Инженер. Система против монстров – 5

Глава 14 Гонка со смертью

Стук колёс, рёв ветра в проёме и яростный рык Костогрызов слились в одну оглушающую симфонию катастрофы. Наш одинокий вагон летел сквозь тьму, и эта тьма не желала отпускать нас просто так. Она послала за нами своих псов.

Бросать в них гранаты я не собирался. В замкнутом пространстве тоннеля ударная волна от взрыва будет распространяться по трубе, как в стволе орудия. Для нас это гарантированная контузия и баротравма. Мы оглохнем, получим сотрясение мозга, повреждение лёгких и внутренних органов, даже если грохнет на расстоянии тридцати-пятидесяти метров от нас. Ещё и осколки. Часть полетит вперёд, рикошетя от стен. Если же попасть особо «удачно», например, в соединение тюбингов, то можно спровоцировать обвал.

Мины могли бы нам помочь, но только при условии достаточного времени на их установку. Чтобы убраться подальше. Просто кидать их в толпу разъярённых монстров, равноценно применению гранат. Ни черта хорошего не выйдет.

Женя прижал автомат к плечу и выдавал короткие, выверенные очереди по два-три выстрела, целясь в головы тварей, несущихся за нами.

Девушки, Олеся и Петрович хватались за поручни и старались не отправиться в свободный полёт. Варягин пробирался вперёд, пошатываясь и делая быстрые рывки между вертикальными поручнями. Я тоже двигался к дыре, оставшейся после отсоединения следующего вагона.

Дикая тряска не позволяла перемещаться быстро, но по дороге я уже материализовал свою «Ксюху». Держать фонарь больше не получалось, его пришлось убрать.

— Светите в проём! — крикнул я нашим некомбатантам.

Вздрогнув, Вера, Алина и врач достали фонари и направили назад, судорожно пытаясь нажать на кнопки. Лучи света выхватывали из мрака жуткую картину.

Костогрызы. Теперь я мог рассмотреть их как следует. Мощные псины, покрытые жёсткой, свалявшейся шерстью грязно-бурого цвета. Мускулы перекатывались под шкурой при каждом прыжке. Они отталкивались от бетонного основания путей мощными задними лапами и совершали чудовищные скачки. Твари почти летели, только крыльев не хватало. Каждый прыжок сокращал дистанцию между нами.

Их морды тоже не предвещали ничего хорошего. Длинные, узкие челюсти. Внушительные собачьи зубы. Из приоткрытых пастей летели капли слюны. Глаза горели неутолимым, первобытным голодом. Костогрызы хотели жрать, погрызть наши косточки.

Над каждым из них вспыхивала характерная надпись.

Костогрыз — Уровень 7

Костогрыз — Уровень 3

Костогрыз — Уровень 5

Ни одного выше седьмого. Хорошо, это означает, что они уязвимы.

Тра-та-та! — коротко рявкнул мой автомат. Очередь из трёх патронов ударила в грудь ближайшего монстра. Тварь взвизгнула, споткнулась, но инерция пронесла её вперёд, заставив кувыркаться.

Получено опыта: 40 × 3 = 120

Резкий поворот чуть не заставил меня вылететь из вагона. Борис выругался, Медведь сжал пальцами край платформы и придержал рукой охнувшего Женю. Меня швырнуло на крайнее сидение в ряду у самого обрыва. Хорошо. Нормальная позиция. Я перебросил ногу за поручень-подлокотник, фиксируя себя в пространстве.

Стрельба в бетонном мешке дело рискованное. Шальная пуля, срикошетив от стены или потолка, может с лёгкостью найти кого-то из наших. Поэтому только прицельные выстрелы. Никакой паники и беспорядочной пальбы.

Приклад АКС-74У резко упёрся в плечо. Поймал на мушку голову ближайшей твари и нажал на спуск. Укороченный ствол снизил точность, но на такой дистанции это не имело значения. Пули калибра 5,45 мм ударили в цель. Фонтанчик кровавых брызг взметнулся позади черепа зверюги.

Получено опыта: 50 × 3 = 150

Автомат Жени в это же время выплюнул три пули. Я видел, как они вошли твари в грудь, пробивая лёгкие и сердце. Костогрыз перевернулся и остался лежать на путях.

Женя получил опыта: 30

Но за ним, перепрыгивая через труп сородича, уже неслись другие. Мы продолжили работать, поливая свинцом передних тварей. Один из Костогрызов, получив пулю в левую лапу, взвыл и покатился по рельсам.

— Кажется, они голодные! Ща накормим! — зарычал Борис, выпуская дротик из пневмата.

Я не ответил, сосредоточившись на стрельбе. Прицел танцевал и подскакивал от вибрации вагона, но я успел привыкнуть к экстриму. Палец лежал на спусковом крючке, и я вёл огонь скупыми, контролируемыми очередями.

Получено опыта: 50 × 3 = 150

Получено опыта: 20 × 3 = 60

Получено опыта: 60 × 3 = 180

Костогрызы не замедляли темп. Попадания случались чаще, чем твари дохли. Я видел, как вздымаются клочки шерсти, как брызжет тёмная кровь. Но эти мутанты обладали чудовищной живучестью. Раненые, они лишь яростнее неслись вперёд, словно боль только подстёгивала их голод. Либо смертельный выстрел, либо бесполезно. А ведь ни одна из них даже не доросла до полноценной регенерации.

— Ах вы ж паскуды блохастые! — раздался рядом разъярённый голос Искры. — Сейчас я вам такой салют устрою! Полу… — она осеклась и посмотрела на свою палочку.

На кончике не вспыхнул даже самый захудалый огонёк. Пиромантка потрясла жезлом, словно пытаясь вытряхнуть застрявшую искру.

— Какого?.. — прошипела она и тут же повернулась ко мне. — Лёша!!! Блин же блинский! У меня нет маны!

— Она пошла на нужное дело! — сухо ответил я между выстрелами. — Мы на ней едем!

Лицо девушки исказилось от ярости и бессилия. Маны не было ни у кого. Я выкачал её всю до капли для ремонта и энергоблока. Вся наша магическая мощь свелась к иллюзиям Фокусника, у которого остался небольшой личный резерв для шумоподавления.

— ТЕНЬ! ВЫЖИМАЙ ВСЁ!!! — заорал я.

И тут же почувствовал, как вагон дёрнулся. Низкочастотный гул асинхронных тяговых двигателей стал ещё глубже. Наш единственный вагон, лёгкий и необременённый мёртвым грузом остального состава, реагировал на команды почти мгновенно. Мы неслись по тёмному тоннелю, как пуля в стволе. Бетонные стены слились в сплошную серую круговерть. Мы выталкивали воздух перед собой. Ветер в проёме ревел, как реактивная турбина. Колёса стучали на стыках рельсов.

Но мутанты не отставали. Звериная ярость давала им чудовищную скорость. Проклятые твари обладали выносливостью, которая совсем не вязалась с их хищническими инстинктами. Обычно хищники работают рывками, преследуют на коротких дистанциях, а потом падают без сил. Но эти мерзкие существа бежали, как по конвейеру.

Я чувствовал, как вагон поёт от напряжения. Двигатели взвизгивают на предельных оборотах. Инверторы переходят в режим максимальной мощности, который выкачает энергию «Триады» гораздо быстрее. Но это наша единственная надежда.

Твари всё же начали отставать…

И тогда один из Костогрызов сделал отчаянный прыжок. Его мускулистое тело взлетело в воздух, когтистые лапы протянулись вперёд. Сменить позицию я не мог, а этот клыкастый пёс приземлился совсем рядом.

Мой палец метнулся к руке и нажал активацию. Энергетический щит на левом предплечье вспыхнул голубым светом. Барьер из чистой энергии материализовался за долю секунды, полупрозрачный, кажущийся нестабильным, но способный выдержать атаку монстра. И он выдержал. Пасть метнулась ко мне, голову твари тут же отбросило назад, едва не сломав шейные позвонки.

Борис тут же сделал пару быстрых шагов к монстру.

— НА! — коротко, зло рявкнул он.

Борис активировал особое свойство: «Кинетический Взрыв».

Руны на его молоте вспыхнули яростным светом. Он не замахивался широко. Удар был коротким, но невероятно мощным. Боёк молота встретил голову Костогрыза с глухим, сокрушительным звуком, похожим на треск раскалывающегося бревна.

В момент столкновения невидимая кинетическая волна ударила от молота, многократно усилив и без того чудовищную силу берсерка. Мутанта отбросило назад с такой силой, будто в него врезался встречный поезд.

Борис получил опыта: 50

Безвольная туша, кувыркаясь в воздухе, пролетела несколько метров и с грохотом врезалась в гущу преследующей стаи, сбивая пару других Костогрызов и вызывая полный хаос. Наш вагон, не сбавляя скорости, уносился всё дальше во тьму, оставляя позади вой, рычание и кровавую свалку. Но твари быстро оправились.

«Чёрт, где мой отпугиватель⁈» — с досадой подумал я. Ультразвуковой излучатель, который так хорошо сработал против Гончих, остался где-то там, на улицах Москвы, у места битвы с Владыкой Падали. Сейчас бы он нам очень пригодился. Одна короткая волна, и эта стая билась бы в конвульсиях, раздирая когтями собственные уши. Но его нет, а новый я ещё не сделал. Придётся полагаться на старый добрый свинец.

Мы продолжали отстреливаться, но твари были слишком быстрыми, выносливыми и изворотливыми.

— Строгино! — доложил Тень, врубив громкую связь.

Внезапно наш вагон на полной скорости влетел на станцию. Я не успел разглядеть детали. Платформа, колонны, какие-то тени… всё пронеслось мимо в одно мгновение, как в ускоренной съёмке. Но я услышал. Услышал пронзительные, полные азарта визги. И увидел, как из темноты станции за нами устремились новые преследователи.

Десятки, если не сотни, фигур ринулись с платформы на пути. Мы пролетели станцию, как метеор, но эхо нашего проезда разбудило и это сонное царство.

— Лёша, там ещё! — выпалил Женя.

Картина стала ещё более сюрреалистичной. К стае Костогрызов, бегущей за нами, присоединилась волна других охотников. Обычные гуманоидные мутанты первого-второго уровня. Оборванная, разношёрстная, но объединённая единым голодным инстинктом толпа неслась за нами по тоннелю. Они были медленнее Костогрызов, но их было так много, что они казались живой, колышущейся рекой, текущей за нашим поездом.

Теперь за нами гналась целая армия.

— Твою мать! Пополнение! — заорал Медведь, давая длинную очередь по новоприбывшим.

— Миша! — крикнул я. — Живо перестань! Рикошеты!

— Забыл! Исправлюсь! — ответил берсерк.

Мы неслись во тьме, отстреливаясь от неумолимой стаи. Пули легко прошивали их тела, давая нам опыт, но их было слишком много. Они бежали, спотыкаясь, падая, но поднимались и снова бежали, ведомые единым инстинктом. Жрать.

— Их слишком много! — крикнул Варягин, перезаряжая свой автомат. — Патронов не хватит!

Верно, расстрелять такую орду невозможно. Нужна хитрость.

Женя опустошил магазин в очередного Костогрыза. Зверь упал. Четвёртый, может быть, пятый. Я перестал считать. Важно было только одно: сколько ещё живых? Сколько они смогут выдержать? И долго ли продержимся мы? Когда Женя вставлял новый магазин, я заметил, что его руки начали дрожать от усталости.

— Нельзя так, надо что-то придумать… — прошептал я, понимая, что ни боезапаса, ни людских сил не хватит, чтобы остановить эту ораву. — Фокусник! — выпалил я. — Иллюзия! Стена! Перегороди им тоннель!

— Но… у меня почти нет сил! — закричал он в ответ, перестав на миг стрелять.

— Хватит! — рявкнул я. — Давай!

Иллюзионист убрал автомат и вытянул вперёд руку с жезлом. Камень вспыхнул лиловым светом. В воздухе позади нас, прямо перед носами Костогрызов, материализовалась огромная каменная стена. Массивная, кажущаяся совершенно реальной, с трещинами и наростами, которые Фокусник нафантазировал в мельчайших деталях.

Но Костогрызы, опьянённые погоней, не снизили скорость. Они даже не заметили стену. Они просто пролетели через неё, как через воздух, словно преграды вообще не было. Иллюзии для них не существовало.

— Не сработало! — в отчаянии крикнул Фокусник. — Они слишком взбешены! Им плевать!

Чёрт. Адреналин и стайный инстинкт перекрыли им мозги. Они видели добычу и не видели препятствий. И тут меня осенило. Мысль, безумная, как и всё, что происходило вокруг. Если они не реагируют на то, что видят, может, отреагируют на то, что слышат?

— Фокусник! — снова заорал я, перекрикивая грохот. — Отменяй стену! Другая задача!

Маг послушно развеял иллюзию.

— Создай звук! Иллюзию звука! Ультразвук! Ты сможешь?

Фокусник посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Что⁈ Ультразвук⁈ Лёша, я… я не знаю, как он звучит! Я никогда его не слышал! Как я могу создать то, чего не знаю?

Логично. Чёрт, как логично! Но времени на раздумья не было.

— Тогда просто писк! — импровизировал я на ходу. — Самый высокий, самый мерзкий, самый пронзительный писк, какой только можешь себе представить! Как будто тебе сверлят зуб без анестезии! Как визг несмазанной петли, усиленный в тысячу раз! Создай этот звук и направь его на одну тварь! Сконцентрируй его!

В глазах Фокусника блеснула искра понимания. Он зажмурился, его лицо исказилось от напряжения. И вдруг я почувствовал, как в голове что-то зазвенело. Это был не звук в привычном понимании. Это было… ощущение. Неприятное, давящее на барабанные перепонки.

— Не на всех! На собаку! — велел я.

— Пытаюсь…

Фокусник активировал навык: «Звуковая Иллюзия».

Я вернулся к проёму. Стая была всё так же близко. Вдруг один из Костогрызов споткнулся. Он затряс головой, словно пытаясь вытряхнуть из ушей воду. Потом взвыл, но вой получился каким-то сдавленным, полным боли. Он начал кататься по рельсам, царапая когтями свои уши, раздирая собственную плоть.

— Женя, в него! — приказал я.

Стрелок не заставил себя ждать. Короткая очередь. Тварь дёрнулась и рухнула на рельсы.

Женя получил опыта: 40

— Получилось! — прохрипел Фокусник. — Но это не ультразвук… это просто… писк. Очень громкий и сфокусированный.

— Неважно! Давай ещё! На следующего! — поторопил я.

Маг снова напрягся. Ещё один Костогрыз в стае взвыл от невидимой атаки и потерял координацию. Ещё одна меткая очередь отправила его на тот свет. На этот раз стрелял я.

Получено опыта: 80 × 3 = 240

Маг стиснул зубы. Давление усилилось. Третий Костогрыз забился в конвульсиях. Его тело выгнулось дугой, из пасти пошла пена. А потом он затих. Его сородичи, не обращая на него внимания, бежали дальше.

Фокусник получил опыта: 60

— Следующий! — скомандовал я.

Фокусник перевёл «прицел» своей звуковой атаки на другого монстра. Тот тоже взвыл, замедлил бег, начал мотать башкой. Но иллюзионист уже выдыхался. Давление ослабло.

— Не могу… — прохрипел маг, опуская руку. — Мана… всё…

Пострадавший Костогрыз, пошатываясь, пришёл в себя и с удвоенной яростью бросился в погоню.

— Твою ж… — я вскинул автомат и дал очередь.

Мы снова остались один на один с ордой, вооружённые лишь огнестрелом и скоростью. Вагон летел вперёд на предельной скорости, содрогаясь на стыках рельс. Я покачивался на сиденье, меняя очередной магазин. Руки работали на автомате, а в голове стучала одна-единственная мысль, одна молитва: «Только бы не было поезда. Только бы не было впереди ещё одного состава. Только бы путь был чист…»

Каждый метр, который мы пролетали, мог стать последним. Столкновение на такой скорости не оставило бы от нас и мокрого места. Нас бы просто размазало.

Стая поредела, но ненамного. Слабые низкоуровневые мутанты отстали, но Костогрызы и пара десятков самых выносливых «людоедов» продолжали преследование. Станция «Строгино» осталась далеко позади.

— Впереди ещё станция! — сообщил Тень.

Я выбрался из сиденья и направился в кабину машиниста, хватаясь за стойки-поручни. Через пару секунд мы вырвались на «Мякинино». Она была совершенно другой. Не подземный дворец, а длинная, утилитарная серая коробка. Колонны, облицованные блестящим металлом, пронеслись мимо, как частокол.

И вдруг тьма впереди начала редеть. Не как на «Крылатском», не больным зелёным светом, а просто… она стала серой. А потом я увидел свет. Далёкий, манящий. Выход.

— Держитесь! — успел крикнуть я.

Вагон с грохотом вырвался из пасти тоннеля. Дневной свет, хоть и пасмурный, ударил по глазам после долгого пребывания в подземке. Я на секунду зажмурился.

Когда снова открыл глаза, мы уже неслись по наземному перегону. Мы выбрались. Промчались под городом и выбрались на поверхность. Но вой голодной стаи не давал забыть, что гонка со смертью ещё не окончена. Она просто перешла на новый этап.

А за станцией… за станцией был мост. Метромост через Москву-реку.

С глухим стуком наш вагон выехал на него. Под нами, далеко внизу, несла свои свинцовые воды река. В них отражалось низкое, затянутое тучами небо. Вырвавшись из темноты на свет, твари взвыли с новой силой и продолжили преследование прямо по мосту. Картина была апокалиптической: одинокий вагон метро, несущийся по мосту, а за ним свора чудовищ, бегущих по шпалам.

Но здесь, на открытом пространстве, у нас было преимущество. Мы могли стрелять гораздо свободнее, не боясь рикошетов от стен.

— Огонь на поражение! — скомандовал я. — Всем, что есть! Разрядить магазины!

И мы открыли шквальный огонь. Мутанты падали, срезанные пулями. Справа и слева проносились голые деревья, унылый осенний пейзаж.

— Дядя Лёша! — внезапно раздался отчаянный крик Олеси.

Я обернулся. Девочка мёртвой хваткой вцепилась в поручень, её лицо выцвело. Она больше не смотрела на преследующую нас стаю. Её взгляд был устремлён в никуда, глаза снова горели голубым огнём.

— Мои жуки! Они уже там, впереди! — выкрикнула она. — Они видят! Мост!.. Он провалился! Там, в самом центре!

Сердце пропустило удар, а затем рухнуло куда-то в пропасть, увлекая за собой все внутренности. Я развернулся и уставился в лобовое стекло. Сначала мост выглядел нормально. Стальные фермы, рельсы, убегающие вперёд… Но потом я увидел.

В самой середине, там зияла дыра. Огромный провал. Часть пролёта просто отсутствовала, словно её выгрыз гигантский зверь. Оборванные рельсы, как сломанные кости, торчали над тёмной, холодной водой Москвы-реки.

Мы неслись прямо в эту пропасть.