доверяла тебе.

— Я бы никогда не позволил причинить тебе вред, Делора. Я всё время с вами обоими, слежу за ними, но всё, что они делают — это сворачиваются рядом с тобой и спят. — Он пригнулся, словно хотел сравняться с ней ростом, чтобы не возвышаться над ней. — Они… Я думаю, они ищут твой запах, потому что не видят. Они не понимают, где находятся. Всё, что они знали — это ты, твой запах, потому что ты носила их в себе.

Ей показалось, что она почувствовала укол жалости, но она была слишком зла, чтобы по-настоящему это осознать.

— Это всё равно не дает тебе права делать подобные вещи без моего согласия.

— Когда они со мной, они ложатся на левую сторону моего тела, там, где мое сердце. С тобой они делают то же самое, но при этом они не скулят.

Делора разжала руки и нерешительно рискнула взглянуть на них.

Она не заметила, что Магнар опустился так низко, что был вынужден смотреть на неё снизу вверх. Он делал себя меньше неё, отдавая ей доминирующую позицию, будто сдавался.

Пламя её гнева начало медленно угасать.

— Они слушают мое сердце? — спросила она с любопытством.

— Они помнят мой голос с тех пор, как я говорил с тобой, поэтому они не нападают на меня. Я думаю… они ищут утешения. — Магнар поднял руку, чтобы осторожно погладить их когтями, и на мгновение она услышала тихий скул. Они цеплялись за его левую грудную мышцу поверх рубашки, как раз там, где было его сердце. — Ты — всё, что они знали. Они постоянно ищут тебя, поэтому ты иногда находишь их рядом.

Обида заиграла новыми красками.

— И ты позволяешь им охотиться за мной?

Магнар покачал головой.

— Иногда я слишком погружен в работу и привыкаю к тому, что они ползают по мне. Они очень легкие. От них нет запаха, и они ведут себя тихо. Я не всегда замечаю, как они оставляют меня, чтобы найти тебя. И они всегда идут к тебе, Делора. Где бы ты ни была. Только твой крик заставляет меня понять, что они ушли.

Делора не знала, что и думать, узнав всё это.

Вихрь замешательства пугал. Она не знала, как отбросить страх, как дать существу то, чего оно хочет.

Оно вышло из неё, а она боялась находиться с ним рядом.

Это создание было чем-то неведомым. Когда Делора носила его, она с таким восторгом ждала встречи, надеясь, что ребенок будет таким же милым и теплым, как Магнар. Она даже перебирала имена.

Но всё, что оно делало с самого первого вздоха — это пыталось её сожрать.

Она только что прошла через роды — процесс сам по себе болезненный и пугающий, особенно когда приходится справляться в одиночку, без чьей-либо помощи. Облегчение, которое она почувствовала, когда ей наконец удалось вытолкнуть его со слезами и криком, было мгновенно поглощено ужасом: это существо вонзило свою странную зазубренную пасть в её плоть.

С тех пор она чувствовала только смятение. Делора хотела любить его так же, как любила, пока носила под сердцем, но не знала как.

— Пожалуйста, — беззвучно взмолилась она, закрывая лицо руками, жалея, что он обрушил на неё этот стыд и вину, рассказав правду. — Пожалуйста… просто оставь меня в покое.

— Делора, — позвал Магнар, подавшись вперед и едва касаясь когтями воздуха рядом с её призрачной формой, словно желая утешить. — Если ты попробуешь…

— Я не могу, — ответила она, качая годовой. — Я не могу сейчас. Я очень, очень зла на тебя за то, что ты сделал, и мне очень горько. Пожалуйста, дай мне побыть одной. Просто унеси их на улицу.

— Хорошо. Если ты этого хочешь.

Магнар, всё еще припадая к земле, отполз назад, давая ей место, прежде чем направиться к двери. Он выскользнул наружу и тихо её прикрыл.

Спустя несколько секунд, когда она поняла, что они достаточно далеко, Делора стала осязаемой. Её руки дрожали, когда она уперлась ладонями в стол.

Она сдвинула брови, пытаясь осознать всё услышанное.

Прошло всего несколько дней после родов. Она не тратила время на восстановление, так как Магнар забрал её боль себе, но её эмоции с тех пор были в полном хаосе.

Он… не верится, что он мог так поступить. Заставить Делору лежать рядом с этой тварью, зная, что она была бы против. Я не думала, что он когда-нибудь предаст меня.

Невинность Магнара была тем качеством, которое она в нем обожала, ведь благодаря ей он казался ей безопасным. Она могла простить случайность, но это было сделано намеренно.

Делора сжала пальцы в кулаки, пытаясь сдержать слезы. Но он верил, что так будет лучше. Она разжала их и снова положила ладони на поверхность стола. Наверное, оно ни разу не напало на меня, пока он это делал.

Делора ни разу не проснулась из-за них. Она и понятия не имела, что творил Магнар, а значит, существо в те моменты не причиняло ей вреда.

Я-я не хочу тебя бояться, — подумала она, представляя их странный облик. По телу тут же пробежала дрожь, и она изо всех сил постаралась её унять, понимая, что должна как-то избавиться от этого страха.

Она глубоко вдохнула и медленно, с дрожью выдохнула, успокаивая слезы и усмиряя эмоции, чтобы они не казались такими безумными. Послеродовая депрессия была той еще сукой, а тот факт, что ничего из происходящего не было, блять, нормальным, делал всё только хуже.

— Мне просто нужно к ним привыкнуть, — прошептала она, призывая на помощь всё свое мужество. — Как с бешеной собакой: если она почует твою тревогу, то скорее нападет.

Делора никогда раньше не имела дела с бешеными собаками. К тому же, это была не собака, а поедающий людей Сумеречный Странник.

Как бы то ни было, она не могла продолжать так жить. В этом одиноком лимбе. В этом доме, который казался пугающе холодным без присутствия Магнара.

Она сделала еще один глубокий вдох, расправила плечи и, надеясь на обретение силы, выдохнула. Выпрямившись, она посмотрела на свое усталое и подавленное отражение в оконном стекле.

Может, если она сможет хотя бы терпеть его присутствие, всё наладится.

Делора сделала последний вдох и строго посмотрела на себя.

Она не была такой стойкой, как Рея, но она не позволит этому взять контроль над её жизнью — жизнью, которую она и не хотела проживать до встречи с Магнаром. Он ей нравился, она не могла его оставить, они были связаны выбором обоих. Всё должно было наладиться, а это значило, что ей нужно быть храброй и встретить свои страхи лицом к лицу.

Делора повернулась к двери и вышла наружу.

Магнар сидел на ступеньках крыльца, глядя на пляшущие языки пламени, оставшиеся в костре после того, как она приготовила ужин. Она часто видела его здесь вместе с ними.

Он повернул череп, пока не показалась одна из его сфер, всё еще подернутая печальной синевой. Его взгляд проследил за её движениями, и в конце концов она села рядом с ними обоими, отвернув голову в сторону, чтобы не смотреть на существо. Она не могла — боялась, что мгновенно начнет вонять страхом, если взглянет на собственного ребенка.

Её уже колотило от одной этой близости.

— Больше никогда не делай ничего против моей воли, — тихо сказала Делора. — Не делай того, о чем знаешь, что я была бы не в восторге.

Магнар в ответ издал короткий жалобный звук.

— Согласие — это очень важная вещь, Магнар, — продолжила она. — Оно важно во всем, что мы делаем. Когда ты его получаешь, это создает доверие, а когда делаешь что-то против воли или втайне от человека, это его разрушает. Я понимаю, ты делал то, что считал правильным, и, может, так оно и было, но это всё равно не дает тебе права подрывать мое доверие к тебе. Иногда доверие невозможно вернуть, так что будь осторожен.

— Ты больше не будешь мне доверять? — Услышанное в его голосе искреннее, убитое горе заставило её сердце сжаться.

— На этот раз я тебя прощаю. — Делора нервно теребила пальцы, то сцепляя их, то разводя в стороны, напрягая и снова расслабляя. Она не знала, куда их деть, как положить на собственные колени. — Я не пострадала. Но если бы это случилось, я могла бы навсегда потерять веру в тебя, Магнар. Если бы мне приснился кошмар — а ты знаешь, что они мучили меня последние ночи, — я бы пахла страхом. Ты мог бы не успеть среагировать достаточно быстро, чтобы помешать им причинить мне боль, и я бы проснулась уже напуганной, а стала бы и вовсе парализованной от ужаса. Я бы чувствовала себя преданной, потому что ты это допустил.

— Прости меня, — тихо ответил он. — Я не подумал о твоих кошмарах.

Повезло, что этого не случилось, особенно учитывая, какими были последние ночи.

— Если я не буду тебе доверять, я больше не захочу здесь оставаться, — честно призналась она. Единственным прочным мостом между ними было её доверие к нему. Если он рухнет, Делора не захочет быть рядом с ним, не захочет его прикосновений. Она не захочет даже говорить с ним или смотреть на него. Ей нужно было, чтобы этот мост стоял, иначе она упадет в реку неудач под ним и утонет.

— Ты хочешь здесь оставаться? — Его голос оживился, возможно, от надежды или радости.

— Да, хочу. Я хочу быть здесь с тобой.

И за всё время их разговора это создание ни разу не издало того ужасного визга и не попыталось напасть.

Вдохнув носом, Делора зажмурилась и наконец решилась протянуть руку в сторону Магнара. Она коснулась его тела самым кончиком среднего пальца. Связь — робкая, полная опаски.

Казалось, Магнар понял, что она пытается сделать: она почувствовала, как его тело расслабилось. Он чуть сдвинул руки, словно прижимая существо к себе покрепче.

Прошло несколько секунд, и она ощутила это — крошечное, но необычайно теплое дыхание на тыльной стороне ладони. Она быстро сжала руку в кулак и подставила запястье, зная, что укус в этом месте причинит меньше вреда, чем если пострадают её хрупкие пальцы.

Когда она почувствовала, как они прижали кончик своей округлой мордочки к её коже, чтобы обнюхать, по сердцу полоснула острая тревога.

Последовал тихий рык, и она тут же стала бесплотной, чтобы спрятать свой запах.

Просто дыши. Ты сможешь. Они пока не нападали, и ты уже сидишь с ними какое-то время. Они… они не обидят. Всё в порядке. Всё хорошо.

Она снова стала осязаемой и подставила запястье.

Если укусят, Магнар просто тебя исцелит.

Тогда она уйдет в дом и попробует снова в другой день. Или никогда. Всё зависело от того, что случится сейчас.

На этот раз она не отстранилась. Пока они принюхивались, ничего не происходило, но затем они прижались всем лицом к её руке, словно пытаясь размазать её запах по себе. А потом она почувствовала, как их маленькие, странно мягкие ладошки обхватили её кулак, и последовал лизок. Крошечный, нежный, едва ощутимый лизок.

Делора выпустила воздух, который задерживала в легких, будто это могло остановить запах страха, и открыла глаза.

Она повернула голову и увидела, как они пытаются притянуть её руку ближе. В этом не было злобы или желания причинить боль. Развернув ладонь и раскрыв пальцы, она позволила им зажать их, пока они продолжали изучать её запах.

Чувство облегчения накрыло её с головой. Делора наклонилась чуть ближе, подставляясь им.

Ладно. Это не так уж и страшно.

Так было до тех пор, пока они не начали карабкаться вверх по её руке!

Делора замерла. Раз они не пытались укусить, она позволила им ползти по себе, лишь отклонив голову в сторону. Сердце колотилось, но она старалась замедлить его, выравнивая дыхание.

Через мгновение они уже были у неё на плече, и их ноздри затрепетали прямо у её лица — всего в дюйме.

Их плоть была такой странной.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что они вовсе не похожи на черную пустоту Демона. Их кожа была просто очень темно-серой, из-за чего казалась черной. Почти как у Магнара, только более прозрачной. Будто кожа была такой тонкой и нежной, что прямо под поверхностью можно было разглядеть их темно-фиолетовую кровь.

Плоть была плотнее вокруг ноздрей и там, где, как она думала, должны быть ушные отверстия, но остальное тело выглядело почти… липким. Словно густая слизь, которая кажется твердой, как кирпич, но при прикосновении оказывается жидкостью.

— Если ты заговоришь… — начал Магнар, и они тут же повернули голову в его сторону. — Это поможет.

— П-привет, — нерешительно произнесла она.

Они повернулись к ней и наклонили голову точь-в-точь как Магнар. А затем заерзали на её плече, будто от радости. Смесь чувств закружилась в ней, и она почувствовала, что расслабляется еще больше.

— Мы впервые так близко с тех пор, как ты… появился.

Она не знала, что еще сказать, особенно помня, что всё еще может закончиться плохо.

Чувствую себя идиоткой, разговаривая с ними. Вряд ли они меня понимают.

Они снова засеменили, а затем потерлись мордочкой о её шею, словно ласкаясь.

Они быстро переместились, и Делора ахнула, напрягшись. Они маневрировали по её телу, и она чувствовала, какими мягкими были кончики их беспалых рук — они подгибались назад при нажатии, совершенно не сопротивляясь, пока они цеплялись за неё.

Прежде чем она успела опомниться, существо уже прижалось к её груди, устроившись поверх её пышных форм, положив голову прямо над сердцем. Они начали вибрировать, издавая мягкий, тихий звук, который она бы не услышала, не будь они так близко.

Урчание. Тонкое и довольное.

Теперь, когда она держала их, они внезапно показались ей такими маленькими, уязвимыми и слабыми. Они больше не были страшными.

Всё, что они делали — это слушали её сердцебиение и глубоко вдыхали, будто хотели набрать в себя как можно больше её запаха за раз. Ноздри удовлетворенно хмыкнули, а мягкие ладошки пытались вжаться в неё, словно хотели вернуться обратно под кожу, где безопасно.

Они были теплыми, даже горячее Магнара. Демоны всегда воняли ужасно, как гниющие трупы, но от этого создания не исходило никакого запаха.

Тяжелое чувство сдавило её, скручивая желудок и внутренности в узлы.

— Делора? — спросил Магнар, заметив, как в её глазах начали наворачиваться слезы.

— Мне так жаль, — разрыдалась она, не зная точно, к кому из них двоих обращается в этот миг. Ей казалось, что в последнее время она только и делает, что извиняется.

Она скрестила руки на груди, прижимая крошечное создание ближе, а затем уткнулась в него лицом.

— Мне так жаль, — повторила она, на этот раз обращаясь к нему — своему малышу, которого она игнорировала и от которого пыталась сбежать. — Всё, что тебе было нужно — это мать, а я думала только о себе. Должно быть, ты был так напуган и сбит с толку этим миром.

Магнар сказал, что они всегда искали меня.

— Ты просто хотел быть со мной, хотел утешения. — Её легкие содрогались от рыданий, когда вина тяжким грузом легла на плечи. Делоре было стыдно за себя. — Я… я должна заботиться о тебе.

Существо сделало нечто такое, от чего её рыдания лишь усилились. Оно подняло личико и слизнуло её слезы, будто хотело успокоить её — хотя это она должна была утешать его всё это время.

Магнар нерешительно коснулся кончиками пальцев её плеча, словно опасаясь прикосновения. Она подняла руку и крепко вцепилась в него, нуждаясь в его поддержке, в любом его касании.

Когда она подняла на него взгляд, его сферы горели ярко-розовым цветом фламинго. Он придвинулся ближе, обхватил её рукой и притянул к своему боку. Он крепко держал её и даже начал ласково перебирать кончиками когтей её волосы.

— Ты была напугана, Делора, — попытался он её успокоить.

— Но… если бы я просто перестала бояться, я бы увидела, что они просто хотят быть со мной. Они — младенец. Неважно, какого вида или расы. Это просто ребенок, которому нужно тепло матери.

И вместе с исчезновением страха на его месте расцвела любовь. Дух между рогами Магнара вспыхнул ярче, и, хотя на его теле всё еще оставались черные как уголь пятна, он светился сильнее прежнего.

— Знаю, я постоянно это повторяю, но прости меня за то, какой я была. Я совершаю столько ошибок, — сказала она, прижимаясь к нему и жадно принимая его объятия. — Я избегала тебя, потому что ты держал их вместо меня.

— Всё хорошо, мой маленький ворон. — Он провел кончиками пальцев по крошечному существу, которое уютно устроилось у неё на левой груди и ластилось к ней. — Теперь всё в порядке. Это единственное, что важно.

Он обвил своим длинным лисьим хвостом её талию, словно желая сделать объятия еще теснее. Она ухватилась за пушистый мех — ей так давно хотелось прикоснуться к нему. Она была в восторге от того, каким мягким и блестящим он оказался, приятно щекоча ладонь.

Затем Магнар ткнулся кончиком морды ей под челюсть, тоже ласкаясь и позволяя ей принимать любовь от них обоих одновременно.

Делоре стало легче. Легче, чем когда-либо за долгое время.