Хозяин гор

Глава 13. Грязные дела

Дальше двигались быстро и в молчании. Вика шла хмурая, то и дело поправляя свою неровную стрижку. Несмотря на заверения, ей было жаль обрезанных волос. Они с утра даже поругались с Пашей из-за них. Парнишке тоже было жалко золотой косицы, и он не преминул высказать Мингиру все, что он о нем думает из-за этой стрижки. Лучник искренне не понимал его недовольства и не воспринял всерьез эти упреки. А вот Викторию слова Павла задели, тем более, что в глубине души она была с ним согласна.

– Ты грубый неотесанный дикарь, который не способен оценить ни женской красоты, ни ума! – Павел сильно ревновал Вику после того, как она вечером самозабвенно перевязывала лучнику рану, и теперь в запале ревности жаждал высказать Мингиру все скопившиеся претензии.

Стрелок лишь небрежно повел плечами в ответ на его слова:

– Ты, ценитель женской красоты, лучше по сторонам смотри внимательнее. Не ровен час, опять тебя спасать придется.

Паша открыл было рот, но Вика не дала ему высказаться. Вместо этого она сама выдала возмущенную тираду в защиту Мингира. И вот теперь, как и три года назад, ей опять было стыдно за свои слова. Однако сказанного не воротишь, и девушка угрюмо топала по горной тропке, глядя лишь себе под ноги.

Мингир шел, то и дело озираясь по сторонам, но преследователи пока что не давали о себе знать. Если бы не нервозность лучника, что передалась Виктории, она бы ни за что не заподозрила слежку. Лоис, тоже не видел опасности, о которой предупредил Мингир, и потому вскоре расслабился, перестав затравленно оглядываться на каждом шаге. Павел, все еще переживая утреннюю ссору, тащился замыкающим и по сторонам не смотрел вовсе.

Поначалу идти было не очень трудно, но вскоре тропа круто забрала вверх, и начался настоящий подъем. При каждом шаге Вика делала рывок, словно взбираясь по высоким ступеням, и быстро запыхалась. Ей приходилось останавливаться чуть ли не каждый десяток шагов, и уже очень скоро последней двигалась она. Паша, как уроженец горного края, все-таки был более привычен к подобным восхождениям, хоть и он тоже шел медленно, с трудом переводя дыхание.

– Этак мы долго ползти будем, – Лоис остановился, недовольно оглядывая спутников, и упер руки в бока. – Нас не только лазутчики, любой малый ребенок догонит.

– Да, мы никуда и не торопимся, – Мингир неожиданно вступился за своих подопечных. – Соглядатай, ежели хотел бы, дал о себе знать, пока мы беспомощные сидели на ночевке. Голыми руками брать можно было. А теперь уж коли хоронится, значит, нападать пока не собирается.

– И долго нам еще ТАК подниматься? – Вика в изнеможении оперлась на коленки, чуть наклонившись вперед. Голова кружилась от недостатка кислорода, сердце трепыхалось у самого горла, так и норовя выпрыгнуть наружу.

Лоис махнул рукой куда-то вперед и вверх. Там обманчиво близко маячил каменистый перевал:

– С такой скоростью хорошо, если к середине дня доберемся до первого перевала.

– Еще полдня подъема? – Вика страдальчески нахмурила лоб.

– Нет, ну что ты, – рыжий проводник усмехнулся. – Подъем теперь будет все время. – Видя вытянувшееся Викино лицо, он развеселился еще больше. – До тех пор, пока не перейдем на ту сторону гор. Тогда пойдем вниз, но я бы на твоем месте не сильно радовался спуску.

Лоис ушел вперед, за ним с упрямым молчанием двинулся Павел. Мингир чуть задержался, поджидая Вику. Протянул ей руку:

– Цепляйся, так полегче будет.

Девушка с сомнением покосилась на его перевязку. Сквозь белую ткань проступали кроваво-бурые пятна. Вымученно улыбнулась и покачала головой:

– Сама справлюсь, тебе нужна свобода действий, если вдруг на нас нападут.

И показательно бодро продолжила подъем. Мингир ничего не сказал, молча признавая Викину правоту, и пошел замыкающим.

К полудню они не добрались до указанной Лоисом точки. Солнце перевалило зенит, а четверо путников все еще поднимались. Рощица закончилась, и теперь они шли по самому солнцепеку. По счастью, предгорья изобиловали родниками, и нехватки питьевой воды путешественники не испытывали.

Вика чувствовала себя донельзя измотанной. Когда она принимала решение идти в горы искать волшебника, ей даже в голову не приходило, что путь окажется так непрост. Легко планировать путешествие, глядя на горы из окошка уютного дома. Да, даже со спины вьючной лошадки дорога не казалась такой сложной. Вика тяжко перевела дыхание: у нее были нехорошие подозрения, что настоящие трудности еще даже не начались.

Наконец, перевал остался позади, и перед путниками раскинулась буро-коричневая котловина, по которой, слово игрушки неведомого великана, были разбросаны огромные камни причудливой формы. Дорога петляла между этими валунами, постепенно теряясь из виду.

– Что-то я дальше тропы не вижу, – Мингир озвучил Викины сомнения, обозревая открывшуюся картину.

– Да, есть она, – Лоис небрежно отмахнулся. – Просто почва здесь текучая, следов не держит.

– Это ведь хорошо? – Павел неуверенно осматривал окружающий ландшафт, радуясь небольшой передышке. – Что следов не останется.

– Хорошо-то хорошо, да только наши попутчики не по земному следу идут, – лучник вздохнул.

– Что значит, почва текучая? – Вику насторожило подобное определение.

– Текучая, значит, что она течет, – Лоис попытался состроить умную физиономию, но видя Викино скептическое выражение лица, понурился. – Земля здесь нетвердая.

Вика осторожно попробовала ногой бурую почву. Она была мягкой, подошва сапога утонула, и девушка с усилием выдернула ногу обратно:

– Похоже на застывшую грязь, – она брезгливо скривилась.

– По грязи будем шлепать? – Мингир недовольно нахмурился. – Хофф говорил, что это безопасная тропа.

– Так и есть, – проводник неуверенно пожал плечами. – Мы тут не единожды ходили.

И первым сделал шаг в грязевую топь.

Следующий час путешественники потратили, сражаясь с вязкой грязью, тяжелыми комьями налипающей на обувь. Каждый шаг приходилось буквально отвоевывать, с трудом выдергивая ноги из липкой глины. Над котловиной курился характерный резкий запах сырости и тухлых яиц.

Наконец, Мингир не выдержал:

– Эй, проводник. Ты нас часом не в трясину ведешь?

– Нормально все, здесь есть тропа, – в голосе Лоиса уверенности было все меньше.

– Нет здесь тропы! – лучник резко остановился, сурово сдвинув брови. – Стоять всем!

Мингир шел последним. Двигавшаяся перед ним Вика тут же замерла. Ее не нужно было просить дважды. Ей казалось, что каждый сапог весил целую тонну, так тяжело было вытаскивать его из плена грязевой трясины, и она уже порядком устала сражаться с собственной обувью. Павел сделал еще пару неуверенных шагов и тоже остановился, а вот Лоис упрямо продолжал путь:

– Говорю вам, тут тропа. Мы по ней не раз…

И в этот момент рыжий проводник, сделав очередной шаг, провалился по пояс в жидкую грязь. Вика коротко вскрикнула, прикрыв рот, Павел рванулся было на помощь проводнику, но его остановил резкий окрик Мингира:

– Замри на месте!

Павел послушно застыл, и лучник уже спокойнее добавил:

– Компанию ему решил составить?

Парень закусил губу, понимая, что чуть не сделал непростительную глупость. Мингир опустился наземь и, вытянувшись во весь рост, осторожно пополз по грязи к неудачливому охотнику.

– Вот бы посох твой сейчас пригодился, – посетовал лучник, проползая мимо Вики.

– Чем помочь? – девушка испуганно смотрела на завязшего в грязи Лоиса. Проводнику хватило смекалки не дергаться, спокойно дожидаясь помощи, и теперь он затравленно глядел на приближающегося Мингира.

Стрелок снял с пояса моток веревки и кинул Вике конец:

– Обмотай вокруг себя. Если что, будешь тянуть нас обоих.

Девушка с готовностью кивнула и принялась непослушными пальцами завязывать узлы на талии.

– А мне? – Павел не менее испуганным взглядом следил за перемещениями лучника.

– Стоять спокойно и не дергаться, – Мингир даже головы не повернул в его сторону.

Лучник благополучно преодолел расстояние до Лоиса и кинул ему второй конец веревки. Охотник зафиксировал его под мышками, и Мингир пополз обратно, рывками вытягивая того из грязевой ямы. Вика следила за их движениями, вытянув голову и привстав на цыпочки от волнения. Она сделала неосторожный шаг в сторону, еще один. И в тот момент, когда Лоис уже добрался до Мингира, и оба они ползком двигались прочь от опасного места, Вика, почувствовала, что под ее левой ногой нет опоры. Она неловко взмахнула руками, рванулась в сторону, пытаясь перенести вес тела на твердую почву, но поскользнувшись, целиком провалилась в яму, заполненную жидкой грязью.

Тягучая темная жидкость сомкнулась над ее головой, и Вика оказалась в кромешной тьме. Казалось, будто она зависла в невесомости, не чувствуя ни веса своего тела, ни температуры окружающей жижи. Ее захлестнул леденящий липкий страх. Девушка дернулась, попытавшись грести руками и плыть, но густая грязь сковывала движения, давила на грудь. Казалось, еще мгновение, и Вика погибнет от ужаса, не имея возможности, ни двигаться, ни видеть, ни дышать…

Резкий рывок – и голова Вики оказалась над поверхностью болота. Она глубоко вздохнула, хватая ртом пропитанный зловонием воздух, который показался ей слаще любого нектара. Мингир крепко держал веревку, которой Вика обвязалась, чтоб подстраховать его. Еще рывок, и вся Вика целиком показалась на неверной болотной тропе. Правда, сапоги ее так и остались в глубине трясины.

Спасители осторожно подползли к ней. Оба, и Лоис, и Мингир, были с ног до головы перемазаны коричневой болотной жижей, чистым оставался только Павел, не участвовавший в спасательной операции. Вика смотрела на них, с ужасом понимая, что сама она выглядит не лучше, с головой искупавшись в болоте. Как настоящая женщина, даже на краю гибели она думала о своей красоте.

Вику трясло, зубы выбивали мелкую дробь от пережитого шока и озноба. Девушка промокла до нитки и теперь на холодном горном ветру мгновенно продрогла. Мингир бегло осмотрел ее и, не увидев серьезных повреждений, удовлетворенно кивнул:

– Хорошо, что ты завязала добрый узел. Он тебе жизнь спас.

– Это ты мне жизнь спас, – Вика выдавила из себя, стуча зубами.

– Я же твой телохранитель, – лучник сдержанно улыбнулся и принялся распутывать связывающую их веревку.

– Ну, и видок у вас у всех. И запах соответствующий, – Павел стоял на твердой части тропы и, скривившись, смотрел на ковыряющихся в грязи спутников.

– Помолчал бы, умник, – Лоис вскинулся на него, но Мингир тут же пресек готовую начаться ссору:

– Вообще это ты нас сюда завел, так что нечего на парня фыркать. Скажи спасибо, что цел остался.

– Спасибо, – охотник процедил сквозь зубы.

– Фу, запах действительно чудовищный, – Вика брезгливо сморщила нос. Вонь над грязевым болотом быстро усиливалась, словно набирая густоту и тяжесть.

– Чую, не к добру это, – Лоис проговорил и тут же, словно в подтверждение его словам, на болоте прямо в центре котловины начал вспухать огромный грязевой пузырь.

***

Пузырь вырастал над топью, словно гигантский нарыв, вот-вот готовый вскрыться. Путники, завороженные невероятным зрелищем, застыли, глядя на проснувшийся грязевой вулкан. Первым опомнился Мингир. Он схватил Вику за руку и бросился по тропе в обратную сторону. Лоис тоже быстро сообразил, что ничем хорошим это зрелище не грозит. Павел, чертыхаясь и оскальзываясь, рванул следом за всеми.

Болотный волдырь все рос, словно надуваемый изнутри неведомой силой. И вот, достигнув размеров двухэтажного дома, он, наконец, прорвался, исторгнув из себя поток жидкой грязи.

– Быстрее, пока нас не накрыло! – лучник на бегу крикнул остальным.

Легко сказать, быстрее, но бежать по вязкой топи было невероятно трудно. Волна липкой жижи катилась вслед путешественникам, и краешек ее уже почти достиг последнего из них.

– Мы утонем! – Павел истерично взвизгнул, через плечо обернувшись на неотвратимо накатывающую погибель.

– Туда! – Лоис вытянул руку в сторону ближайшего валуна, возвышавшегося над грязевым болотом.

Мингир, резко дернув Вику за руку, побежал к спасительному камню. Стрелок практически волоком тащил за собой босую девушку, благо он был выше и значительно сильнее ее. Наверно, если бы Вика не смогла бежать, он бы попросту унес ее в охапке.

И в тот момент, когда казалось, что спасение совсем близко, бежавший позади Павел запнулся, коротко вскрикнув, и кубарем покатился в грязь.

– А, чтоб тебя! – Лоис резко затормозил, тоже едва не оступившись, и повернулся к упавшему. Мингир оглянулся на крик, но останавливаться не стал.

Павел не смог подняться сразу, барахтаясь в грязи, разбрызгивая ее во все стороны. Охотник бросился к нему на помощь.

До лежавшего Павла Лоис и поток грязи добрались одновременно.

Парнишка умудрился встать на четвереньки и почти уже поднялся, когда тугая волна настигла его, и он, поскользнувшись на текучем потоке, снова упал лицом в грязь. Парень отчаянно рванулся, с чавканьем выдрав тело из вязкого плена.

– Руку давай! – Лоис устоял на ногах, и теперь пытался поднять Пашу. Оба они были с ног до головы испачканы скользкой вулканической грязью, и охотник никак не мог ухватить ладонь приятеля.

– Не бросай меня! – парнишка вновь попытался встать на ноги, протягивая Лоису руку. Уровень зловонной жижи поднимался все выше, доставая уже до колена.

– Живее! Шевелись! Отдыхать потом будешь! – понимая, что время на исходе, охотник схватил Павла за шкирку и рывком поставил на ноги. Хватаясь друг за друга, с трудом держа равновесие в прибывающем потоке вулканической грязи, они побрели к скале, с трудом переставляя ноги.

Мингир и Вика к этому моменту достигли валуна, и лучник практически зашвырнул на него девушку. Вика вцепилась в скользкий камень, обламывая ногти, сбивая в кровь костяшки пальцев, и, вжавшись в него всем телом, поползла вверх. Следом за ней на камень запрыгнул Мингир, однако не последовал за девушкой, задержавшись внизу и поджидая остальных беглецов.

– Быстрей! – он с тревогой глядел на товарищей, понимая, что и без его понуканий они старались изо всех сил.

Лучник снял с пояса моток веревки, которая уже дважды за сегодня спасала жизни, и, размахнувшись, кинул ее конец несчастным пленникам грязевой пучины. Охотник поймал веревку с первого раза и тут же принялся наматывать ее на плечи.

– А я?! – Павел тоже потянулся к спасительному канату.

– На, держи. Только не ной! – Лоис сунул Павлу в руки оставшийся свободным конец, и парнишка намертво вцепился в него.

– На пояс намотай, не удержишь ведь, – Лоис покосился на приятеля и, используя веревку в качестве опоры, принялся шаг за шагом подтягиваться по ней к валуну.

Мингир едва держался под весом двоих человек: на скользком камне не за что было уцепиться, и он то и дело рисковал сорваться и составить им компанию.

Наконец, Лоис и Павел, бредя уже почти по пояс в густой грязи, добрались до спасительного островка. Одного за другим лучник вытащил их на камень и сам поспешил забраться повыше.

А грязь все прибывала. Невероятный вулкан извергал из своих недр потоки коричневой дурнопахнущей жижи, и ее уровень достиг уже середины высоты валуна, который послужил убежищем для путешественников. Из образовавшегося в центре котловины кратера толчками вытекало содержимое земных недр, и, казалось, что ему не будет конца. Наконец грязевой поток запузырился, словно вскипая, и скорость его истечения уменьшилась. Пузырей было все больше, а грязи, наоборот меньше. И вот, когда болотная жижа поднялась уже почти до самого верха спасительного камня, грозя захлестнуть его целиком, извержение остановилось, и грязевой поток иссяк.

Вика доползла до вершины и в изнеможении вытянулась на плоском камне. Ее ноги были облеплены тяжелыми кусками быстро засыхающей на воздухе глины, с одежды стекали тягучие бурые струйки, волосы слиплись в единую грязевую массу. Ветер быстро высушивал ее, и слой глины превращался в корку, неприятно стягивающую кожу. Девушка поморщилась от болезненных ощущений на лице, но от этого движения ей стало только хуже. Казалось, будто лицо покрыто жесткой маской. Она подняла голову, чтобы проверить, добрались ли остальные до камня, и вздрогнула, встретившись взглядом с темно-фиолетовыми глазами незнакомца.