Дракон на закуску

Глава 16

Встала я совершенно разбитой. Все тело ломило. Оказалось, что лежала я на жесткой кушетке. Кто-то накинул на меня покрывало, которым обычно украшали заправленную кровать. Оно было жестким и колючим. И плохо согревало. Комната была не той, в которой я очнулась накануне. Она не была так богато обставленной, как предыдущая. И принадлежала кому-то менее важному.

Кое-как поднявшись, я дошла до ванной. Небольшая комнатка облицованная желтоватой плиткой могла похвастаться унитазом, крохотной треугольной раковиной в углу и душевой, отгороженной от остального помещения занавеской. В ящичке на стене лежало мыло в картонной упаковке, запаянная в пакет зубная щетка и порошок в баночке.

К моей удаче на крючке нашлось чистое полотенце. Оно было застирано без кондиционера и явно пересушено. От этого ткань была жесткой и царапала кожу. Но это не было важно.

Я переступила через бортик душевой и открыла кран. Из растрескавшейся пластмассовой лейки потекла жидкость. Поначалу она была ржавой, но вскоре посветлела. Не дожидаясь, когда сольется холодная вода, я встала под струю. В сливе собралась грязь, которую с трудом отскребла от лодыжек.

Из узкого окошка, расположенного под самым потолком, проникал рассеянный сумеречный свет. Но мне было его достаточно, чтобы рассмотреть свое осунувшееся лицо в небольшом потемневшем по углам зеркале. Выглядела я скверно. Волосы сбились вокруг нескольких веточек и листьев, застрявших в них, и образовали колтун. К счастью, мне удалось разобрать влажные пряди и привести их в порядок с помощью плоской расчески с редкими зубцами.

Обернувшись в короткое полотенце, я вышла в спальню. В угловом шкафу нашлась выцветшая форма прислуги. Платье было великовато. К воротнику и манжетам были пришиты ленточки дешевого кружева. Блеклый серый цвет придавал мне еще более жалкий вид. Но я была благодарна, что не остаюсь голой. Странно, что вчера мне было плевать на это. Я легко сбросила одежду перед незнакомцем, и потом не стеснялась взглядов чужаков. Но тогда я спасала свою жизнь. Сейчас же я опять была в человеческой ипостаси. Даже ногти вернулись в свои лунки.

Сейчас я казалась себе почти такой же, какой была до побега в Аннинск. Удивительно, что мать не заставляла носить меня форму горничной. С нее бы сталось унизить меня таким образом.

Входная дверь была заперта, окно забрано решеткой. Буквально в метре от него высился глухой забор. От такого вида стало жутко. Не хватало только цепи и ошейника.

В этот момент дверь со скрипом отворилась и на пороге показался мужчина, встретить которого я не была готова.

- Ты? – выдохнула ошарашенно.

- Разве так надо встречать родню? - мужчина шагнул в комнату и развел руки в стороны.

- Не смей... – начала я и осеклась.

Дыхание сперло, сердце учащенно забилось. Я с трудом заставила себя остаться на месте и не попятиться.

- Ты можешь снова называть меня папой.

- Нет, - для надежности я мотнула головой. – Ты мне никто и сам это прекрасно знаешь.

- Дорогая…

- Не смей, - повторила я с нажимом.

- Я пришел поговорить и объяснить тебе, что происходит.

Я хотела уже сказать ему пару не самых ласковых слов, но передумала. В конце концов мне и впрямь нужно было узнать, зачем я тут оказалась.

- Говори.

Отец остановился, явно растерявшись. Потом хмыкнул и отодвинул от стены стул, чтобы сесть на него. Тем самым он перекрыл мне дверной проход. Не думаю, что это вышло случайно. Оборотень был мужем моей матери, а значит, умел быть хитрым.

- Как устроилась? – мужчина оглядел комнату, демонструя интерес.

- Ближе к делу, - оборвала я попытку завязать светскую беседу.

Волк скривился и обиженно выдал:

- Ты очень похожа на свою мать.

- Она так не считает, - хмыкнула я.

- Ирма просто не видит очевидного, - мужчина улыбнулся, обнажив крепкие клыки. – А я вот смотрю и понимаю, что у вас много общего. Только твоя мать могла так просто поставить меня на место. Теперь и ты сумела.

Хотя когда-то я мечтала походить на мать, но сейчас мне не понравилось сравнение.

- В таком случае она не отказалась от меня, - выпалила я раньше, чем сумела совладать с собой.

- Не обижайся на нее, дорогая, - протянул отец покровительственным тоном.

- Не указывай мне, - зло прошипела я. – Ты не имеешь никакого права вести себя так.

- Я твой папа.

- Стоило помнить об этом, когда ты отказался от дефектного потомства. Или когда решил игнорировать мое существование.

- Дорогая…

- Или когда на пару с матерью продал меня вожаку. Как жертву! – я ткнула в его сторону пальцем.

- Все было не так, дорогуша, - мужчина сцепил ладони в замок. – Ты все неправильно поняла.

- Просвети меня.

Гость нервно дернулся, словно собирался оглянуться, но сдержался в последний момент. Вернул мне свое внимание и снова попытался изобразить улыбку. Я заметила, что отец постарел. Он осунулся, под глазами залегли темные круги, носогубная складка сделалась глубже, углы самих губ опустились. Его обычно ухоженные волосы торчали во все стороны спутанными неровными прядями. А белые зубы казались желтыми, как и кожа на пальцах. Отец явно злоупотреблял курением, чего раньше за ним не наблюдалось. Об этом говорил и душный запах, который исходил от его одежды. Хотя к нему еще примешивался кислый дух пота.

Стало не по себе от этих изменений в облике отца. Прошло так мало времени с нашей последней встречи и странно, что он успел себя так запустить.

- В нашем городе есть свои законы, - начал волк, закидывая ногу на ногу. – Весь город подчиняется одному вожаку. Ему присягают все – ведьмы, оборотни, немертвые.

- Я знаю об этом.

- Вожак в городе и мэр и судья и палач. Бывший глава правил более сорока лет. А до него был другой, который был хозяином тут почти полвека. Никто из молодых уже не помнит иных правил. Мы давно пришли к мнению, что это лучший способ управления для поселения без людей. Иначе нам не выжить.

- Я считаю по другому.

- Ты слишком мала…

- Хватит, - я махнула рукой, призывая ее замолчать. – Ты пришел читать мне лекции? Пытаешься обратить меня в свою веру? Я давно поняла, что родилась в городе, где царит мракобесие. Но нашла себе новый дом и соседей, которые не гнобят своих детей и не приносят жертвы.

- Хватит! – рявкнул внезапно раздавшийся в плечах отец.

Он вскочил на ноги, опрокинув стул, и сжал огромные кулаки.

- А если я не подчинюсь? – я подскочила к нему вплотную, запрокинув голову, чтобы смотреть прямо в звериные глаза. – Что ты сделаешь? Ну же!

Мужчина часто дышал, пытаясь справиться с яростью. Его кожа потемнела, на шее пульсировала вена. Мне вдруг отчаянно захотелось впиться в нее зубами, чтобы разорвать.

Наверно эта жажда отразилась на моем лице. Потому что оборотень дрогнул и отступил на шаг.

- Проклятая тварь, - процедил он сквозь зубы. – Вся в свою мамашу.

- Ты ведь знаешь, что я оборачиваюсь, - хмыкнула я, сложив руки на груди. – Так что можешь гордиться – твоя порода проявилась во мне.

- Ты никогда не будешь полноценной волчицей. Дурная кровь…

Мужчина тряхнул головой, словно вспомнив, зачем пришел. Ему явно не нравилось со мной разговаривать. И находиться в этой комнате тоже. Он оттянул ворот несвежей рубашки, будто отвык от строгой одежды.

- Ты должна была стать жертвой новому вожаку, - глухо продолжил отец. – Ему нужна была ведьма, но без сильного дара.

- Чтобы можно было ее убить без особых проблем, - предположила я.

- Никто не собирался тебя убивать, - возразил волк. – Жертва заключается не в этом.

Я не сразу нашлась с ответом. Отчего-то свято верила, что меня ждала только смерть. Но заявление отца не успокоило. Из-за него у меня кровь застыла в жилах.

- И чего вожак может хотеть от бракованной девки, которой вы меня считали?

- Маришечка…

- Меня зовут не так, - я подошла к окну и посмотрела на доски забора, словно могла видеть сквозь них. – Настоящий отец знал бы мое имя, а не кличку, придуманную ведьмой.

- Ты должна была принести потомство.

- Что за бред? – возмутилась я. – Я ведь не волчица.

- Неужели? – с сарказмом уточнил отец, бросив на меня колкий взгляд.

- Ты и сам знаешь, что на инициации я не смогла обернуться. Меня признали ущербной. И много лет ты с Ирмой стыдился меня.

- Ну что за глупости, дорогая, - попытался возразить мужчина, но выглядел сконфуженным.

- Зачем вожаку потомство от никчемной девки, которой меня все считали?

- Чтобы его не было жаль.

Отец не отвел глаз. Он смотрел на меня прямо, словно не сказал в этот момент ничего отвратительного. Я вдруг отчетливо поняла, что он никогда не видел во мне личности. И дело не в том, что у меня не было талантов.

- Знаешь, что я поняла, папуля, - последнее слово я произнесла издевательским тоном.

- Что?

- Даже если бы я проявила себя на инициации, если б стала лучшей волчицей в стае, ты не стал ценить меня больше, чем кусок мяса.

- О чем ты говоришь?

- Ты бы просто продал меня подороже.

В груди сделалось тяжело. Будто под ребрами внезапно оказался крупный камень. Я потерла кожу под ключицей. Отец проследил за моим движением, будто ждал чего-то.

- Ты меня боишься? – предположила я, сощурившись.

- Глупости, - ответ был слишком поспешный.

Мужчина и сам это понял и пояснил:

- Не хочу тебе навредить.

- Потому что я все еще способна быть тебе полезной.

- Городу, - поправил меня волк.

- Мне только непонятно, какая тебе от всего выгода?

Мужчина пожал плечами, явно не желая рассуждать на эту тему.

- Почему ты предложил меня тогда? – не унималась я. – Решил выслужиться перед вожаком?

- Что ты хочешь услышать? – внезапно взорвался отец. – Что я желал поиметь хоть какую-то выгоду от бракованного помета? Что мало кому не повезло получить настолько убогую дочь, которую было не жаль?

Я подскочила к нему и ударила наотмашь. Резко и от души. Неважно, насколько это было глупо или незрело. Плевать, что по логике было куда унизительнее для волка, если бы я просто проигнорировала его. Но мне стало легче на душе. А значит – оно того стоило.

Мужчина отшатнулся, ухватился за щеку, а потом воззрился на меня с удивлением.

- А ведь я считала, что Ирма зря тебя презирает, - я сплюнула ему под ноги. – Все же не все ведьмы вредны от природы. Ей очень не повезло иметь такого муженька, как ты.

Я не успела заметить движения оборотня. Он подскочил ко мне буквально за одно мгновенье и ухватил за шею. Сжал ее почти до хруста костей и зарычал мне прямо в лицо:

- Ты самое большое мое разочарование, мерзкая тварь! И твоя мать всегда презирала тебя. Она стыдилась, что родила такое убожество. Ты годна только для того…

Он упустил тот факт, что перед ним была не слабая человечка. Я дернулась, выпуская когти. Отец вскрикнул и попытался ударить меня. Но отлетел в сторону и покатился по полу.

- Гадина, - застонал он, корчась от боли.

В комнату забежал громила, которого я видела в баре. Мужик подхватил моего отца под руки и поволок к выходу. Видимо, он стоял в коридоре настороже. Наверняка он должен был следить, чтобы я не сбежала.

- Сиди смирно, - приказал он мне перед тем, как закрыть дверь.

Потом послышалась ругань и приглушенное ворчание.

- Тебе надо было успокоить… чтобы была покорной… зачем…

Разобрать других слов не получилось, и я напрасно вслушивалась в происходящее снаружи. Но и так было понятно, что я тут не для светских бесед. Только неясно, о каком потомстве может идти речь? Я ведь была ущербной в тот момент, когда меня решили отдать вожаку.

- Мерзкие гады, - процедила я с отвращением и пнула сигаретную пачку, которая выпала из разорванного пиджака моего отца.

Все же здорово, что я обрела силу оборотней и могла теперь за себя постоять. Однако тут я посмотрела на свои руки и удивилась. Когтей не было! Ногти выглядели совершенно человеческими. Однако я точно помнила, что карман на пиджаке разошелся именно от моего удара. Я бы никогда не смогла порвать его обычными пальцами с короткими ногтями.

- Как же…- начала я и, повинуясь странной необходимости, взмахнула рукой.

Пространство качнулось под ладонью и в оконной раме напряженно застонало стекло.

- Не может быть, - пораженно выдохнула я и попятилась.

Споткнулась и села на кровать. Матрас подо мной прогнулся, и одна из лопнувших пружин уперлась в бедро, причинив боль. Я поморщилась и пришла в себя.

Вновь вытянула перед собой ладонь. Я не знала, чего ждала, но надеялась, что случится чудо. Однако ничего не произошло. На мгновение во мне дрогнул страх. Как я смогу справиться с силой, которая решила проснуться именно сейчас? Что она принесет? Ведь даже один талант способен быть опасен для своего владельца. Но сразу два!

Я обхватила себя руками, чтобы сдержать нервную дрожь. Затем попыталась припомнить, что говорила мать по поводу способностей ведьмы. Она часто рассуждала о мое никчемности и о том, что ей не с кем разделить свои знания. Но я никогда не верила, что она учила бы меня. Слишком уж Ирма была самовлюбленной. Как и отец она не видела во мне личности. И просто бы продала подороже.

И тут меня осенило. Мать отдала меня стае, не зная о том, что я научилась менять ипостась. И уж тем более, никто не готов к моей новой особенности, которая дала о себе знать только что.

В душе расцвело мрачное торжество. Моих пленителей ждет сюрприз.

***

Спустя какое-то время дверь открылась, и на пороге показался уже знакомый мне громила. Он окинул меня мрачным взглядом и потом заявил:

- Хозяин ждет в столовой.

- Меня? – вопросительно уточнила я.

- А кого же еще? – насупился мужчина и быстро оглянулся.

Мне показалось, что он проверяет, не стоит ли кто-то позади.

Я поднялась на ноги и разгладила примятую жесткую ткань юбки.

- Только давай без фокусов, - буркнул громила и пояснил, когда я вопросительно приподняла брови. – Не думай, что сможешь обернуться и сбежать. На этот раз никто не станет с тобой церемониться.

- И что изменилось? – спросила я на всякий случай.

- Теперь нам известно, что ты срастишь переломы и выживешь, если ударить тебя о стену.

При этих словах мужчина предвкушающе осклабился. Стало понятно, что он был бы не против, если я попыталась сделать глупость. Его кулаки буквально чесались от желания причинить мне боль. Я ощутила это всей кожей.

- Только дай мне повод, - озвучил он мои мысли. - Я с радостью начну твое воспитание.

- Воспитание? – переспросила я, огибая здоровяка и проходя в коридор.

- Тебе придется многому научиться, - довольно хрюкнул мужик, идя следом.

Глупо было давать ему повод для грубости. Хоть я и была уверена, что мои кости выдержат удар этого выродка, но выяснять реальность его угроз мне не хотелось. Мне в детстве часто доставалось от родителей, и я точно знала, когда прикусить язык.

С этими мыслями я дошла до лестницы и посмотрела на своего сопровождающего. Он мотнул головой влево, указав направление.

Столовая оказалась большой и светлой. В центре расположился огромный стол, покрытый белой скатертью, и ряды стульев с высокими спинками, забранными в тканые чехлы.

Во главе стола восседал мужчина, которого я встретила в этом доме первым. Он покосился на часы, а потом осуждающе посмотрел на меня.

- Ты очень медлительная, - заметил он и продолжил прежде, чем я ответила. – Садись. Мы проверим, умеешь ли ты вести себя за столом.

Я прошла к нему и остановилась у стула. Потом повернулась к своему сопровождающему и вздохнула.

- Что? – ощерился он.

- Отодвинь ей стул, дубина, - усмехнулся хозяин.

Когда я наконец устроилась, то отметила, что по другую сторону от мужчины также стоят приборы. Торопиться я не стала и дождалась, пока главный за столом расправит салфетку и положит ее на колени.

- Меня зовут Грегор. Я вожак стаи этого города. И ты, Марьяна, у меня в гостях.

- Понятно.

- Как тебе мой дом? – спросил он нарочито вежливо.

- Мне не удалось рассмотреть, - осторожно ответила я.

- Он изменился. Раньше тут было не так уютно.

Было заметно, что мужчина ждет от меня какой-то реакции, но я смогла выдавить из себя лишь вымученную улыбку. Странно, что вожак предпочел не заметить мой потрепанный вид и не соответствующую случаю одежду.

- Знаешь, некоторое время назад я не мог отличить десертную ложку от бульонной, - решил разоткровенничаться вожак. – И мне не было дела до того, сколько зубчиков у пирожковой вилки.

Я лишь кивнула, не зная, что ответить.

- Большую часть прожитой жизни я понятия не имел, как стоить себя вести на людях и как выглядеть, - он поправил воротник белоснежной рубашки. – Я жил как бродяга. Ночевал в придорожных мотелях, жрал всякую гадость в забегаловках и менял низкопробных женщин, как перчатки.

Он говорил об этом небрежно, словно до того репетировал речь и точно знал, когда стоит сделать паузу и склонить голову к плечу.

- Я даже не думал о том, что однажды моя жизнь может измениться. Что я найду в этом городе пристанище и свою судьбу.

Грегор отпил из высокого бокала воду и вернул его на стол.

- Подавайте обед! – выкрикнул мужчина, заставив меня вздрогнуть.

Боковая дверь тотчас распахнулась и в комнату вошел бородатый человек в белом переднике. Он внес поднос, накрытый металлической сферической крышкой, и установил его в центр стола. Спустя минуту он вернулся, чтобы разместить у дальнего края столешницы большую фарфоровую супницу, корзинку с хлебом, соусницу и изящную солонку.

Затем он разлил по мискам крем суп с густым ароматом грибов и зелени. У меня внезапно заурчало в животе. Вспомнилось, что я не ела довольно давно и очень голодна.

- Извините, - произнесла едва слышно.

Мне хотелось наброситься на еду. Но получилось сдержаться и стало понятно, что не зря. Хозяин цепко следил за каждым моим движением и слегка скривился. Кажется, он ждал моего промаха. Вот только зачем?

Когда мы наконец принялись за еду, моя рука слегка дрожала.

- Тебе по вкусу это блюдо?

- Великолепно приготовлено, - старательно выговорила я. – Сливки чудесные.

- И все же ты готовила суп лучше, - раздался голос от порога.

Я резко повернулась, едва не смахнув тарелку на пол.

- Ирма, - с улыбкой, больше напоминающей оскал, произнес Грегор.

В его глазах полыхнуло нечто звериное. Я невольно сглотнула. Но ведьму не испугал взгляд волка. Она усмехнулась и вошла в комнату. Женщина была облачена в брючный бордовый костюм, который отлично облегал ее стройную фигуру. Она стянула с шеи шелковый цветастый шарфик и бросила на спинку свободного стула. Затем расстегнула пиджак, обнажив тонкий белый топ на бретельках.

- Ты как всегда великолепна, - проворчал мужчина, позволяя ведьме поцеловать его в щеку.

- Что происходит? – растерянно спросила я.

- Я опоздала на обед со своим супругом, - заявила мать и уселась прямо напротив меня. – Грегор не сказал тебе, что женат на самой лучшей женщине этого города?