Золушка для темного принца

Глава 9 Беспокойная ночь. Как меня позвали замуж

Злата

Мы проговорили довольно долго, а потом разошлись спать. И едва я успела прикрыть глаза, заставляя себя вспомнить весь день, как послышался странный и очень тревожный звук. Нет, это не было воем сирены, скорее напомнило перезвон колокольчиков, от которого по телу побежали мурашки.

Я подскочила, бросилась в коридор, где столкнулась с Тафилис.

– Что это? Продолжение праздника? – поинтересовалась я, запахивая полу шелкового халата, расписанного жар-птицами, смахивающими на куриц с куцыми хвостами.

– Угу, только не нашего, – криво усмехнулась модистка. – Пошли проверим, какой гад решился на взлом. Не иначе конкуренты пронюхали про красное платье с запахом и задумали своровать наброски… А если так, то где моя дежурная кочерга?!

Я посмотрела на модистку с уважением. У каждой женщины должно быть не только маленькое черное платье (идея!), но и кочерга, скалка или сковорода.

Все оказалось куда проще, чем мы предполагали вначале. Под звуки колокольчиков мы спустились на первый этаж, заглянули в мастерскую (конкуренты, по мнению Тафилис, жуть как мечтают проникнуть именно сюда). И ведь она оказалась права. Прилипший к окну человек просто не мог быть порядочным, особенно в зимнюю ночь.

– А вот мы сейчас посмотрим, какая зараза посмела ко мне забраться. Я им всем покажу… – кровожадно заявила Тафи и хлопнула в ладоши, чтобы зажечь огни, при этом едва не выронив кочергу. – Сейчас еще и стражи прибегут. Пусть знают, как обворовывать честных налогоплательщиков.

Я дернулась было что-нибудь подхватить из подручных средств. Между табуретом и веником предпочла последнее… Бросила еще один взгляд на окно.

– Послушай, так это тот самый парень, что принес тебе панталоны от принца! – воскликнула модистка.

– О! – только и протянула я, забыв уточнить, что нес-то он коробку, а все остальное – исключительно содержимое, никак не касающееся посыльного.

И замерла, понимая, что за окном Алекс Павлов. Лицо и руки, прилипшие странным образом, будто их впечатало в стекло, и выглядело все это смешно и поучительно одновременно. Алекс таращил глаза, а приплюснутый нос и щека смотрелись комично.

– Может, он перепутал доставку и попытался вернуть? – с сомнением в голосе поинтересовалась Тафи. Сама она по-прежнему не отрывалась от окна. И тут же опровергла собственные слова: – С другой стороны, мог бы и постучаться, как нормальные люди делают. Ладно, пусть разбирается Рей или кто там сегодня дежурит.

– Тафи, не надо стражей, – попросила я жалобно. – Это Алекс, тот парень, с которым я попала в этот мир. Давай его отпустим? Смотри, на нем маскарадный наряд. Ливрея, а ведь на дворе зима.

Я бросилась на улицу спасать однокурсника. А когда очутилась там и растерянно уставилась на спину парня, всячески игнорируя холодный ветер, замерла в недоумении. А что дальше делать-то?! Он же прилип. Отковыривать ломом, отливать кипятком?

– Ты уверена, что он не вор? – засомневалась подруга, проследовавшая за мной.

– Уверена. Это тот самый наряд, что приволок Сорель.

– Хорошо, сейчас отключу магнитное поле. Помнишь, я тебе говорила про мага, которому хочу тебя показать?

– Припоминаю.

– Так вот, не забудь мне напомнить, чтобы я сказала ему спасибо за чудесную охрану.

Я поежилась, провожая Тафилис умоляющим взглядом. Прилипший к окну Павлов мог только дрыгать ногами и что-то там гневно мычать.

Прошло не больше минуты, когда раздражающие слух колокольчики затихли, а однокурсник вдруг как-то быстро обмяк и начал сползать вниз. Я кинулась помогать Алексу, но под тяжестью парня мы вместе рухнули в сугроб. Колючий снег коснулся моих ног (между прочим, я была без колготок), шеи, головы… Естественно, я заорала, а вслед за мной и Павлов.

– А! Максимова, ты что, с ведьмой живешь?! – завопил он, вцепившись в меня, отчего тепла не прибавилось.

Интуитивно я пнула Алекса, но получилось так, что стало еще холоднее.

– Пожалуй, я все-таки сдам его стражам. Кстати, я уже слышу их приближение, – произнесла Тафилис. Она застыла на крыльце и с интересом наблюдала за нашей возней.

– Павлов, лакей ты позеленевший, ну почему ты такой проблемный?! – Я поднялась на колени, чувствуя, как колючие льдинки впиваются в кожу, а от шелковой ткани халата с каждой секундой становилось все холоднее. Это какой-то злой рок, падать дважды за день. И не где-то на катке или лыжных соревнованиях, а на улице иномирной столицы. Нет бы на теплом морском песочке поваляться, а тут на, Златка, получи! Любишь сказочки – люби и мухоморы с приворотом.

Стуча зубами от холода, я поднялась, мечтая о горячем чае и ванне.

– Златка, я тебя нашел! – неожиданно воскликнул Алекс. После магического воздействия он оказался довольно проворным. Быстро поднялся на ноги и сгреб меня в объятия. Губы парня скользнули по моей щеке, и на долю секунды я лишилась речи, при этом продолжая трястись, как лист на ветру.

Стражи появились словно из ниоткуда. Я нервно дернулась, Алекс выпустил меня из объятий, а потом снова притянул к себе, одной рукой расстегивая ливрею. Он согреть меня мечтает, что ли? Полоумный, дом-то рядом!

Я пихнула Павлова в бок, вывернулась и подскочила к Тафилис, которая, в отличие от меня, накинула теплую шубку.

– Иди оденься, – шепнула мне Тафи, и я была бы рада это сделать. Очень рада, да только не случится ли, что Алекса заберут?!

– Что здесь произошло? – Голос Рея Быстрова я узнаю из десятка мужских голосов.

– Капитан, так это же те две девицы, которые схватили маньяка, – воскликнул второй страж. – Еще одного поймали. Может, заберем их к себе в участок? Будут работать, приносить пользу.

Я присмотрелась. Ну точно, это Дик Скотт, тот самый второй страж из парка.

– Златка, какие маньяки? – поинтересовался Алекс. Он хотел сделать это шепотом, но вышло так, что услышали все. – И вообще, я шел к тебе поговорить.

У меня ответа не было, да и от холода мысли стали как-то замедляться. Я громко чихнула, извинилась… Потом снова чихнула…

– А давайте все вместе пить чай! Горячий, – предложила Тафи, и я была первой, кто рванул в дом.

С волос стекали капли, образовавшиеся из снега, зуб на зуб не попадал, но зато я знала – Алекс пошел вместе с нами, и это радовало. Мне нужно было с ним поговорить, но так, чтобы наедине. А главное – чтобы его не забрали стражи, ведь Павлов в эту ситуацию попал не только по своей дурости, но и из-за меня.

– Кухня прямо, а мы сейчас придем, – командным тоном сообщила Тафи.

Я-то думала, она решила уединиться с капитаном, однако легкие шаги позади меня подсказали обратное – подруга спешила за мной. Не оглядываясь, я дошла до своей комнаты, модистка вошла следом. И только после того, как мы обе оказались у меня, а дверь была плотно прикрыта, Тафилис заговорила:

– Златка, говорю быстро. Этот кузнечик в зеленой ливрее – твой давний знакомый. Вы из одной деревни. На этом все! Да, у меня в вашей деревне есть родня – ты. Больше никого не осталось. На всякий случай предупреждаю, что деревни тоже нет. – Тафилис повернулась, чтобы уйти.

– Совсем нет? – пискнула я вслед. Вышло как-то жалобно.

– Не знаю, – отмахнулась она. – Я давно там не была, и ты тоже. Все поняла?

Я закивала, слабо веря в удачу, если стражи захотят выяснить подробности, не говоря уж о документах. С последними и вовсе беда, и нужно бы решить что-то как можно скорее. Паспорт и тот остался в общежитии, так что Тафи действительно нужно поторопиться, пока хваткий капитан не взял в оборот Алекса.

Переодевалась я как ракета. Скинула сырой халат, надела теплое шерстяное платье. И пусть в талии оно широковато, зато мне стало гораздо теплее. На ноги натянула носки, сунула ноги в сухие тапки, на голову как бандану повязала платок и потопала ко всем.

Мое появление было встречено оглушительной тишиной, и я сразу заподозрила, что за то время, пока отсутствовала, что-то случилось. Почти все (кроме хозяйки) сидели за столом. Тафи стояла позади Павлова и держала в руках чайник с таким видом, будто собиралась облить моего друга кипятком. Рей и Дик с интересом наблюдали за этими двумя. Впрочем, я успела заметить, как искрились кончики пальцев у капитана. Хотелось бы думать, что он все держит на контроле и сам не сорвется.

– Что-то случилось? – спросила я, переводя взгляд с одного на другого.

Натянутая улыбка Тафи, любопытствующие стражи… И Алекс, чье лицо подозрительно сияло. Впрочем, от меня не укрылось напряжение, которое он тщательно скрывал.

Павлов прокашлялся, поднялся, одернул почему-то не промокшую ливрею, после произнес:

– Злата, ты выйдешь за меня замуж?

Что?!

Рука модистки дрогнула, из носика чайника на пол капнула вода. И тут же с пальцев Рея сорвались те самые искры, а вокруг Павлова образовался защитный купол.

– Капитан?! – Тафи удивленно уставилась на оборотня. – Вы что… Вы это от меня?! Вы меня в чем-то обвиняете?!

А у меня не находилось слов, и как-то вдруг вспомнился тот самый его мимолетный поцелуй, который я приняла за чисто дружеский и совершенно случайный. Да, Алекс был интересным парнем, и мы даже медленный танец танцевали несколько раз, но все обходилось без каких-то личных отношений. Павлов выгуливал других девчонок, я никогда в него не влюблялась и не вздыхала украдкой. А тут… Что за дела?!

– Апчхи! – выдала я, глядя в глаза парня. Во мне боролось возмущение с осознанием, что нельзя показывать истинные чувства. Да он что такое придумал, кузнечик затейливый? К чему этот маскарад?

– Погодите, Тафилис, не сбивайте свою родственницу с толка. Дайте ей осознать свое счастье, – хмыкнул Быстров.

Закралось подозрение, что страж умнее, чем кажется на первый взгляд. И на второй тоже.

– Злата? – Алекс нахмурился и протянул ко мне руку.

– Может, сначала поговорим? Наедине? – предложила я и умоляюще глянула на Тафи. В способностях подруги прикрыть спину и ввернуть нужное отвлекающее словцо я не сомневалась. Но как она поступит сейчас? Вдруг решит, что между нами что-то есть, а я умолчала об этом факте?

– Пошли, – согласился Алекс и хитро прищурился, будто я должна была догадаться, какие тайные мыслишки бродят в его голове. Настучать бы по ней кочергой за такую сообразительность.

– Не больше пяти минут. Злата, я за тебя отвечаю! – строгим голосом скомандовала Тафилис, и я не посмела ей возразить. Заодно оценила эти самые рамки, ведь даже Павлов не станет нарушать.

Я обернулась на Алекса, шагающего вслед за мной… Обычный же парень, так чего повел себя как дурак?!

Ушли мы недалеко, всего лишь в мастерскую. Я опасалась, что оборотни могут нас услышать (в книжках у них идеальный слух). Когда мы шептались с Тафи в моей комнате, то находились дальше, и подружка точно знала, что делала. Я же боялась, что нас с Алексом раскроют. И без того лица стражей такие подозрительные, словно они знают все на свете, а к нам только поговорить приходят. И чай попить.

Поэтому взглянула на Павлова, приставила палец к губам, потом подхватила карандаш, лист бумаги… Но прежде чем хоть что-то успела написать, Алекс решил снова обнять меня, за что немедленно получил кулаком в грудь. Зажатый в руке карандаш ткнул парня прямо в плечо, отчего кандидат в женихи поморщился.

– Максимова, ты сдурела?! – возмущенно прошипел он одними губами, потирая плечо.

– Тоже мне жених! – беззвучно фыркнула я и дернула плечом, показывая, что не нуждаюсь в таких проявлениях чувств. После чего вручила кузнечику карандаш и ткнула пальцем в бумагу.

Как часто парни становятся нормальными, когда им приходится думать, работать? Павлов перестал приставать с объятиями и быстро написал, что очнулся в каком-то парке, спал на скамейке, а утром его нашел один горожанин-выпивоха и принял за бродягу. Посочувствовал, повел «опохмелиться», но по дороге Алекс увидел объявление на кофейне и устроился туда швейцаром и вышибалой… Сегодня заметил меня, заходящую в магазин нижнего белья, где он тоже подрабатывал. Хотел проследить за мной, но не вышло. Зато повезло с адресом – его подсказала продавщица.

Я прочитала написанное, осознавая, что история с панталонами не такая уж простая. Хорошо, что хоть кому-то она пошла на пользу.

Парень постучал по запястью, тем самым напомнив про время, и я кивнула. Быстро описала свою историю, а потом крупными буквами добавила: «Замуж за тебя не иду! Для всех я решила подумать. Так мы сможем спокойно встречаться».

Павлов недвусмысленно потянулся ко мне, но я вывернулась и покрутила пальцем у виска. А потом показала на часы на стене.

Направилась к двери, однако поняла, что иду одна, а за спиной тишина. Обернулась.

– Злата. – Павлов действительно даже с места не сдвинулся. Так и стоял пнем, сложив руки на груди. Парень перестал опасаться, что нас услышат, и говорил обычным голосом. – Ты же всегда знала, что небезразлична мне. Так что сейчас изменилось?

Действительно, что?! Кроме того, что мы попали в иной мир и я совершенно не собираюсь выскакивать замуж «вот прямо сейчас». Да и не знала я, что если при встрече с парнем не хочется заехать ему в глаз и мы нормально общаемся, то все? Вот и пришла она, любовь?!

– Алекс, мы все обсудили. Я пока не спешу замуж, – пришлось ответить так же громко. А дабы он понял, что я обо всем этом думаю, постучала себя по лбу, одновременно продолжая смотреть в глаза парня. Вот что за характер?!

– У тебя открылись перспективы? – Павлов прищурился и уставился на меня так, словно в чем-то заподозрил.

– Не знаю, – ответила честно. – Только, понимаешь, вся эта магия, Тафи с ее необыкновенными способностями – все это завораживает. И я бы не спешила с выводами и планами. Возможно, ты ошибаешься и придумал себе то, чего нет.

– То есть ты не поняла, что я пошел на эту дурацкую роль только ради тебя? – заявил Павлов, глядя на меня так, что поначалу я опешила.

Вот придурок, он сейчас наболтает с три короба, и не расхлебаем.

Однако сказанное задело. Меня взяла злость, и я не сдержалась. Да сколько можно вести себя как болван?! Тафи делает все, чтобы нас прикрыть, а он характер решил показать.

– А деньги за спектакль ты тоже взял исключительно потому, что я так сделала? – Я шагнула к Алексу, чтобы в случае чего закрыть ему рот или постучать по макушке.

Только Павлов резким движением привлек меня к себе. Обнял, склонившись так близко, что я почувствовала его дыхание на своих губах.

– Я ведь не шучу, Злата. Ты мне и раньше нравилась, и теперь ничего не изменилось. Если там… там ты была каждый день на виду, то сейчас я чувствую, что мои шансы уменьшаются. А еще вокруг вьются эти накачанные оборотни, которые смотрят на тебя так…

Слова Павлова, они были как откровение. Я ведь не давала ему повода на что-то надеяться или думать о наших отношениях. На секунду прикрыла глаза, пытаясь представить нас вместе. Однако сердечко совсем не екнуло, и даже проверять не захотелось, что будет, если прижаться к парню теснее.

Мне показалось, что Алекс сейчас поцелует меня. На мгновение стало любопытно, так ли хорош в этом деле Павлов, как расписывали наши девчонки.

Однако эксперимент он ставить не захотел. То ли сам однокурсник почувствовал, что у меня всего лишь исследовательский интерес, то ли его лимит дурости на сегодня закончился. Поцелуя не случилось.

Алекс отпустил меня с неохотой. И почти сразу улыбнулся, будто ничего не произошло. Перемены с его лицом произошли быстро, однако я все еще ощущала то напряжение, что возникло между нами. Ссориться не хотелось, но и давать надежду я не могла.

– Мир? – Первая пожала руку в знак примирения и тут же получила в ответ легкое прикосновение. После чего попыталась потянуть руку на себя, но Павлов не позволил. Я посмотрела на него вопросительно, но дергаться не стала. Ладно, так и быть, представлю, что нахожусь в детском саду.

Так, держась за руки, мы шагнули к двери, но, еще не дойдя до кухни, Павлов снова заговорил:

– Знаешь, в чем я не прав?

– В чем?

– Я не поцеловал тебя, – нахально заявил кузнечик в ливрее.

– Пф! – фыркнула я и рассмеялась.

Кажется, мы по-прежнему друзья, а впредь я постараюсь избегать ситуаций, в которых мы остаемся наедине. И надо посоветоваться с Тафи. Уверена, у нее есть что мне подсказать. Не то чтобы я не знала, как поступить, однако у нее опыта с мужчинами больше, чем у меня, а совет хорошего человека никогда не помешает.

Наше возвращение я сопровождала громким чихом. Даже стало неудобно перед всеми, сидевшими за столом и распивавшими чай. Требовательный взгляд Тафилис прошелся по мне с головы до ног, после чего подруга заявила:

– Надеюсь, вы все видите, что Злате не до разговоров. Только чай с малиной и остаток вечера без стресса. Довольно болтовни на сегодня.

– Так и быть, – согласился капитан, поднимаясь из-за стола. – Поговорим как-нибудь потом. Наши визиты к вам стали регулярными, и я подозреваю, что мы заглянем еще не раз.

Неожиданная покладистость стража заставила меня напрячься. Только вервольф смотрел не на меня, а на Павлова. Кажется, в глазах оборотня промелькнуло сочувствие. Это что, его пожалели из-за моего отказа? Мужская солидарность, а меня возвели в тираны?

Ничего себе, а меня кто-нибудь пожалел?

Я взглянула на Тафилис и тут же успокоилась. Конечно же, моя курочка-наседка была готова клюнуть каждого, кто протянет руки к объекту ее охраны.

На душе стало так приятно, что я почувствовала, как глаза наполняются слезами. Честное слово, давно никто обо мне так не заботился. Родителей своих я не знала, а приемная мама умерла в прошлом году. И как после этого мне относиться к подруге, если она сделала для меня больше, чем дальняя родня матери?

– Я провожу гостей, а вы тут поворкуйте, но недолго, – предупредила Тафи и строго взглянула на Алекса. – Боюсь, валяние на снегу – это не для Златы.

Спорить с модисткой гость не посмел. А потом признался, что снял комнату у того пьяницы и вполне доволен пребыванием.

– Там не очень хорошо? – посочувствовала я.

– Не переживай, Максимова. Бедно, но зато без назойливых гостей хозяина. Да и санитарные условия вполне приемлемые. Чем-то нашу общагу напоминают. Работу я тоже нашел. Проживу. Осталось только найти Крутикова. А ведь я даже не понял, в какой момент он пропал.

– Я тоже не поняла.

– Ты в карете была, а меня как темнотой накрыло, так и все. Больше его не видел и не слышал.

На счастье Алекса, у запасливой Тафи нашлось несколько мужских вещей, за которыми не явились покупатели, плюс результаты ее неудачных экспериментов. На мой взгляд, вполне удачных, но с модисткой спорить было бесполезно.

Павлов с радостью стянул свой камзол и надел толстую куртку, сразу напомнив мне местных жителей.

Попрощались мы быстро и без объятий. Алекс пообещал заходить, а я в ответ – как-нибудь заглянуть в кофейню.