Игры Валхаллы

Глава 16

Глава шестнадцатая

Игровая Зона «Гьёллеланд». Уровень 2

Доверие — это осознанный риск

Интересный вариант. И что теперь?

Санек даже успел чуточку испугаться, что сидеть ему тут до принудительной эвакуации… И обнаружил, что штатный эвакуатор по-прежнему у него в руке.

Улыбка сама растянула губы.

Мир снова стал прекрасен.

Солнышко светит, птички поют, дорога домой не отрезана.

Он глянул на песок под ногами.

И увидел самородок.

Приличный такой, с детский кулачок. Пригодится.

А вот эти точно не пригодятся, потому что лишние. Особенно если сочтут, что лишний здесь он, маленький нахальный человечек.

Метрах в сорока на бережок выходила медведица с парой медвежат.

Медвежата почти нормальные. Милые, мохнатые колобки размером с маламута. Ну может, чуть побольше. А вот мамаша побольше не чуть. Да у нее холка повыше макушки Санька. Метр девяносто минимум.

Не дай Бог…

Бог не дал.

Медвежатки огляделись… И немедленно устремились к Саньку.

Пипец!

Санек тискал рукоять меча, не сводя глаз с их мамки.

А их мамка… Мамка вообще не прореагировала. Пока подбежавшие медвежата обнюхивали Санька, она преспокойно подошла к реке попить водички.

Медвежата тем временем закончили общий обнюх и безошибочно сконцентрировались на сумке, где осталось немного сухпая, в том числе копченая оленина.

«Придется отдать», — подумал Санек.

И отдал.

Почти не гляля, потому что мамаша утолила жажду и, не торопясь, направилась к нему.

Санек изрядно напрягся. Да, он вооружен, на нем шлем, броня и вообще он крут, но медведица! Да еще таких носорожьих габаритов!

Все, что Санек знал о медвежьих мамашах, это их дивная свирепость.

Главное, спокойствие. Не спровоцировать.

«Я дерево. Маленькое безобидное дерево. Несъедобное».

Вроде сработало. Агрессии со стороны медведицы не наблюдалось. Подошла спокойно, отпихнула лапой отпрыска, решившего вскарабкаться на Санька, что тоже было не очень смешно, учитывая размеры детеныша, затем наклонилась и обнюхала сумку. Точно не меньше метр девяноста в холке. И это на четырех. Страшно представить, какой она высоты, если на задние встанет.

А еще морда у нее немного странная, какая-то укороченная и больше похожая на тигриную, чем на медвежью. А клычищи… Тигр обзавидуется. Живой аналог Неженки. Только еще больше.

Ну да. Зона второго уровня. Кого-то удивляет, что здесь и звери тоже второго. Санек вспомнил лосиху, которую они с таким трудом завалили.

— Нет больше ничего, извини, — пробормотал Санек, отключая эмоции.

Не спровоцировать!

Обошлось. Медведица фыркнула, пихнула Санька башкой, едва не сбив с ног, может даже не пихнула, а просто потерлась, но уж больно башка здоровая…

И пошла своей дорогой вдоль берега.

Медвежата потешными меховыми шарами покатились следом.

Санек посмотрел на эвакуатор, хмыкнул. Все, больше никаких экспериментов. Навел окошко на солнце и через секунду уже стоял на увядшей травке Закрытой Территории «Мидгард».

И первое, что он сделал, это стащил с головы шлем, расстегнул боевой пояс, сбросил броню, подкольчужник, нательную рубаху и принялся с остервенением чесаться. Вот истинное наслаждение! А еще — горячий душ! И мочалка! И чистым до хруста одеться во все такое же чистое!

Скоро, скоро мечта сбудется!

Санек запихал защитную амуницию в кожаный мешок, надел рубаху, прямо поверх нее — пояс с мечом, кинжалом и прочим обвесом, накинул на одно плечо сумку, на второе — мешок с броней и зашагал к выходу с Территории, попутно обдумывая ближайшие планы.

Которым не суждено было реализоваться.

Закрытая Территория «Мидгард»

Это была незапланированная встреча. Санек собирался сначала выяснить у первого встречного Контролера, вернулся ли Илья. Потом заглянуть домой, принять душ, переодеться и сходить проведать Алену, если, конечно, ее еще не выпустили. И только после этого снова вернуться сюда и, если останется время, поговорить с мастерами.

Но жизнь, как водится, внесла коррективы.

Мертвый Дед перехватил Санька по пути к выходу на Свободу.

— Стоять, игрок!

Санек остановился. Встречный игрок, лохматый мужик первого уровня, в кожаных штанах и похожей на жилетку броньке из многослойной ткани, дернулся, оглянулся, понял, что обращаются не к нему, и обошел Санька по широкой дуге, с опаской косясь на Мертвого Деда

— Со мной, — сухо бросил мастер оружия.

Но пошел не к зданию с ареной и тренажерками, а в противоположную сторону.

Санек последовал за ним. Скорее заинтригованный, чем обеспокоенный.

Остановились у небольшого одноэтажного домика с дощатой дверью. Мастер шевельнул кистью, будто штопор ввинчивал, дверь открылась.

Изнутри она выглядела куда серьезнее: плита сплошного металла, серого, с синеватым отливом.

— Входи давай, — буркнул мастер. — Обувь здесь снимай. Песка натащишь.

Санек разулся, порадовавшись, что носки его, хоть и выглядят аутентично средневековым, но являются продуктом высоких технологий, потому даже после многочасового марш-броска остаются свежими.

Небольшой коридор, затем кухня, довольно просторная, со старинной печью, но, похоже, что не настоящей, а имитацией.

А вот всякая посуда: ковши, котелки, кастрюли, бронзовые, медные, чугунные, вот они точно были настоящими.

Мебели на кухне немного. Скамья у стены. Два стола. Четыре мощных табурета.

— Голодный? — спросил мастер.

Санек помотал головой:

— Недавно с пира.

— У кого пировали? — уточнил Мертвый Дед.

— Одд, вожак ульфхеднаров.

— Не знаю его, — Мертвый Дед снял со стены глиняную джезву с толстыми стенками. — Хорош?

— Я бы сказал: очень хорош, — осторожно ответил Санек. — Быстрый предельно. И в голове у него такое… Красным светится.

— Кофе будешь? — спросил мастер Скаур.

Плевать ему на ульфхеднара Одда.

— Да.

Мастер достал из деревянного ящичка холщовый мешочек. Высыпал на маленькую сковороду пригоршню зеленых кофейных зерен. Санек заметил на мешочке узкую ленточку консерватора. Зато огонь под сковородой оказался натуральный, без игровых приблуд.

Мертвый Дед крутил и встряхивал сковороду. Зерна постепенно темнели.

Что интересно: ручка у сковороды была продолжением чугунной сковороды и тоже чугунная, естественно. Следовательно, довольно горячая. Но Мертвый Дед, похоже, этого не замечал.

По кухне распространился восхитительный запах. Санек сглотнул. Не сказать, что он был большим любителем кофе. Какой-нибудь бельгийский портер был ему милее. Но тако-ой запашистый аромат!

Бурча под нос что-то невразумительное, но мелодичное, Скаур пересыпал зерна в массивную ручную мельницу. Поставил на огонь небольшой чайничек с водой и принялся неторопливо вращать ручку мельницы.

Санек ждал. Он чувствовал: что-то происходит. И примерно знал, что именно. Мастер оружия его изучал. Как — непонятно. Санек не переживал. Скаур был мастером. Его мастером. А ждать подляны от такого — последнее дело.

Молотый кофе отправился в джезву. Мастер сыпнул туда щепотку каких-то пряностей, залил подогретой водой из чайничка, поставил на огонь.

Достал скатерть, белую, и кажется, накрахмаленную, набросил на стол, на скатерть положил пару кружевных, тоже белых салфеток, а уже на них поставил пару чашечек, простых, черных, из толстой керамики, с желтыми металлическими ручками, похлопал по табурету, приглашая Санька.

Прежде, чем сесть, Санек скинул с плеча сумку, расстегнул пояс с оружием, сложил в углу и только после этого опустился на табурет.

Понятно, что против Мертвого Деда он никто, хоть с мечом, хоть без. Но по понятиям Мидгарда снять оружие — это знак доверия. Мастер это оценит.

Джезва негромко заворчала. Запах кофе стал еще гуще, расцветился ароматами полузнакомых специй.

Над джезвой появилась пенная горка. Но выплеснуться наружу не успела. Мастер оружия ловко подхватил джезву и разлил кофе по чашкам.

Опустившись на табурет справа от Санька, взял свою, втянул аромат, прижмурился от удовольствия.

Санек сделал то же. Аромат от чашки шел такой, что его, казалось, тоже можно пить.

Сам кофе был горяченным. Пить невозможно, только пригубить. Вкус офигенный. Даже сравнить не с чем. Санек открыл рот, чтобы выразить восхищение, но мастер жестом обозначил: молча.

И они продолжали дегустировать. Иначе этот процесс не назвать. Крошечными глотками. Капучино, который обычно употреблял Санек, к этому зелью (назвать его напитком — кощунство) вообще никакого отношения не имел.

Церемония завершилась. Санек поставил чашку, с трудом удержавшись от того, чтобы попробовать ручку на зуб. Он был почти уверен, что она из того же металла, слиток которого лежал в стоящей у стены сумке Санька.

— Хорошо, — вздохнул мастер Скаур. — Как сам?

Санек покивал. Послевкусие офигенное. И приход словно только что через пропасть махнул на пределе возможностей.

— Вижу, что хорошо, — улыбнулся мастер оружия. И улыбку это трудно было назвать доброй. — Вижу, друг мой химера, ты пошел по легкой дорожке.

— В смысле? — уточнил Санек.

— В прямом, — Мастер ткнул пальцем в «мозг» на левой руке Санька.

Тот среагировал, мелькнув зеленым, но тут же снова утратил цвет.

. — В курсе, что он уже четвертый?

— Просветили, — буркнул Санек. — Илья Эксперт. Кстати, не знаете, он уже вернулся?

— Не докладывает, — отмахнулся мастер. И, холодно: — Скорее всего, Александр, это наша последняя встреча.

— Почему последняя?

Вот теперь Санек испугался.

— Вряд ли я могу быть полезен идущему дорогой быстрого восхождения.

Блин! Знать бы еще, о чем он? И где именно Санек накосячил?

Или это очередная манипуляция?

— Мастер! — проникновенно произнес Санек: — Если я делаю что-то не так, вы просто скажите. Потому что у меня море вопросов, но чуйка говорит: без Вас верных ответов мне не видать.

Еще один пристальный взгляд. Теперь уже на самого Санька. Причем такой, что у него возникло ощущение, что мастер глядит прямо в мозжечок, потому что у Санька голова закружилась.

— Очень хочется стать третьим? — спросил Мертвый Дед.

— Не то, чтобы очень, но да. И я, в принципе, уже был третьим, если что.

— Нет, дружок, — Скаур перевел взгляд и головокружение пропало. — Третьим ты не был.

— Но я сам… И здесь… — Санек показал на метку Игры.

— Сейчас я тебя огорчу, — Мастер оружия ухмыльнулся так, что Санек инстинктивно напрягся. — Метка Игры — это не штамп в паспорте. Это индикатор твоего текущего состояния. Вот этот черненький на твоей руке куда важнее. А метка — это так, вроде частоты пульса.

Сфинкс помахал лапкой. «Ага, я главный».

— И как это работает?

— Вот это, — Мертвый Дед показал на татушку-артефект, — Это, можно сказать, твой мозгопротектор. Поскольку мозг у тебя пока чуть выше хорошей двойки, то, когда тебе нужно адекватно отработать выше, он берет на себя часть функций и не дает твоему межушному ганглию, — Мертвый Дед больно щелкнул Санька по лбу, и тот, увы, не успел среагировать. Что обидно. — Что он еще может, я не вижу, потому что… не вижу, не дорос, но вещица при твоем образе жизни полезная. Достраивает вертикаль, — Мертвый Дед увидел, что Санек не врубается, и пояснил менторским тоном вузовского препода:

— Представь себе настоящее как плоскость. В ней ты живешь, действуешь и помрешь в определенный момент, надеюсь, не скоро. И плоскость эта не неподвижна, а поднимается, допустим, вверх. Вместе с тобой и со всем, что на ней есть. Это и есть твое настоящее.

— А то, куда она поднимается, это будущее? — предположил Санек. — И я могу его видеть, когда вхожу в боевой режим.

— Уточни, — заинтересовался мастер оружия.

— Я вижу противника, знаю, куда он будет бить, типа, вижу будущее боя.

— Пупса лысого! — огорченно хмыкнул мастер оружия. — Ничего ты не видишь. Пока ты на плоскости, то видеть, мы называем это — промыслить, будущее ты не способен. Потому что для тебя его нет. Это как вкус ужина, который еще предстоит. Ты можешь выдумать, каким он будет. Но не факт, что он будет таким, потому что повар уронил в суп солонку. Или его инфаркт хватил, а по этому светлому поводу ужин вообще отменят. Да ты не грусти! — Мертвый Дед хлопнул Санька по плечу. — Чувствовать настоящее тоже неплохо. Второй уровень, причем освоенный на весьма недурном… уровне. Считай, что ты уже эволюционировал из улитки в муравья.

— Вертикаль, — напомнил Санек.

— Вертикаль — это тройка, — Мертвый Дед потер татуированную загорелую шею. — Учти, я сейчас сильно упрощаю. На самом деле все сложнее. Но чтоб наглядней… Представь, что на тебя, муравья, сверху летит кирпич. Ты его не видишь, но предполагаешь, что он есть. И уклоняешься. А на тройке у тебя появляется возможность его видеть и даже сбить на лету, если получится, конечно.

Санек встрепенулся. Черт! Он же сам предполагал что-то подобное. После боя с Одда и Сигурда. Точно! И сфинкс тогда поаплодировал. Точно! Он как раз тому, что Санек понял и аплодировал. Тогда. Понял. И забыл. Напрочь.

— Можно я кое-что расскажу… — проговорил Санек. — Мне кажется, это важно.

— Вываливай, — разрешил мастер оружия.

А выслушав, отреагировал неожиданно:

— Это не он, — сказал мастер, указав на «мозг»-татушку. — Это другое. Давай-ка, выкладывай, какие еще приблуды тебе уже надавали!

— Со мной что-то плохое? — напрягся Санек.

— Плохое? Может быть, — И тут же подбодрил: — Не сцы, химера! Разберемся. Или вскрытие покажет! — Мертвый Дед захихикал. Как он умел. Очень противно.

Санек достал полученное от Жидкого Металла колечко.

— Фигня, — отмахнулся Мертвый Дед. — Обманка двоек от двоек максимум! И маячок для… Нет, не вижу. Хотя… — Он нахмурился: — На палец надень! — потребовал он.

— В смысле маячок? — насторожился Санек.

Ему как-то совсем стремно стало.

— Надевай, сказано!

Санек послушался и Мертвый Дед удовлетворенно засопел, а потом поинтересовался:

— Кто дал?

— Мастер оружия Владлен Жидкий Металл!

Мастер покачал головой:

— Знаю его, — проворчал он. — Тоже любитель по-легкому. Ты при нем колечко надевал?

Санек помотал головой.

Мертвый Дед снова захихикал:

— Вот был бы Владьке сюрпризец, увидь он, как его бижутерия с твоим тату взаимодействует.

—?

— Татуха твоя колечко под контроль взяла. Теперь тебя с ним распознает только пятерка, да и то лишь со специализацией в мозголомку, вроде эксперта Ильи. Давай остальное предъявляй!

— Еще вот это.

Санек извлек «Огонек в тумане».

— И вот это.

Санек передал мастеру «Универсальный координатор».

— Полезная вещица, — оценил Дед. — Если захочешь, научу правильно пользоваться.

— Хочу! — обрадовался Санек. — А с этим, — показал на «Огонек», — С этим что?

— А вот с этим нехорошо! — Мастер оружия покачал на ладони «Огонек». Выдержал паузу, глядя в упор на напрягшегося Санька: — Нехорошо брать чужое, Александр!

— Я не брал! — возмутился Санек. — На рынке в гарде конунга купил! Оно там в хламе валялось!

Мертвый Дед еще какое-то время посверлил Санька взглядом.

— Вижу, не врешь, — заключил он. — Делаю вывод: не случайно она к тебе попала. Найдешь хозяйку и поможешь.

И таким тоном сказал. Безапелляционным.

— И как я ее найду, интересно знать?

На язык просилось «Вот мне делать больше нечего! Своих проблем — выше крыши!»

Но заявить такое Мертвому Деду? Не, Санек еще не настолько в себя поверил.

— Вот он приведет, — Мастер оружия отдал Саньку «Огонек». — Я его перенастроил и привязал к «Координатору». Зайдешь в Мидгард, глянешь… В общем, разберешься. Что еще интересного у тебя в загашнике?

— Да все вроде, — пожал плечами Санек.

— Не все! — строго произнес мастер: — Дай-ка мне свою сумочку.

Мертвый Дед сунул руку внутрь и безошибочно извлек самородок.

— О как! — пробормотал он, изучая кусок золота. — Гьёллеланд. Давно оттуда?

— Только что, — ответил Санек, тоже разглядывая самородок. Ничего не обычного, однако. Форма… бесформенная.

— Что в нем видишь? — спросил Мертвый Дед.

Санек пожал плечами:

— Золотой. Большой.

Мастер покачал головой:

— Ладно, с другой стороны зайдем. Что ты НЕ видишь?

— Игровой надписи? — немедленно предположил Санек.

Мертвый Дед вздохнул:

— Поколение ЕГЭ, — пробормотал он. — Какое счастье, что я вовремя ушел в Игру.

Он поднялся, вышел из кухни, а, вернувшись, положил на стол рядом с самородком Санька другой, поменьше.

— Сравнивай, — предложил он.

«Мой больше» Санек озвучивать не стал, пригляделся как следует.

И да, разница была. Тот, что — мастера, был не гладкий, а с мелкими включениями.

— У моего чище поверхность, — рискнул он сделать вывод.

— Ну хоть так, — кивнул мастер. — Чище. Потому что мой самородок — природный, а твой — нет. Гьялларбру. Слышал о нем?

Санек помотал головой.

— Недоработка, — сказал Мертвый Дед. Уточнил: — Не твоя. Наша. Ты ведь брал курс мифологии?

— Дважды, — подтвердил Санек. — Базовый и дополнительный.

— Гьялларбру — это мост через реку мертвых. Которая называется?..

«Гьёлль», — вспомнил Санек.

Точно, Гьёлль. И Гьёллеланд. Впору мысленно треснуть себя по лбу. Река, отделяющая мир мертвых от мира живых.

Но, черт, этот Гьёллеланд не выглядел миром мертвых. Ни с одной стороны, ни с другой. Хотя с той стороны и подвалили какие-то чудики-людоеды, но вполне живые, не зомбаки. Кровь из них текла, это точно.

— Вижу, вспомнил, кое-что.

— Вспомнил, — кивнул Санек. — Связи не вижу. Местные там есть, но вполне себе живые. Что с одной стороны, что с другой. И мы по этой реке плыли тоже без особых проблем.

— Потому что это та часть реки, которая течет по миру живых, — ответил Мертвый Дед. — Мертвые — выше по течению. Тебе пока хода нет. Но заранее скажу: место интересное. Особенно после того, как кое-кто решил Гьялларбру у другой фрак… У других отбить и расхреначил его к бабкиной матери. А это его кусок. Забирай! — Мастер подвинул к Саньку гладкий самородок. — Вещь полезная. Своего рода ключик. Подрастешь — разберешься.

— А может вам? — предложил Санек. — Вы ведь уже. Вдруг пригодится?

— Это твое, — отказался мастер. — Тебе его дали, не мне. Но спасибо.

— Дали? Кто?

— Тот, кто очень хочет, чтобы ты побыстрее подрос, — хмыкнул Мертвый Дед. — А кто — тебе виднее. Наверняка ведь не первый его «взнос» в твое развитие.

Вот тут следовало подумать. Насколько он, Санек, может доверять мастеру Скауру?

Оба потока сознания Санька заработали в полную мощность, прокачивая воспоминания. Анализируя действия, их последствия…

Результат в целом позитивный. Да, Мертвый Дед, им нередко манипулировал. Но в целом был честен. И результат их общения всегда, без каких-либо исключений был Саньку либо полезен, либо очень полезен. Да, была вероятность, что все это тоже часть какой-то хитрой политики. Но так или иначе во всех переделках мастер Скаур, да и остальные мастера Закрытой Территории «Мидгард» всегда были на стороне Санька. Даже в таких рискованных ситуациях, как тогда с Берсерком. Рискованных для них самих. Вывод: Санька здесь считали своим. И защищали как своего. И кому тогда доверять, если не тем, кто защищал твою жизнь, рискуя собственной?

Решено.

— Так и есть, — подтвердил Санек, поднимаясь. — Не первый это подарок. Сейчас принесу.

Он вышел в коридор, где оставил мешок с защитой, когда разувался.

Развязав шнурок, достал «Глаз Локи». Доверять так доверять.

Санек вернулся на кухню и положил сверкающий шлем на скатерть.

— Вот, — сказал он. — Подарок. Что скажете, мастер?