Инженер. Система против монстров – 5

Глава 3 Стальное сердце

Я забрался внутрь десантного отсека. Скамьи, бойницы, крепления для оружия, всё было на месте. Пройдя вглубь, остановился у переборки, за которой находилось моторно-трансмиссионное отделение. В ней имелась небольшая бронированная дверца. Рукоятка замка не поддавалась. Пришлось снова доставать «Гефест» и аккуратно срезать петли. Дверца с грохотом упала на пол.

За ней была абсолютная тьма. Я достал из инвентаря брошь «Фонарщик» и мысленно активировал её. Мягкий, ровный и немерцающий свет залил пространство, выхватив из мрака пустоту. Огромный отсек, где должно биться дизельное сердце машины, ожидаемо пустовал. Лишь голый подрамник, торчащие обрубки патрубков и сиротливо свисающие жгуты электропроводки.

— Операционная готова, — пробормотал я сам себе.

Активировал инвентарь, нашёл в списке нужный пункт.

Объект: Силовой агрегат КамАЗ-7403 (двигатель с КПП в сборе).

Масса: 1050 кг.

Извлечь из инвентаря?

Да/Нет.

Мысленное «Да». В ту же секунду я ощутил, как из моего личного пространства выталкивается нечто огромное, тяжёлое. Странное чувство, никогда раньше у меня не возникало ощущений при перемещении предметов.

Воздух в моторном отсеке сгустился, вспыхнул голубой энергией, и прямо из ниоткуда, без единого звука, материализовался двигатель. Огромная, грязная, покрытая застывшим маслом махина весом в тонну с лишним, с пристыкованной к ней коробкой передач, с глухим, едва слышным стуком опустилась на подрамник. «Фонарщик» осветил массивный блок цилиндров, переплетение трубок, турбокомпрессор, похожий на металлическую улитку. Сердце появилось в теле зверя.

Но это только начало. Самое сложное впереди.

Следующие полтора часа я, как одержимый, ползал по моторному отсеку, превратившись в механика-акробата. Я подсоединял всё, что мог. И чем больше я работал, тем мрачнее становилось моё лицо. Как я и предполагал, это была попытка скрестить ежа с ужом.

Фланец карданного вала БТРа не совпадал с фланцем коробки передач от «КамАЗа» ни по диаметру, ни по расположению крепёжных отверстий. Выхлопной коллектор двигателя упирался прямо в броневой лист корпуса. Штатная выхлопная система БТРа была рассчитана на другую конфигурацию.

Патрубки системы охлаждения имели разный диаметр. Жгуты электропроводки от приборной панели бронетранспортёра заканчивались разъёмами, которые и близко не подходили к датчикам на камазовском двигателе. Даже точки крепления опор двигателя на подрамнике не совпадали с подушками на блоке на добрые пять сантиметров.

Я понял, что мне немедленно нужен перерыв. Срочно.

Вылез из моторного отсека, весь в масле и пыли. Снаружи меня ждала группа поддержки в виде развалившейся на корпусе Искры. Девушка переоделась в утеплённую куртку, однако напялила на глаза солнцезащитные очки и изображала, что загорает.

— Почки застудишь, — буркнул я. — Металл холодный.

— Вот и доктор мне так сказал! — тут же прыснула она. — Ничего страшного, будет им с Верой больше работы. Они ведь могут получать опыт только когда лечат настоящего пациента, а не симулянта.

— А, так это ты так им помогаешь? — вздохнул я.

— Я всем помогаю, вот держи.

В её руке материализовалась бутылка из тёмного пластика. Квас. Я благодарно принял и отпил. Пенная жидкость помогла освежиться.

— Искра, ты в последнее время ведёшь себя хуже, чем обычно, — заметил я.

— Это вместо «спасибо»? — фыркнула она.

— За квас спасибо, — кивнул я. — Но ведёшь ты себя отвратительно. Что случилось?

— Помимо того, что мы застряли в кромешном аду, а на тебя ведут персональную охоту могущественные потусторонние силы? Да нет, Лёш, всё в порядке. Правда-правда.

— Ясно, — сказал я и сделал ещё глоток.

— Что тебе ясно? — тут же вскинулась она.

— Что ты переживаешь за меня. И злишься, что я бросился сражаться с Гончими вопреки твоим просьбам. Вот и вымещаешь привычным образом.

— Ничего я не вымещаю! Ты хоть представляешь, что я почувствовала тогда?

— Искра, я…

— Не надо, — перебила она. — Не извиняйся. Я знаю, что ты скажешь. «Так было надо». «Это был единственный способ». «Я спасал вас всех». Я всё это понимаю, Лёш. Умом понимаю. Но когда я увидела, как ты выпрыгиваешь из машины, чтобы остаться один на один с этими тварями… — она сглотнула. — В тот момент я тебя возненавидела. За то, что ты так легко готов себя выбросить. Словно ты не человек, а просто ещё один расходник, как твои гранаты.

Она протянула руку и коснулась моей щеки, стирая пятно масла.

— Ты заставляешь законы физики плясать под твою дудку, — сказала она. — Неужели ты не можешь пообещать одной рыжей ведьме не умирать по глупости?

Весь этот разговор уже был. Просто коротко и экспрессивно, а сейчас у нас его развёрнутая версия. И мне придётся снова сказать ей то, что уже говорил. Надеюсь, что она всё же поймёт.

Взял её ладонь в свою и крепко сжал.

— Я не могу пообещать, что не буду рисковать, — максимально честный ответ. — В нашем мире это невозможно. Но я могу пообещать, что буду делать всё, чтобы возвращаться. К тебе.

Она смотрела мне в глаза несколько долгих секунд, а затем её губы тронула слабая улыбка.

— Ладно, — выдохнула она. — Живи пока. Но если ещё раз такое выкинешь, я сама тебя испепелю. Чтобы врагам не достался.

В общем, каждый остался при своём. Зато с видимостью примирения и гармонии.

— Ну что? Пациент будет жить? — сменила тему Искра.

— Пациент скорее мёртв, чем жив, — я вытер лоб тыльной стороной ладони. — Ничего не подходит. Абсолютно. Это как пытаться вставить сердце кита в тело дельфина.

— И что теперь? — напряжённо спросила Искра. — Всё зря?

— Нет, — я позволил себе лёгкую, предвкушающую усмешку. — Забыла? Я же кудесник, волшебник.

Чмокнул её в щёку и залез обратно, прихватив с собой бутылку кваса. Теперь начинается самое интересное. Я не стану подгонять детали вручную. Я заставлю их самих подогнаться друг под друга. Сделав несколько больших глотков и убрав бутылку, положил одну руку на холодный блок двигателя, а другую на корпус БТРа.

Активирован навык: «Сканирование устройств».

Светящаяся голубая сетка охватила двигатель, коробку передач, карданные валы, раму, патрубки, провода… всё. Система, словно рентген, просвечивала каждый винтик, каждую прокладку, каждый сварной шов. В моём сознании, в интерфейсе, начала выстраиваться невероятно сложная трёхмерная модель. Не только двигателя. Не только БТРа. А именно этой конкретной, несовместимой сборки. Вот он, двигатель, чуть смещённый влево. Вот кардан, чей фланец висит в пустоте в сантиметре от фланца КПП. Вот выхлопная труба, упирающаяся в броню.

Сканирование завершено.

Получено опыта: 100 × 3 = 300

Передо мной висела идеальная цифровая копия этого механического Франкенштейна.

— А теперь, — прошептал я, — время для творчества.

Я вошёл в графический режим редактирования чертежа. Мысленно «взял» опору двигателя и растянул её на пять сантиметров, идеально совместив с креплением на раме. Затем «изогнул» выпускной коллектор, обойдя броневой лист и направив его точно к штатному выхлопному отверстию БТРа. Изменил диаметр патрубков охлаждения, заставив их идеально состыковаться. Перерисовал схему электропроводки, создав виртуальные переходники. Самым сложным был фланец кардана. Я не только передвинул отверстия, а изменил саму конструкцию фланца, сделав его гибридным, подходящим и к камазовской коробке, и к бэтээровскому валу, сохранив при этом прочность и балансировку.

Когда закончил, передо мной висела уже не схема Франкенштейна, а чертёж идеально подогнанного, уникального силового агрегата, созданного специально для этой машины.

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: «Силовой агрегат КамАЗ-7403 (модифицированный)».

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 100 × 3 = 300

Отлично. Фаза планирования завершена. Теперь исполнение. Я достал из инвентаря склянку с привычной чуть переливчатой водичкой. «Стимулятор Усердия». Выпил залпом. По телу прошла волна ледяной бодрости. Усталость, накопившаяся за день, испарилась. Мысли стали кристально чёткими.

— Начинаем, — прошептал я и активировал новый чертёж.

Активирован чертёж «Силовой агрегат КамАЗ-7403 (модифицированный)».

Требуемые компоненты: Имеются в наличии.

Стоимость: 150 маны.

Время изготовления: 10 минут (с учётом эффекта «Стимулятора Усердия»).

Изготовить?

Да/Нет.

— Да.

В тесном моторном отсеке началось волшебство. Двигатель и окружающие его детали окутались мягким голубым сиянием. И металл ожил. На моих глазах стальные кронштейны опор потекли, словно воск, вытягиваясь и меняя форму. Они плавно наросли на пять сантиметров и застыли, идеально совпав с отверстиями в раме. Выпускной коллектор, изгибаясь, как живая змея, обогнул броневую переборку. Фланец на коробке передач запузырился, и старые отверстия затянулись, а на их месте появились новые, точно под болты кардана. Медные провода электрожгутов сами собой расплетались и сплетались в новую схему, на их концах формировались нужные разъёмы.

Это было невероятное зрелище. Не грубая ковка и сварка, а высокотехнологичная магия, управляемая моей волей и системными алгоритмами. Материя перестраивалась на молекулярном уровне, подчиняясь заложенному в чертеже плану.

Я сидел прямо там, в моторном отсеке, скрестив руки на груди, и смотрел на это чудо. А на губах играла самодовольная ухмылка. Ухмылка инженера, который только что заставил законы физики работать на себя.

Десять минут спустя голубое свечение погасло.

Изготовлен предмет: «Силовой агрегат КамАЗ-7403 (модифицированный)».

Получено опыта: 100 × 3 = 300

Передо мной был всё тот же двигатель, но теперь он стал единым целым с бронетранспортёром. Все системы были подключены. Все детали идеально подогнаны.

Я вылез из люка, отряхивая руки. Ребята, крайне занятые безделием и поеданием тушёнки, обернулись на меня.

— Сердце на месте, — объявил я. — Теперь осталось заставить его биться.

Следующим пунктом в моём списке были аккумуляторы. Я снова забрался в моторный отсек и материализовал из инвентаря две тяжёлые батареи, снятые с «КамАЗа». Они идеально встали в штатные ниши БТРа. Клеммы и концы проводов покрывал толстый слой зеленоватого окисла. Превратив Инструмент в жёсткую металлическую щётку, я за несколько минут счистил всю грязь до блеска. Затем использовал навык «Улучшение», батареи охватило сияние, и они стали как новенькие.

Предмет: Аккумуляторная батарея (свинцово-кислотная).

Уровень заряда: 0 %

Для зарядки необходимо: 20 э. к.

Зарядить?

Да/Нет

Я подтвердил операцию для обеих батарей, использовав по два кристалла десятого уровня. Получил два полностью заряженных источника питания. Затянув крепления, перешёл к топливной системе.

Тут меня ждал очередной головняк от музейных реставраторов. Заливные горловины обоих топливных баков, дренажные пробки и места подключения топливопроводов были намертво заварены.

— Жизнь — боль… — вздохнул я.

Резать плазмой или даже болгаркой смертельно опасно. Даже если баки пусты, внутри могли остаться пары солярки. Малейшая искра, и мы получим красивый объёмный взрыв.

Нужно действовать хитрее. Я превратил Инструмент в шуруповёрт. Выбрав точку в верхней части бака, начал сверлить. Металл поддавался неохотно, но спустя минуту сверло провалилось внутрь. Я осторожно принюхался к отверстию. Ничего. Ни малейшего запаха дизеля. Перед консервацией баки действительно промыли очень тщательно. Риск минимален.

Теперь можно действовать смелее. Сменив шуруповёрт на болгарку, я аккуратно, стараясь не повредить резьбу, срезал сварные швы вокруг пробок и патрубков. Через некоторое время все заводские отверстия были свободны.

Предмет: Топливный бак (повреждён).

Повреждения: Сквозное отверстие, микротрещины в зоне сварки (множественные).

Стоимость ремонта: 15 маны.

Починить?

Да/Нет

Я активировал навык, и маленькая дырочка от сверла затянулась на глазах, будто её и не было. Срезанные края тоже оплавились, восстановив идеальную геометрию. После я проделал то же самое со вторым баком. И решил применить «Улучшение».

Предмет: Топливный бак.

Стоимость: 30 маны.

Улучшить?

Да/Нет

Подтверждаю. Баки окутались сиянием. Ничего особенного не произошло, просто они стали красивыми и новыми, будто с конвейера.

— Борь, подсоби, — позвал я, вытирая пот со лба.

Мы вдвоём взяли канистры с соляркой и, используя воронку, начали заправлять машину.

— Я вот смотрю на тебя, Лёха, и диву даюсь, — сказал Борис, аккуратно переливая топливо. — Для меня всё просто: видишь врага — бей. Видишь стену — ломай. А у тебя… Ты с железками будто разговариваешь, и они тебя слушаются. Реально, как волшебник.

— Просто у каждого своя работа, Борь, — усмехнулся я.

Закончив заправку, я вытер руки ветошью и подошёл к Варягину.

— Командир, всё готово. Бронетранспортёр на ходу. Но мне нужно ещё немного времени.

Паладин, уже собиравшийся отдать приказ на погрузку, удивлённо вскинул бровь.

— На что ещё, Иванов? Мы и так потеряли здесь полдня.

— Мне нужны ресурсы, — я кивнул в сторону застывших на вечной стоянке танков. — Мой инвентарь после выгрузки двигателя почти пуст. Занято меньше тонны, а общая вместимость у меня сейчас пять тонн. Я хочу запастись броневой сталью.

Варягин скептически хмыкнул, скрестив руки на груди.

— И что ты с ней будешь делать? В котелке переплавишь? Вся легирующая присадка выгорит, на выходе получишь дерьмо для сковородок, а не броню. Я немного в этом понимаю.

— Вы правы, — согласился я. — При обычной плавке так бы и случилось. Но мой «Тигель» — не просто котелок, командир. Он позволяет контролировать состав сплава с высочайшей точностью. Я смогу не только сохранить свойства, но и улучшить их. И я очень хочу это опробовать. У меня ведь есть чертёж тактической брони. Это технология не из нашего мира, она опережает все современные разработки экзоскелетов. Это преимущество, которое нам необходимо. Если всё получится, у нас у всех будет защита, о которой можно только мечтать.

Варягин долго смотрел на меня, а я просто стоял. Уставший, но полностью уверенный в своей правоте. Времени добираться до ближайшей металлобазы или искать подходящий магазин у нас нет. А бронетехника есть. Прямо здесь. Вот она. Бери — не хочу.

— Сколько? — наконец, коротко бросил он.

— Пару часов. Не больше.

— Два часа, Иванов. Ни минутой больше, — отрезал паладин. — Бери берсерков в помощь. Чтобы быстрее было.

Я кивнул и подозвал Бориса с Медведем.

— Мужики, снова нужна грубая сила.

— Ну наконец-то хоть разомнёмся нормально! — взревел Медведь, да так, что Мики испуганно прижал уши и шмыгнул прочь.

Первым делом я снабдил всех сварочными масками и рукавицами. Снова достав плазменный резак, подошёл к ближайшему Т-72.

Активировав «Гефест», я направил ослепительный луч плазмы на стык люка командира с бронёй. Сварной шов поддался не сразу. Я медленно вёл резаком, и за ним оставался узкий, идеально ровный рез, от которого летели капли раскалённого металла.

— Готово, как остынет — ваш выход.

Вскоре Борис подошёл, постучал по крышке люка костяшками пальцев, как в дверь, и толкнул внутрь. Затем вытащил и притащил мне. Я как раз заканчивал со следующим люком, но пришлось отвлечься.

Объект: Люк командира (Т-72).

Масса: 65 кг.

Поместить в инвентарь?

Да/Нет

Подтвердив действие, я увидел знакомую картину: тяжёлый люк просто исчез из рук Бориса. Мы срезали все люки с четырёх танков.

— И это всё? — проворчал Медведь, с досадой пнув танк по катку. — Я даже не вспотел!

— Сейчас будет вам работа по силе, — пообещал я и двинулся к следующему экспонату. — Теперь гусеницы. Они нам тоже пригодятся.

В этот момент к нам неспешно приблизилась скучающая Искра. Сунула руки в карманы и уточнила:

— Лёш, ты действительно собираешься снять гусеницы и запихнуть их в инвентарь? А чего мелочишься-то? Давай уж танк целиком! Пригодится же!

— Я бы с удовольствием, но не влезет, — буркнул я и уже собирался попросить её вернуться к праздному безделию и не мешать, но тут нас резко перебили.

Подбежала сияющая от восторга Олеся.

— Искра! Мы идём на охоту! Пойдёшь с нами? — выпалила она без предисловия.

— На какую ещё охоту? — покосилась на неё рыжая.

— К нам мутанты крадутся! — счастливо объявила девочка. — Слабенькие, папа разрешил прокачать на них моих питомцев!

Я сразу же представил картину, как Олеся уговаривала Варягина на эту авантюру. «Папочка, ну, пожалуйста! Они совсем немножко поубивают мутантов и всё!». Боже, мне его почти жалко.

Посмотрев в сторону от мощёной площади, я действительно заметил движение. Из-за деревьев, пригибаясь и ковыляя, выползло несколько самых завалящих мутантов первого уровня. Видимо, сбежались на шум. Женя, Тень и Фокусник наблюдали за ними с дозорных позиций, но не стреляли.

Искра картинно вздохнула и потянулась, разминая косточки.

— Ну что ж делать? Зверюшек надо кормить! — она подмигнула мне и послала воздушный поцелуй. — Лёш, не скучай!

Рыжая присоединилась к Олесе. Они взялись за руки и пошли мочить врагов.

— Такое зрелище пропускать нельзя! — решительно заявил Борис.

— Ага, пойдём с ними! — согласился Медведь. — Если что, прикроем!

Берсерки бросили работу и отправились в цирк. Потерев переносицу, я забрался на танк и решил сделать перерыв до их возвращения.

Сцена, развернувшаяся на лужайке через минуту, действительно напоминала цирковое представление. Только немножко кровавенькое.

Борис и Медведь встали на страже. Варягин тоже не остался в стороне, а подошёл к дочери и на всякий случай достал меч. Остальные парни продолжили контролировать периметр. А в центре арены, подбадриваемая Искрой, Олеся выпустила свою ударную группу.

— Вперёд, мои хищники! — скомандовала она.

— Делайте ставки, господа! — азартно крикнула Искра. — Ставлю двадцать патронов на хомяка!

Первыми в атаку пошли профессионалы. Пушок и Царапка, два шипастых кота-убийцы, бесшумно скользнули в траву. Они двигались синхронно, как призраки, низко припадая к земле.

— Красавцы, тихо пошли! — одобрительно кивнул Медведь.

Один из мутантов даже не понял, что произошло. Просто два размытых пятна метнулись к нему с разных сторон, и в следующую секунду он уже лежал на земле с перегрызенным горлом, а коты деловито облизывали окровавленные морды.

— И-и-и нокаут в первом раунде! — восхищённо присвистнула Искра. — Чистая работа!

Мики подкрался сзади к другому мутанту и обвил его ногу длинным полосатым хвостом. Рывок, мутант потерял равновесие и растянулся на траве. Кошаки тут же бросились на него сверху. Пару секунд он отбивался от когтистых чудовищ, но проиграл.

— А лемур-то хитёр! — прыснул Борис. — Хвостом-то как!

Гвоздём программы, разумеется, стал Бузя.

— Тяжеловес на ринге! — хохотнула Искра. — Давай, пушистый!

Хомяк издал пронзительный боевой писк, от которого ближайшие ёлки чуть не сбросили иголки, и рванул вперёд. Он пронёсся по траве, как рыже-белая торпеда, и мёртвой хваткой вцепился в лодыжку ближайшего мутанта.

— ТАК ЕГО! — взревел Медведь, сжав кулаки. — ГРЫЗИ! ГРЫЗИ ЕГО, ГРЫЗУХ!!!

— Вот это хватка! — поддержал его Борис.

Мутант взвыл и принялся трясти ногой, пытаясь стряхнуть прицепившуюся пиранью в хомячьей шкуре. Но Бузя не отпускал. Он висел на ноге, хватаясь лапками и яростно мотая головой из стороны в сторону.

— Смотри, держится! — продолжал веселиться Медведь. — Вот это характер!

— Боевой хомяк апокалипсиса! — окрестила Искра.

Остальные мутанты, деморализованные столь сюрреалистичной картиной, оказались быстро добиты подоспевшими Шипохвостами. Потом коты милосердно добили и мутанта, атакованного Грызухом.

— Молодцы! — захлопала в ладоши Олеся.

Варягин всё это время стоял мрачный и неподвижный. Ему затея ни капли не нравилась, но он стерпел, ведь питомцев действительно нужно прокачивать.

Бузя, наконец, разжал зубы, сплюнул кусок штанины и победоносно огляделся. Его взгляд снова сфокусировался на котах. И те поняли, что пора ретироваться.

— Бузя! Стой! — прокричала Олеся. — Ну, хватит уже! Не трогай котиков!

Спрыгнув с танка, я окликнул берсерков. Те ещё немного поржали, потрепали Олесю по волосам и вернулись к работе. Снять гусеничную ленту задача нетривиальная. Нужно выбить один из соединительных пальцев, разорвав цепь.

— Медведь, держи, — я превратил Инструмент в массивный молот-выколотку. — Борис, твою кувалду в дело. Цельтесь вот в этот палец, — я указал на соединение двух траков. — Бить по очереди, со всей дури.

Начался адский концерт. Два берсерка, сменяя друг друга, обрушивали на неподатливый металл чудовищные удары. Сталь звенела, но палец не поддавался.

— Да что ж ты за сволочь такая! — взревел Борис и, войдя в раж, ударил с такой силой, что его кувалда оставила вмятину на траке. Палец сдвинулся на миллиметр.

— Есть! — крикнул я. — Ещё!

Варягин морщился, и совершенно справедливо. Мы подняли такой шум, что нужно убираться отсюда поскорее. Через пять минут оглушительного грохота палец, наконец, вылетел из своего гнезда. Огромная, полуторатонная гусеничная лента с лязгом ослабла и сползла с катков на землю. Я не стал резать её плазмой, а просто убрал в инвентарь.

Проделав то же самое со второй гусеницей, проверил статус инвентаря.

Свободное место в инвентаре: 720 кг.

— Хватит, — выдохнул я. — Почти три с половиной тонны набрали.

Подошёл к Варягину и сказал:

— Теперь можно выдвигаться.

Спустя ещё пять минут я стоял, опершись рукой о холодную броню БТРа. Только что установленный дизельный двигатель мерно и басовито урчал, словно гигантский стальной кот. Вибрация шла по земле, проникала сквозь подошвы ботинок, и отдавалась в каждой косточке. Это была вибрация жизни. Вибрация мощи. Вибрация надежды.

— Хорошая работа, инженер, — всё же похвалил Варягин. — Очень хорошая работа.

Я лишь кивнул, не в силах выдавить ни слова. Чудовищная усталость, которую я до этого гнал адреналином и стимуляторами, накатила с новой силой. Но вместе с ней появилось и другое чувство. Гордость. Я, Алексей Иванов, студент Бауманки, только что в одиночку, посреди руин цивилизации, вернул к жизни боевую машину. Я сделал это.

— Ну что, господа выживальщики, грузим свои драгоценные тушки в эту тарантайку? — бодро вопросила Искра, с нескрываемым восхищением глядя на нашу новую крепость. — Предлагаю занять лучшие места, пока берсерки не решили, что десантный отсек — это их личная спальня.

Борис и Медведь переглянулись и дружно хмыкнули. Они выглядели как два древних бога войны, довольные новым алтарём.

— Места хватит всем, — хохотнул Фокусник. — Это ж наш личный «Икарус»! Девочки, выбирайте, у кого на коленках поедете! Только это, сразу каски надевайте, чтоб на ухабах башкой о потолок не биться.

— Чего ждём? — поторопил всех Варягин. — Солнце садится. Ночью мутантов больше. Все в машину!

Команда зашевелилась. Тень уже давно сидел на месте механика-водителя. Варягин занял место командира рядом с ним. Остальные начали грузиться в десантный отсек через боковые люки.

Я уже собирался последовать за ними, когда случилось…

Чудовищная хренотень случилась!

СВЕТ. НЕВЕРОЯТНОЕ ЗАРЕВО.

На юго-востоке, там, где за горизонтом из многоэтажек и промышленных труб прятался район Капотни, небо вдруг озарилось вспышкой. Зарево ударило по глазам.

Все замерли. Разговоры оборвались на полуслове. Движения застыли. Даже урчание дизеля БТРа исчезло. Мы стояли, задрав головы, и смотрели на это безмолвное, пугающее знамение.

— Что это? — шёпотом спросила Вера.

— Салют, что ли, запоздалый? — нервно вставила Искра.

— Московский… НПЗ… — прохрипел я. — Нефтеперерабатывающий завод…

Он долго продержался. Неделя без персонала. Неделя без электричества. Аварийные системы охлаждения ректификационных колонн давно отказали. Давление в резервуарах с углеводородами росло день за днём. Температура тоже. Цепная реакция. Сначала рванул один резервуар, потом второй, третий… Детонация всего хранилища. Десятки тысяч тонн нефти, бензина, мазута, сжиженного газа — всё это превратилось в один гигантский топливно-воздушный боеприпас.

Толчок. Земля под ногами ощутимо дрогнула, раз, другой. Словно под нами проснулся древний титан.

Ударная волна дошла до нас через несколько секунд. Тёплый, упругий порыв воздуха швырнул нас на землю, как кегли. Я успел сгруппироваться, выставив вперёд руку со щитом. Меня отбросило на пару метров, я больно приложился плечом о броню БТРа. Рядом с криком упала Искра. Берсерки, как две скалы, устояли на ногах, лишь слегка пошатнувшись. Олеся пронзительно взвизгнула и вцепилась в Мики. Варягин высунулся из машины и прикрылся рукой.

Стекла в уцелевших окнах окрестных зданий вылетели с музыкальным звоном. Вороны, гнездившиеся на деревьях парка, с паническими криками взмыли в воздух и чёрной стаей метнулись прочь.

Физическая, ощутимая волна звука ударила в грудь, вышибая воздух из лёгких. Звук, в котором слились воедино грохот тысяч тонн рвущегося металла, вой вырывающегося под давлением газа и низкий, утробный гул, от которого, казалось, вибрировали сами атомы.

А следом на горизонте, над крышами домов, начал расти огненный гриб. Не такой, как от ядерного взрыва. Рваный, клубящийся, грязно-оранжевый, с шапкой из чёрного дыма, которая стремительно распухала, пожирая небо.

— ЭТО ВЫБРОС! НАС НАКРОЕТ ТОКСИЧНЫМ ОБЛАКОМ! ВСЕМ В УКРЫТИЕ! — заорал я, перекрикивая звон в ушах. — БЫСТРО! В МАШИНУ!