Хозяин гор

Глава 27. Холод

После того, как дракон улетел, путешествие продолжилось. Павел уверил спутников, что неплохо ориентируется в горах, и взялся вести их за собой. Никто не стал возражать, лишь Мингир окинул его хмурым взглядом, и все молча последовали за парнишкой. Колдовской гарпун из орихалка стрелок без лишних слов спрятал среди своего оружия.

Члены небольшого отряда шли в тягостном молчании, пряча глаза друг от друга. По счастью дорога не располагала к разговорам. Снова начался подъем, вдобавок на склоне появился снег, и идти теперь приходилось по щиколотку в сугробе. И глубина снежного покрова росла с каждым шагом. Поэтому все сосредоточились на преодолении физических трудностей, и на болтовню сил не оставалось.

Вика то и дело поглядывала на небо, с надеждой и страхом высматривая там крылатый силуэт. В голове все еще звучали угрожающие слова дракона, сказанные им на прощание.

Лира заметила тоскливый Викин взгляд и не удержалась от замечания:

– Он улетел и не обещал вернуться?

Вика исподлобья глянула на ведьмочку и лишь ускорила шаг, обгоняя идущего впереди Павла.

– Спасибо, что хоть дорогу указал, – Мингир по своему обыкновению шел замыкающим, прикрывая тыл процессии.

Павел остановился, повернувшись назад. Покачал головой, глядя на запыхавшихся спутников, медленно поднимавшихся следом за ним. Парень оказался самым подготовленным к условиям горного похода, ведь он вырос на Урале. Даже Мингир в последние дни чувствовал себя неважно. Лучник привык к насыщенному лесному воздуху, а в горах для его крупного тела оказалось слишком мало кислорода, и он начал быстрее уставать. И от этого настроение его портилось все больше с каждым шагом.

Паша, прекрасно понимая его состояние, пожал плечами:

– А есть ли там то, что нам нужно, или это очередная западня? Вы так прям и поверили дракону? Я что-то сомневаюсь в его честности.

– Драконы – воплощение коварства, – Лира проговорила, с трудом переводя дыхание, карабкаясь по снегу рядом с Мингиром.

Вика слушала все это молча, упрямо меряя шагами сугробы. И хоть дорога давалась ей чуть легче, чем Лире или Мингиру, чувствовала она себя прескверно. Непонятное обещание, данное дракону, признание перед Мингиром, отсутствие самого дракона. Оно одновременно радовало и пугало ее. Неужели он все-таки бросил ее? Обиделся и улетел? Дойдут ли они до вершины без его помощи? Столько вопросов и ответы на них могут быть очень неприятными.

Корочка наста, покрывающая снег становилась все тоньше – путешественники приближались к зоне вечных ледников, никогда не знавших прикосновения талой воды. Сугробы становились все глубже и все рыхлее. Вику и Лиру снег еще держал на своей поверхности, а вот Павел с Мингиром утопали в нем едва ли не через шаг.

Но вот, в очередной раз ступив на снежный покров, Вика провалилась почти по колено. Сделала второй шаг, пытаясь вытащить ногу, и снова провалилась, а деревянный башмачок слетел с ее ступни и завяз в сугробе. Девушка принялась барахтаться, пытаясь выбраться на ровное место, но только лишь еще больше увязала в снегу.

– Опять обувь теряешь? – оказывается, Мингир догнал ее. Он рывком вытащил Ви из сугроба и протянул оброненный башмачок.

– Спасибо, – не поднимая глаз на лучника, Вика забрала у него ботинок и принялась обуваться, неловко зависнув над сугробом.

– Пожалуйста, – Мингир внимательно следил за ее неуклюжими движениями и, спохватившись, поддержал Вику под локоть, не давая упасть. – Странная ты девчонка. Опять мою шкуру спасаешь, хотя это я тебя беречь должен. У вас Вовне все такие?

– Ничего ты не должен, – Вика, наконец, справилась с ботинком и решилась поднять глаза на мужчину. Мингир выглядел смущенным и озадаченным.

– Что ты сказал дракону там, на берегу ядовитой реки? – девушка хотела задать этот вопрос еще раньше, но все не было возможности.

Лучник дернул плечом и отвел глаза, сделав вид, что разглядывает окружающие горы:

– Сказал, что один из нас в любом случае доведет тебя до твоей цели. И я все еще собираюсь сдержать свое слово.

В этот момент до них добралась запыхавшаяся Лира:

– Нечего секретничать у всех на виду, – ведьмочка капризно поджала губы. – Я, может, тоже послушать хочу.

– Не для твоих ушей, – Вика процедила сквозь зубы.

Внезапно на нее накатила злость на ведьмочку. Все время она путается под ногами, появляется в самые неподходящие моменты и все портит. Ви с прищуром покосилась на Лиру и неожиданно для себя самой шагнула к Мингиру, схватила за ворот куртки и, с силой наклонив к себе его лицо, поцеловала в губы. Лучник, опешив от такого поворота, не сильно сопротивлялся. Вернее сказать, не сопротивлялся вообще. Он с готовностью принял девичий поцелуй и даже приобнял Вику за талию.

Лира застыла с открытым от возмущения ртом. Павел, глядя на целующуюся пару, запнулся и провалился по пояс в сугроб и, бормоча ругательства, принялся выбираться из рыхлого снега.

Нехотя Вика оторвалась от Мингира и с надеждой посмотрела на него. Лучник осторожно вытер губы тыльной стороной ладони, исподлобья глядя на Викторию:

– И как же это понимать?

Ви со злостью скрипнула зубами:

– Как-нибудь пойми, вроде взрослый уже дядька.

И отвернулась, потому что глаза предательски защипало от готовых вот-вот пролиться слез. На холодном воздухе они очень быстро превращались в маленькие льдинки на ресницах и царапали щеки.

– Ви-и-и! – хлесткий порыв ветра ударил Вику в бок, с силой толкнув ее в сторону, и в то место, где она только что стояла, врезался искрящийся шар боевого заклинания.

Лира застыла, подняв перед собой руки, и воздух вокруг нее дрожал, собираясь исторгнуть еще одно заклятие.

– Я тебе покажу, как с моим суженым обжиматься! Я у любовника Лейры пару заклинаний подглядела, а он явно был не промах по части боевой магии. Так что от тебя сейчас мокрого места не останется! – лицо ведьмочки потемнело, волосы наэлектризовались и, словно змеи, пугающим клубком шевелились вокруг ее головы.

Вика мгновенно оказалась на ногах и тоже выставила перед собой руки.

– Ви-и-и! – ветер завывал все громче.

Девушка чувствовала, как внутри нее быстро растет и ширится неведомая сила. От сердца, через руки, она полилась с кончиков ее пальцев. Эта сила рвалась из груди с каждым выдохом. Вике казалось, что она превратилась в огнедышащего дракона, и дыхание ее было полно разрушительной магии. Проговорила внезапно изменившимся голосом:

– А мне не нужны никакие заклинания, эта сила слушается меня и без них.

– Эй, девчата, вы чего? – лучник шагнул между девушками, встав на траектории атаки. – Успокойтесь сейчас же.

– Ее вон успокаивай! – Лира взвизгнула, и в ноги Мингиру полетел еще один искрящийся болид, отозвавшийся в горах глухим эхом.

– Вы с ума сошли! – Павел, наконец-то выбрался из снега. – В горах нельзя так шуметь. И тем более устраивать фейерверки.

И словно в ответ на его слова эхо Лириного заклинания усилилось, быстро перерастая в дальний рокот. И этот угрожающий звук очень быстро приближался к путешественникам.

– И, правда, – Мингир вытянул руки в стороны, словно пытаясь оттолкнуть девушек дальше друг от друга, – как бы беды не вышло. Склоны в этих горах недобрые, неспокойные.

– Ви-и-и! – Вика не слышала ничего, кроме предостерегающего свиста ветра. Она подняла глаза на белесое небо в надежде разглядеть там темный драконий силуэт, но увидела лишь заснеженные горные пики на фоне облаков.

Грохот усилился, на Вику посыпались крупные комья снега. Девушка, словно опомнившись, принялась испуганно вертеть головой, пытаясь определить источник угрозы. Задрала голову и успела увидеть падающую на нее массу снежной лавины. В тот же момент какая-то сила грубо рванула ее в сторону, выдергивая из-под снега. У Вики перехватило дыхание, она упала, и тут же ее накрыло сверху тяжелым снежным покрывалом. И все погрузилось во тьму.

***

Вика открыла глаза и судорожно вздохнула. Было темно, тесно, душно и холодно. Она принялась ворочаться, пытаясь хоть чуть-чуть расширить сжавшие ее тиски. Ей удалось очистить немного пространства вокруг головы и груди, но ужас ее положения не позволил сильно обрадоваться столь маленькому достижению. Вика оказалась под снегом, полностью погребенная в огромном сугробе. Девушка попыталась пошевелить руками и ногами, чтобы убедиться, что ничего себе не сломала. Боли не было, но двигаться было очень трудно, она оказалась в крепких объятиях холода. От вынужденной неподвижности Вика замерзала, чувствуя, как немеют кончики пальцев на руках и ногах. Она принялась кричать, звать на помощь, но очень быстро поняла, что задыхается в снежной ловушке. Воздух не проникал сквозь толщу снега, и если она не сможет выбраться в ближайшее время, то очень скоро потеряет сознание и погибнет.

Девушка с трудом подавила приступ паники, чувствуя, что начинает задыхаться не столько от нехватки кислорода, сколько от ужаса. Ей казалось, что весь снег с целого горного хребта давил на нее, пытаясь расплющить под своим чудовищным весом. Вика тихонько всхлипывала от страха, пытаясь копать снег перед собой, но из-за темноты и одинакового давления снега со всех сторон перестала понимать, где верх, а где низ. И будто бы вместо того, чтобы двигаться к поверхности, она лишь еще больше закапывалась.

– Мингир! – Вика еще раз позвала на помощь осипшим от страха голосом, но взамен громкого крика получился лишь сдавленный хрип. – Кто-нибудь! – она барахталась в снежном коконе, не в силах освободиться. – Уголёк! – вдруг дракон ее услышит, у него ведь наверняка очень тонкий слух.

И тут в памяти Вики всплыли слова дракона: «Я позвал на помощь, и ты единственная меня услышала…» Как же он звал ее, что она услышала его из другого мира, сама толком не отдавая себе в этом отчета? Ведь не кричал же он из своей пещеры? Нет, он делал это как-то иначе… Девушка зажмурилась и попыталась представить себе, как выглядит ящер. И вспомнить его голос. Не тот грубый рев, которым он общался вслух, а мягкий мелодичный баритон, что звучал в ее голове, когда Уголёк разговаривал с ней одной. Она потянулась к мыслям дракона, также как сделала во время переправы через ядовитую реку с Мингиром на спине. Она звала его тогда, и он ответил. Быть может, и сейчас он услышит свою подопечную?

«Уголёк! Уголёк! Уголёк!» – Вика твердила про себя имя дракона, чувствуя, что в снежной берлоге почти не осталось воздуха, а у нее почти не осталось времени.

И вот, уже совсем отчаявшись, теряя сознание от духоты, Вика уловила на лице слабое дуновение свежего воздуха и поток тепла, струящийся откуда-то сверху, сквозь толщу снежного покрова. Над ней что-то ярко вспыхнуло, и немеющими руками девушка почувствовала жесткую горячую драконью шкуру, ощутила теплое дыхание сказочного зверя, откапывающего ее из сугроба.

Уголёк осторожно подцепил полубесчувственную Вику зубами и потащил ее наверх, слегка сжав в челюстях, словно детеныша.

Первое, что Вика услышала, выбравшись на воздух, были слова Павла:

– Он сейчас сожрет ее!

Наверно, если бы не головокружение от долгого пребывания в душной берлоге, боль в обмороженных пальцах и озноб, Вика бы даже рассмеялась от этой фразы, столь часто произносимой ее спутником. Дракон осторожно положил Вику на снег и, не мигая, уставился на нее ярко-зелеными глазами, словно просвечивая насквозь. Девушка дрожала, чувствуя себя совершенно беззащитной и обнаженной под этим взглядом. Уголёк спас ее из снежной ловушки, но что теперь? Она дала ему странное обещание, и теперь дракон мог потребовать его исполнения. Страх вытеснял чувство благодарности из ее груди, и Вика принялась медленно отползать прочь от дракона, не сводя с него настороженного взгляда.

Дракон медленно моргнул и отвернулся к замершим в стороне спутникам Виктории:

– Я полагаю, что сегодня вы остановитесь на ночевку чуть раньше, – он сказал это с такой интонацией, что никто не посмел возражать, ни острая на язык Лира, ни командир лесных лучников. Мингир лишь недовольно поджал губы, скинул с плеча поклажу и принялся хлопотать над костром.

Вика смотрела на своих уставших хмурых спутников. Их одежда была в снегу, на лице у Павла красовалось несколько свежих царапин. Девушка, почувствовала укол совести: увлеченная собственными переживаниями, она даже не подумала, что остальные тоже могли попасть под лавину.

– Вы в порядке? – она спросила, стуча зубами.

Ни Лира, ни Мингир не отреагировали на ее негромкий вопрос, занятые оборудованием стоянки, чем вызвали у Вики очередной прилив ревности. Ответил Паша, снегом отмывавший кровь с рассеченного лба:

– Да, в норме. Ты ближе всех стояла, остальных лишь краем зацепило. Перепугались немного, но больше всего за тебя, – парень посмотрел на нее с искренним беспокойством, и Викина совесть заворочалась еще усерднее.

– Как долго я просидела в снегу? – девушка обхватила себя руками, тщетно пытаясь согреться.

– Не то, чтобы долго, – Паша пожал плечами. – Я, как сам выбрался, сразу начал тебя искать.

– А мне показалось, что целую вечность, – девушка вздохнула, с содроганием вспоминая несколько страшных минут, проведенных в сугробе.

Дракон опустился на снег и снова посмотрел на замершую в неловкой позе Вику. Проговорил вслух:

– Иди сюда, Ви.

– Не слушай его, Вика, он только повод ищет, чтоб кого-нибудь из нас сожрать, так, чтоб остальные не сильно возражали, – после этих Пашиных слов Викино смущение как рукой сняло. Она посмотрела на приятеля со смесью раздражения и досады:

– У него только что была прекрасная возможность сделать это, но он ей не воспользовался.

Подстегивая ее решимость, дракон продолжал:

– Не бойся, я тебя не обижу. Тебе нужно согреться.

Вика колебалась недолго. Разум говорил ей, что она должна бояться страшного хищника, но чутье подсказывало, что он не опасен. К тому же она сильно продрогла там, в сугробе, и теперь, сидя в промокшей рубашке на пронизывающем горном ветру. Ей так хотелось тепла, а дракон мог дать это тепло. Не сводя со зверя опасливого взгляда, девушка на четвереньках подползла к нему, и дракон услужливо приподнял крыло, пропуская ее ближе к телу. Ви с облегчением нырнула в блаженное сухое тепло, окутывающее дракона, и он заботливо прикрыл ее крылом с головой.

Вика свернулась калачиком под боком у дракона, чувствуя, как неприятно покалывает отогревающиеся пальчики на руках и ногах. Она сжала кулаки, чтобы уменьшить боль, и в этот момент Уголёк сунул морду под крыло, и глаза его оказались прямо напротив Викиного лица.

«Ты позволишь?» – дракон спросил и, не дожидаясь ответа, осторожно выдохнул Поток теплого воздуха на сжавшуюся подле него девушку. И словно сдул с нее все лишнее: усталость, боль в пальцах и даже обиду на Лиру и Мингира. Вика машинально продолжала сжимать кулаки, понимая, что больше не испытывает неприятных ощущений, ее руки согрелись, голова перестала кружиться, и свежий синяк на подбородке, которым она была обязана юной ведьмочке, больше не беспокоит.

– Спасибо, – девушка смущенно посмотрела в зеленые глаза-омуты. – А что ты сделал?

Дракон усмехнулся и моргнул, перестав гипнотизировать пациентку:

«Слегка поправил твой жизненный Поток… Полечил тебя», – добавил он, видя недоумение девушки.

– Так мы и будем друг дружку лечить, – Вика улыбнулась, но тут же напряглась, вспомнив последний разговор с драконом. – Я опять тебе обязана.

Уголёк помолчал немного, а потом вытащил голову из-под крыла. А в голове у Вики все еще звучал его голос:

«Спи. Завтра всем предстоит непростой день».

И Вика провалилась в сон без сновидений.