Инженер. Система против монстров – 7

Глава 2 Мирмики

— Рабочие особи… — прошептал я, мысленно офигевая.

Каждый муравей был около двух с половиной метров длиной. Хитин выглядел прочным, как кевлар. Жвалы… прям живые гидроножницы!

Муравьи, кажется, заметили нас, но не напали. Вообще не обратили на нас никакого внимания. Они были заняты делом. Втроём они обступили двенадцатиметровую стальную балку. Двутавр «тридцатку», весящий не меньше полутонны.

Один мутант подлез под передний конец балки, двое других подхватили её посередине и сзади. Их лапы напряглись, скрежетнув когтями по бетону. Синхронное движение, и стальная махина оторвалась от пола.

— Охренеть силушка… — пробормотал Варягин. — Пятый уровень, говоришь? А прут как вилочные погрузчики!

— У насекомых сила пропорциональна площади их поперечного сечения, — машинально прокомментировал я. — При таких размерах они должны были сдохнуть под собственным весом. Но мутация, видимо, укрепила их экзоскелет чем-то покруче хитина или же это чистая магия. Мы уже видели много крупных насекомых.

— Обычные муравьи могут переносить вес в пятьдесят раз больше их собственного, — тихо добавила Алина. Девушка с задумчивым видом провожала переступающих с лапки на лапку насекомых, но испуганной не выглядела.

— Блин, облом… — расстроенно протянула Олеся. — У них пятый уровень… Мне через глаза питомцев уровни не видно. Я думала, они второго или третьего. Жалко… Я бы такого себе хотела. Он бы меня катал!

Я мысленно согласился. Пятый уровень для неё пока не вариант.

— Катал бы, ага, — хмыкнул Фокусник. — Прямо в муравейник, на корм личинкам. Олесь, ты мультики про муравьёв смотрела? У них же коллективный разум, все дела. Фиг ты его от семьи оторвёшь. Только все три попытки приручения истратишь и ману угрохаешь.

— Не факт, — возразила Алина. — Если убить матку или изолировать слабую особь, связь может нарушиться. Но пятый уровень для нас пока высоковат в плане приручения.

Тем временем процессия двинулась к выходу. Зрелище было сюрреалистичным: три насекомых-переростка слаженно, в ногу, тащили кусок конструкционной стали, который бригада грузчиков даже с места бы не сдвинула. Они семенили быстро, деловито, постукивая лапками по бетонному полу.

— Куда это они? — спросил Женя.

— А вот это мы сейчас и выясним, — принял я решение. — Металл они не едят. Во всяком случае, надеюсь. Значит, используют для строительства.

— Ты хочешь идти за ними? — удивился Фокусник. — Лёха, у нас таймер тикает! Надо лутать металлобазу и валить укрепляться, а не за букашками следить.

— Именно потому, что таймер тикает, — ответил я жёстко. — Нам нужно знать, кто живёт у нас под боком. Если здесь колония гигантских муравьёв, которые воруют стройматериалы, это либо угроза, либо возможность. К тому же, если они растащат весь металл до того, как мы его вывезем, укрепляться нам будет нечем.

Я проверил крепление наручей. На левой руке со щитом, на правой с кошкой-крюком. Материализовал крио-копьё на всякий случай.

— Идём за ними, — скомандовал я. — Дистанция пятьдесят метров. Не шуметь, не атаковать без команды. Олеся, жука пока отзови, на улице для него холодно. Я пошлю следом дрон.

Договорив, я активировал «Техно-Око» и переназначил объект эскорта. Оставил маленький экран гореть в уголке зрения, туда транслировалось изображение с дрона. Мы вышли из ангара следом за «грузчиками».

Улица встретила нас холодным ветром. Муравьи двигались уверенно, не сворачивая. Они пересекли территорию металлобазы, пролезли через огромную дыру в заборе. Видимо, сами же её и прогрызли.

Мы двинулись за Мирмиками, держась в тени зданий и промышленных конструкций. Муравьи не оглядывались, целиком поглощённые своей задачей. Их слаженность поражала. Они двигались почти в унисон, компенсируя неровности дороги и смещение центра тяжести балки. Дрон жужжал пропеллерами высоко над ними, передавая мне на сетчатку идеальную картинку.

Промзона закончилась, и мы вышли на пустырь, заросший бурьяном и заваленный строительным мусором. Здесь нам стало сложнее прятаться, но этого особо и не требовалось. Муравьи, не сбавляя темпа, пересекли пустырь и вошли в узкую полосу лесопарка, который тянулся вдоль небольшой, но быстрой речки.

— Они к воде идут, — прошептал Варягин, сверяясь с картой на телефоне. — Зачем им балка там, на берегу?

— Сейчас увидим, — ответил я, сосредоточившись на изображении с дрона.

Насекомые подошли к самой воде. Речка была неширокой, метров десять, не больше, но перебраться через неё с тяжеленной балкой казалось невыполнимой задачей. Однако Мирмики даже не замедлили шаг. Впереди, прямо над водой, лежали поваленные деревья.

— Твою мать… — вырвалось у меня. — Ребята, вы не поверите. У них мост.

— В смысле? — не понял Женя.

— В прямом. Через реку переброшено несколько сосновых стволов. Они по ним идут. С грузом! Они рассчитали несущую способность!

Дрон показал мне картину в деталях. Три толстых сосны, очищенных от веток, лежали вплотную друг к другу, образуя надёжную переправу. Муравьи, идеально распределив вес, ступили на импровизированный мост. Брёвна под их весом даже не дрогнули.

Минуту спустя мы и сами вышли к берегу. Представшая перед нами картина заставила замолчать даже Фокусника. Я первым заскочил на брёвна, но жестом велел остальным подождать. Сначала осмотр.

Все сучки были аккуратно срезаны, почти заподлицо со стволом. Я представил, как мощные жвала Мирмиков исполняют роль секаторов. Но это ещё не всё. В четырёх местах, ближе к краям и по центру на примерно равном расстоянии, все три бревна были стянуты вместе тугими, прочными обмотками.

Опустившись на колено, провёл рукой по поверхности этих верёвок.

— Вот же чёрт… — пробормотал я. — Они не просто свалили деревья. Они их обработали и скрепили.

Верёвки были сплетены из гибких веток и длинных пучков травы, а сверху пропитаны какой-то бурой, застывшей массой, похожей на клей или смолу. Это вещество намертво скрепило всю конструкцию. Я двинулся дальше и махнул остальным, чтобы следовали за мной.

— Они… действительно связали их, — потрясённо выдохнула Алина, ступив на брёвна. — Эти существа используют растительные волокна и собственный секрет в качестве клейкого вещества.

— Это уже не инстинкт, — покачал головой Варягин, с недоверием разглядывая обмотку. — Это… инженерная мысль.

— Наконец-то ты встретил родственные души, Лёха, — не удержался от шутки Фокусник. — Теперь будет с кем посоветоваться по сопромату.

Я шёл вперёд, под ногами тихо скрипели брёвна. Внизу журчала неглубокая речка, а солнце играло бликами на её поверхности. Впереди, на том берегу, над верхушками деревьев возвышались безмолвные коробки жилых домов. Зрелище было одновременно и гнетущим, и величественным.

Аккуратно спрыгнув с брёвен, мы двинулись дальше, вглубь лесополосы. Процессия из трёх Мирмиков уже скрылась за деревьями, но дрон продолжал пасти их. Мы ускорили шаг, и вскоре деревья начали редеть. Впереди показались знакомые очертания панельных многоэтажек. Муравьи, не сбавляя хода, вышли из лесопарка и направились прямиком к жилому массиву. Мы крались следом, прячась за автомобилями и кустами.

— Смотрите, — шепнул Варягин, указывая на асфальт.

Дорога была исчерчена глубокими царапинами. Следы. Сотни, тысячи следов волочения. Видимо, эта троица далеко не первая бригада, которая ходила на базу за покупками. И не только на эту базу. Следы вели во все стороны.

— Они строят крепость, — пробормотал я. — Укрепляют муравейник. Умные твари.

Мы пересекли микрорайон, а в следующем нам открылся вид, от которого даже мне стало не по себе. Если коротко, то микрорайона просто не стало. Похоже, раньше здесь возвышалось несколько многоэтажек. Но все дома обрушились, образовав гигантский завал из бетона и арматуры. И у этого хаоса появились новые хозяева, переделавшие его в своё жилище.

Обломки были аккуратно уложены и скреплены всё той же прозрачно-бурой субстанцией. На строительство купола муравейника пошли не только цементные обломки. Я заметил вплетённые в конструкцию автомобили, куски асфальта, деревья и… наш металл. Блеск новеньких швеллеров и листов стали сразу привлёк внимание. Муравьи вплетали в структуру этого чудовищного гнезда всё, что считали полезным и крепким.

Сооружение кишело жизнью. Десятки, может, сотни Мирмиков сновали туда-сюда. Кто-то тащил куски кирпича, кто-то перекусывал арматуру, кто-то тащил туши убитых мутантов — собак, котов, крыс и даже одного небольшого Панцирника.

— Мать честная… — прошептал Фокусник, прижимаясь к стене гаража, за которым мы укрылись. — Это же целый город!

— Колония, — поправила Алина. — Иерархия, разделение труда. Вон те, с крупными головами, солдаты. Те, что поменьше, рабочие.

Я рассматривал всё через оптику дрона, но теперь высунулся из-за угла, чтобы оценить тварей собственными глазами.

Мирмик-Солдат — Уровень 8

Мирмик-Фуражир — Уровень 4

— Лёх, это проблема, — тихо сказал Женя. — Такая орда под боком… Если они решат расширяться в нашу сторону, нас просто массой задавят. Турели захлебнутся.

— Или наоборот, — возразил я, мозг уже лихорадочно просчитывал варианты. — Это буфер. Естественная преграда. Кто сунется к нам через этот район? Никто. Муравьи защищают свою территорию яростно. А нас от них должны защитить знаки Василия. Если с ними не конфликтовать, они могут стать отличными соседями-пограничниками. Проблема только в борьбе за ресурсы. Нас с ними интересует одно и то же. Стройматериалы.

Наши «грузчики» с балкой добрались до входа в муравейник, огромной дыры у основания купола, и скрылись в темноте. Мы продолжали наблюдать, решая, что делать дальше: уходить или попытаться изучить их повадки лучше.

И тут воздух разорвал рёв моторов.

Звук был наглым, чужеродным. Низкий, хриплый рокот мощных, форсированных движков без глушителей, который периодически срывался на оглушительный рёв при перегазовках. Звук приближался стремительно, отражаясь эхом от уцелевших фасадов домов вокруг муравейника.

Меня бросило в холодный пот. Не от страха перед Мирмиками, а от понимания, кто может так шуметь в мёртвом городе.

— Всем тихо! — скомандовал я. — Не отсвечивать!

Мы вжались в гаражи, а я отдал дрону приказ опуститься на муравьиную кучу и заглушить двигатели. У нормального квадрокоптера, не модифицированного, при этом бы вырубилась вся электроника. Но дизайн моих аппаратов полностью переделан, я создал отдельный контур питания от энергетической батареи именно для тех случаев, когда нужно оставить глаза, но не шуметь. Так что камера продолжила работать, а среди хлама мой квадрокоптер сразу же потерялся, как незначительная деталь.

Рёв становился всё громче. И вот из-за поворота, взметнув пыль и мусор, вылетела кавалерия. Три мотоцикла.

Настоящие колесницы постапокалипсиса. Основа — тяжёлые круизеры типа «Харлеев» или «Уралов», но переделанные до неузнаваемости. Наваренные листы защиты на колёсах, шипы на дисках, усиленная подвеска, сварные клетки вокруг двигателя, какие-то цепи, черепа на рулях. Типичный стиль «Безумного Макса».

За одним из мотоциклов тянулся самодельный прицеп-клетка на колёсах от квадроцикла. Байкеры влетели на площадь перед муравейником с визгом тормозов, разворачиваясь боком и поднимая фонтаны пыли. Остановились всего в сотне метров от нас. Кожаные куртки с металлическими наклёпками, шлемы, разрисованные под черепа или морды демонов, оружие, висящее за спинами — обрезы, биты, арбалеты. Чистые понты, ведь можно всё держать в инвентаре.

Я узнал их стиль. Стиль отморозков, для которых жестокость не средство выживания, а развлечение. Двигатели они не глушили, наоборот, периодически прогазовывали, заставляя моторы рычать и стрелять выхлопом.

— Гладиаторы… — прошипел Женя.

Варягин и остальные никогда не сталкивались с этими рейдерами, но мы успели им рассказать достаточно. Так что при этом слове паладин сразу же стиснул челюсти. Олеся хотела что-то спросить, но отец молча покачал головой, и девочка захлопнула рот.

— Эй, тараканы, выходи! Встречай гостей! — заорал один из байкеров, самый здоровый.

Это была провокация. Наглая, самоуверенная. И она сработала.

Из ближайшего входа-пещеры тут же выскользнули три муравья-охранника. Они угрожающе зашевелили жвалами и ринулись на защиту гнезда. Их мандибулы щёлкали, антенны бешено подёргивались.

— Сейчас этих придурков порвут, — удовлетворённо шепнул Фокусник. — И поделом.

Но Гладиаторы явно знали, что делают.

Когда первый муравей подбежал к ближайшему байкеру, тот резко крутанул руль, уходя с линии атаки. Насекомое встало на дыбы, поджало брюшко и…

ПШШШШ!

Струя мутной, желтоватой жидкости вырвалась из конца брюшка муравья, как из брандспойта. Кислота. Я видел, как она попала на асфальт, и тот мгновенно зашипел, пузырясь. Если бы это попало на человека…

Но байкера там уже не было. Он заложил вираж, и кислота лишь оросила заднее крыло мотоцикла, которое тут же начало дымиться.

— Разойдись! — заорал один из Гладиаторов, здоровяк в рогатом шлеме. — Аркан давай!

Второй мотоциклист выставил ногу для опоры, оставшись в седле. В руках у него материализовался длинный шест-манипулятор. Он быстро закрепил на его конце петлю из стального троса, толщиной в мизинец. Сам трос уходил назад, к небольшой, но мощной лебёдке на раме его мотоцикла.

Мотоцикл рогатого байкера рванул наперерез очередному муравью. Водитель подгадал момент, когда тварь снова попыталась плюнуть кислотой, и резко затормозил. Муравей промахнулся. Рейдер, сидевший на мотоцикле с прицепом, вскинул руку и швырнул в отрезанного муравья какой-то тёмный сгусток. Видимо, теневой дебафф для ослабления. Всё же эти насекомые чудовищно сильны, и без магии с ними справиться не получится.

В этот момент ловец, резко подавшись вперёд, накинул петлю на сочленение между головой и грудью насекомого. Рывок!

— Есть контакт! — заорал ловец и дематериализовал шест.

Водитель другого мотоцикла, который отвлекал муравья, рванул в сторону, расчищая путь. А сам ловец дал газу. Мощный мотор взревел, заднее колесо вгрызлось в асфальт. Муравья дёрнуло, сбивая с лап. Он беспомощно заскрёб хитином по бетону, пытаясь упереться, но мотоцикл оказался мощнее, чем ослабленное магией насекомое.

— Клетка! Открывай! — командовал рогатый.

Третий мотоцикл подкатил прицеп к брыкающемуся насекомому. Дверца клетки была открыта.

Муравья подтащили волоком. Тварь щёлкала жвалами, пытаясь перекусить трос, но тот был слишком прочным. Байкер с прицепом, проявив чудеса ловкости и явной безбашенности, спрыгнул на асфальт, подбежал к мутанту и шокером с длинной ручкой ткнул его в уязвимое место под брюшком.

Муравья скрючило судорогой.

Вдвоём Гладиаторы ловко закинули парализованное насекомое в клетку и захлопнули решётку. Сверху тут же набросили плотный прорезиненный брезент, чтобы тварь не плевалась через прутья.

Вся операция заняла от силы минуту. Слаженность была пугающей.

Остальные муравьи уже подбирались ближе, поливая всё вокруг кислотой, но байкеры не стали ждать продолжения банкета.

— Уходим! Груз есть! — гаркнул рогатый.

Они развернулись с пробуксовкой и, с радостным гиканьем, рванули прочь, оставляя за собой облако выхлопных газов и разъярённую колонию.

— Вот же твари… — выдохнул Женя. — Профессионально сработали. Как мясники на конвейере.

Я выглянул из укрытия. Муравьи ещё некоторое время бегали кругами, щёлкая жвалами, но, потеряв врага из виду, начали успокаиваться и возвращаться к своим делам. Бросаться всей колонией на спасение одного сородича они явно не собирались.

— Зачем? — спросила Олеся, глядя вслед уехавшим байкерам. В её голосе звучало искреннее непонимание. — Зачем им муравей? Приручить? Или съесть хотят? Но его же не съешь, там одна кислота и эта, как её… противная такая вместо крови… И он не пушистый!

— Это Гладиаторы… — мрачно произнёс я. — Им нужно не мясо. И не питомцы. Им нужно зрелище.

— Зрелище? — переспросил Фокусник. — А-а-а! Точно, помню, ты ж рассказывал про этих отморозков!

— Арена, — холодно кивнул я. — Они устраивают бои. Мы видели, как они натравили Костогрыза на неподготовленного человека. Теперь, видимо, развлекаются с местным зверьём. Муравей против кого-то ещё. Или против людей.

— Изверги, — тихо сказала Алина. — Превратить выживание в кровавый цирк…

— Это не только цирк, — я покачал головой. — Это образ жизни и мышления. Не удивлюсь, если у них там ставки, жребий и всё сопутствующее. Они качают уровни, публично убивая мутантов и повышая свою репутацию в глазах товарищей. Это конвейер смерти. И судя по их оснащению и наглости, база у них где-то недалеко. Возможно, ближе, чем мы думали.

— Надо валить отсюда, — сказал Фокусник. — Пока муравьи не решили, что мы группа поддержки этих байкеров.

— Стой, — покачал я головой.

Мотоциклисты ещё не успели убраться далеко. Упускать такой шанс нельзя. Если мы собираемся здесь жить, то должны знать, где живут наши враги.

— Олеся, — я повернулся к девочке. — Доставай Смердюка. Срочно. Пусть летит за ними.

— Лёша, холодно же! — возмутилась девочка. — Он не такой, как эти муравьи. Их, наверное, мутация защищает от холода. А Смердюки не такие! Если я выпущу своего жука… он же маленький, у него лапки сразу замёрзнут! Вон какой ветер… Ему больно будет!

В её голосе звучала неподдельная тревога за питомца, а глаза стали такими жалобными… вот-вот заплачет. Я мысленно выругался, но времени на сентиментальность не было.

— Получит орден за отвагу, — жёстко отрезал я. — Пойми, дрон посылать нельзя. Его заметят и сразу поймут, что за ними следят. Начнут прочёсывать район, искать оператора. И найдут нас.

Я сжал её хрупкое плечо, слегка встряхнув.

— А жук… жук — это просто местная фауна. Они даже внимания не обратят, если увидят насекомое в небе. Вся надежда на тебя, Лесь. Нам нужно знать, где их база. Иначе они придут к нам домой.

Девочка шмыгнула носом, посмотрела на меня с укором и обидой. В её глазах мелькнула борьба между жалостью к зверушке и страхом за близких. Затем она стиснула зубы, став очень взрослой и серьёзной, и коротко кивнула.

— Поняла.

Она вытянула руку. Воздух подёрнулся рябью и засветился, на ладонь девочки шлёпнулось крупное насекомое. Жук недовольно застрекотал, ощутив мороз, но Олеся уже положила вторую руку на его хитиновую спинку.

— Прости, маленький… Надо, — шепнула она. — Лети за громким звуком, а я… полечу с тобой.

Олеся активировала навык: «Слияние»

В следующую секунду её зрачки расширились, а радужка вспыхнула яркой, неестественной синевой. Жук, повинуясь хозяйской воле, сорвался с её руки, раскрыл надкрылья и зажужжал, уносясь прочь.

— Сергей Иванович, — обратился я. — Возьмите её на руки. Не будем стоять здесь, возвращаемся к машине.

Варягин кивнул и мягко подхватил дочь. Та инстинктивно прижалась к его груди, но связь не разорвала. Мы тихо, стараясь не привлекать внимания колонии, двинулись обратной дорогой. Но едва добрались до моста из поваленных сосен, как Олеся дёрнулась и резко вздохнула.

Отец поставил её на землю. Девочка пошатнулась и проморгалась. Я присел на корточки рядом с ней и спросил:

— Что ты увидела?

Леська сглотнула и посмотрела на меня с выражением такого отчаяния, какого я у неё ещё ни разу не видел. Дрожащим голосом она сказала:

— Они совсем близко. У них там большой дом, очень большой. Прямо здесь, в Красногорске. Они мучают зверюшек. Их много и… там…

— Что «там»?