Исцелить душу

Глава 30

Если бы Магнар знал, что ему придется смотреть, как его маленький ворон кричит от боли, он, возможно, оторвал бы себе член еще до того, как ему представился бы шанс им воспользоваться.

Он метался, не зная, что делать и как помочь, пока Делора издавала этот утробный, хриплый, надрывный и нечленораздельный звук, прислонившись к внешней стене их гнезда. Она настояла на том, чтобы делать это там, где не устроит беспорядок, но выглядела она ужасно измученной, откинувшись назад.

Вокруг нее были зажжены толстые белые свечи. Они подчеркивали капли пота на её лбу, слезы в глазах и раскрасневшееся от напряжения лицо. На ней была одна из его рубашек, в которых она обычно спала.

Всё, что мог делать Магнар — это переступать с ноги на ногу, а затем опираться на каждую из рук. Он замер в покорной, смиренной позе, припав низко к земле, словно это могло как-то спасти её. Каждый раз, когда она вскрикивала, его мех и перья вздымались от тревоги.

— Делора, позволь мне позвать Ведьму-Сову, — взмолился он, заметив кровь и влагу между её бедер.

— Нет! — мгновенно огрызнулась она, когда то, что она называла схватками, на миг утихло, чтобы вскоре вернуться вновь. Он ненавидел то, что они всегда возвращались, становились всё сильнее и, казалось, никогда не закончатся. — Я… я не хочу, чтобы сюда все сбежались.

— Но она может помочь.

Его сферы были белыми с самого начала этого испытания. Делора покачала головой, делая быстрые, короткие вдохи, прежде чем её лицо снова исказилось, и она испустила жуткий крик. Она стиснула зубы и сжала кулаки. Даже пальцы на её ногах подогнулись.

Боль отступила, схватка закончилась, давая ей мгновение, чтобы заговорить сквозь одышку.

— Если ты позовешь её, Рея и Орфей могут прийти тоже. — Он склонил голову, показывая, что не понимает, в чем проблема. Она перевела на него изнуренный взгляд. — Я не хочу, чтобы на меня смотрели. Это… это очень личное, Магнар. Они не будут знать, что делать.

— Рея — человек, Делора, — возразил он, подходя ближе.

Он погладил её по волосам, мечтая забрать её боль себе. Он уже пытался, но в итоге сделал только хуже, когда ей пришлось начинать всё заново. Делоре нужно было пройти через весь процесс до конца, прежде чем он сможет исцелить её.

Магнар не знал, сколько это продолжалось. Час? Может, больше? Секунды тянулись как минуты, и каждая её слеза, каждый звук отзывались в нем страданием. Её кряхтение, стоны и пронзительные крики. Запах соли от её слез, пота, крови и какой-то странной жидкости — прозрачной, но с примесью черноты, которую она называла ненормальной.

Вся эта боль казалась ему… неправильной. Она не выглядела естественной, хотя, очевидно, через это проходила каждая самка любого вида. Неужели всегда так? Тогда зачем кому-то вообще хотеть детей?

— Она была вестницей дурных знамений! — выкрикнула Делора, как только нахлынула очередная схватка. Она выдохнула, когда ей снова дали передышку. — Таких, как она, другие люди избегают. Она, скорее всего, никогда не видела, как рожают женщины, и будет так же бесполезна, как сейчас ты.

Магнар вздрогнул, и его сердце екнуло. Я бесполезен. Он ничем не помогал.

— Прости, — всхлипнула она, глубоко нахмурившись, когда поняла, что обидела его. — Я не это имела в виду. Просто… ты ничего не можешь сделать. Если позовешь Ведьму-Сову, могут прийти остальные, а я не хочу, чтобы на меня смотрели как на зрелище. Пожалуйста… — Делора протянула руку вперед. — Можешь… можешь просто подержать меня за руку?

Магнар взял её за руку.

В следующий раз, когда Делоре нужно было тужиться, она сжала его ладонь с удивительной силой. Это было почти больно: его костяшки прижались друг к другу, и кости заскрежетали.

Но она стала тише, словно это действительно помогало, и Магнар был согласен позволить ей стереть его руку в порошок, если это принесет ей облегчение. Ей явно нравилось, когда он прикладывал влажную ткань к её лбу; он часто делал это, чередуя с поглаживаниями её блестящих, но влажных от пота волос.

Её пульс был частым, дыхание — еще чаще, но Делора, его храбрая, сильная маленькая женщина, стойко держалась. Он чувствовал бесконечное сочувствие, но также и гордость.

— Прости, что я сделал это с тобой, — тихо сказал он.

— Ага, пошел ты, — ответила она, заставив его напрячься, но слабая улыбка, которую она ему подарила, заставила его расслабиться. Он был удивлен, что она даже шутит с ним, и испытал облегчение от того, что её улыбки не исчезли навсегда.

Изредка она просила воды, но большую часть времени пыталась найти удобную позу. Она становилась на четвереньки, потом на корточки, потом в полуприсед. В конце концов, окончательно выбившись из сил, она снова легла.

Как раз когда он подумал, что это длится слишком долго, и собрался было звать Ведьму-Сову — несмотря на то, что Рея и Орфей, скорее всего, придут следом, — Делора издала гортанный крик, который был совсем иным, гораздо дольше прежних.

— Выходи из меня! — закричала она, ужасно напрягаясь. — Ах ты, сукин…

Её глаза закатились как раз в тот момент, когда что-то с чмоканьем выскользнуло наружу. Он вертел головой то в одну сторону, то в другую, глядя на странное черное нечто, лежавшее между её ног на ткани.

— Ты должен был их поймать, — прохрипела она заплетающимся, прерывистым голосом.

Откуда мне было знать? — подумал он, делая шаг ближе и наклоняясь вперед. Он осмотрел существо.

Оно не похоже на Мавку.

Он удивился, когда оно пошевелилось.

Сначала медленно, но затем оно подняло то, что Магнар принял за голову. У него не было светящихся сфер или черепа. Вместо этого — лишь гладкое изогнутое черное лицо без единой черты, кроме двух щелевидных ноздрей, которые открывались и закрывались, когда существо сделало свои первые вдохи.

Они были липкими, покрытыми черной слизью, и когда существо подняло то, что он принял за руку, на ней тоже не оказалось никаких черт. У него были кисти, но без пальцев, и ступни без пальцев ног. Это было странно: создание ни капли не походило на него. Ни меха, ни перьев, ни когтей, ни клыков.

Чистый лист, состоящий из одной лишь тьмы.

Затем оно раскрыло пасть. Обнаружилось, что края бесшовного рта имели зазубренные треугольные линии, которые сцеплялись с нижней челюстью при закрытии. Внутри подергивался фиолетовый язык.

Оно начало отрыгивать жидкость, а затем издало ужасающий пронзительный визг.

Существо повернуло голову к Делоре; его ноздри быстро открывались и закрывались, будто оно дико принюхивалось. Создание тут же бросилось к ней.

Магнар понял: что-то не так.

Он не успел остановить его — маленькое существо вонзило свою черную зазубренную пасть в колено Делоры, вгрызаясь в плоть.

Делора закричала — и от боли, и от испуга.

Пытаясь оттащить существо, пока оно не укусило снова, Магнар сорвал его с её тела и в панике случайно отбросил в другой конец спальни.

Создание ударилось о стену, а затем глухо шлепнулось на пол, но плоть, которую он ощутил рукой, была такой же странной, как и вид существа. Она была одновременно плотной, словно внешняя оболочка была жесткой, но и податливой, будто внутри не было ни костей, ни органов.

Запах страха поднялся от её кожи в воздух горячей, клубящейся волной.

— Почему? — всхлипнула Делора. — П-почему оно меня укусило?

Прежде чем он успел ответить, раздался еще один вопль. Существо на четвереньках помчалось в её сторону, оскалив зазубренную пасть. Оно собирается напасть снова.

Делора, тоже заметив это, попыталась принять призрачную форму, но ей было слишком больно, чтобы удерживать это состояние. Её облик мерцал, становясь то материальным, то неосязаемым.

Магнар защитно навис над ней и перехватил существо в прыжке. Он крепко сжал его, пока оно отчаянно извивалось и дергалось, пытаясь добраться до неё.

Он попытался положить руку ей на грудь, чтобы исцелить, но ладонь раз за разом проходила сквозь неё, выталкиваясь лишь на долю секунды, когда Делора становилась физической.

— Оставайся осязаемой! — потребовал Магнар.

Времени не хватало. Делора становилась призраком прямо в тот момент, когда он пытался прикоснуться к ней.

— Нет! Оно меня укусило!

— Я не могу тебя исцелить в таком виде!

Он хотел забрать её боль, хотел помочь. А еще ей нужно было отмыться, как только раны затянутся.

Это Мавка. Оно реагирует на запах крови. На её страх. Маленький Мавка был голоден и безнадежно пытался добраться до своей истекающей кровью добычи.

— Обещаю, я не дам ему укусить тебя снова.

Делора взглянула на него, и их взгляды встретились.

Её брови были плотно сдвинуты, выдавая крайнюю степень ужаса. Наконец она кивнула, оставаясь в форме, которой он мог коснуться. Существо забилось еще неистовее, его визг резал чувствительные уши Магнара, но он удерживал его, забирая раны Делоры себе.

Боль за швом была мучительной, но ему было плевать, если такова цена помощи ей. Он также забрал след от укуса.

Его тело сотрясалось от нахлынувшей боли.

Делора тут же стала прозрачной, но на ткани оставалось слишком много крови, чтобы разгневанный младенец Мавка успокоился.

— Я вынесу его на улицу, — сказал Магнар, поднимаясь на копыта. — Прости. Я знаю, ты устала, Делора, но тебе нужно помыться и избавиться от крови.

Он не расслышал её ответа, поймав лишь её ошарашенный взгляд перед тем, как выйти.

Как только он оказался на свежем воздухе, в лесу под защитой барьера, агрессия существа утихла. Однако визг не прекратился, и младенцу удалось выскользнуть из его хватки. Мавка был настолько мал, что помещался в одной ладони, и там еще оставалось место.

Оно ползало по нему, обнюхивая, но не нападало. Оно больше не бесновалось и не пыталось вернуться к ней. Оно то и дело прижималось лицом к его телу, быстро раздувая ноздри, прежде чем переползти на другое место.

Оно издало сдавленный скул.

Я думал, говорили, что новорожденные существа не могут двигаться сами. Так утверждали Рея и Ведьма-Сова, и всё же этот младенец Мавка передвигался вполне уверенно.

Позволяя ему делать что вздумается, так как он понятия не имел, как обращаться с новорожденным, Магнар понял, что тот чем-то расстроен. Он казался потерянным и сбитым с толку: постоянно двигался, постоянно искал.

— Что ты ищешь, малыш?

Существо прервало свой плачущий скул и резко повернуло голову.

Затем оно засеменило к его лицу, неуклюже карабкаясь наверх. Магнар позволил это, и вскоре оно прижалось боком головы к кончику его морды. Оно было прямо перед его сферами, так что он мог его видеть.

— Неужели и я выглядел так, когда родился? — спросил он себя, и его сферы окрасились в темно-желтый от любопытства.

Существо пробежалось по его макушке, а затем снова прижалось щекой к его голове. Магнар понял: оно прислушивается к его голосу, возможно, помня, как он разговаривал с Делорой, пока оно было внутри неё. Сильное чувство всколыхнуло его сердце.

Оно помнит меня.