Инженер. Система против монстров – 5

Глава 5 Экстренная помощь

— Свет… — прохрипел я, достав из инвентаря брошь «Фонарщик».

Активировано особое свойство: «Ровный свет».

Мягкое, немерцающее освещение залило искорёженное нутро десантного отсека. Все взгляды метнулись туда, где лежал пожилой медик. Он не стонал, не шевелился. Его лицо приобрело синюшный, мертвенный оттенок, грудь оставалась неподвижна. Потерять одного из лекарей мы просто не имеем права.

— Он не дышит, — повторила Вера шёпотом и приложила пальцы к шее военврача. — Я… я не чувствую пульса…

Паника. Липкая, парализующая паника начала овладевать ею. Я видел это в её глазах. И я знал, что если сейчас эту панику не остановить, мы потеряем их обоих. Олега Петровича физически, а Веру морально.

Схватил её за плечи, развернул к себе и встряхнул. Несильно, но ощутимо.

— Тимофеева! Смотри на меня! — приказал я жёстко, стараясь вложить в голос побольше стали. — Ты лекарь пятого уровня. Ты медсестра. Сейчас от тебя зависит его жизнь. Не смей раскисать! Действуй!

Она вздрогнула и сфокусировалась на мне. Секунда, другая. В глубине её зрачков что-то изменилось. Паника отступила, уступая место решимости.

— Да, — коротко кивнула она. — Да, я лекарь.

— Диагностика! Немедленно! — скомандовал я.

Девушка тихо выдохнула и положила дрожащую руку на грудь Олега Петровича.

Вера активировала навык: «Диагностика».

Перед её глазами вспыхнуло системное окно. Она пробежала по нему взглядом, и её лицо исказилось.

— Напряжённый пневмоторакс! — выпалила она. — Справа! Сломано ребро, оно проткнуло лёгкое. Воздух выходит в плевральную полость и не может выйти обратно. Сердце и левое лёгкое сдавлены! Он поэтому и не дышит! Ещё минута, и всё!

Я кивнул. Мой мозг, всё ещё под действием «Прозрения Гения», мгновенно обработал информацию. Напряжённый пневмоторакс. Я когда-то читал об этом. Воздушная эмболия, которая с каждой секундой всё сильнее сжимает сердце и здоровое лёгкое.

— Что нужно делать? — спросил я, уже зная ответ. Необходимо, чтобы она сама взяла на себя полную ответственность. — «Стандартное Исцеление»?

— Бесполезно! — отрезала Вера. — Это не поможет, пока я не уберу давление! Магия не может выпустить воздух из запертой полости! Нужна декомпрессия! Проколоть грудную клетку и выпустить воздух. Мне нужна… специальная игла для торакоцентеза.

— У тебя всё есть, проверь инвентарь.

Она лихорадочно начала проверять список, хотя могла просто призвать нужные предметы. Но я не уверен, что она хоть раз пробовала так делать. Бинты, шприцы, ампулы, системные препараты… Её руки тряслись.

— Спокойно, — я положил руку ей на плечо. — Дыши. Медленно. Ты всё сделаешь правильно. Сейчас просто подумай, что именно тебе нужно и мысленно прикажи инвентарю отдать тебе это.

Вера посмотрела на меня с благодарностью. Сделав глубокий вдох, она наконец материализовала в руках стерильный пакет. Внутри была длинная, толстая игла с катетером.

— Я очень больно ударилась! — обиженным голосом напомнила Олеся.

Медведь тут же с неподдельной тревогой спросил:

— Где, принцесса? Сильно?

Девочка потёрла ушибленное плечо.

— Ничего, малышка, — берсерк погладил её по волосам. — Вот сейчас Верочка поможет Олегу Петровичу, а потом и тебя посмотрит.

— Проверить товарищей! — скомандовал я. — Борис, как рука?

— Жить буду, — прохрипел берсерк, пытаясь вытащить из предплечья зазубренный кусок металла. Похоже, оторвавшийся кусок внутренней обшивки. — Так, царапина…

— Оставь, — велел я. — Только зря кровотечение усилишь.

Вера тем временем уже действовала. Она расстегнула на груди Олега Петровича рубашку, обнажив бледную, покрытую синяками кожу. Достала флакон с антисептиком. Смочила ватный тампон и быстрыми движениями обработала место будущего прокола.

— Второе межреберье… по среднеключичной линии… над третьим ребром, чтобы не задеть сосудисто-нервный пучок… — бормотала она, вспоминая анатомию, вбитую на занятиях. — Вот здесь… Я боюсь, Лёша, — прошептала она. — Я никогда… только на манекенах…

— Вера, — я посмотрел ей в глаза. — Ты спасла Бориса от яда, когда он был на волосок от смерти. Ты лечила меня после встречи с Филином. Ты вытащила пули из Бориса после той бойни в гипермаркете, а до этого проделала то же самое с Женей на кладбище. Ты справилась тогда, справишься и сейчас. Это просто прокол. Гораздо проще.

Она сжала губы. Вскрыла упаковку, взяла катетер. На секунду её рука замерла. Я видел, как она глубоко вздохнула, собираясь с духом. Одно дело ставить уколы или капельницы. И совсем другое в полевых условиях протыкать человеку грудную клетку.

— Ты сможешь, — тихо сказал я.

Вера кивнула и резким, выверенным движением вонзила иглу в грудь медика. Раздался отчётливый, жуткий звук. Громкий шипящий свист и розовая пена. Пшшшшш! Воздух под давлением хлынул из грудной клетки наружу.

Медсестра продвинула катетер поглубже. После аккуратно извлекла иглу, оставив в ране мягкую пластиковую канюлю. Вера быстро наклеила пластырь для фиксации и подсоединила клапан.

Шипение продолжалось. Грудная клетка Олега Петровича, до этого раздутая с одной стороны, заметно опала, принимая более естественную форму. Он судорожно, с хрипом, вдохнул. Раз. Другой.

— Дышит! — выкрикнула Вера. По её щекам потекли слёзы облегчения. — Он дышит, Лёша! — она кинулась обниматься и крепко прижалась ко мне. Я оторопело похлопал её по спине, не зная, как реагировать.

Искра громко демонстративно фыркнула, но тут же схватилась за бок и поморщилась. Похоже, у неё действительно сломано ребро.

Лицо Олега Петровича, до этого синюшное, начало медленно розоветь. Его грудь вздымалась и опадала. Неровно, прерывисто, но он дышал.

— Получилось… — продолжала всхлипывать Вера.

— Молодец, — я осторожно отстранил её. — Отлично сработано. Ты вытащила его.

В этот момент Олеся, сидевшая в стороне под присмотром Медведя, снова потёрла плечо и шмыгнула носом.

— Мне больно, — прошептала она, глядя на Веру большими, полными слёз глазами.

Сердце Веры не могло выдержать такого зрелища. Она мягко коснулась плеча Олеси.

Вера активировала навык: «Диагностика».

— Просто сильный ушиб, — уже через секунду сообщила она с облегчением. — Ничего страшного. Сейчас мы всё поправим.

Её ладонь засветилась мягким, тёплым светом.

Вера активировала навык: «Малое Исцеление».

Олеся моргнула, слёзы тут же высохли. Она подвигал плечом, и её лицо озарила улыбка.

— Прошло! Совсем не болит!

Вера получила опыта: 10

— Вот и хорошо, — улыбнулась Вера. — Кто у нас следующий?

Её взгляд упал на Бориса, который морщился и всё же порывался расшатать зазубренный осколок в ране. А та кровоточила, пропитывая рукав.

— Боря, — строго сказала Вера. — Сядь ровно и не дёргайся. Доиграешься до заражения.

Борис хотел было возразить, но, встретившись с её решительным взглядом, покорно опустил руку. Вера снова активировала «Диагностику», внимательно изучая системное окно.

— Повезло тебе, — констатировала медсестра. — Осколок прошёл между лучевой и локтевой костями, не задев ни крупные сосуды, ни нервы. Но он засел глубоко в мышцах-разгибателях. Если его просто дёрнуть, он порвёт их в клочья. Сейчас будет очень неприятно, терпи.

Из её инвентаря материализовался мощный хирургический зажим и тампоны. Обработав края, она мёртвой хваткой вцепилась зажимом в торчащий металл. Сделала едва заметное вращательное движение, пытаясь определить, как именно зазубренные края зацепились за мышечные волокна. Раздался тошнотворный влажный звук. Борис сдавленно замычал, желваки заходили ходуном.

— Тихо! — шикнула Вера. — Почти всё.

Она нашла нужный угол. Резкое движение, и медичка извлекла из руки уродливый, окровавленный кусок искорёженного металла. В тот же миг из разорванной раны тёмным потоком хлынула венозная кровь.

— Не страшно, — спокойно сказала она и тут же вознесла ладонь над раной.

Вера активировала навык: «Стандартное Исцеление».

На этот раз свечение было ярче, интенсивнее. Прямо на наших глазах края рваной раны начали стягиваться. Мышцы под кожей подрагивали, срастаясь. Кровотечение остановилось почти мгновенно. Через минуту на месте глубокого пореза остался лишь тонкий розовый шрам.

Вера получила опыта: 50

Борис с изумлением посмотрел на свою руку, пошевелил пальцами.

— Ничего себе… Спасибо, Вер. Каждый раз удивляюсь, как это здорово у тебя получается!

Вера смущённо улыбнулась, но ответить не успела. Перед её глазами вспыхнуло большое системное уведомление, залив лицо девушки голубым светом.

УВЕДОМЛЕНИЕ СИСТЕМЫ:

Поздравляем! Ваш уровень повышен!

Ваш текущий уровень: 6

До следующего уровня: 0/600

Получено очков характеристик: 3

Открыт новый Навык:

«Костоправ»

Вам доступно подарков: 1

Лицо Веры преобразилось. Смущение сменилось чистым, незамутнённым восторгом.

— Получилось! — выдохнула она, глядя то на системное окно, то на Олега Петровича. — Лёша, получилось! У меня есть то, что нужно!

Медсестра сразу же открыла описание нового навыка:

Описание: Позволяет проводить точную репозицию костных отломков при переломах. Активация навыка запускает ускоренный процесс остеогенеза: в течение минуты на месте перелома формируется плотная костная мозоль, обеспечивая прочное сращение. Эффективно вправляет вывихи и снимает дебафы, связанные с повреждением опорно-двигательного аппарата, такие как «Хромота» или «Хрупкие кости».

Время действия: 1 мин.

Стоимость: Варьируется.

— Ну надо же, — усмехнулась Искра. — Система иногда подкидывает что-то действительно полезное. Прямо как в сказке, когда герою в последний момент дарят волшебный меч. Или «Кайрос». Верка, давай, чини нашего доктора, а то у меня тоже что-то хрустнуло. Чур, я следующая в очереди.

Вера, не обращая внимания на иронию рыжей, снова склонилась над Олегом Петровичем. Её ладонь легла на грудь военврача.

Вера активировала навык: «Костоправ».

Пространство вокруг её руки исказилось. Спецэффекты отличались от привычного исцеляющего света. Плотное, концентрированное поле магии будто давило на воздух. Из-под её ладони раздались тихие, сухие щелчки. Это костные отломки ребра встали на свои места с идеальной точностью.

Затем начался сам процесс остеогенеза. Под кожей Олега Петровича, в месте перелома, возникло едва заметное, пульсирующее золотистое свечение. Оно не расходилось во все стороны, как при обычном исцелении, а концентрировалось в одной точке, формируя невидимый каркас. Сейчас там, на месте разлома нарастала новая костная ткань.

Минута тянулась вечность. Все затаили дыхание, наблюдая за этим таинством. Наконец, золотистое свечение погасло.

Вера получила опыта: 60

— Готово, — выдохнула Вера и вытерла испарину со лба. — Кость срослась. Теперь… теперь лёгкое.

Она быстро восстановила ману парой кристаллов низкого уровня. Вознесла руки и начала изливать целительную энергию.

Вера активировала навык: «Стандартное Исцеление».

Зеленоватое сияние окутало грудную клетку Олега Петровича. Теперь, когда костяные осколки больше не рвали нежную ткань, магия могла работать в полную силу. Я отчётливо представил, как под действием целительной энергии регенерируют крошечные альвеолы, как затягивается прокол в висцеральной плевре, восстанавливая герметичность.

Вера кастовала заклинание снова и снова, не давая себе передышки.

Вера активировала навык: «Стандартное Исцеление».

Поток маны смывал последствия травмы. Огромная гематома, расплывшаяся под кожей, начала бледнеть на глазах, меняя свой жуткий багрово-синий цвет на желтоватый, а затем и вовсе исчезая.

— Магия не только лечит, — сказала Вера отстранённо. — Она ускоряет естественные процессы в сотни раз, заставляя макрофаги пожирать излившуюся кровь. Это потрясающе…

Вера активировала навык: «Стандартное Исцеление».

Мана тратилась очень быстро, зато прибавлялся опыт. Наконец, дыхание Олега Петровича стало ровным, глубоким, спокойным. Вера аккуратно извлекла из его груди катетер. На месте прокола осталась крохотная дырочка. Активация «Малого Исцеления», и ранка пропала. Вера закончила.

Олег Петрович закашлялся, открыл глаза.

— Что… что случилось? — прохрипел он, пытаясь приподняться.

— Лежите! Лежите! — обеспокоилась Вера.

— Вы чуть не умерли, Олег Петрович, — сообщил Фокусник. — Но теперь всё хорошо. Верка вас подлатала.

— Молодчина, дочка, — хрипло сказал военврач. — Просто молодчина.

В это время в передней части БТРа раздался ещё один стон.

— Твою… мать… — прохрипел Варягин. — Где мы?

Женя, молча приводивший его в сознание, убрал от командирского носа ватку с нашатырём.

— На дне, командир, — отозвался я. — В прямом и переносном смысле. Как вы?

— Как будто меня этот паук пожевал и выплюнул, — Варягин с трудом сел, держась за голову. — Тень?

Тень молчал. Он сидел в кресле водителя, обмякнув и свесив голову на грудь.

— Живой. Просто в отключке, — сказал Женя, проверив его пульс. Поднёс ватку и к носу ассасина.

Варягин облегчённо выдохнул.

— Алексей, проверь машину. Нужно оценить ущерб. Фокусник, Борис, Медведь, к бойницам. Следить за периметром!

Команда, вырванная из шока видом возвращения Олега Петровича к жизни, заработала как слаженный механизм. Женя и Фокусник заняли позиции у триплексов.

Я положил руку на искорёженный металл.

Активирован навык: «Анализ компонентов».

Система на секунду задумалась, а потом выдала мне простыню текста, от которой у меня всё похолодело внутри.

Объект: Бронетранспортёр (БТР-80)

Статус: Критически повреждён.

Повреждения:

— Несущая рама: Деформация, множественные трещины.

— Корпус: Вмятины, нарушение герметичности (множественные).

— Ходовая часть: Рычаги подвески сорваны, колёсные редукторы разбиты, четыре из восьми колёс уничтожены.

— Силовой агрегат: Сорван с опор, смещён. Множественные разрывы патрубков и электропроводки.

— Трансмиссия: Коробка передач заклинена. Раздаточная коробка имеет трещину в корпусе.

— Система управления: Рулевые тяги деформированы.

Я снял шлемофон и взъерошил грязные волосы.

— Что там? — спросил Варягин.

— Мы приехали, — мрачно ответил я. — Но я всё починю. Маны уйдёт много, времени тоже. Настоящая проблема начнётся после ремонта. Нам придётся как-то вытаскивать машину отсюда. Можно по лестнице, нагрузка на подвеску и трансмиссию будет чудовищная. После придётся снова ремонтировать. И это если лестничный пролёт не обрушится от нашего веса. Но сперва нужно убедиться, что расстояние между колоннами платформы достаточное. Иначе мы до лестницы просто не доедем и придётся придумывать систему лебёдок, чтобы вытащить БТР тем же образом, каким мы сюда попали.

Варягин устало кивнул.

— Хорошо. Выходим. Борис, Медведь, вы первые, прикрываете. Женя, Фокусник, за ними, контроль секторов. Я и Иванов замыкаем.

— Командир, вас сильно контузило, — возразил я. — Оставайтесь здесь.

— Я в порядке, — отрезал он. — Голова гудит, но на ногах держусь. Приказ выполнять.

Спорить с ним было бесполезно. Я лишь тяжело вздохнул. Тяжёлая створка бокового люка со скрежетом отворилась, и мы один за другим выбрались наружу. Берсерки тут же материализовали своё оружие: боевой молот Бориса и чудовищную секиру Медведя. Осмотрелись, заняли позиции. Стрелки вскинули автоматы.

— Я тоже пойду! — раздался тоненький голосок из люка. — Мики нужно подышать!

— Олеся, сидеть в машине! — рявкнул Варягин так, что мы все вздрогнули.

— Но папа!

— Это приказ!

Из люка показалась русая голова с заплетённой косой. Голубые глаза смотрели на отца с укоризной.

— Мики очень испугался, ему нужно прийти в себя! Мы только на минуточку!

Варягин хотел возразить, но Медведь, стоявший рядом, неожиданно мягко положил огромную лапищу ему на плечо.

— Командир, пусть идёт. Я за ней присмотрю. Ни одна тварь не подойдёт.

Паладин бросил на берсерка тяжёлый взгляд, но махнул рукой.

— Чёрт с тобой, Миша. Но если с ней хоть что-то…

— Не случится, — твёрдо пообещал Медведь.

Олеся с сияющим лицом выскочила наружу. Мики тоже спрыгнул на платформу, встопорщил полосатый хвост и с любопытством принюхался.

Мы стояли на станции. Открытая платформа. Её задняя сторона была огорожена не полностью, но в промежутке виднелся металлический забор… поваленный, правда. С другой стороны проходили пути. Потолок поддерживали массивные колонны с серо-коричневой облицовкой. На одном из путей застыл поезд. Синий, современный. Он выглядел целым.

— Красиво тут, — пробормотал Борис, оглядываясь. — Тихо.

Тишина и вправду была почти оглушающей. Лишь ветер завывал в свободном пространстве да капала вода с крыши вестибюля.

— Не расслабляться, — напомнил Варягин. — Иванов, действуй.

Я кивнул и достал из инвентаря десятиметровую строительную рулетку. Берсерки и стрелки рассредоточились по платформе, взяв под контроль все направления. Варягин встал у самого БТРа, прикрывая нас со стороны путей. Олеся с Мики отошли к противоположной стене, где Медведь загородил проход на улицу своей массивной фигурой.

Я подошёл к ближайшей паре колонн. Щёлкнул фиксатором рулетки, зацепил край ленты за одну колонну и протянул до другой. Замерил. Потом измерил ширину самого БТРа по корпусу. Цифры в моей голове сложились в неутешительный вердикт.

— Не пройдёт, — сказал я, сматывая рулетку. — Ширина броневика — два метра девяносто сантиметров. Расстояние между колоннами — два семьдесят. Не хватает двадцати сантиметров. Мы застрянем.

— Снести колонны? — тут же предложил Борис.

— Это несущие опоры, — покачал я головой. — Снесём их, и нам на голову рухнет несколько тысяч тонн бетона. Лебёдки. Будем вытаскивать его обратно наверх. Но для этого нужно закрепиться.

Я уже начал прикидывать, как можно использовать стальные конструкции самой станции для создания полиспаста, когда услышал тихий, скребущий, царапающий звук. Он шёл со стороны улицы. Словно десятки когтей скребли по бетону и мокрой земле.

— Внимание! — крикнул я, материализуя «Ксюху». — Медведь, с твоей стороны!

Берсерк тут же опомнился. Похоже, его тоже контузило неслабо, но бравада не позволила признать свою слабость. Все развернулись в указанном направлении. Звук усилился.

Через мгновение в проломе металлического забора появились силуэты.

Быстрые, гибкие и хвостатые.