Золушка для темного принца

Глава 28 Правда о синеглазке

Данияр

– Дан, тебе повезло, – съязвил Герд, за что едва не огреб по макушке.

Стоило принцу увидеть снаряженную карету Милолики и ее сопровождения, как вопрос с допросом пришлось отложить.

Марк пообещал, что все трое будут с нетерпением дожидаться повелителя, что он лично не спустит с них глаз. И отбыл, насвистывая фривольный мотивчик и при этом совершенно не стесняясь подчиненных. А кто бы из них возразил начальству? Дураков не имелось.

Данияр в душе тоже радовался, потому что не зря они петляли по городу. Темный принц очень надеялся, что с помощью добытых сведений удастся взять Сореля за задницу. Пора спустить коня с небес на землю, а заодно показать другим членам Совета, кто в Родеоне хозяин. Это должно стать хорошим уроком для тех, кто тянул руки к власти.

– Тебе тоже повезло, – отозвался Дан.

– Согласен. Обе девицы мне не понравились, и я рад, что мы с ними не породнимся. Достаточно мирного соседства.

Провожать Милолику пришлось не слишком долго, однако освободился принц только через час. После чего выслушал доклад Вертислава, едва не хохотавшего во время рассказа из-за комичности увиденной ситуации. Принцесса действительно не ожидала такой подставы, а потому уехала быстро и без скандала. Все вышло мирно, с заверением искренней дружбы между государствами. Зачем все это время мучила влюбленного в нее герцога, если и сама к нему что-то питала? Этого Родеонский не понимал.

И только после этого правитель прямиком направился к Воронову. Данияру очень хотелось увидеть синеглазку, повторить их поцелуй… И поговорить. Но прежде допросить Крутикова и его несостоявшихся убийц, потому как дело крайне важное и не факт, что кто-нибудь из людей Сореля не попытается самоликвидироваться. Марк за ними присмотрит, но тянуть с допросом не хотелось.

А еще эта возможная связь синеглазки и крысеныша. Что это, только ли спектакли? И где третий актер, скакавший вместе с этими двумя в безудержном новогоднем хороводе? Вервольф нутром чувствовал, что стоит на пороге открытий важных и крайне значимых.

Данияр не прогадал.

Не прогадал настолько, что, даже вернувшись под утро, не смог уснуть. А едва рассвело, отправил секретаря, чтобы тот пригласил синеглазку для разговора. Ночь была крайне сложной, однако то, что узнал темный принц, не вмещалось в привычные рамки и требовало немедленного решения.

Дан отдал приказ накрыть на стол и повернулся к окну, дожидаясь девушку. Сейчас он хотел бы сорваться и быть вместе с Марком и его людьми, чтобы накрыть загородное имение Сореля, а также его самого. Лишившийся двоих людей конь мог всполошиться, а потому было решено послать стражей одновременно в оба места. Принц не сомневался, что знать может выступить с претензиями, поэтому было важно добыть доказательства неверности члена Совета. Самодурство до добра не доведет, а аргумент – он везде аргумент.

Магический вестник прилетел прежде, чем появилась синеглазка, и это ненадолго отвлекло. «Конь у меня, за городом порядок. Удивительного много», – писал Марк.

Значит, Сорель доставлен в тайную канцелярию, а его загородное имение уже под контролем. Это хорошо. Член Совета, пытавшийся свершить переворот, да еще с таким размахом, по всем законам достоин казни. И принц не собирался его щадить, твердо зная, что сам Эндрю Сорель поступил бы так же с семьей Родеонских. Даже с Вертиславом, ведь он такой же носитель королевской крови, как старшие братья, а это опасно для заговорщика.

Дан сжег записку, зная, что после общения со Златой отправится к Воронову. Дело не требовало промедления, и то, что у крысеныша во время допроса мозги не отказали, было большой удачей. Из двоих подосланных убийц спасти удалось обоих, однако целителям и менталистам пришлось попотеть, чтобы те не сошли с ума от элементарных вопросов. Помогло то, что совсем недавно городские стражи встречались с подобным случаем. После того неудачного опыта с допросом целители и некроманты, а с ними менталисты основательно поработали с тем, что осталось от преступника. Тогда человек напал на модистку Тафилис Южную, а Злата ее спасла.

Подумав об этом, Дан испытал одновременно множество чувств: нежность к любимой, гордость за бесстрашную девицу, а заодно желание лично придушить нападавшего.

Когда принц покидал допросную, дознаватели без устали фиксировали показания. Все самое важное Данияр услышал, с остальным ознакомится позднее.

И вот теперь он ждал свою истинную, избранную природой зверя и человека. Ту, которая непонятным образом пробралась в сердце. Но что будет дальше?

Через неплотно прикрытую дверь послышались шаги, среди которых темный принц без труда узнал синеглазку. Данияр на секунду прикрыл глаза, пытаясь сбросить усталость и все то, что навалилось на него в последние дни. Хорошо, что этот дурацкий парад невест закончился. Но столько еще предстояло сделать, так что расслабляться пока рано.

Данияр не стал дожидаться стука. Магией распахнул дверь и сразу встретился взглядом со Златой. Попытавшийся что-то сказать секретарь вовремя скрылся. Не говоря ни слова, девушка переступила порог, и дверь за ней захлопнулась, отсекая их от всего мира.

Злата

Я чувствовала, что это утреннее приглашение не случайно. Успела подняться, привести себя в порядок. Убедилась, что Тафи тоже уже не спит (капитан ушел от нас сразу после ужина), а потом пришел человек от принца, и пришлось отложить сборы. Данияр словно почувствовал, что мы хотим покинуть территорию замка, и поспешил опередить нас.

– Что-то произошло? – поинтересовалась я, пытаясь мысленно настучать себе по макушке.

Все потому, что мне захотелось подойти к принцу, приподняться на цыпочках и поцеловать его. И плевать, что он вервольф и умеет вместо рук и ног отращивать лапы. Крутиков вон оказался крысой, и наверняка даже хвост лысый и красный…

И вот зачем сейчас подумала о гадостях, когда мы с Данияром остались вдвоем?!

Я не позволила исполниться и капле мечты, а продолжила стоять и смотреть на мужчину, к которому тянуло. Вокруг нас разливалось подозрительное напряжение, а еще витали вкусные запахи, которые ну никак не вязались с приглашением. Вчера принц сказал, что нам нужно поговорить, и вот теперь настал этот момент.

– Позавтракай со мной, – произнес вервольф, и уголок его рта дернулся, словно темный маг пытался улыбнуться. Принц указал на накрытый на две персоны столик. Он стоял у бокового окна, поэтому я сразу его и не заметила.

– С удовольствием, – отозвалась я, наблюдая, как Данияр отодвигает для меня стул.

Села… Руки оборотня скользнули по моим плечам, пальцы прикоснулись к открытым участкам шеи, чувствительно пройдясь по ней. Задержала дыхание, ловя эту новую для меня ласку. В ней не было ничего пугающего, только желание, которое Родеонский держал под контролем.

– Дыши, Злата. Дыши. – Данияр наклонился, поцеловал меня в макушку, тем самым вызвав краткосрочное помутнение рассудка.

Я же замерла, пытаясь поймать каждое мгновение удовольствия.

Принц быстро убрал руки, а я почувствовала, как жарко стало щекам. Сейчас бы не отказалась от веера, но его у меня не было, как и вуали, которую я придумала для Милолики.

Слова оборотня никак не прокомментировала, тем более что больше ничего провокационного он себе не позволил. Решила сосредоточиться на завтраке, подозревая, что не зря меня задабривают вкусным.

Сначала у меня кусок в горло не лез, а потом я заставила себя проглотить омлет. На румяную корочку сладкого гренка намазала сливочное масло. И тут же уловила улыбку сидящего напротив вервольфа, который, в отличие от меня, предпочел сочный стейк.

– Что? – поинтересовалась я, глядя, как аккуратно и уверенно оборотень отламывает хлеб. – Не нравится мой выбор?

Спросила без претензии, интересно же, в чем дело. Вдруг у них оборотницы предпочитают с утра кусок кровавого мяса, а я тут наслаждаюсь пышным омлетом.

– Нравится, – снова улыбнулся Данияр.

Где-то в глубине глаз принца промелькнуло беспокойство, но тут же пропало. Значит ли это, что разговор не простой? Может, мне хотят показать на дверь с королевским размахом? Но тогда зачем было кормить? Задабривает, ищет путь к сердцу через желудок? Предложит стать любовницей, так как я не той породы и в жены не гожусь? Или узнал о моем происхождении? От последнего стало как-то нехорошо, и тут же вспомнился спасительный дом на Сиреневой.

Есть сразу перехотелось. Гренок был немедленно отложен, но от чая я не отказалась. Конфеты тоже проигнорировала, хотя они блестели и заманивали как могли. Принц воспринял мое поведение по-своему.

– Злата, ешь и не стесняйся. Девушки часто жуют капустный листик при людях и морят себя голодом. У тебя хороший аппетит, и это мне очень нравится.

– Даже не знаю, что тебе ответить, – пробормотала я, чувствуя, что стало немного легче. Обжорой не обозвал, но как расценить слова мужчины о женском аппетите? Не буду голову ломать о пустом, это не самое важное сейчас. Снова подхватила гренок и откусила его.

– Нашим детям нужна здоровая мать, а все эти диеты для мага только вред, – продолжил принц.

Какая мать?! Уже?!

Я едва не подавилась от таких откровений. Проглотила кусок, не разжевывая, и тут же принялась запивать его чаем. После чего отставила чашку, под внимательным взглядом Данияра вытерла губы салфеткой и поинтересовалась:

– Послушай, мне бы хотелось поговорить прямо сейчас. Спасибо за завтрак, но я же чувствую, что мы откладываем что-то важное.

– Хорошо, – быстро согласился Родеонский.

Он хлопнул в ладоши, и все, что было на столе, исчезло, включая белоснежную скатерть. Принц стал серьезен, и это немного напугало. Хотя тех, кого хотят в чем-то обвинить, вкусными конфетами не угощают. Разве что яда туда добавят, но вряд ли это наш случай.

– Что ты хотел узнать? – спросила я как можно спокойнее. Откинулась на спинку стула, сложила руки на коленях, сцепила пальцы в замок и замерла.

– Ты права, именно узнать. – Данияр поднялся, оперся о столешницу, навис над ней. – Скажи, Злата, как давно ты знакома с Крутиковым?

Ну вот… Вопрос простой, но я-то чувствовала, что это еще не все. Что за обычными словами кроется нечто большее.

– Продолжай, – попросила я, найдя в этом выход, выторговывая для себя спасительные секунды на обдумывание ответа.

Он все понял.

Взглянул на меня так пронзительно, что я догадалась: попаданство – не секрет. В воздухе витало напряжение, и это точно не из-за наших совместных ролей или вчерашней встречи с Романом. Все гораздо серьезнее, чем кажется на поверхности.

– Давно. Несколько лет. Мы учимся… учились вместе, потом начали играть в спектакле.

– Где учились? – Дан распрямился, но взгляда не отвел. – Скажи, ты действительно хотела стать архитектором?

Вопрос не в бровь, а в глаз, я даже перестала дышать… Однако вместо того, чтобы испугаться, почувствовала облегчение. Данияр знает, но не придушил при встрече как иномирянку – захватчицу Родеона (на большую фантазию меня пока не хватило), а с остальным разберемся.

– Хотела. – Губы сами собой дрогнули в улыбке. Слова сорвались, но это было уже не страшно. – Понимаешь, я ведь даже не знаю, как попала к вам. Уверена, именно Ромка в этом замешан.

– Ты зовешь его по имени? Вы настолько близки? – По лицу вервольфа пробежала тень. Он не поинтересовался про портал, а вот к Крутикову прицепился.

– Не надо мне такого счастья, – отмахнулась я от предположений относительно моих встреч с Романом. – А насчет имени… Мы же учились вместе.

Несколько секунд молчания, и принц снова взялся за свое:

– Ты знакома с его семьей?

– Представлена не была, но я знаю, что его отец работает в банке. Это он… – Тут я замялась, пытаясь подобрать слова. Принц же, как нарочно, ждал ответа и молчал. Пришлось продолжать: – У нас проходил конкурс. Лорд Сорель увидел выступление и решил, что именно мы подходим. Думаю, лорд пригласил бы нас в любом случае…

– Подожди, ты сказала – Сорель?

Мне пришлось выложить все как есть, включая ситуацию с нападением на Тафи. В процессе озвучивания истории я поднялась и даже принялась ходить по кабинету. Рассказ получился не слишком длинным, но он вымотал меня, словно признания рвались вместе с корнем. А когда закончила, повернулась к вервольфу.

Данияр стоял, прислонившись к краю столешницы и сложив руки на груди. Сейчас он показался мне более привлекательным, чем когда-либо. Возникло желание подойти и прикоснуться пальцами к лицу, разгладить морщинку, что залегла над переносицей.

Я этого не сделала.

Принц молчал, о чем-то думая и изучая меня так внимательно, что я поневоле поежилась. Хотела обхватить себя руками, чтобы согреться, однако вместо этого расправила плечи и произнесла:

– Я все рассказала. Если есть о чем, то спрашивай. Только думаю, мне лучше уйти.

– Почему?

– Ты должен все обдумать. И потом, я же помощница модистки, мне нет места во дворце.

Данияр

Синеглазка находила все новые аргументы, а Данияр не мог оторвать взгляда от такой, казалось бы, хрупкой, но очень крепкой характером девушки. Смелой и необыкновенно талантливой. Честной и чистой, несмотря на все, что с ней случилось в жизни.

Попала в иной мир и вместо того, чтобы спрятаться, накинулась на настоящего маньяка, на счету которого несколько убийств. Спасла модистку и стала ей подругой. При этом (Дан был уверен) обе девушки были довольны сотрудничеством и приносимой друг другу пользой.

А что касается личных отношений…

Смешная. Она собиралась уйти, но разве ее кто-то отпустит?

По лицу девушки скользили тени раздумий, а Данияр пытался их угадать. Синеглазка решила, что неровня ему, но это не так. Она пара вервольфа, а это аргумент для мира оборотней. Наличие магии поднимало девушку еще выше. Даже если ему самому плевать на все условности, то эти два факта важны в магическом мире, и мезальянсом уже не пахло.

– Кто сказал, что тебе нет здесь места?

– Ну…

– Злата, я тебе неприятен? Скажи честно: тебе кто-то нравится? Например, ваш третий. Павлов.

– Вовсе нет. – Девушка поморщилась, но сделала это так быстро, что принц подумал об их прошлых отношениях.

Вот же попал! Теперь он будет так реагировать на каждого, кто с интересом посмотрит на синеглазку? Пожалуй, со свадьбой не стоит задерживаться, а то он скоро начнет бросаться на всех и рычать, требуя отойти от избранной на три шага и не подходить. И это в лучшем случае.

– Тогда почему?

– Почему, почему… А в качестве кого? – вскинулась она. – Портной у тебя есть, наверняка и не один. Принцессы съехали, так что мне пора возвращаться в дом Тафи.

– А в качестве моей невесты? – предложил Дан и тут же понял, что сказал что-то не то. Не соврал, но, судя по изумленному лицу девушки, получилось коряво и это совершенно не то, что она хотела бы услышать.

Злата

Мне показалось, что я ослышалась, хотя глухотой и не страдала. Невеста… Он что, коллекционирует их, что ли? Звание невесты как переходящее знамя? Хобби у оборотня такое. Хлебом не корми, дай невесту во дворец притащить. А потом радоваться, когда съедут.

– Ты давно это придумал?

– Нет. Но я ждал, когда принцессы покинут замок. Чтобы ты заняла свое законное место.

– То есть? – Я присмотрелась к Данияру, не болен ли он. Дел у принца много, судя по всему, еще и не выспался. Стоит весь такой напряженный и снова хмурится. Может, он бредит и надо позвать целителя? Поцелуй случился отменный, однако это не повод, чтобы притаскивать первую попавшуюся девицу в замок. И вообще, может, при втором опыте все будет гораздо хуже.

– Ты не первая и не попавшаяся, – ответил на мои мысли вервольф, и уголки его губ дернулись кверху.

– Я что, говорила вслух?!

– Говорила. А насчет второго… – Данияр находился от меня примерно в пяти шагах, но каким-то образом преодолел их за мгновение.

Только успела заметить смазанное движение, как вот он уже оказался рядом. Прижал к себе, и все, что было в прошлый раз, повторилось. Оборотень накрыл мои губы поцелуем, и мир вокруг нас перестал существовать. Огонь вспыхнул в груди и понесся по венам, а в голове пронеслась мысль, что быть обнятой мне мало. Стесняться и откладывать вспыхнувшее желание было бы глупо. Я закинула руки на шею Данияра и запустила пальцы в его волосы. Короткие, густые. От моих прикосновений у принца что-то переключилось в голове. Он приподнял меня, прижал к стене, словно желая зафиксировать.

Мне стало смешно, и я шепнула Данияру прямо в губы:

– Теперь не сбежать.

– Я не позволю, – серьезно ответил принц и углубил поцелуй, а у меня вдруг закончился воздух.

То, как вервольф это проделывал, не походило ни на один мой прежний опыт.

Разум витал в облаках, я вместе с ним, однако ехидное сознание подкинуло картинку, где оборотень тренируется на раскрасневшихся грудастых девицах. Это позволило слегка прийти в себя, и я прервала поцелуй.

– Однако… – В коленях образовалась подозрительная слабость.

Принц, заметив проблему, обхватил меня за талию, не давая упасть. Вопросительно взглянул, и пришлось пояснить свой порыв:

– Чувствуется твой опыт. Прямо бьет наповал.

– Все для тебя, синеглазка, – тут же отозвался вервольф и самодовольно улыбнулся, прекрасно осознавая, как подействовал на меня.

Захотелось вдруг дать понять этому товарищу, что я прибыла не из закрытого женского заведения и тоже что-то умею.

Привстала на цыпочки и сама впилась в губы вервольфа. Прикусила ему нижнюю губу и тут же получила в ответ довольный рык. Родеонский воспользовался подходящим моментом и поцеловал, явно наслаждаясь моим поступком. После подхватил на руки и двинулся к креслу, стоящему у книжного стеллажа. Сел сам, мне же досталось место на его коленях.

Дан притянул мою голову к себе на плечо и погладил щеку.

– Скажи, зачем все это? – Мне стало приятно и захотелось выгнуться, потянуться, словно я кошка.

Конечно же, ерзать лишний раз не стала, а то мало ли как воспримет мои телодвижения вполне половозрелый мужчина. Наш завтрак получился настолько разноплановым, что всякое могло случиться. Особенно если четко понимать, что меня тянет к Родеонскому. Тянуло до откровенного разговора и еще больше сейчас.

– Злата, ты недооцениваешь себя. Хочу, чтобы знала кое о чем. – Губы принца нежно коснулись моего лба.

– О чем?

– Ты моя половинка. Истинная пара, избранная, назови как угодно. Это все ты.

Я пораженно замолчала. Оно, конечно, приятно услышать такое, но чтобы подобное случилось со мной?

– Уверен? Получается, тебя тянет ко мне не по своей воле…

– Почему не по своей? – Мои выводы Данияра категорически не устроили.

Пришлось поднять голову, чтобы пояснить:

– Ты оборотень, а я нет. Ты от меня зависим, ведь так? Что скажу, то и сделаешь?

– Это миф, – заявил вервольф и хитро подмигнул. – Можем проверить.

В голову не пришло ничего важного, поэтому я произнесла первое попавшееся:

– Поцелуй меня.

– Я ошибся. Очень зависим, – тут же согласился находчивый наглец. Конечно же, поцелуй случился. Короткий, но он был.

После чего мы уставились друг на друга. А ведь меня тоже тянет к Данияру, и это сложно отрицать. Казалось бы, мы знакомы недавно, и мне совершенно нет дела до его титула. Наоборот, он осложняет ситуацию. Но ведь сердцу не приказать.

И все же все слишком быстро свалилось на мою голову, как бы ее не сорвало.

– Ты хочешь вернуться в свой мир? – по-своему понял молчание оборотень. Он лизнул мою щеку, и стало щекотно.

– Нет, – покачала я головой. – Только есть вещи, которые бы я хотела с собой забрать. Знаешь, мой мир интересный и тоже красивый, а природа во многом схожа. А вот насовсем уходить отсюда я не хочу.

– Не уходи. Ты нужна мне. Очень. – Свободной рукой принц потянулся к моим волосам и пропустил их сквозь пальцы.

Стук в дверь нарушил наше уединение. Я тут же подскочила с колен Данияра, развеселившегося от моей прыти.

– Никто не войдет без моего дозволения, – предупредил оборотень, когда я принялась спешно разглаживать юбку платья.

– Дан, извини. – Дверь тут же открылась, явив нам младшего из принцев. – Но там… Ой, Злата, вы здесь?!

– Верт, ты забыл? – В голосе Данияра послышались предупреждающие ноты.

– Извини, но там нет твоего секретаря, и я решил, что ты свободен, – попытался оправдаться паренек. И при этом он смотрел на меня как на восьмое чудо света. Лишь бы не как на чудо-юдо, потому что зеркала поблизости я не заметила. Данияр касался моих волос, а что сейчас творилось с ними, оценить не успела.

– Что-то случилось? – Данияр не стал отчитывать брата.

Надеюсь, мелкий не понял, чем мы тут занимались. Впрочем, памятуя последнюю встречу у дверей Милолики, я сомневалась в этом. Хитрющие глаза Вертислава и сейчас смотрели на меня с интересом.

– Она твоя невеста? Наша будущая королева?

Королева? Я схватилась за сердце, понимая, что еще немного – и свадьба свершится здесь и сейчас. Догадливость Родеонских била по лбу своей прямотой.

– Будущая. Так что произошло? – с нажимом поинтересовался Дан.

– Уже ничего. Я хотел сказать… потом, ладно? – Он так умоляюще глянул на брата, что мне в этом почувствовался подвох. Уж не обо мне ли разговоры?

От слова «королева» что-то в моей голове перемкнуло, а на ум пришли столовые вилки с разными зубцами, которыми я и пользоваться-то не умела. Надеюсь, что здесь подобное издевательство не в почете. Не докатились в своем магическом развитии.

– К нам снова иностранные гости. Сейчас тебе сообщат, я опередил немного.

– Гости? – Принц подошел к окну. Со мной он пропустил нечто важное и сейчас внимательно рассматривал что-то там. – Хорошо, Верт, я понял.

– Тогда я пошел. Золушка, мы еще увидимся? – Младший из принцев задорно улыбнулся мне, и я не удержалась, улыбнулась в ответ.

– Конечно, – не стала отказываться. А какой смысл, если от этих Родеонских не скрыться.

Вертислав ушел, а Данияр бросил еще один взгляд в окно и повернулся ко мне:

– Моя королева, как поступим?

– Данияр, мое происхождение…

– Уверен, происхождение не из низких. Среди обычных людей сильных магов нет, а насколько я вижу твой потенциал, он еще растет. Скоро и живые портреты сможешь рисовать, если захочешь.

– Данияр, – попыталась я зайти с другой стороны и уже мягче напомнила: – Я не из этого мира.

– Вот это и странно. Ваш мир техногенный, так откуда в нем взялась девочка-маг с таким потенциалом? Уверен, рано или поздно, но магия прорвалась бы в тебе. Или мир выпил бы тебя насухо. Дело времени. Здесь ты в естественной среде, и сила проявилась. Там по каким-то причинам она пряталась. Может, вас там уничтожали?

– Я не слышала о таком. Войны возникают то и дело, но про магию тишина. Думаешь, замалчивали?

– Не знаю, Злата. Только все твои страхи насчет происхождения неуместны. Поверь.

Я собиралась сказать, что вообще-то мы и знакомы всего несколько дней, и потом, нам нужно узнать друг друга получше. Умом понимала, что озвучить это будет правильно, а сердце трепетало от той уверенности, с какой принц был готов произвести меня в королевы. Хотя… Замуж никто не звал, цветов не дарил… Дарил. И панталоны тоже. Это считается за конфетно-букетный период?

Очередной стук в дверь прервал нашу беседу, и на этот раз я восприняла его с радостью.

– Я пойду? Наверное, это те самые гости. Надеюсь, – я не выдержала и хихикнула, – это не твои вернувшиеся невесты.

– Пожалуйста, не уезжай, – произнес принц. Шутку про невест он пропустил мимо ушей. И смотрел на меня так внимательно и пристально, что я не выдержала. Быстро приблизилась, привстала на цыпочки и поцеловала оборотня прямо в губы. Руки вервольфа тут же сомкнулись на моей талии. – Синеглазка, даже не думай сбегать, я везде тебя найду. Ты нужна мне. А ты сама… Что ты ко мне чувствуешь?

Снова стук в дверь, но мы смотрели друг на друга не отрываясь. Я видела, что мой ответ для принца важен, и не стала его откладывать. Какой смысл крутить и изворачиваться, если ответ и так очевиден:

– Ты тоже очень нравишься мне. Только, Данияр… Назвал королевой, говорил, что любишь, а замуж не звал.

– Дело лишь в этом? – Принц расплылся в хищной улыбке, и я поняла, что лучше бы молчала. Сумничала, теперь придется разгребать. – Злата, ты согласна выйти за…

Быстро приложила руку к его губам, чтобы те самые слова не вылетели раньше времени.

– Не сейчас, пожалуйста. Мы с Тафи немного задержимся и уедем попозже, а сейчас тебя ждут какие-то гости. Хорошо?

Заодно я разложу все услышанное по полочкам и проанализирую.

– Так и сделаем, – согласился вервольф, прикусывая мои пальцы, которые прикасались к его губам.

Когда я уходила, едва не столкнулась с молодым оборотнем. Наверное, это и есть секретарь.

– Ваше высочество, доброе утро. К нам прибыл представитель короля Вильдора, маркиз Фердинанд Южный. Он просит вас о встрече.

Я проходила мимо секретаря, он стрельнул в меня взглядом, но быстро перевел глаза на начальство.

– Вот как? – Данияр заметил интерес подчиненного, и тон потерял любезность. – Приглашай его сюда. Злата, ты обещала. Дождись.

Я не повернулась, только чуть сбавила шаг. Сбавила ненадолго, потому что услышанная фамилия взволновала. Фердинанд Южный. Иностранец. Надо же рассказать Тафилис! Имени ее отца не знаю, но фамилия-то одна.