Инженер. Система против монстров – 7

Глава 3 Агрессивный шопинг

— Рабы? — переспросил Варягин. — Ты уверена, Олеся? Может, это просто… пленные?

Девочка замотала головой, её косички хлестнули по плечам.

— Нет, папа, — твёрдо сказала она, глядя куда-то сквозь нас, словно всё ещё видела ту картинку. — Пленники сидят в тюрьме и ждут. А эти… они работали. Таскали ящики, рубили дрова для костров. Их пинали, а они даже не пытались убежать.

Её худенькие плечи подрагивали, а руки судорожно сжимали край куртки.

— Там большой дом, красивый такой, на замок похож… У него башенки острые и вывеска над входом, это отель. Они его высоким забором окружили, самодельным, с колючей проволокой, а вокруг завалы из машин и автобусов. А во дворе… там эти дядьки на мотоциклах. У них костры горели, музыка играла, громкая такая, бум-бум-бум. Они смеялись, веселились, пили что-то из бутылок. А потом…

Олеся запнулась, сглотнула и продолжила тише:

— Потом вывели людей. Пятерых. Поставили на колени. Заставили всё из инвентарей выкладывать. Еда, банки какие-то, канистры, одежда… У одного дяденьки мало вещей было. Совсем чуть-чуть. Он плакал, кричал, что не успел собрать, что от мутантов убегал, прятался в подвале… Тот, с рогами на шлеме… он засмеялся…

— И что он сделал? — спросил Женя, хотя ответ и так понятен.

Девочка подняла глаза на стрелка и ответила:

— Он сказал: «Раз ты пустой, значит, ты балласт». Его подняли и пихнули в круг. А с другой стороны клетку открыли… оттуда паук вылез. Большой, мохнатый. И они заставили дядю с ним драться…

— У человека было оружие? — уточнил Женя.

— Палка какая-то, — покачала головой Олеся. — Он точно не маг, а настоящего оружия ему не дали. Он пытался отмахиваться. Но паук прыгнул… и… всё. А они хлопали. Они радовались, папа! Как будто кино смотрели!

Олеся шмыгнула носом и уткнулась лицом в куртку отца. Варягин обнял её, и я увидел, как по его обветренному лицу пробежала тень ярости, такой чистой и холодной, что мне самому стало не по себе. Это была ярость профессионального военного, столкнувшегося с по-настоящему бессмысленным злом.

Но он не удивился, как и я. Ничего нового. Согнать под себя слабых, заставить их выполнять всю грязную работу, а тех, кто не справляется, превращать в наглядное пособие для остальных. Очень в духе Гладиаторов. Их методы не изменились, просто вышли на новый уровень масштабности.

— Леся, — я привлёк внимание девочки. — А сколько примерно было байкеров?

Олеся на секунду задумалась, вспоминая жуткое «кино», которое транслировал ей жук.

— Много, я не считала, но много. И у них электричество есть.

Я кивнул. Да, и так ясно, что у этой шайки есть свой инженер. Как минимум один.

— Среди них был бритоголовый тип с татуировкой черепа на щеке? — продолжил расспрашивать я. — Высокий, крепкий. Ты видела такого?

— Да… Был. Он на балконе стоял, сверху смотрел. Он ничего не кричал, просто смотрел, как тот дяденька умирает. А все остальные на него оглядывались, боялись. Это он там главный.

Понятно. Череп жив. Главарь банды не только выжил после заварушки в гипермаркете, но и существенно расширил банду. Теперь у них кроме транспорта появилась укреплённая база и рабы. А хуже всего, что они рядом. Прямо здесь, в Красногорске. Наши соседи.

— А ты видела, у них есть большие пушки? — задал я ещё один вопрос. — Из окон не торчали стволы? Или из тех башен? Может, они соорудили вышки?

— Да, — кивнула девочка. — Там вокруг замка были такие высокие штуки, а наверху большие пулемёты. Окна с металлическими ставнями, всё закрыто.

— Это проблема, — сказал Варягин, поглаживая дочь по голове. — Серьёзная проблема. Лагерь хорошо вооружённых рабовладельцев у нас под боком.

— Хуже, — вздохнул я. — У их инженера с большой вероятностью есть «Тигель».

В воздухе раздалось тихое, нарастающее жужжание. Из-за угла ближайшей многоэтажки вылетел Смердюк-разведчик. Его полёт казался неуверенным, траектория рваной. Он едва держался в воздухе. Не долетев до хозяйки пары метров, он рухнул в пожухлую траву, дёрнул пару раз лапками и затих.

— Ой, маленький! — воскликнула Олеся, подбегая к нему. — Замёрз совсем! Прости меня!

Девочка вернулась к нам, баюкая жука на руках. Я взглянул на Смердюка, он выглядел едва живым. Его хитиновый панцирь потускнел, лапки подгибались, а усики безвольно поникли. Он выполнил приказ, но ледяной ветер почти убил его.

— Ты молодец… — прошептала Олеся, прижимая насекомое к своей курточке.— Ты справился. Теперь отдыхай.

Она погладила его по спинке со слезами на глазах. Воздух дрогнул, и жук исчез в голубоватом сиянии, отправившись в Питомник.

— Уходим, — скомандовал я.

Мы двинулись обратно. Переход по муравьиному мосту из сосен прошёл в молчании. Каждый думал о своём. Алина с ужасом поглядывала на проезды между многоэтажками за рекой, словно ожидая, что оттуда сейчас выедут байкеры с сетями. Фокусник нервно крутил в руках жезл. Варягин бросал быстрые профессиональные взгляды по сторонам, Женя шёл последним, прикрывая наш отход.

Вернувшись на металлобазу, я уже не смаковал процесс, а действовал быстро и механически, как один из тех муравьёв. Нержавейка. Листы AISI 304, пищевая, химически стойкая. Жизненно необходима для моих целей. В Инвентарь! Рядом с ней AISI 316, с молибденом. Эта ещё круче, держит агрессивные кислоты. Пригодится для работы с той же муравьиной кислотой или чем похуже. Забираем всё!

Инструментальная сталь У8. Тонна прутка. Это бойки, пружины, режущие кромки, детали затворов. Метнулся к стеллажу с цветметом. Бронзовые втулки, латунные кругляки. Незаменимы для подшипников скольжения, переходников, контактных групп. В хозяйстве всё сгодится. Там же нашлись прутки инструментальной стали и быстрореза. Для свёрл, резцов, ножей…

Несколько тяжёлых мотков медного кабеля разного сечения. Вольфрамовые прутки, тугоплавкий материал для самых высокотемпературных узлов будущих механизмов.

Когда мы снова сели в «Крузер», атмосфера в салоне была тяжёлой, как свинцовые чушки в моём инвентаре. Все мы гарантированно думали об одном и том же. О Гладиаторах, рабах, муравьях и тридцатидневном таймере.

— Что дальше? — нарушил молчание Варягин. — Возвращаемся домой?

Я не ответил. Вместо этого молча барабанил пальцами по рулю, глядя на разбитое лобовое стекло какой-то легковушки перед нами. В голове с сумасшедшей скоростью проносились варианты, схемы, расчёты. Возвращаться? Сейчас? Почти с пустыми руками, зная, что в паре километров от нас сидит вооружённая до зубов банда отморозков, которая скоро начнёт планомерно зачищать районы? Нет. Это не вариант.

Приняв решение, достал из инвентаря один из патронов от своей «Ксюхи». Поднёс его к глазам.

Активирован навык: «Анализатор Материалов».

Виртуальная сетка из голубых лучей окутала патрон, сканируя его на молекулярном уровне. Перед глазами всплыло окно с результатами. Так, состав гильзы, пули… понятно. А вот капсюль… да, как я и думал… процентное соотношение… очень полезно.

Смерть, проигрыш или победа — это всего лишь химия. Точная, холодная, безжалостная наука. И сейчас мне нужно стать лучшим химиком в этом проклятом городе. Кстати, я обратил внимание, что все когда-либо прочитанные книги по химии стали… более осознанными. Похоже, очки, вложенные в интеллект, действительно качают не только ману, но и мозг… по остаточному принципу. Или же сказывается получение специализации «Химическая инженерия». Система никогда не считает нужным сообщать о таких мелочах, как загрузка в мой мозг пакетов данных.

Все смотрели на меня и ждали.

— Нет, — наконец ответил я, пряча патрон обратно. — Домой мы не едем.

Сзади послышались вздохи и тихое «Ну, блин…»

Я активировал «Техно-Око». Перед лобовым стеклом развернулась трёхмерная карта района. Полупрозрачные здания, нитки дорог, синяя лента реки. Всмотревшись в неё, я понял, что кое-что изменилось. Теперь вместо домов вот в этом микрорайоне значатся руины, и они подписаны как «Муравейник»… Ах ты ж зараза!

Получается, что всё это время Система снабжала меня вовсе не достоверной информацией из собственных источников! Похоже, она просто извлекла карту из моего телефона, улучшила её и сделала интерактивной. «Техно-Око» просто сканирует то, что вокруг меня и вносит правки. Зашибись. Это резко снижает разведывательный потенциал. Но да ладно, я её открыл не за этим.

Поиск. Параметры: Аптеки, хозяйственные магазины, магазины электроники, магазины автозапчастей. Карта послушно подсветила несколько десятков точек в радиусе пары километров.

— Нужны боеприпасы, — сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Патроны. Взрывчатка. Много.

— Но это же опасно! — подала голос Алина с заднего сидения. — Гладиаторы где-то рядом. Разве нам не лучше немедленно вернуться к своим? Нужно выбираться из города, искать безопасное место…

— Нет безопасных мест, — отрезал я, поворачиваясь к девушке. — Их больше не существует. Опасно везде. Что мы собирались сделать? Захватить этот город. Сделать его своей крепостью. Вот этим и займёмся. Просто возникло препятствие. За город придётся сражаться.

От этой фразы Алина побледнела, Фокусник потёр лоб и тихо выругался, Женя молча кивнул, а вот Олеся, к удивлению, улыбнулась. Похоже, идея дать звездюлей нехорошим дяденькам пришлась ей по вкусу. Отец девочки отреагировал холодно, но в его глазах появился азартный блеск. Всё же он военный до мозга костей, а наступать всегда лучше, чем отступать.

Я выделил на карте несколько зон.

— Смотрите. Мы здесь, в промзоне. Вот здесь, — я ткнул пальцем в кляксу муравейника, — колония Мирмиков. Наш дом находится там, дальше по Волоколамке. А вот здесь, — я обвёл несколько жилых микрорайонов у реки, — скорее всего, ещё нетронутая территория.

Увеличил карту, показывая им нужный участок.

— Есть большая вероятность, что Гладиаторы эту местность ещё не разграбили. Просто не успели. В противном случае, они бы наверняка наткнулись на Василия, там же совсем недалеко. Я подозреваю, что они попали в Красногорск с севера, через Путилковское шоссе. Наверняка сунулись сперва на Волоколамское, но, увидев рухнувшие эстакады, решили, что это тупик, и больше сюда не совались. Но это только пока. Раз они здесь обосновались, то скоро прочешут весь город. У нас очень мало времени на подготовку.

Я свернул окно и завёл двигатель «Ленд Крузера». Машина мягко заурчала.

— Так что сейчас мы займёмся агрессивным шопингом.

Мы не стали выезжать из промзоны. Я повёл машину вглубь, к другим складам и павильонам. Первой остановкой стал большой магазин электрики. Здесь мы забрали всё: бухты кабеля всех сечений, от силового до витой пары, коробки с розетками и выключателями, промышленные автоматы, УЗО, реле, контакторы. Целые стеллажи с диодами, транзисторами, конденсаторами и резисторами. Готовые блоки питания, трансформаторы, катушки индуктивности. Всё это без разбора летело в мой бездонный инвентарь.

Следующий магазин «Всё для сварки».

— Фокусник, Женя, периметр! — скомандовал я, выскакивая из машины. — Остальные, грести всё подряд!

Мы влетели внутрь. Запах карбида и резины ударил в нос. Забрали несколько аппаратов инверторной сварки для базы, хотя такие у меня уже были. Ящики с вольфрамовыми и стальными электродами. Несколько упаковок сварочной проволоки, флюсы, десяток масок-«хамелеонов». Гидроизоляционные мастики, грунтовки по металлу, различные клеи, пропитки и многое другое. Баллоны, например, наполненные очень важными и нужными газами.

— Всё, уходим, — распорядился я, когда забирать из магазина стало нечего.

Дальше отправились на СТО с магазином автозапчастей. Я забрал несколько комплектов колёс, аккумуляторы, канистры с гидравлическими и моторными маслами, трансмиссионной жидкостью, тормозухой и антифризом. Со стеллажей в инвентарь летели наборы инструментов, гидравлические домкраты, компрессоры, зарядные устройства. Настоящая сокровищница для инженера!

Мы работали быстро, как банда мародёров-профессионалов.

— Ты уверен, что тебе это всё нужно? — тихо спросила Алина, когда мы снова вышли на воздух.

— Я уверен, что мне нужно гораздо больше, — отрезал я и сел на место водителя.

Наконец, покончив с промзоной, мы выехали обратно на Волоколамское шоссе. Я тут же свернул направо, в ближайший жилой микрорайон. Машина остановилась перед крыльцом с вывеской «Аптека». Витрины были разбиты, на асфальте валялись осколки.

— Так, работаем быстро, — скомандовал я.

Мы вошли внутрь. Запах лекарств смешивался с запахом пыли и тлена. На полу валялись два трупа в неприятном состоянии, пустые упаковки, разбросанные блистеры. Кто-то здесь уже побывал, но, судя по всему, брал только самое очевидное — обезболивающие, антибиотики, бинты. Я окинул помещение взглядом и велел:

— Женя, проверь подсобку. Остальные, ищем перекись водорода, марганцовку, йод, аспирин…

— Аспирин? — тут же прыснул Фокусник. — У тебя голова разболелась?

— Это чтобы у наших врагов она больше не болела никогда, — отрезал я и продолжил перечислять препараты.

— И побольше ваты и бинтов, — закончил я.

— Перевязывать выживших противников? — пошутил Фокусник, уже уловив суть.

— Угу, — буркнул я. — В том числе для этого.

Олесе явно нравился процесс. Она с энтузиазмом маленького гнома шныряла между стеллажами, вытаскивала коробочки и с серьёзным видом читала названия, большую часть из которых, конечно, не понимала.

— Лёша, вот! Подойдёт? — она протянула бутылёк.

— Отлично, положи вот в ту коробку.

Я достал телефон и набрал Олега Петровича.

— Да, Алексей, слушаю! — голос доктора звучал тревожно. — Вы где? Что-то случилось?

— Мы в аптеке. Мародёрим. Вам что-нибудь нужно?

На том конце раздался вздох облегчения.

— Господи, Лёша, а я уж перепугался… Антибиотики широкого спектра! Ципрофлоксацин, амоксициллин, левофлоксацин. Всё, что найдёте! Противошоковые, гормональные — преднизолон, дексаметазон. Лидокаин, новокаин. Бинты, антисептики! Шовный материал! И…

— Понял, выносить аптеку под чистую, — усмехнулся я. — Ещё кое-что. Мне нужен один компонент. Помню, что он бывает в каких-то медицинских мазях, но не помню, в каких.

Я назвал его, доктор задумчиво хмыкнул.

— Да, был такой. Антисептик. Раньше его активно использовали в дерматологии, в мазях от экзем, псориаза, себореи. Но это старые рецептуры, сейчас его почти не встретишь, вытеснили более современные препараты.

— Понятно, — удручённо выдохнул я. — Хорошо, через несколько часов приедем.

Отключил связь и устало потёр переносицу.

— Дядя Лёша, а это надо? — Олеся притащила коробку с активированным углём.

— Надо, — похвалил я. — Молодец.

Мы быстро, но методично обчистили аптеку, сваливая всё в коробки, которые я потом одним касанием отправил в инвентарь.

— На выход! — скомандовал я, захватывая последние пачки ваты.

— Зашли и вышли, приключение на двадцать минут, — пробормотал Фокусник, нервно оглядываясь на пустую улицу.

Следующей остановкой стал хозяйственный магазин. Я быстро раздал распоряжения. Все разошлись, а я целенаправленно подошёл к стеллажу с шампунями и средствами по уходу за волосами. Взял первый попавшийся флакон.

Активирован навык: «Анализатор Материалов»

Лазерная сетка, сканирование… Мимо. Следующий. И ещё один.

— Лёш? — Олеся подошла ко мне, держа в руках пластиковую бутыль с изогнутым носиком. — А зачем нам шампуни? Ты хочешь Искре подарок сделать? У неё волосы красивые…

Я улыбнулся, не отрывая взгляда от данных сканера.

— Нет, Лесь, Искра и так отлично выглядит. Я ищу шампунь от перхоти.

— У тебя перхоть? — с сочувствием уточнила девочка.

— Просто в самых дешёвых и ядрёных шампунях от перхоти иногда используют то, что мне нужно.

Я взял неказистый флакон с яркой этикеткой. Сканирование… Состав…

— Бинго! — воскликнул я.

Но моя улыбка тут же погасла, когда я прикинул, сколько сотен бутылок этого шампуня понадобится… Нет, не вариант. Либо лекарства, либо долгий путь химических преобразований из бензина. Но если с этой задачей не справиться, у нас не будет пуль.

Я отключил сканер, чувствуя досаду. Без этого компонента нормальные, стабильные капсюли не сделаешь. Твою мать! Такая мелочь и такая беда!

Ладно, выдыхаем. Обчистим все аптеки в этом районе. Их здесь много, с десяток.

Следующим пунктом нашего шоп-тура стал магазин «Сад и огород». Там мы тоже вынесли почти всё, что смогли. Удобрения, куда же без них!

Вскоре мы снова погрузились в машину. Добыча, отправившаяся в инвентари, грела душу, но не решала главной проблемы.

— Куда теперь? — устало спросил Женя. — Ещё одна аптека? Или домой?

— Домой рано, — я покачал головой и снова развернул перед собой полупрозрачную карту «Техно-Ока». — Слишком мало. Нам нужно больше.

Я мысленно отдал команду, и карта снова послушно подсветила все аптеки и больницы в районе. Шампунь от перхоти, препараты от кожных заболеваний… где ещё может применяться это вещество? Медицина, косметология…

И тут в голове что-то щёлкнуло. Яркая, обжигающая вспышка догадки, такая простая и очевидная, что я мысленно дал себе затрещину. Животные! У них тоже бывают кожные заболевания! Грибки, паразиты, дерматиты! И лечат их порой теми же самыми препаратами, только в других концентрациях и под другими названиями.

— Отставить аптеки, — резко сказал я. — Новый запрос. Показать все ветеринарные клиники и зоомагазины в зоне доступа!

Карта мигнула, зелёные точки погасли. На секунду воцарилась пустота, а затем экран взорвался новой россыпью огней. Их было не меньше, а то и больше. Ветеринарные кабинеты, крупные клиники, зоомагазины с ветаптеками… они были повсюду.

— Ох, ни хрена себе… — присвистнул Фокусник, заглядывая мне через плечо. — Смотрю, местные о своих зверюшках дико заботились. Лёха, ты решил переквалифицироваться в ветеринары? Будем лечить мутировавших хомячков от депрессии? Или откроем салон груминга для Шипохвостов?

— Фокусник, если ты собираешься переплюнуть Искру в надоедливых шуточках, то у тебя почти получилось, — ответил я и резко вывернул руль.

«Крузер», взревев двигателем, сорвался с места. Ближайшая клиника, судя по карте, находилась в соседнем микрорайоне. Вывеска с облупившейся краской и весёлым доктором со стетоскопом выглядела сейчас как насмешка. Одно из окон было разбито, входная дверь распахнута.

— Так, схема та же, — скомандовал я, глуша двигатель. — Женя, Фокусник, зачистка. Проверьте все помещения до последнего. Остальные, со мной. Работаем быстро.

Мы высыпали из машины и зашли в клинику. Внутри пахло странной смесью хлорки, лекарств, звериной шерсти и крови. Приёмная была разгромлена. Перевёрнутый стол администратора, разбросанные карточки пациентов, разорванный диванчик для посетителей.

— Выносим всё, что в ампулах, блистерах и флаконах, — распорядился я, зажигая брошь «Фонарщик». — Особое внимание на противогрибковые и антипаразитарные препараты. Олеся, ищи шампуни и мази для животных.

Работа закипела. Мы двигались вдоль стеллажей в процедурной, сгребая в коробки пузырьки с густыми суспензиями, блистеры с разноцветными капсулами, флаконы с едко пахнущими жидкостями. Алина, несмотря на свою брезгливость, методично упаковывала банки с витаминными комплексами и пакеты с сухим кормом. Правильно, нашим пригодится.

— Мне здесь не нравится, — вдруг тихо произнесла она, останавливаясь посреди комнаты.

Её взгляд был прикован к ряду клеток у стены. Большие клетки для собак, поменьше для кошек, стеклянные террариумы для рептилий. Все они были пусты. Но не это настораживало. Дверцы многих клеток были выломаны, прутья изогнуты нечеловеческой силой. Стёкла террариумов треснули или разбились вдребезги. И почти на каждой решётке, на осколках стекла, виднелись засохшие бурые пятна.

— С апокалипсиса прошло больше двух недель, — пожал плечами Варягин, заметив замешательство девушки. — Всё зверьё либо сдохло с голоду, либо разбежалось, либо было съедено. Чему ты удивляешься?

— Не похоже, что они просто разбежались, — покачала головой Алина. — Это похоже на бойню. Кто-то очень сильный выламывал эти клетки.

Она провела пальцем по изогнутому стальному пруту.

— И выламывал снаружи…

БАХ!

Резкий хлопок выстрела из дальних помещений заставил нас всех вздрогнуть и схватиться за оружие. Выстрел пистолетный, приглушённый глушителем, но одновременно с этим усиленный эхом узких коридоров.

— Женя! Фокусник! — выпалил Варягин.

Секунду спустя из тёмного проёма коридора вылетели две тени. Женя бежал первым, его лицо выглядело бледным, но сосредоточенным, пистолет он держал наготове. За ним, спотыкаясь и размахивая руками, нёсся Фокусник. На его лице застыла маска чистого, неподдельного ужаса.

— Там… там… — задыхаясь, прохрипел он. — Змея!

— Какая ещё змея? — нахмурился Варягин, материализуя в руке меч. — Мутировавшая? Уж? Гадюка?

— Белая! — выдохнул Фокусник. — Огромная! И с капюшоном!

Не успел он договорить, как из темноты коридора, откуда они выбежали, послышалось низкое, угрожающее шипение. Оно походило на звук, с которым раскалённый металл опускают в воду.

И она появилась. Из мрака на свет процедурной комнаты вытекла, именно вытекла, плавно и бесшумно, змея. Ослепительно белая, словно сделанная из фарфора. Её кожа не блестела, а светилась мягким, матовым светом. Длиной она была метров пять, а то и все шесть, толщиной с бедро взрослого мужчины.

Змея подняла голову на уровень наших глаз, и я увидел, что это действительно кобра. Её шея раздулась, образуя широкий, идеальной формы капюшон, на котором не было никакого рисунка, лишь чистая, молочная белизна. Голова была маленькой, изящной, с двумя крошечными чёрными ноздрями. А глаза… её глаза казались двумя идеальными, горящими рубинами. Они смотрели на нас без злобы, без ярости, но с холодным, отстранённым любопытством хищника, разглядывающего свой обед.

Кобра снова зашипела. Раздвоенный язык метнулся наружу, пробуя воздух на вкус, а я поймал себя на мысли, что это самое красивое и самое жуткое существо, которое мы встречали с начала апокалипсиса. Оно не выглядело как уродливый продукт случайной мутации. Оно выглядело как совершенное, законченное произведение искусства.

Искусства убивать.