Хозяин Драконьей гряды

Глава 20

— Ты сумасшедшая.

— Мне это уже говорили.

— Мало, видимо.

— Нет, достаточно.

— Сомневаюсь.

— Не сомневайся. Лучше помоги в эту дырку пролезть. Кажется, я застряла…

— Жрать надо меньше!

— Сколько дают — столько и жру! — огрызнулась, не выдержав.

Шип достал своим нытьем! Ну что за нечисть такая? Ноет и ноет, будто ему платят за это!

Уже час ползем по какому-то тоннелю, где не видно ни зги. Зато по стенам стекает вода, воняет плесенью и ползают слизняки. Я весь подол грязью испачкала. А тут ко всему прочему еще и застряла, ни вперед, ни назад.

Сзади в мою несчастную пятую точку что-то уперлось. По ощущениям — целое бревно. До ушей донеслось бормотание: то ли ругань, то ли благословение. А потом толчок бревна уверенно послал меня вперед.

Я вылетела из узкого тоннеля как пробка из бутылочного горлышка. Приземлилась на четыре конечности и выдала все, что думаю об одном мелком гаде.

— Ты же хотела попасть в спальню Леврон так, чтобы никто не заметил? — съехидничал он, глядя, как я поднимаюсь и отряхиваю грязные юбки. — Вот, считай что попала.

При падении я немного стесала кожу на ладонях о каменный пол. И теперь они неприятно саднили. Пронзив Шипа убийственным взглядом, поплевала на ранки. Надеюсь, никакой заразы не подцеплю.

Вытерла руки о нижние юбки и огляделась.

— Где это мы?

Тоннель вывел прямо к стене, сложенной из серых булыжников. Но я-то уже видела стены, которые вовсе не стены, а тупики, которые легким движением руки превращаются в проходы.

— Там комната гувернантки, — Шип указал на стену. — Все, как ты хотела.

— Отлично. И как мне туда попасть?

— Нажми на выступающий камень. Проход откроется.

— А дальше? Мне же нужно, чтобы она спала, а не вскочила с воплем, едва я войду.

— Вот так всегда! Обо всем самому думать надо, — проворчал Шип. — На вот, держи.

Он всучил мне кристалл размером с куриное яйцо. Похожий на те, что были в светильниках, только другой огранки и абсолютно прозрачный.

— Что это? — я едва не упустила его.

— Агрон! Ты же хочешь запечатлеть лик химеры? Вот, это записывающий артефакт. Возьмешь за оба конца и повернешь по часовой стрелке. Он активируется. Повернешь против — сохранит запись. Записывающий луч направишь ей на лицо. Чем ближе будешь стоять, тем меньшим будет охват и выше четкость. Все поняла?

— Угу… — я настороженно покрутила артефакт в руках, потом уставилась на Шипа. — Так, а в чем обещанное магическое действие, если я все сделаю сама?

— Я накрою тебя защитным полем. Химера не учует твое присутствие, даже если ты подойдешь к ней вплотную. Но предупреждаю! У тебя всего десять минут. На больше меня не хватит.

Прижимая агрон к груди, я приблизилась вплотную к стене. Закусила губу и окинула кладку придирчивым взглядом. Где тот камень выступающий? А, вот, кажется.

Жутко было до дрожи. Но раз уж я здесь, раз уж проделала такой путь и решилась на это безумство, то бессмысленно отступать. Нет, теперь только вперед. Что бы там, впереди, не ждало!

Я вышла из ниши между пилястр. Замерла, вглядываясь в полумрак. Комната Леврон встретила тишиной, в которой отчетливо слышался стук хронометра, и странным запахом.

Спальня гувернантки располагалась на одном этаже со спальнями девочек. Когда глаза привыкли к слабому свету, проникающему сквозь легкие шторы, я рассмотрела неброскую меблировку. Скучный ковер на полу, скучная мебель. Ни вазочки с цветами на столе, ни рюшек на шторах, ни резьбы на дверцах шкафа. Все поверхности идеально чистые, нигде ничего не валяется. Ни брошенного второпях платочка, ни недочитанного романа.

Идеальный порядок. Такой же враждебный и безликий, как и хозяйка.

И что-то подсказывает:, дело тут не в химере. Просто Эмма сама по себе такая. Старая дева, чопорная, вечно недовольная, обиженная на весь свет за неудавшуюся судьбу. Может, именно потому зло так легко нашло путь в ее сердце?

Осторожно ступая, почти не дыша, я приблизилась к кровати. Ни одна половица не скрипнула под моими ногами, Шип не обманул. Оставаясь настороже, заглянула Эмме в лицо.

Леврон лежала поверх покрывала, вытянувшись, как покойник. Спина прямая, руки вдоль тела, нос задран вверх.

Наверное, именно в такой позе лежат королевы в гробу.

Бр-р-р! Даже озноб пробрал до мурашек.

Во сне черты гувернантки немного расслабились, но хмурая складка между бровей и две глубокие линии, идущие вниз от крыльев носа, остались на месте. У нее было маленькое птичье лицо, круглые глаза, тонкие губы и крючковатый нос. А еще желтая кожа и почти полное отсутствие ресниц и бровей. Нет, она их не выщипывала, просто они были такими белесыми, что почти незаметными. И вся Эмма казалась бесцветной. Собственной тенью.

Ее плоская грудь мерно вздымалась. Над телом стоял сладковато-приторный запах. Он удивил меня, когда я вошла. И это, скорее всего, не духи…

Я наклонилась ниже, вглядываясь в лицо соперницы. Да, Эмма была моей соперницей. Все эти годы она мечтала получить то, что по прихоти неизвестных богов досталось мне.

Габриэля.

И существо из Разлома пообещало, что исполнит это желание в обмен на…

На что? Это мне еще предстоит выяснить.

Ноздри Эммы затрепетали, втягивая воздух. Глазные яблоки под плотными веками заметались, словно ей снился сон.

Я застыла, судорожно сжав артефакт.

Только бы она не проснулась!

Меня обуял животный страх. Страх быть застуканной здесь, в ее спальне.

Ресницы женщины дрогнули, казалось, она вот-вот откроет глаза. Но вместо этого ее лицо на миг болезненно скривилось, из груди вырвался стон, а потом сквозь черты проступил лик чудовища.

Я ждала этого. И все же невольно отпрянула, едва успев задушить крик ладонью.

Химера смотрела прямо на меня. И в отличие от носителя, она не спала.

В тех книгах, что мне удалось просмотреть, о химерах было сказано много. В частности, там говорилось, что все они паразиты. Энергетические сущности, не имеющие собственной плоти. Они вселяются в чужие тела, завладевают чужим разумом, преображают чужую плоть так, как им нужно. Даже если это плоть мертвеца…

Так что у меня нет гарантии, что Эмма жива до сих пор, и эта тварь не завладела ее разумом полностью.

Взгляд химеры столкнулся с моим. Два бездонных провала, из глубин которых на меня смотрело настоящее зло в самой жуткой своей ипостаси.

Но Шип ведь сказал, что она не учует меня! Неужели ошибся? Или отведенное им время подходит к концу?

Я рефлекторно сжала пальцы вокруг агрона. Острый пик кристалла впился в ладонь, приводя меня в чувство. Опомнившись, начала лихорадочно крутить артефакт. Верхнюю часть вправо, нижнюю влево, как учил Шип.

Что-то тихонько щелкнуло под моими руками. Кристалл разделился на две половинки, соединенные графитовым цилиндром толщиной с палец. Из цилиндра вылетел лучик света, развернулся веером, рассеялся, и я, помня о наставлениях нечистика, направила его на лицо Эммы.

Химера продолжала таращиться. Только теперь я заметила, что смотрит она вовсе не на меня. Больше того, она меня даже не видит! Взгляд бессмысленный. Устремлен в никуда.

Шип свое дело знает!

«Уходи! — ворвался в мои злорадные мысли голос подельника. — Время кончается!»

А ведь и правда! Я здесь уже слишком долго!

Непослушными пальцами защелкнула агрон. Луч света погас, а я метнулась к стене, где зиял тайный ход. И уже хотела войти, как что-то заставило притормозить.

Мне на глаза попался угрюмый шкаф. Несмотря на идеальный порядок, его дверцы были чуть приоткрыты, из щели между ними торчал кусок ткани. Недолго думая, свернула к нему.

«Не вздумай!!!»

Но я уже нагнулась и, ухватив ткань пальцами, потянула на себя.

Дверцы скрипнули, распахиваясь настежь, и на меня свалилась куча тряпья. Грязного, заскорузлого, покрытого жуткими пятнами. В нос ударила тошнотворная вонь…

Кровь. Вся одежда пропахла кровью.

Я впала в ступор, поняв, что держу в руках окровавленную шаль. И тогда до меня дошло, что за запах пропитал эту комнату.

Запах гниющей плоти.

«Очнись! — заорал Шип в самое ухо и даже стукнул меня по макушке чем-то невидимым, но весьма ощутимым. — Быстро! Запихивай тряпки назад, как было!»

Почти не соображая, я подчинилась. Непослушными руками начала заталкивать одежду в недра шкафа, но она, как заговоренная, лезла назад.

Наконец, мне удалось запихнуть все и даже захлопнуть дверцы.

За моей спиной скрипнул матрас.

Химера!

«Беги!!!»

Сорвавшись с места, я бешеным зайцем прыгнула через проем. Успела ударить по камню и оглянуться, чтобы в последний момент перед тем, как закрылся проход, увидеть Эмму.

Та сидела, свесив с кровати худые ноги, и смотрела в мою сторону. Ее глаза оставались закрытыми, но рот улыбался. От этой кривой ухмылки мне стало не по себе.

— Дура! — набросился Шип, едва мы оказались в спасительной темноте. — Едва не попалась!

— Ну, не попалась же.

Я так обрадовалась, что вернулась цела и с уликой, что даже не оскорбилась. Только сердце выпрыгивало из груди, да руки тряслись. А еще, кажется, у меня прибавилось седых волосков. Впрочем, под краской не видно.

На ослабевших ногах сползла по стене и прикрыла глаза. Надо бы отдышаться.

— Ты даже не представляешь, что натворила! — продолжал разоряться Шип. — И каких усилий мне стоило продержать защиту еще пять минут, пока ты это тряпье назад в шкаф запихивала! Теперь все, я устал!

— И что ты мне предлагаешь? — открыла один глаз. — Нести тебя на руках?

Надутый шипшик меня совсем не впечатлил. Уж не больше, чем химера в теле Леврон, или кровавые тряпки. Боюсь, то, что я там увидела, будет сниться мне еще месяц.

— Да! Неси меня, если хочешь, чтобы я помог скрыть следы преступления. Если химера учует, что ты приходила — не доживешь до утра!

А вот это было серьезным заявлением.

— Она не посмеет, — пробормотала я, холодея.

— Посмеет, — Шип бросил на меня колкий взгляд. — Этой твари отправить тебя на тот свет — раз плюнуть. Один удар челюстями — и твоя безмозглая черепушка расколется как орех!

— Почему же она до сих пор этого не сделала?

— Потому что она не такая дура, как ты! И в своей тарелке не гадит.

В его словах был резон.

— Уговорил.

Вздохнув, я подхватила его на руки, и мелкий гад тут же устроился у меня на плече. Потом подумал и обернулся вокруг шеи мягким теплом. Будто шарф из густой темноты.

Обратный путь показался короче, а тоннель шире. Он привел меня в библиотеку, откуда и начались мои ночные мытарства. Тайная дверь скрывалась за книжным стеллажом, и я сама ни за что бы не догадалась, где ее искать.

Меня немного настораживало, что Шип так хорошо знает замок. Лучше, чем законный хозяин. Но пока он на моей стороне, все его знания мне только на руку.

— Агрон нужно спрятать, — пробормотала, оглядываясь. — И точно не в моей спальне!

Конечно, был еще вариант сразу вручить его Габриэлю, но я решила повременить до утра. Заодно успокоюсь, обдумаю дальнейшую тактику. Просчитаю все варианты.

В библиотеке царила ночная мгла, только Кодекс на аналое немного светился. Каждый раз, когда я приходила сюда, эта странная книга тянула к себе. И я с трудом сдерживала желание подойти, потрогать кожаный переплет, погладить страницы…

Но память о том, что случилось в прошлый раз, была еще слишком свежа. Эта книга несла в себе что-то магическое, и я не была уверена, что смогу справиться с этим.

Но сейчас я устремилась в сторону аналоя. «Хочешь что-то спрятать — спрячь на виду!» Вот так и поступим.

— Эй, что ты задумала? — занервничал Шип.

Ему Кодекс явно не нравился.

— Успокойся, или задушишь меня, — прохрипела я, пытаясь немного ослабить его хватку на моей шее.

— Ой, прости. Забыл, что вы такие хрупкие.

— Кто это «вы»?

— Человечки!

Переругиваясь с ним, я приблизилась к Кодексу, простукала стенки аналоя и удовлетворенно выдохнула. Внутри он был пустой. Я подозревала об этом.

— Шип, как эта штука открывается? — пробормотала, ощупывая резьбу.

— Нажми на основание с двух сторон. Вот так. Да нет, эту руку дальше. Клади на центр. А эту сюда, ближе. Еще чуть-чуть… Жми!

Я услышала сухой щелчок, а потом одна из стенок дрогнула и вышла из пазов. Едва заметно, но мне хватило. Я подтолкнула ее, и она опустилась вниз, открывая небольшую темную нишу внутри аналоя.

— Кстати, — пришла на ум внезапная мысль, — это ты мне помог в прошлый раз?

Я вспомнила о том странном оцепенении, что напало на даргов и позволило мне в первую ночь пробраться в комнату к сыну.

— Это вопрос? — проворчал тот. — Солнце еще не взошло.

— Запиши на мой счет. Ты усыпил даргов несколько дней назад?

— Пф! — Шип раздулся как шарик. — Это ж дарги! Я могу накрыть тебя покрывалом невидимости и помочь прошмыгнуть мимо охраны. Но усыпить даргов — нет, это не в моих силах.

— Тогда, что это было? Не сами же они впали в оцепенение.

— Ну… у меня есть кое-какие догадки.

— И?

— При других обстоятельствах я бы сказал, что это дело лап Шеннасайн.

— Духа замка?

— Да. Но она спит, магия спит, так что…

— Она? — от удивления я чуть не выронила кристалл. — Шеннасайн — она?

— А тебе никто не сказал? — Шип довольно прищурил глазки. Потом проворчал: — Дарги! Конечно, дух-хранитель замка — это «она».

— А вот с этого места прошу поподробнее.

— Отдам за второй вопрос.

— Вымогатель!

— Потомственный коммерсант.

— Хорошо, твоя взяла. Пусть будет второй вопрос. Но сейчас ты выложишь все, что знаешь, иначе нашей сделке конец.

— Ты не можешь от нее отказаться!

— Могу. — Я мстительно усмехнулась. — Просто не буду больше просить твоей помощи, выброшу агрон и через два дня уеду в Эссеор.

— Ты не сможешь…

— Смогу. Ты еще не знаешь, на что я способна.

Честно говоря, я сама не знала, на что способна. Последние события, сама смена мира и тела изменили меня. Я себя не узнавала. И немного побаивалась собственной прыти.

С минуту мы сверлили друг друга взглядами. Шип сдался первым. Тяжко вздохнул и даже немного сдулся:

— Ладно, твоя взяла. Нарг-та-Рин особенный замок. У него есть Хозяин и Сердце. А еще Хозяйка и Душа. Так вот Шеннасайн — душа замка, но чтобы пробудиться и обрести истинные силы, ей нужно тело — Хозяйка.

Понимание накрыло меня теплой волной.