Дорога охотника 3

Глава 16

В унисон с его словами отозвался охотничий инстинкт.

Я поднял голову. Он смотрел куда-то за мою спину, в темноту, окружавшую наш лагерь.

— Что?

— Гости.

Чувство опасности молчало, но арбалет я на всякий случай разместил поближе. И второй сдвинул поухватистей. Пара сотен метров по лесу… это минута, наверное. Ждём.

Они подошли на краю освещённого костром круга — четверо. Нет, пятеро. Силуэты, едва различимые в сумерках, но достаточно чёткие, чтобы понять: это люди. Вооружённые люди.

— Добрый вечер, господа, — раздался голос. Хриплый, насмешливый, с каким-то неуловимым акцентом. — Не помешаем?

Я медленно поднялся.

— Смотря с чем пожаловали?

Один из силуэтов шагнул вперёд, в свет костра. Крупный мужик, лет сорока, с рябым лицом и шрамом через всю щёку. Одет в потрёпанную кожаную броню, на поясе — топор и нож.

— Мы — местные, скажем так, предприниматели, — ответил он, улыбаясь. Улыбка была неприятной, показывающей щербатые зубы. — Присматриваем за этой шахтой.

Остальные четверо тоже вышли на свет. Все примерно одного типа — крепкие, грязные, вооружённые. У одного — арбалет, направленный на меня. У другого — лук с наложенной стрелой. Двое оставшихся держали мечи.

Пидарасы, значит. Дождались, пока мы вылезем, вымотаемся, расслабимся — и вот они, здрасьте.

— Чего вы хотите? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, лениво даже.

— Да ничего особенного. — Главарь развёл руками. — Просто… всё, что у вас есть. Оружие, деньги, то, что вынесли из шахты. И можете идти. Мы ж не звери какие-то, убивать просто так не будем.

Просто так. Ключевые слова.

Я быстро оценил ситуацию. Пятеро против двоих. У них — преимущество в численности и позиции. У нас — усталость после шахты и раненый безумец, которого нужно защищать.

С другой стороны…

У меня были характеристики, которых нет у обычных людей. Рефлексы, скорость, сила. И Мехт — вот ни фига не простой путник, а бывший разведчик с двадцатилетним опытом. Это не считая того, о чём он не договаривает… заодно и проверим, о чём.

— А если мы откажемся? — спросил я.

Главарь вздохнул — театрально, напоказ.

— Тогда придётся вас убить. Жалко, конечно, но бизнес есть бизнес. Таковы правила.

— Понятно.

Я переглянулся с Мехтом. Едва заметный кивок, даже намёк на таковой — он понял.

— Ладно, — сказал я, поднимая руки. — Не стреляйте. Отдадим всё.

Главарь расплылся в улыбке.

— Вот это правильный подход! Разумный человек, сразу видно…

Я начал движение.

Бросок вперёд, под траекторию полёта арбалетного болта, который прошёл в паре сантиметров от моего уха. Перекат. Нож — откуда-то из рукава, не помню когда достал — в горло лучнику, который не успел отпустить тетиву. В горло, правда, не попал — но лезвие в глазу тоже ощутимо поубавило ему прыти. Мехт тоже не отставал. Один из его метательных ножей уже летел, вращаясь в воздухе. Попал арбалетчику в плечо — не смертельно, но достаточно, чтобы тот выронил оружие.

Главарь выхватил топор, замахнулся. Я ушёл под удар, оказавшись внутри его защиты. Локоть в солнечное сплетение. Он согнулся, хватая ртом воздух. Колено в лицо. Хруст.

ПРЕДЧУВСТВИЕ ОПАСНОСТИ

Развернулся. Меч одного из бандитов уже летел к моей шее. Успел подставить нож — вроде бы тупость пытаться блокировать длинный клинок ножом, но с моими характеристиками, да в отсутствие альтернативы… приемлемо. Скрежет металла о металл, рука с ножом ощутимо прогибается, но держит удар. От его силы меня отбросило назад, но я устоял на ногах. Контратака. Финт влево, удар в правый бок. Лезвие распороло кожаную броню — похуже моей куртки, кстати, добралось до плоти. Бандит взвыл, отступил, зажимая рану в районе нижних рёбер.

Мехт уже разобрался с арбалетчиком — тот лежал на земле, не подавая признаков жизни. Теперь мой напарник схватился с последним, и я видел, что ему явно приходится нелегко. Бандит был крупнее, сильнее, и Мехт ещё не полностью оправился от раны.

Я рванулся на помощь.

Раненый бандит попытался перехватить меня, но я просто проскочил мимо, не тратя время на добивание, только пнул на ходу под колено. Главное — помочь Мехту, иначе наше сотрудничество очень быстро закончится по естественным причинам.

Бандит занёс меч для удара. Я врезался в него сбоку, сшибая с ног. Мы покатились по земле, обмениваясь короткими ударами. Он был силён, но я — сильнее. И быстрее. И у меня были офигенные молниеносные рефлексы. Нож в бок. Глубоко, по рукоять, между пятым и шестым рёбром. Бандит захрипел, дёрнулся, затих.

Поднялся, оглядываясь.

Мехт стоял над телом арбалетчика, тяжело дыша. Главарь валялся без сознания у костра, из разбитого носа текла кровь. Раненый бандит пытался отползти в темноту, зажимая рану.

— Стоять, — сказал я. — Куда собрался, такой красивый?

Он замер.

— Пожалуйста… — прохрипел он. — Я не… мы просто…

— Сколько вас всего?

— Пятеро… было пятеро… больше нет, клянусь…

От души пнул его в район раны.

— Не пизди.

— Аааа… а… богами клянусь, пятеро!!!

— Где ваш лагерь?

— На… на холме… к северу… там пещера…

Я подошёл к нему, присел на корточки. Достал нож, задумчиво поиграл им перед глазами бандюка.

— Кто вас послал?

— Никто… мы сами… просто иногда так зарабатываем… на дороге, в лесу иногда… вот про шахту подумали… это Хим всё… главный, он всё придумал… Мы просто…

Просто грабят. Просто убивают тех, кто не соглашается отдать всё. Просто — местные предприниматели.

Меня передёрнуло от отвращения.

— Рик, — голос Мехта. — Что делать с ним?

Я посмотрел на раненого. Он смотрел на меня глазами, полными страха. Знал, что его жизнь висит на волоске. Нужно было решать эту проблему. По логике — нужно было приказать спутнику, раз уж он никогда не против. Не оставлять свидетелей, не оставлять врагов, способных вернуться с подкреплением. Но Мехт уже доказал свою лояльность… или отсутствие предубеждения к грязной работе, не стоит перегибать. Сам справлюсь…

Мы обыскали тела — не из жадности, а из практичности. Нашли немного серебра, несколько ножей приличного качества, лук с запасом стрел, арбалет — хуже моего трофейного, но как сгодится на продажу. Ещё — карту местности, грубую, но полезную, и записную книжку главаря.

— Интересно, — сказал Мехт, листая книжку. — Здесь записи о всех, кого они… обслужили. Даты, имена, что забрали.

Я заглянул через его плечо. Записи были корявыми, но читаемыми.

«14-й день третьей луны. Два торговца. Шесть серебряных, товар на продажу.»

«23-й день третьей луны. Охотник-одиночка. Три серебряных, шкуры, мясо.»

«5-й день четвёртой луны. Группа местных, остались в шахте. Забрали то, что нашли у входа.»

Группа искателей. Те самые, чьи трупы мы видели внизу.

— Они знали, что шахта опасна, — сказал Мехт. — И просто решили ждать у выхода, пока кто-нибудь вылезет.

— Или не вылезет.

Блядский, но эффективный бизнес. Почти без риска, с гарантированным доходом.

— Что с главарём? — спросил Мехт, кивая на тело у костра.

Я подошёл, проверил пульс. Жив. Без сознания, но жив.

— Свяжи его. Утром отведём в Перепутье. Пусть Вели решает, что с ним делать. Может, даже заплатят чего.

Мехт кивнул, достал верёвку.

Остаток ночи прошёл спокойно. Мы по очереди дежурили, но никто больше не появился. Безумец из шахты так и не пришёл в себя, продолжая бормотать что-то во сне. Главарь очнулся под утро, но, увидев, в каком положении находится, предпочёл не рыпаться. На рассвете двинулись в путь. Мехт тащил сумасшедшего, я вёл пленника. Обратная дорога заняла больше времени — мы были нагружены, устали, и приходилось соблюдать осторожность.

К вечеру показались стены Перепутья.

Стражники у ворот посмотрели на нашу процессию с интересом.

— Богатый улов, — хмыкнул один из них. — Кого притащили?

— Бандитов, — ответил я. — Грабили у старой шахты. И выжившего из тех, кого они грабили.

Стражник присвистнул.

— Вели будет в восторге. Он давно на эту шайку зубы точил, но некому было заняться.

Чёт у меня есть подозрение, что во фразе «некому было заняться» пропустили «бесплатно» или «за копейки».

Мы прошли через ворота, направились к дому старосты. Люди на улицах провожали нас взглядами — кто с любопытством, кто с опаской. Перепутье — маленький посёлок, новости здесь расходятся быстро. Вели нашёлся на своём обычном месте — у крыльца, разговаривал с каким-то мужиком в кузнечном фартуке. Горт, узнал я. Тот самый кузнец-мудак.

— Рик, — Вели кивнул мне. — Вижу, ты не скучал.

Я вкратце рассказал о шахте, о бандитах, о засаде. Опустил незначительные детали о книге, свитке и кристалле — незачем посвящать всех в мои дела. Просто сказал, что нашли кое-какие старые вещи, может, ценные, а может, хлам.

Вели выслушал, кивая.

— Хорошая работа. За бандитов… — он задумался, — три серебряных. Это официальная награда за Рябого и его людей. Плюс то, что ты у них забрал — это твоё по праву.

Ну… тоже деньги. В целом, даже неплохие, больше чем ожидал, хоть и меньше чем хотел.

— А этот? — Вели кивнул на безумца, которого Мехт аккуратно опустил на землю.

— Выживший из группы, которую бандиты дождались у шахты. Они спустились вниз, нашли что-то… и это что-то сломало им мозги. Трое умерли, этот выжил, но… — я покрутил пальцем у виска. — Не в себе совсем.

Вели нахмурился.

— Шахта всегда была опасным местом. Это ты там умудряешься не только бывать, но ещё и возвращаться… — Он покачал головой. — Ладно. Отнесём его к целительнице, пусть посмотрит. Может, что-то можно сделать.

Он подозвал одного из стражников, тот подхватил безумца и понёс куда-то вглубь посёлка. Пленника — Рябого — увели в какой-то сарай, видимо, местный аналог тюрьмы.

Мы с Мехтом остались одни.

— Что теперь? — спросил он.

— Теперь — отдых. Еда. Сон. А потом… — я похлопал по сумке, где лежала книга, — нужно найти кого-то, кто сможет прочитать эту занимательную хрень.

Мы направились к «Трём дубам». День был в разгаре, но я чувствовал себя так, будто не спал неделю. Шахта, твари, голос в голове, бандиты, бой — всё это вымотало и тело, и разум.

Боров встретил нас привычным ворчанием.

— Живые, значит. Я уж думал, можно ваши комнаты кому другому сдавать.

— Мы тоже рады тебя видеть, — буркнул я. — Еды. На двоих. И пива.

— Денег хватит?

Я выложил на стойку несколько медных монет — из того, что нашли у бандитов.

— Хватит?

Боров хмыкнул, сгрёб монеты, исчез на кухне. Через несколько минут вернулся с двумя мисками чего-то дымящегося и двумя кружками пива. Мы ели молча. После всего, что произошло, слова казались лишними. Только когда миски опустели, а кружки наполнились по второму разу, Мехт заговорил.

— Ты видел это, — сказал он тихо, чтобы не слышали другие посетители. — Там, внизу. Озеро. Тварей. И… что-то ещё.

Я кивнул.

— Оно со мной разговаривало. В голове.

Мехт побледнел.

— И что… что оно сказало?

— Что я — его. Что метка делает меня частью этой хрени. Что это неизбежно.

Я допил пиво, поставил кружку на стол.

— Но знаешь что? Пошёл он нахуй.

Мехт смотрел на меня долго, молча.

— Ты либо очень храбрый, — сказал он наконец, — либо очень тупой.

— Я это уже слышал.

Мехт кивнул.

— Я с тобой. Пока наши интересы совпадают.

— Ты уже говорил.

— Повторяю… на всякий случай, чтобы ты не забыл.

Остаток дня мы провели, приводя себя в порядок. Я осмотрел трофеи — оружие, снаряжение, деньги. Продал то, что не нужно, купил то, что нужно. Пополнил запас болтов, закупил провизию, заказал у Горта ремонт брони. Кузнец, кстати, смотрел на меня уже по-другому. Не как на очередного идиота, а как на… коллегу, что ли? Ну, или хотя бы полезного идиота, с которым стоит считаться.

— Слышал про шахту, — буркнул он, принимая заказ. — И про бандитов. Неплохо.

— Спасибо.

— Это не комплимент. Просто факт.

Ну да. Горт остаётся Гортом.

Вечером я засел в комнате с книгой и свитком. Долго изучал карту, пытаясь соотнести её с тем, что знал о географии региона. Получалось плохо — карта была слишком схематичной, а мои знания — слишком скудными. Но одно я понял точно: метка на карте, ближайшая к Перепутью — та самая шахта, из которой мы только что вернулись. Это значило, что карта реальна, что метки — настоящие места… с другой стороны, мы ж её и нашли в этой шахте… сильно понятнее не стало, в общем.

С книгой дело обстояло хуже. Текст оставался непонятным — ни одного адекватно понимаемого слова, ни одной узнаваемой фразы. Нужен был специалист.

Тамас? Алхимик, с которым я пришёл в Перепутье? Он учёный, может, что-то знает… Или Лиса. Теневая гильдия наверняка имеет доступ к разного рода экспертам. Или… академия? Тот магистр… Теренций, вроде бы, о котором говорил Мехт? У него, как оказалось, тоже есть ко мне интерес, почему бы ему не быть взаимным. Но это — слишком далеко, слишком рискованно, и нет у меня к нему никаких подходов. Пока — слишком рискованно.

Решил начать с Тамаса. Завтра найду его, покажу книгу. Посмотрим, что скажет.

Проснулся с головной болью и ощущением, будто в черепе кто-то порылся грязными щупальцами. Знакомое чувство после этих снов… но в этот раз их, вроде бы, не было? Утро было серым, пасмурным — типичная погода для этих мест. Я спустился в общий зал, позавтракал, вышел на улицу.

Перепутье жило своей обычной жизнью. Охотники уходили в лес, торговцы раскладывали товар, женщины развешивали бельё. Никому не было дела до древних ужасов под землёй и существ, которые разговаривают в голове. И это было… нормально. Успокаивающе нормально.

Тамаса нашёл у алхимической лавки — он что-то обсуждал с хозяином, жестикулируя и показывая какие-то склянки. Увидел меня, кивнул.

— Охотник. Слышал о твоих приключениях. Впечатляет.

— Спасибо. Есть разговор.

Он посмотрел на меня внимательнее. Что-то увидел — или почувствовал — и кивнул.

— Отойдём.

Мы нашли укромный угол за складом, где нас никто не мог подслушать. Я достал книгу, показал ему.

— Нашёл в шахте. Не могу прочитать. Думал, может, ты знаешь, что это за язык.

Тамас взял книгу, открыл. Его лицо изменилось — интерес сменился удивлением, потом — чем-то похожим на благоговение.

— Где ты это взял? — спросил он тихо.

— Сказал же — в шахте. На алтаре.

— Ты понимаешь, что это?

— Нет. Поэтому и спрашиваю.

Он перевернул несколько страниц, вглядываясь в текст.

— Это… очень старое. Очень. Язык — первый доимперский, скорее всего, я не эксперт… только очень уж сложный… много непонятных символов… Или даже… нет, не может быть…

— Что?

— Есть легенды, — Тамас говорил медленно, подбирая слова, — о расе, которая жила здесь до людей. До эльфов, до гномов, до всех разумных, которых мы знаем. Есть версии, гипотезы, что доимперские языки происходят от их языка, что это его упрощённая версия, для дикарей… которыми, будем честны, и были наши предки.

— Ты можешь прочитать?

Тамас покачал головой.

— Нет. Но знаю того, кто может. — Он закрыл книгу, посмотрел на меня. — Это очень ценная вещь, охотник. Очень ценная и очень опасная, как минимум потенциально. Уверен, что хочешь разбираться?

— Уверен.

Он вздохнул.

— Ладно. Есть человек в столице, старый маг, специалист по древним языкам. Но до него — далеко, и дорога опасна.

— Кто?

— Его зовут Магистр Ольрен. Он… — Тамас замялся. — Он странный. Живёт в башне за городом, почти ни с кем не общается. Но если кто-то и может прочитать это — то только он.

Столица. Далеко. Опасно. Но если там — ответы…

— Спасибо, — сказал я, забирая книгу.

— Подожди. — Тамас положил руку мне на плечо. — Ещё кое-что. Та странность, которую я почувствовал в тебе при первой встрече… она стала сильнее.

Кто бы сомневался, дядя.

— Это проблема?

— Возможно. — Он убрал руку. — Просто… будь осторожен. То, что связано с Глубинными — редко заканчивается хорошо для людей.

Редко заканчивается хорошо. Отличная формулировка. Очень обнадёживающая.

Я кивнул, поблагодарил ещё раз и ушёл. Голова была полна мыслей — о книге, о карте, о столице, о магистре Ольрене. Слишком много информации, слишком мало времени.

Вернувшись в «Три дуба», обнаружил Мехта за столом, в компании… Лисы. Они о чём-то тихо разговаривали, и при моём появлении оба замолчали.

— Присаживайся, охотник, — сказала Лиса, кивая на свободный стул. — Есть новости.

Я сел, глядя на неё настороженно.

— Какие?

— Графская дружина. Та, что преследовала тебя с самого начала. Они неподалёку.

Сердце пропустило удар.

— Где?

— Пока — в дне пути к востоку. Но движутся сюда. И их много — три десятка солдат, плюс маг, плюс какой-то важный тип из столицы.

— Откуда информация?

— От гильдии. — Лиса улыбнулась. — Мы всегда следим за такими вещами.

Три десятка солдат — это серьёзно. Очень серьёзно. Даже с моими способностями, даже с Мехтом — это слишком много.

— Сколько у меня времени?

— День. Может, два, если повезёт. — Лиса наклонилась вперёд. — Но есть вариант. Шёпот предлагает… эвакуацию. Безопасный маршрут на запад, подальше от графа и его людей. В обмен на ту услугу, о которой мы говорили.

Услуга… значит, сотрудничество с Теневой гильдией, то, что я откладывал, пока была возможность.

Теперь возможности не было.

— Какая услуга? — спросил я.

— Ничего сложного. По пути — выполнить одно поручение. Доставить посылку. В нужное место, нужному человеку.

— Что за посылка?

— Информация. — Лиса пожала плечами. — Гильдия торгует информацией. Иногда её нужно передать лично.

Информация, просто информация. Звучало почти невинно. Почти.

— Куда доставить?

— Западный порт. Город Морхольм. Там живёт один наш… друг. Ему нужно передать письмо. Лично, в руки, без свидетелей.

Западный порт. Морхольм. Это — путь к столице, к магистру Ольрену, к ответам. Удобно.

Слишком удобно… подозрительно удобно.

— Согласен, — сказал я.

Лиса улыбнулась.

— Разумный выбор. Выходите завтра на рассвете. Проводник будет ждать у северных ворот.

Остаток дня прошёл в сборах. Я проверил снаряжение, пополнил запасы, заплатил Борову за комнату — на всякий случай, мало ли что. Попрощался с Вели, с Гортом, даже со старухой Бертой, у которой травил крыс в первый день. Странно было осознавать, что покидаю Перепутье. Это место стало… не домом, нет. Но чем-то близким к этому. Местом, где я мог отдохнуть, набраться сил, разобраться в себе.