Дорога охотника 3

Глава 4

Западные ворота нашлись легко — Перепутье было не настолько большим, чтобы заблудиться. Два стражника у ворот глянули на меня с ленивым интересом, но ничего не сказали — видимо, слухи о том, что я иду бить волков, уже разошлись. Или им как настоящим охранникам просто было похер. Дорога вела через поле, потом ныряла в редколесье. Обещанная развилка обнаружилась через полчаса неспешного хода. Тропа сузилась, заросла травой по колено. Видно, что ходили тут нечасто — после того как волки обнаглели, местные, похоже, предпочитали обходить эти места стороной. Разумно. Я бы тоже обходил, будь у меня выбор.

Мелкая живность — птицы, грызуны, что-то ещё неопределённое — мельтешила на периферии восприятия. Ничего крупного пока не фиксировалось. Или волки далеко, или они умнее, чем кажутся, и затаились — вполне ведь возможно, что мою сенсорику можно обмануть. Километра через два тропа вывела к остаткам загонов. Наниматель не соврал — мимо не пройдёшь. Покосившийся забор, наполовину сгнившие столбы, какое-то подобие сарая, просевшего набок. Когда-то тут, наверное, держали скот на выпасе. Теперь — только память о лучших временах и несколько куч окаменевшего навоза.

Остановился, осмотрелся. Луг раскинулся перед глазами — широкое открытое пространство, поросшее высокой травой. Слева — опушка леса, тёмная и манящая. Справа — холмы, за которыми угадывались ещё какие-то постройки. Впереди — снова лес, уже погуще.

И следы.Много следов.

Присел, разглядывая отпечатки. Волчьи лапы — крупные, глубоко вдавленные в землю. Свежие, не старше суток. Направление — от леса к загонам и обратно. Стая приходила сюда недавно, проверяла, не появилось ли чего вкусного. Охотничий инстинкт царапнул мозг, фиксируя что-то на границе восприятия. Далеко, километра полтора-два, в той стороне, где густой лес. Несколько сигнатур — средних размеров, хищные, сбитые в группу. Очевидно, это и есть волчары. Стая отдыхала — видимо, после ночной охоты.

Отлично. Теперь вопрос — как к ним подобраться?

Вариант первый: пойти напролом, навязать бой на открытой местности. Плюсы — хороший обзор, можно отступать при необходимости. Минусы — десять-двенадцать волков против одного меня, пусть даже тринадцатого уровня. В открытом бою они меня просто задавят массой.

Вариант второй: подкрасться, снять несколько штук по-тихому, потом добить остальных. Плюсы — уменьшу численное превосходство, не дам стае действовать слаженно. Минусы — лес, заросли, ограниченная видимость и фоновые шумы. Если что-то пойдёт не так, отступать будет сложнее.

Вариант третий: устроить засаду. Заманить часть стаи в ловушку, перебить, потом разобраться с остальными. Плюсы — можно контролировать ход боя, использовать преимущества местности. Минусы — нужно время на подготовку, и нет гарантии, что волки поведутся.

Подумал, решил комбинировать второй и третий. Но для начала нужно понять, где именно залегла стая, как охраняет периметр, да и вообще, насколько здешние волки похожи на, собственно, волков. Двинулся к лесу, стараясь держаться против ветра — не хватало ещё, чтобы меня учуяли раньше времени. Охотничий инстинкт вёл, как компас, объекты становились чётче, ближе. Я двигался медленно, осторожно, замирая при каждом подозрительном звуке. Прятался за деревьями, обходил открытые участки. Скрытность — это, конечно, хорошо, но не стоит нарываться без необходимости.

Стая устроилась на небольшой поляне, окружённой густым подлеском. Одиннадцать особей — я пересчитал дважды, чтобы убедиться. Десять серых, разного размера, и один — крупнее остальных, с тёмной полосой по хребту. Вожак, надо полагать. Он лежал в центре, лениво зевая, демонстрируя впечатляющий набор зубов. Остальные расположились вокруг — кто спал, кто вылизывался, кто просто пялился в пространство с выражением глубокой волчьей задумчивости.

Оценил ситуацию.

Хреновая ситуация. Одиннадцать против одного. Альфач и ещё десяток голодных морд, которые с радостью порвут меня на куски, если дать им шанс. Ладно. План остаётся в силе, просто нужно действовать умнее. Сначала — уменьшить численность, потом — разобраться с вожаком. Главное — не дать им навалиться всем сразу. Отступил глубже в лес, нашёл укромное место под поваленным деревом. Скинул сумку, сел, начал инвентаризацию.

Итак, что у нас есть?

Оружие: нож и арбалет. С арбалетом проблема — болтов осталось всего четыре штуки. Четыре. На десять волков. Даже если каждый выстрел будет в цель — а такого не бывает, это я по опыту знаю — всё равно не хватит. С копьём тоже проблема — я его оставил у сектантов, а возвращаться чего-то не хочется. Ладно, будем считать, что всё к лучшему — сейчас более актуально что-то типа рогатины.

Нашёл молодое деревце с естественной развилкой на конце. Срубил, очистил, заострил оба конца развилки. Получилось… ну, получилось именно что-то типа, нечто среднее между рогатиной и двузубыми вилами. Концы расходились сантиметров на тридцать — достаточно, чтобы зажать волчью шею и не дать твари вцепиться в горло. Проверил баланс. Тяжеловато, но терпимо. И главное — можно использовать как обычное копьё, если рогатина не нужна.

Теперь болты.

Начал с древков. Нарезал прямых веток, очистил, обстругал до более-менее ровных цилиндров. Длина — сантиметров тридцать, толщина — с мизинец. Проверил каждый на прямизну, отбраковал кривые. Из двадцати заготовок осталось двенадцать. Негусто, но сойдёт. С наконечниками и оперением проблем нет… ну, в смысле нет наконечников — нет проблем.

Результат трудов прихватил с собой, часть воткнул в землю рядом с разрушенным сараем — чтобы было под рукой, если придётся внезапно отступать. Нож — на поясе, как всегда.

Оружие есть. Теперь — ловушки.

Тут было сложнее. Волк — не заяц, в простой силок не поймается. Нужно что-то серьёзное. Вспомнил, как делал ямы для гоблинов. Та же концепция, только масштаб поменьше. Волк легче гоблина, не провалится в глубокую яму… но ему и не надо проваливаться глубоко. Достаточно, чтобы лапа застряла.

Выкопал небольшую ямку — по колено глубиной, шириной в две ладони. На дно положил заострённые колышки. Сверху — тонкие прутья и листья. Одна ловушка. Волк наступит — лапа провалится, напорется на колья. Не смертельно, но болезненно. А раненый волк — это медленный волк. Сделал ещё три таких ямки, расположив их на самых очевидных путях. Потом — два силка из сухожилий, на случай если кому-то захочется сунуть голову в петлю. И, напоследок, — «волчью яму» по-взрослому. Настоящую, глубокую, с кольями на дне. Копал больше часа, проклиная всё на свете — землю, корни, камни, собственную идею, этот мир и лично бога-сисадмина, который меня сюда закинул.

— Ненавижу копать, — пробормотал я, вытирая пот со лба. — Серьёзно. В следующем исекае буду кем-нибудь, кому не надо копать. Депутатом, например. Или проституткой.

Теперь — приманка. Нужно было что-то, что заставит часть стаи прийти сюда, оставив остальных на месте. Что-то достаточно интересное, чтобы соблазнить голодных хищников, но не настолько серьёзное, чтобы поднять всю стаю. Порылся в сумке. Вяленое мясо — небольшой кусок, остатки позавчерашнего ужина. Не идеально, но сойдёт. Положил у входа в загон, отошёл метров на тридцать, залез на полуразвалившуюся крышу сарая. Отсюда был хороший обзор и относительно безопасная позиция — волки, конечно, могут запрыгнуть, но это даст мне время на реакцию.

И стал ждать.

Ждать пришлось долго. Солнце ползло по небу, тени удлинялись. Я сидел неподвижно, контролируя дыхание, отслеживая сигнатуры охотничьим инстинктом. Стая всё ещё была на месте, но что-то изменилось — волки зашевелились, начали двигаться.

Три волчары отделились от основной группы и двинулись в мою сторону. Не вожак — тот остался на месте. Разведчики, наверное. Или просто голодные особи, которые решили проверить окрестности на предмет жратвы.

Нужно подпустить ближе.

Первый волк появился на опушке минут через десять. Крупный, серый, с порванным ухом — видимо, ветеран, прошедший не одну драку. Он остановился, принюхался. Учуял мясо. Учуял меня? Нет, похоже — ветер дул в мою сторону, мой запах уносило прочь. Второй и третий подтянулись следом, помельче первого, и явно статусом пониже. Они держались чуть позади, ожидая сигнала от старшего.

Ухо — мысленно окрестил я первого — двинулся к загону. Осторожно, настороженно, постоянно принюхиваясь. Нашёл мясо, обнюхал. Поднял голову, осмотрелся.

Сейчас.

Болт сорвался с тетивы. Я целился в шею — туда, где шерсть была тоньше, где проходили крупные сосуды. И, что интересно, попал — Ухо дёрнулся, захрипел, завалился набок. Двое других среагировали мгновенно — развернулись, ощетинились, пытаясь понять, откуда пришла смерть. Один из них поднял морду и завыл — сигнал тревоги, призыв к стае.

Так, заткнись! Второй болт ударил воющего в бок. Не то что смертельно, даже шерсть не пробило — он только дёрнулся. Третий — пробил, вошла куда-то между рёбер, но волк не упал. Замедлился, уже хорошо.

Последний рванул ко мне. Быстро, очень быстро — я едва успел выстрелить. Стрела прошла мимо. Волк прыгнул, целясь в крышу, где я сидел. Предчувствие опасности толкнуло в бок, слушая его, перекатился в сторону. Когти скребанули по дереву там, где я был секунду назад. Вскочил, подхватил копьё. Волк уже разворачивался для нового прыжка — и напоролся на заострённую деревяшку, сам, своим же движением вогнал сталь себе в горло. Ну, я и не против.

Три готовы. Осталось восемь плюс вожак.

Времени на передышку не было. Охотничий инстинкт уже фиксировал движение — остальная стая неслась сюда. Быстро. Очень быстро. Я спрыгнул с крыши, подхватил копьё, рванул к лесу. Прихватил оставшиеся болты и отступил на заранее выбранную позицию. Там, где деревья росли гуще, где волкам будет труднее атаковать всем скопом.

Первые из стаи появились через минуту. Шесть — нет, пять серых силуэтов — один, все же, попал в яму, не зря возился — несущихся между деревьями с грацией прирожденных убийц. Вожак был среди них — я узнал его по размеру и тёмной полосе. Несколько раз разрядил арбалет в их направлении, насколько хватило силы и ловкости для перезарядки. Маловато, кстати, нужно что-то с этим делать.

Встал за толстым стволом, выставил вперёд рогатину. Первый волк атаковал сбоку. Я ожидал этого — они не дураки, в лоб на копьё не полезут. Развернулся, встретил его ударом древка в морду. Не убил, но отбросил, дал себе лишнюю секунду.

Второй прыгнул со спины. Про него сообщило чувство опасности раньше, чем я увидел — нырнул вниз, позволяя ему пролететь над головой. Пока он приземлялся, воткнул копьё ему в бок. Не глубоко, но болезненно — волк взвизгнул, отскочил.

Третий и четвёртый атаковали одновременно. Принял одного на рога, зажав голову — первый раз применил новый девайс как запланировал, тварь захрипела и обмякла. Второго — отшвырнул ногой, благо сила в двадцать восемь позволяла подобные фокусы.

Вожак держался позади, наблюдая. Умный, сука. Ждал, пока подчинённые меня измотают, чтобы потом добить ослабевшего. Не дождёшься. Рванул вперёд, прямо на него. Неожиданный манёвр — волки отшатнулись, не понимая, что происходит. Вожак оскалился, но я уже был рядом.

Сокрушительный удар… точнее, его недо-версия.

Навык активировался как нужно, вливая силу в оружие, в этот раз дозировано, состояние слабости мне сейчас совсем не в тему. Копьё ударило вожака в плечо. Раздался хруст, вожак взвыл, завалился на бок, но не сдох. Живучая скотина — даже с раздробленным плечом пытался встать, щёлкал зубами, норовя вцепиться мне в ногу. Добил ударом ноги в голову, без затей. Среди прочего ещё и потому, что рогатина оказалась менее прочной, чем волчий организм, и разлетелась нахер от удара.

Оставшиеся волки — четверо, нет, пятеро, один из раненых вернулся — замерли. Смотрели на труп вожака, на меня, в глазах читалась растерянность. Стая без вождя — это уже не стая, а сборище испуганных тварей.Один из них — самый крупный из оставшихся — попятился. За ним — второй. Третий. Через несколько секунд они уже бежали, скрываясь в зарослях.

— Правильно, — выдохнул я, опираясь на обломок копья. — Пошли нахер.

Тело ныло от напряжения. Рука, которую один из волков всё-таки зацепил — я даже не заметил когда — кровоточила, но неглубоко. Регенерация справится, но пока так.

Осмотрел поле боя. Четыре трупа здесь, три — у загонов. Семь голов. Плюс вожак — восемь. Больше половины стаи, как и требовал староста. Вытащил нож, начал отрезать уши. Не головы же тащить, в самом деле, они тяжёлые и воняют.Работа была грязная, кровавая, но я привык. Месяцы выживания в этом мире научили многому, в том числе — не морщиться от подобных вещей. Закончил, сложил трофеи в мешочек, вытер руки о траву.

И тут инстинкт взвыл в унисон с предчувствием. Не так, как при появлении волков — там хоть и была опасность, но понятная, просчитываемая. Сейчас — что-то другое. Что-то большое. Что-то, от чего хотелось немедленно сбежать, спрятаться, закопаться под землю и не высовываться.

Я медленно повернулся.

На краю поляны стояло существо.

Первая мысль — медведь. Размер подходящий, может, даже больше. Но нет, не медведь. Морда — вытянутая, как у волка, только раза в три крупнее. Шерсть — не серая и не бурая, а какая-то странная, с металлическим отливом. Глаза — жёлтые, светящиеся, как фонари в темноте.

И от него несло силой. Не магией — именно силой, первобытной, звериной, подавляющей.

СУМЕРЕЧНЫЙ ВЛАДЫКА

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИЗБЕГАТЬ КОНТАКТА

— Спасибо за совет, — прошептал я, пятясь. — Вообще никаких возражений.

Тварь не двигалась. Просто стояла и смотрела на меня. Изучала? Оценивала? Решала, стоит ли тратить на меня калории? Я продолжал отступать. Медленно, плавно, не делая резких движений. Не поворачиваться спиной. Не бежать — побежишь, включится инстинкт погони. Просто уходить, давая понять: я не угроза, я не добыча, я просто мимо проходил. Сумеречный Владыка — какое пафосное название, интересно, кто его придумал — сделал шаг вперёд. Земля дрогнула под его весом. Подошел к трупу вожака волков. Обнюхала. Посмотрела на меня — клянусь, в этом взгляде было что-то вроде одобрения. Или презрения. Или похоти. Хрен разберёшь эти звериные эмоции.

А потом схватила труп зубами и утащила в лес. Просто так. Забрала мою добычу и свалила.

— Эй! — вырвалось у меня прежде, чем мозг успел захлопнуть рот. — Это мой фраг! За него десять медяков дают!

Зверюга не ответила. Конечно не ответила — она же не разговаривает. Но, клянусь, она оглянулась перед тем, как исчезнуть в зарослях. И в этом взгляде точно было презрение.

Постоял ещё минут пять, приходя в себя. Руки тряслись — адреналин, запоздалый страх, осознание того, насколько близко я был к очень неприятному концу. Сумеречный Владыка мог убить меня одним ударом. Мог даже не заметить, как убивает. Я для него — что мышь для кошки, даже меньше.

Но не убил. Почему?

Может, был сыт. Может, волчий труп показался более аппетитным, чем моя тощая тушка. Может — и эта мысль была самой обидной — ему просто не хотелось тратить силы на такую мелочь, как я. В любом случае, информация о «чём-то покрупнее» подтвердилась. И эта информация стоила денег, как сказал Вели. Может, хоть частично компенсирует потерю вожака. Собрал оставшиеся трофеи — семь пар ушей, включая те, что отрезал у загонов. Подобрал болты — уцелело восемь из двенадцати, неплохой показатель. Осмотрел рану на руке — уже затягивалась, регенерация работала исправно.

Обратный путь до Перепутья занял больше времени, чем дорога туда. Я шёл медленно, постоянно озираясь, ожидая, что Владыка передумает и вернётся за добавкой. Не вернулся. Может, действительно был сыт. К посёлку добрался, когда солнце уже клонилось к закату. Стражники у ворот посмотрели на меня с любопытством — наверное, я выглядел колоритно: весь в крови, с мешочком ушей на поясе и выражением лица «я видел некоторое дерьмо».

Велимир нашёлся в том же месте, где я его оставил, — у дома старосты, разговаривал с каким-то мужиком в кожаном фартуке. Увидел меня, кивнул собеседнику и подошёл.

— Быстро ты.

— А чего тянуть-то?

— Логично, логично. — Он усмехнулся. — Что принёс?

Я выложил трофеи на ближайший пенёк. Семь пар ушей, каждая — доказательство убитого волка.

— Семь обычных, — пересчитал я. — Вожака… вожака утащили.

— Утащили? — Велимир поднял бровь. — Кто?

— То самое «что-то покрупнее», о котором предупреждали. Здоровая хрень, похожая на помесь медведя и волка. С металлической шерстью и светящимися глазами.

Староста побледнел. Не сильно — мужик явно был не из пугливых — но заметно.

— Сумеречный Владыка, — сказал он. — Давно о них не слышали в наших краях.

— Он опасен для посёлка?

— Пока держится в лесу — нет. Они не охотятся на людей без причины. Но если спровоцировать… — Он не закончил фразу, но смысл был понятен.

— Я его не провоцировал. Он просто пришёл, забрал труп вожака и ушёл.

— Повезло тебе. — Велимир вздохнул. — Ладно, о вожаке забудем — не твоя вина, что его утащили. Семь голов по пять медяков — тридцать пять. Плюс бонус за половину стаи — ещё десять. Итого сорок пять. Устроит?

Я кивнул. Сорок пять медяков — почти половина серебрушки. На эти деньги можно жить неделю-другую, если не шиковать.

Велимир отсчитал монеты — потёртые, но настоящие, медный профиль какого-то мужика поблёскивал в лучах заходящего солнца. Я ссыпал их в кошель на поясе.

Если хочешь — есть ещё работа, — сказал староста. — Не срочная, но денежная.

— Подумаю, — сказал я. — Сначала — отдохну.