Дорога охотника 3

Глава 3

Впервые за… сколько? Две недели? Три?В общем, впервые за долгое время удалось нормально выспаться. Я сбился со счёта где-то между болотом и посёлком культистов, и с тех пор время превратилось в бесконечную череду марш-бросков, засад, схваток и коротких, рваных урывков сна, когда организм просто отказывался функционировать дальше. Теперь же — настоящая кровать, пусть и узкая, пусть и с комковатым матрасом, пусть и в каморке размером с собачью будку. Крыша над головой. Стены вокруг. И никто не пытается меня убить прямо сейчас.

Лежал на койке, глядя в потолок, и позволил себе редкое удовольствие — просто полежать. Не думать о врагах, не планировать следующий шаг, не анализировать угрозы. Просто… быть.

Длилось это ровно три минуты. Потом мозг включился в привычный режим и начал подкидывать вопросы, на которые у меня не было ответов.

Что дальше? Куда идти? Как избавиться от метки? Где взять деньги на еду и снаряжение?

Вопросы, вопросы, вопросы.

Ладно. Начнём с того, что можно измерить и оценить.

СТАТУС

ИМЯ:???

КЛАСС: ОХОТНИК

УРОВЕНЬ: 13

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Сила: 28

Ловкость: 17

Выносливость: 28

Восприятие: 28

Интеллект: 7

Мудрость: 8

Свободных очков: 0

ТАЛАНТЫ

Охотничий инстинкт (усилен) — Вы чувствуете присутствие живых существ в радиусе 150 метров. Можете определить их примерный размер, направление движения и эмоциональное состояние. Чем опаснее существо, тем сильнее ощущение. Не работает на механизмы, неживые сущности и нежить.

Регенерация — Значительно ускоряет естественное заживление ран. Порезы затягиваются за часы, переломы — за дни. Также повышает сопротивляемость болезням и ядам. Эффективность зависит от питания и отдыха — при голоде или истощении регенерация замедляется.

Молниеносные рефлексы — Значительно увеличивает скорость реакции на внезапные угрозы. Вы способны уклоняться от атак, которые обычный человек даже не успел бы заметить. Время словно замедляется в моменты опасности, давая вам драгоценные мгновения на принятие решения. Эффект активируется автоматически при угрозе жизни.

Несокрушимый дух — Ваша воля укрепляет тело. Вы можете игнорировать боль и усталость в критических ситуациях, продолжая сражаться даже с тяжёлыми ранениями. Бонус к сопротивлению страху и ментальным воздействиям.

Неуязвимый — Ваше тело достигает предела человеческой прочности и выходит за него. Вы способны выдержать удары, которые убили бы обычного человека, продолжать сражаться с ранами, от которых другие потеряли бы сознание. Болевой порог повышен вдвое. Шанс получить критическое ранение снижен. Вы можете игнорировать эффекты, вызывающие оглушение или потерю сознания.

Сокрушительный удар — Вы можете вложить всю силу в один удар, нанося катастрофический урон. Удар пробивает броню, ломает кости, разрушает конструкции. После использования — короткий период уязвимости (несколько секунд).

Предчувствие опасности — Ваше шестое чувство усиливается до уровня полноценного боевого предвидения. Вы ощущаете угрозу за несколько секунд до её воплощения — достаточно, чтобы подготовиться или уйти с линии атаки. Работает даже во сне. Побочный эффект: в местах с высокой концентрацией угроз может вызывать постоянную тревожность.

НАВЫКИ

Выживание: 16

(способности: идентификация флоры, идентификация фауны, адаптация, адаптация, в торое дыхание)

Ремесло: 13

(способности: оценка материалов, понимание, экономия, руки мастера)

Скрытность: 10

(способности: камуфляж, слияние с тенями, тихий шаг )

Ближний бой: 9

(способности: чувство расстояния, боксер, болевые точки )

Установка ловушек: 10

(способности: маскировка, цепкость, активация )

Поиск следа: 6

(способности: чтение следа, память следа)

Стрельба: 6

(способности: упреждение, твёрдая рука)

Взлом: 2

ОСОБЫЕ СПОСОБНОСТИ

Болотная стойкость — иммунитет к болотным миазмам и некоторым природным ядам.

Живучесть — способность выживать при травмах, которые убили бы обычного человека.

Ментальная стойкость — частичная защита от псионических воздействий.

Легкая рука — повышение вероятности получения навыков воровсой направлености.

ДОСТИЖЕНИЯ

ЕЩЁ ЖИВ? НИЧЕГО СЕБЕ!

ПЕРВАЯ КРОВЬ

ГУРМАН ПОНЕВОЛЕ

СОБИРАТЕЛЬ

ДОМОСЕД

КУСТАРЬ-САМОУЧКА

ТРАППЕР

КРЫСОЛОВ

УБИЙЦА ЧУДОВИЩ

ПАРТИЗАН

УБИЙЦА РАЗУМНЫХ

ОХОТНИК НА ОХОТНИКОВ

СКВОЗЬ ТРЯСИНУ

БОСС ПОЛЯНКИ

ГОЛЕМОБОРЕЦ

НА ВОЛОСОК ОТ СМЕРТИ

ОТСЕКАЮЩИЙ НЕСЛЫШИМОЕ

НЕУКРОТИМЫЙ

МЕЖДУ МОЛОТОМ И НАКОВАЛЬНЕЙ

Активные эффекты: МЕТКА ГЛУБИННОГО (неизвестно)

Так… С нематериальным все, вроде как неплохо. Чего не скажешь о более приземленном. Три медяка в наличии, остальное растерял в этих конченых приключениях, теперь это весь мой капитал. На них можно купить… что? Миску похлёбки? Полкружки разбавленного — хорошо если не мочей — пива?

Замечательно.

Хотя и насчёт статуса— «Метка Глубинного» в списке активных эффектов. Система наконец-то соизволила это отобразить, хотя информации — ноль. «Неизвестно». Спасибо, дура.

Поднялся с койки, потянулся, разминая затёкшие мышцы. Тело чувствовало себя… нормально. Даже хорошо. Для «отлично» не хватает пожрать чего.

Вышел из комнаты, спустился в общий зал «Трёх дубов». Утро было раннее, посетителей почти не было — только пара мрачных типов в углу, уткнувшихся в кружки, да хозяин за стойкой, протирающий и без того чистые стаканы.

— Доброе утро, — сказал я, подходя к стойке.

Хозяин — тот самый толстяк с бородой и хитрыми глазами — окинул меня оценивающим взглядом.

— Доброе, — отозвался он. — Завтракать будешь?

— Сколько?

— Два медяка. Каша, хлеб, вода. Ещё медяк — с куском солонины.

Три медяка. Всё, что у меня есть. Гуляем, хули уже.

— Давай с солониной, — сказал я, выкладывая монеты на стойку.

Хозяин сгрёб их, кивнул и скрылся на кухне. Через минуту вернулся с деревянной миской и ломтем хлеба. Каша оказалась безвкусной, солонина — жёсткой, как подмётка, но я съел всё, до последней крошки. Когда не знаешь, когда будет следующая еда —особо не привередничаешь.

— Ты тот, кто пришёл с Грегором? — спросил хозяин, когда я закончил.

— Да.

— Охотник?

— Типа того.

— Ищешь работу?

Я посмотрел на него внимательнее. Обычный трактирщик? Или…

— Может быть, — сказал я осторожно. — Зависит от работы.

— В Перепутье всегда есть работа для тех, кто умеет убивать тварей. — Хозяин продолжал протирать стаканы, не глядя на меня. — Совет посёлка платит за каждую голову. Волки — пять медяков. Вепри — десять. Что покрупнее — договорная цена.

— А если совсем крупное?

— Тогда лучше не соваться. — Хозяин усмехнулся. — Но если всё-таки сунешься и что-то встретишь — станешь местной знаменитостью. Скорее всего, мертвой местной знаменитостью, но это уже детали.

Охота на тварей. Привычный способ заработка для человека вроде меня. Не самый быстрый, не самый прибыльный, но надёжный. И, что важнее, — не привлекающий лишнего внимания. Охотники, они, внезапно, охотятся, никто не задаёт вопросов в таких случаях.

— Где записаться?

— Дом старосты, через площадь. Скажи, что от Борова — это я.

Боров. Подходящее прозвище для человека такой комплекции. Ну, если он без комплексов.

— Спасибо, — сказал я, поднимаясь.

— Не за что. — Хозяин наконец посмотрел мне в глаза. — И ещё… если тебя интересует что-то особенное — спроси про холмы к северу. Там есть кое-что, за что хорошо платят. Если, конечно, не боишься.

— Что там?

— Руины. Старые. — Он понизил голос, хотя в зале, кроме нас, практически никого не было. — Местные туда не суются — говорят, проклятые. Но иногда приходят люди… учёные, искатели приключений… и просят проводника. За такую работу платят серебром, не медью.Возвращаются, правда, куда как реже.

Руины Старых. Рядом с Перепутьем.Смертельно опасные.

— Расскажи подробнее, — попросил я, снова садясь.

Боров оказался неплохим рассказчиком. Или, по крайней мере, рассказчиком многословным — что в моём случае было даже лучше, потому что информации мне не хватало катастрофически.

Руины к северу — это развалины какой-то крепости времён Старых. Тех самых Старых, чьё хранилище я обчистил и за что теперь на меня охотится граф Мирен со всей своей сворой. Местные к руинам не суются, как правило — мест, где можно красиво сдохнуть и без этого хватает. Но иногда приходят искатели сокровищ извне, и им нужны проводники. Платят серебром. Иногда даже золотом… один раз было… есесли не врут, конечно.

Только учти, — Боров понизил голос до театрального шёпота, — последняя экспедиция была полгода назад. Из пятерых вернулся один. И тот помер через неделю — лихорадка какая-то странная, целители разводили руками.

— Обнадёживающе.

— Так я тебя и не уговориваю, парень. — Трактирщик пожал плечами. — Просто говорю, что есть. Хочешь — пробуй. Не хочешь — волки тоже деньги.

Волки. Пять медяков за голову. Чтобы заработать на трехразовое пожрать, мне нужно было убить как минимум двух. На комнату на неделю — ещё трёх. На нормальную одежду вместо этих обносков… лучше не считать.

— Где тут волки водятся? — спросил я.

— Везде. — собеседник фыркнул. — Но если хочешь гарантированно — иди к Западному лугу. Там пастбища были, пока стая не обнаглела. Теперь скот туда не гоняют, а волки остались. Жирные, ленивые, привыкли к лёгкой добыче.

Жирные ленивые волки. Звучало даже обнадёживающе. По сравнению с болотным охотником или големом — вообще курорт. Или с графскими годовлрезами, да.

— Спасибо за информацию.

— Не за что. — Боров вернулся к протиранию стаканов. — Удачи тебе, охотник. Она тебе понадобится, зуб даю.

Я вышел из таверны на залитую утренним светом площадь и огляделся.

Перепутье днём выглядело иначе, чем ночью. Тогда, приковыляв сюда в темноте, измотанный многодневным бегством, я видел только мелькание факелов, слышал лай собак и чувствовал запах дыма. Теперь же…

Посёлок был небольшим — домов сорок-пятьдесят, сгрудившихся вокруг центральной площади с колодцем. Дома в основном деревянные, крыши крыты соломой или дранкой, окна затянуты бычьим пузырём вместо стекла. Бедненько, но чистенько. И, что важнее, — мирно.

Люди занимались обычными делами: женщина развешивала бельё, мужик тащил тележку с дровами, стайка детей гоняла по улице тощую курицу. Никто не смотрел на меня с подозрением, никто не хватался за оружие, никто не орал «стража, хватай его!». Обычное утро обычного посёлка на краю цивилизации.

Идиллия прямо. Меня аж передёрнуло — в прошлый раз, когда всё выглядело так мирно и пасторально, в меня чуть не вошёл древний бог. Не, не в этом смысле… хотя, как знать, чего он там замышлял.

Охотничий инстинкт не фиксировал в окрестностях ничего опасного — только мелкие огоньки домашних животных: собаки, кошки, куры, свиньи. Пара более крупных сигналов на окраине — лошади, скорее всего. Люди ощущались иначе, достаточно чётко отличаюсь от животных — вот тут опыт жизни в посёлке сектантов пригодился, полезный опыт. Вообще, людей было много. Слишком много, чтобы отслеживать каждого.

Но главное — никакой явной угрозы. Пока.

Дом старосты нашёлся легко — самое большое здание на площади, двухэтажное, с крыльцом и резными наличниками на окнах. Перед входом торчал столб с какими-то объявлениями — бумажными листками, прибитыми гвоздями. О… Это ж доска объявлений, наконец то! Может, какой квест получится взять.

Подошёл, прищурился, пытаясь разобрать каракули.

«прадаю белечии шкуры, многая»

«Приём новичков в артель рыболовов переносится на первый день следующей седмицы, полдень»

«Марку в долг не наливать!!!»

«Пропал козёл. Рыжий, с чёрным пятном на боку. Кличка Жих. Вернувшему — благодарность»

Ну…ладно, фиг с ними, с квестами.… или все же узнать про козла?

— Охотник? Как тебя… Рик?

Я обернулся. Ко мне подошёл мужик — лет пятидесяти, седой, с аккуратной бородкой и цепким взглядом человека, привыкшего оценивать других. Одет просто, но добротно — явно не крестьянин.

— Типа того.

— Я Вели, староста Перепутья. — Он протянул руку, я пожал. — Боров мне передал, что ты интересуешься работой.

Быстро тут сплетни расходятся. Или у них есть какой-то способ мгновенной связи? Впрочем, пофиг.

— Верно. Волков, как я понял, всегда актуально бить?

Только сказав, я понял, что не только лишь все деревенские старосты знают слово «актуальный». Собственно, мало лишь кто знает. Но этот знал.

— Актуальнее некуда. — Вели поморщился. — Две недели назад задрали телёнка прямо у околицы. Неделю назад — собаку. Обнаглели совсем, твари.

— Сколько их?

— Стая голов в десять-двенадцать. Вожак крупный, матёрый. Охотники наши, из молодых, пробовали справиться — без толку. Одного покусали, еле выходили.

Десять-двенадцать Волков, отвесивших звездюлей местным, пускай и новичкам. Это уже серьёзнее, чем «жирные ленивые». Хотя, если подумать, — не страшнее стаи гоблинов. А с гоблинами я как-то справлялся. И ещё вопрос — почему не обратились к местным же, но более опытным? Или те не хотят арбайтен на благо родной деревни за копейки?

— Пять медяков за голову, десять за вожака, — повторил я информацию от трактирщика. — Это окончательная цена или можно обсудить?

Вели хмыкнул — похоже, оценил деловой подход.

— Пока — окончательная. Но если приведёшь голову вожака плюс хотя бы половину стаи изведешь… скажем, добавлю ещё десять сверху. За избавление от проблемы, хотя-бы на время.

Посчитал в уме. Вожак — десятка меди. Пять голов — двадцать пять. Бонус — ещё десятка. Итого сорок пять медяков за одну охоту. Это почти половина серебрушки, в разы меньше, чем я растерял при бегстве. Как бы не на несколько порядков меньше, чем припрятаное сокровище башни. Очень даже неплохо для меня сейчас.

— Договорились, — сказал я. — Где именно этот Западный луг?

— Выйдешь через западные ворота, пойдёшь по дороге до развилки, там направо. Мимо не пройдёшь — увидишь остатки загонов. Только… — Он помедлил. — Ты точно уверен, что справишься? Я про твои навыки не спрашиваю, это твоё дело. Но стая — это не один волк, если что.

— В курсе.

— И ещё. — Вели понизил голос. — Там в округе видели следы чего-то покрупнее. Не знаю, что это — может, медведь какой заблудший, может, что похуже. Если встретишь — не геройствуй, но постарайся изучить, рассмотреть хотя бы. Информация о нём тоже в цене.

Что-то покрупнее. Крупный хищник. С такими подробностями «крупный хищник» мог означать что угодно — от обычного медведя до твари, которая этого медведя на завтрак хавает.

— Понял. Спасибо за предупреждение.

Велимир кивнул и ушёл по своим старостиным делам, а я остался стоять у доски беспрнтовых объявлений, прикидывая план действий.

Итак. Задача: убить волков, заработать денег, не привлечь лишнего внимания. Ресурсы: копьё, нож, сумка с минимумом припасов, остатки крысиных сухожилий для ловушек. Преимущества: тринадцать уровней, неплохая (надеюсь) подборка талантов и навыков, опыт выживания в условиях, которые эти волки даже представить не могут.

Недостатки: я один, толком не отдохнувший, в незнакомой местности, и на меня охотится целый граф с армией.

Ну, бывало и хуже. Примерно позавчера было, если точнее.

Перед выходом на охоту нужно было разведать обстановку в посёлке. Не потому что я параноик… ладно, именно потому что параноик. Жизнь научила.

Следующий час я потратил на неспешную прогулку по Перепутью, стараясь выглядеть как обычный путник, который просто осматривается. Благо, никто особо не обращал внимания — в приграничном посёлке чужаки были делом обычным.

Перепутье располагалось на пересечении двух дорог — отсюда, видимо, и название. Одна шла с востока на запад, соединяя… что-то с чем-то, я пока не разобрался. Вторая — с юга на север, и именно по ней я сюда и приковылял, удирая от погони.

Сам посёлок был обнесён частоколом — невысоким, метра три, но крепким. Не стена, конечно, но от диких зверей, приблудных разбойников и мелких аристократов защитит. Ворот было четверо — по сторонам света. У каждых дежурил один-два стражника. Не солдаты, во всяком случае, с виду— скорее, местные мужики с копьями и заскучавшими физиономиями. Но трезвые и аккуратно одетые, уже показатель.

Рынок располагался у восточных ворот — десяток прилавков под навесами, торговля незатейливая: овощи, хлеб, мясо, горшки, ткани. Пара оружейных лавок — скорее кузницы, чем магазины. Я заглянул в одну, оценил ассортимент.

Мечи, топоры, ножи. Грубая работа, но функциональная. Цены… ну, скажем так, на мои утренние три медяка можно было купить гвоздь. Один. Ржавый.

— Чё надо? — буркнул кузнец, здоровенный мужик с руками как брёвна.

— Смотрю пока.

— Смотри-смотри. Деньги есть — покупай. Денег нет — не мешай работать.

Гостеприимство аж прёт. Ладно, потом разберёмся с экипировкой, когда будет на что покупать.

Вышел из кузницы, продолжил обход. Храм — небольшое здание с символом солнца над входом. Та самая церковь, которая не любит конкурентов вроде культа Глубинного. Обошёл стороной — мало ли, вдруг у них есть способ определять «отмеченных». Лишний раз светиться не хотелось.

Лекарь нашёлся в маленьком домике на южной окраине. Судя по запаху трав, на который живо откликнулась моя идентификация, доносившемуся из окна, — как минимум, в травах шарит. Запомнил адрес на всякий случай. С моей способностью влипать в неприятности лекарь мог понадобиться.

Конюшня. Три лошади, все явно не боевые — рабочие клячи для пахоты и перевозки грузов. Охотничий инстинкт ощущал их как крупные, спокойные огоньки. Без агрессииИ — что важнее — никаких следов погони. Недаром я целенаправленно высматривал конюшню — настичь меня можно было бы только верхом. Но — никаких солдат в цветах графа, никаких расспросов о «подозрительном охотнике», о которых упоминали караванщики. Либо я достаточно далеко оторвался, либо они потеряли след, либо… либо ищут в другом месте.

Не расслабляться, он пидарасы настырные. Они найдут. Рано или поздно — найдут. Вопрос только в том, успею ли я к тому времени…

А что, собственно, успею?

Хороший вопрос. Очень хороший вопрос, на который у меня пока не было ответа.

Выжить — это понятно. Но дальше что? Вечно бегать от графа? Прятаться по деревням, охотиться на волков за медяки? Это не жизнь, это… существование какое то. Стоило тогда вообще мутить всю эту историю с попаданством… а, да, меня же никто не спрашивал. Но все равно, нахер оно нужно.

Впрочем, размышления о главном вопросе жизни, вселенной и всего такого подождёт. Сначала нужно заработать на жратву и крышу над головой, а уже потом — думать о высоком.