Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина

Глава 17. Матильда

Эстери Фокс

Ноги до сих пор подламывались — не от усталости, а от проклятого цварга, свалившегося на мою голову! От Кассиана Монфлёра, который появился в клинике, как выстрел в вакууме: внезапно, ярко и совершенно беззвучно. И который, вместо того чтобы, как приличный инспектор, учинить очередной допрос, подошёл вплотную, вперился взглядом, прижал, коснулся своими наглыми лапищами! Я, конечно, знала, что бета-колебания усиливают эмоциональную вовлечённость и обостряют сенсорные реакции, но это не объясняло всего. Не объясняло, почему я замерла, когда он прикоснулся. Почему не оттолкнула? Почему не заорала? Не позвала охрану?! Почему, чёрная дыра меня сожри, сердце выстукивало ритм, который был так смутно знаком и желанен?! Откуда вообще взялось это дикое влечение к какому-то низкосортному инспектору? Как такое возможно?!

Я резко выдохнула. Нет. Нет и ещё раз нет. Не могла же я сама… просто так… отдаться этому нарциссу! Или могла?

Омерзительно скользкое сомнение вцепилось в затылок, не давая отдышаться. А ведь всё и без этого валится: Хавьер Зерракс— со своей «невестой» и намёками, которые в последнее свидание перестали быть просто намёками. Нужно как можно быстрее найти новое складское помещение и дать вежливый отказ, пока Кракен не решил, что уже заполучил меня в свой зоопарк. Пока я ещё могу делать выбор.

Уставшая, совершенно разбитая как физически, так и морально и не чувствующая ног, я вернулась домой в девятом часу вечера. Матильда как раз собирала вещи после длинного рабочего вечера. Вкусно пахло ужином… макароны с мясом, судя по витающему аромату в прихожей. Лея носилась по всей квартире, но на этот раз не с плюшевым медведем, а со скворечником, который они сделали на уроке труда. На нём торчала кривая крыша, и не хватало одной стенки, однако голос дочери звенел такой радостью, что на миг стало легче дышать.

— Мам, ну скажи же, это будет самый красивый скворечник на Тур-Рине?

Я усмехнулась. Устало, но искренне.

— Конечно будет. Он уже самый красивый.

— Отлично, а то мы завтра идём с классом вешать их в парк! Как думаешь, может, мне лучше стать не дизайнером одежды, а архитектором? Я ведь настоящие дома смогу строить! — Лея вскинула скворечник над головой, как трофей, и тут же доска с глухим «хлоп» отвалилась и шлёпнулась ей на ногу. — Ой…

Но вместо драматической сцены, как бывает у большинства детей, моя дочь только хихикнула и понеслась прочь, оставляя меня одну с Матильдой, скворечником и ворохом мыслей, что не отпускали с самого утра.

— Спасибо, что забрала её из школы, — выдохнула я, сбрасывая туфли, а вместе с ними и последние остатки сил.

Хотела вынуть из гардеробной куртку и дать прямо в руки Матильде, но та, вместо того чтобы поспешно уйти, как делают няни после смены, лишь легкомысленно перекинула одежду через локоть.

— Да мне совсем несложно было. Лея — прелесть, очень послушная, не то что мой Корри.

Лея-то послушная?!

Я промолчала, решив придержать собственное мнение при себе.

Лея — девочка-взрыв, которой в голову вечно приходят самые сумасбродные идеи. Только в позапрошлом месяце меня вызывали к директору, потому что она прицепила под парты в классе ампулы с феромонами из моего лабораторного сейфа и устроила «социальный эксперимент». На прошлой неделе Лея насыпала в стиральную капсулу биопигмент и окрасила все белые блузы в розовый. А до этого тайком пыталась вырастить на балконе медузу в банке, потому что где-то вычитала, что эссенция из стрекательных клеток этого вида медуз может раз и навсегда изменить цвет кожи. Да, Лея переживала на тему того, что у неё сиреневые покровы, и никак не хотела верить, что она очень красивая. Тут уже я считала себя виноватой: дочь подсознательно улавливала мою тревогу за её будущее и списывала на свою внешность.

— Как идёт поиск донорского органа? — тихо уточнила у женщины, чтобы дочь не слышала.

— Никак, — так же тихо ответила Матильда, и в её голосе сквозила усталость другого рода. Горькая, привычная.

Эта пожилая миттарка днём успешно управляла целым райским домом[1] на Тур-Рине, а по вечерам подрабатывала персональной няней для Леи, так уж у нас завелось. Я подозревала, что она так загружает себя, чтобы избежать мыслей о возможной смерти внучатого племянника. Что ж, трудоголизм всяко лучше алкоголизма.

Я кивнула. Ну да, не всегда всё решается деньгами… В случае с Корри Матильда отдаст все деньги, лишь бы выкупить новые лёгкие, но вот беда — подходящих нет даже на чёрном рынке. Оставалось лишь ждать. Повезёт Корри или нет.

Тель мотнула головой, отгоняя плохие мысли, и неожиданно улыбнулась:

— Зато у тебя, гляжу, всё кипит. Ну, как у тебя с твоим мужчиной?

— Каким мужчиной? — изумилась я, в первую очередь похолодев от ужаса и подумав, что Тиль знает о предложении Хавьера.

Если даже пожилая хозяйка райского сада в курсе таких деталей, значит, о наших «отношениях» с Кракеном знает вся изнанка!

Однако Матильда лишь закатила глаза.

— Каким-каким, — наигранно шумно вздохнула миттарка и сдула сине-зеленый локон со лба. — Ох, не знала бы тебя, Тери, подумала бы, что у тебя этих мужчин аэропоезд и маленькая гравитационная тележка! Разумеется, я говорю о том таинственном незнакомце с обалденным парфюмом и потрясающим разворотом плеч, чьи целых два пиджака висят у тебя в шкафу.

Пиджаки!

Кассиан!

Космос меня задери, я же ему уже их действительно две штуки должна! Первый я взяла, не заметив, после конгресса, а второй был надет на меня собственноручно после тесного лифта. Я застонала, поняв, что сегодня, вообще-то, когда инспектор заходил в «Фокс Клиникс», был шанс отдать вещи, но я его профукала. Неужели вновь придётся увидеться с инспектором после того, что было сегодня? После того, как он своими пальцами… О-о-о, не-е-ет!

— Я вижу, ты поняла, о каком мужчине идёт речь, — заявила Матильда, внимательно наблюдая за моим лицом.

Я потрясла головой.

— Нет, Тиль, нет. Ни в коем случае, ты всё не так поняла…

— Он цварг?

А она поняла.

Я сглотнула вставшую комом слюну.

— Да, цварг.

— И почему нет? Только из-за расы?

Я молчала.

— Я понимаю, что отец Леи — цварг. Неужели тот мужчина тебя обидел так сильно? Прошло уже десять лет, и сейчас перед тобой совершенно другой мужчина, пускай и той же расы, — мягко уточнила Матильда. — Ты же понимаешь, что ненормально переносить отношение с одного индивида на всех мужчин, у которых тоже сиреневая кожа и рога-резонаторы?

Я стояла перед няней и по совместительству хозяйкой райского сада и не знала, что ответить.

Дело в том, что я совершенно не помнила лица цварга, от которого забеременела. Я не помнила ту ночь, и сам факт, что я всё это забыла, говорил о колоссальном бета-вмешательстве в мой разум. И ладно бы это, но ведь прошло уже столько лет, а с тех пор я перестала внутренне воспринимать мужчин как мужчин. Взять того же Хавьера — ведь же красив! Объективно красив! Да многие женщины Тур-Рина передрались бы за внимание такого экземпляра, а если добавить его власть и деньги… Но когда этот мужчина клал мне ладонь на колено во флаере, я не чувствовала ровным счётом ни-че-го. Вообще ничего. Как будто ночь с тем цваргом выключила внутри меня тумблер «Я — женщина». После того цварга другие мужчины перестали меня интересовать… Я пыталась пробовать с ларком, потом с таноржцем… вообще ничего не получилось. Совершенно. И вот спустя десять лет после той ночи первый мужчина заставил моё тело чувствовать, да ещё и так сильно… И снова цварг. Проклятие на мне, что ли, какое-то?!

— Эстери, девочка моя, — внезапно шумно вздохнула Матильда, словно прочитав мои мысли. — Это я уже старая и никому не интересная, а ты ведь молодая и такая одинокая! — Она цыкнула языком и покачала головой из стороны в сторону. — Ну не дело это, что ты одна да одна, вся в ребёнке и работе. Надо же ведь и развлекаться, и свою личную жизнь строить… Вот когда у тебя последний раз мужчина был?

«Десять лет назад».

— Да, может, отец Леи тебя и обидел, догадываюсь уж, но это ведь так давно было! А ты себя заживо хоронишь, можно сказать. Ну подумаешь, мужчина, который тебе понравился, той же расы…

— Он мне не понравился! — возмутилась я.

— Ой ли? — Матильда высоко подняла тёмно-сапфировые брови на лоб. — Меня-то обманывать не надо.

Я почувствовала, как к шее и щекам приливает горячая кровь. Ну ладно, приврала. Кассиан Монфлёр, несмотря на заносчивый и въедливый характер, чисто физически вызвал влечение с первой секунды, как я увидела его крепкий зад. Со мной такого давно не было… И уж если брать в расчёт то, что я дала ему сегодня утром сделать со своим телом…

Ладно.

Каюсь, понравился.

Но ведь это же не повод…

— Не повод что? — Матильда посмотрела на меня вопросительно, а я осознала, что последнюю фразу, оказывается, произнесла вслух. — Не повод хорошо провести время? Эстери, неужели ты боишься и этого мужчины?

Вопрос скользнул не по коже, а сразу в нервное окончание.

Чувствовала ли я опасность рядом с Кассианом? Я повела плечами, прислушиваясь к себе. Разве что только в первую нашу встречу, а затем… Нет. Ни капли. Его упрямство могло бесить до скрежета зубов, его слепая вера в законы Цварга — сводить с ума, но страх?.. Нет, страху там не было места. Наоборот. Стоило лишь вспомнить, как он инстинктивно, почти на рефлекторном уровне накидывал на мои плечи пиджак — один раз, чтобы укрыть от холода, другой — чтобы спрятать от чужих жадных взглядов. Вспомнить, как он без малейшего раздумья бросился за мной на старом заводе, когда упала балка... Этот мужчина не только защищал. Он сам по себе был защитой. Каменной стеной между мной и хаосом. И если честно, среди всех встреченных мною мужчин за последние годы только он вызывал редкое, почти забытое чувство — ощущение безопасности.

— Кем он работает? — уточнила Матильда, на этот раз не подозревая о моих мыслях.

— Рядовой инспектор… с Цварга.

— Ну вот. То есть он тебе в бизнесе не угроза, «Фокс Клиникс» не отнимет, как и дочь. Если он всего лишь мелкий инспектор, то наверняка и без финансового состояния, то есть даже к адвокатам, в случае чего, обратиться не сможет… — Няня выразительно поиграла бровями. — Итого имеем: за кучу времени тебе нравится мужчина. Не опасный ни по каким параметрам. Да, цварг, но бета-воздействия он на тебя не оказывал же?

Я вспомнила сегодняшний оргазм и пришла к выводу, что таки нет. Как бы мне ни хотелось свалить всё на ментальное вмешательство, этот мужчина его явно не использовал. Если бы хотел, то ещё несколькими встречами ранее принудил бы меня открыть сейф в кабинете… но нет, Кассиан Монфлёр действительно честный мужчина.

— Не оказывал.

— Женат?

— Нет, но у него была спутница…

— Ой, даже слушать не хочу, — замахала перепончатыми руками Тиль. — Эстери, у тебя мужчины не было — вечность! А тут на горизонте нарисовался шикарный неженатый экземпляр, на твой бизнес не претендует, к изнанке отношения не имеет, влияния — чего ты опасаешься больше всего на свете — у него тоже нет. Бери — и пользуйся!

Я посмотрела на Матильду с сомнением, но она лишь отбросила свою куртку на спинку дивана, куда-то ретировалась, а минутой позднее появилась с двумя мужскими пиджаками на вешалках в стандартных одноразовых чехлах из химчистки.

— Вот, пока тебя не было, я озаботилась, — сообщила миттарка, передавая мне одежду.

— Спасибо большое. Тиль, я правда не…

— Не спорь со старой женщиной! — Она демонстративно схватилась за поясницу и охнула. — Всё, Корри всё равно сегодня остался на ночь в школе, у них там какая-то ночь музеев, а я с твоей Леей посижу до утра. А в райском доме девочки и без меня прекрасно справляются. Давай-давай, топай!

— Но я не знаю, где он живёт, — предприняла я последнюю попытку отбрыкаться от этого бульдозера, но Матильда посмотрела на меня снисходительно.

— А то я Софи не знаю. Это же твоя секретарша. Она тебе даже адрес демона из Преисподней достанет, не то что какого-то там инспекторишки. Пиши ей и езжай прямо сейчас. Если говоришь, что он с Цварга, то нет никаких гарантий, что он не отчалит с Тур-Рина завтра-послезавтра. В общем, поторопись, не упусти свой шанс.

И с этими словами мне вручили одежду из химчистки и буквально вытолкали за порог. «Да-да, Глота я просила не уезжать, он ждёт внизу, нечего такси пользоваться, опасно!» — прозвучало за секунду до того, как дверь за мной захлопнулась и меня буквально выставили на лестничную клетку.

[1] Райский дом — аналог борделя на Тур-Рине, но на этой планете ФОМ иные законы, чем во всей Федерации. Сотрудницы райского дома платят налоги, обычно имеют медицинские страховки и также имеют право отказать клиенту, если он им не нравится.