Золушка для темного принца

Глава 16 Строптивые принцессы показывают характер

Данияр

– Как ты вовремя! – выдохнул Герд.

Гердослав выскочил на улицу раздетым. И Дан отметил, что еще никогда выражение лица среднего брата не было таким радостным.

– Неужели соскучился? – усмехнулся Данияр, спрыгивая с коня. Тут же подбежавший слуга перехватил поводья. – Как наши гостьи?

Братья двинулись в замок, а сопровождавшие принца офицеры отправились на службу.

Под ногами весело хрустел снег, а морозный воздух приятно схватывал горло. Было трудно покинуть замок герцогини Савойской, потому что там осталась синеглазка, ради которой вервольф проделал весь этот путь. Сонная и взлохмаченная, она выглядела настолько милой, что оборотень с трудом удержался, дабы не подхватить ее на руки и не прижать к себе. Манящий запах девичьего тела витал в комнате, и принца разрывало двойственное желание: проветрить спальню, чтобы не наделать глупостей, а еще вдохнуть поглубже, погружаясь в притягивающий аромат синеглазки.

Хотелось прикоснуться к девушке, запустить пальцы в ее волосы, оттянуть голову назад и целовать. Ласкать до изнеможения, пока с губ истинной не сорвется стон и пока она сама не попросит углубить близость. С огромным трудом темный принц покинул Злату, а увиденное так четко отпечаталось в его памяти, что до сих пор стояло перед глазами. Она не заметила, что Дан стянул заколку, и эта вещичка теперь находилась с ним.

– Я приказал подавать завтрак, а вчера за совместным ужином они едва не подрались, – пожаловался Герд, остановившись перед массивными дубовыми дверями, исписанными резными узорами: волки, охота, лес и стелющиеся под ногами травы. И над всем этим, прямо над входом, висел герб Родеонских – грозная волчья морда с короной.

Когда Данияр был маленьким, ему казалось, что глаза зверя на гербе косые. Сейчас оборотень вырос, и картина сменилась на нормальную.

– Как? – Дан остановился, не поверив своим ушам. – Они же принцессы. В смысле, в гостях и только вчера прибыли.

– Да. Но это не помешало Талии за столом заявить, что лишь она может родить два десятка сыновей и дочерей и это не скажется на ее фигуре, тогда как Милолика разъедется и станет квадратом. А если горная принцесса не умерит аппетит, то прямоугольником. Причем еще до того момента, как случится наследник.

Данияра было не удивить дрязгами женщин, не раз слышал переругивание служанок, аристократки тоже не отставали. Но чтобы принцессы, да еще в самый первый день приезда, – это перебор. Никакого уважения к принимающей стороне. Понятно, почему папаши с радостью отправили к нему своих склочных деточек.

– Подозреваю, в качестве жениха они тебя не рассматривают, раз устроили такое при тебе, – сделал вывод Дан.

– Я рад, – засмеялся Герд. – А знаешь, что ответила Милолика?

– Что? – Старший не сомневался в горной принцессе, эта точно молчать не станет. Стоит только вспомнить ее тяжелую поступь и оценивающий взгляд. Такая сентиментальничать не будет и не промолчит. И вряд ли принцесса когда-либо рыдала ночами в подушку, как делали влюбленные особы.

– Ответила, что главе оборотней ни к чему сотни икринок. И что несколько крепких сыновей вполне вас устроят.

– Икра мне точно без надобности, чешуя в кровати тоже, – хмыкнул Данияр, взглянув на слугу, который тут же распахнул дверь перед правителем. – Сейчас переоденусь и спущусь к завтраку. Надеюсь, к этому моменту все будут живы.

– Куда они денутся, их сейчас развлекает Верт.

– Кстати, что с кошками?

Дан помнил, с каким рвением младший кинулся исполнять приказ. Лишь бы после этого коты не разбежались, а то кто будет ловить мышей? Можно разгонять грызунов магией, но это уже дело слуг и экономки, а никак не его. Сам Данияр с котами жил вполне мирно, и ни один из них никогда не позволил себе ничего лишнего относительно обуви вервольфа. Чуяли хвостатые, кого надо бояться.

– Все в порядке, мелкий справился. А ведь на ужин тоже была рыба, и, как ты понимаешь, Милолика ела ее с удовольствием. Только хруст за ушами стоял, я слышал. – Герда передернуло.

И это будущие королевы? Нет, не о такой возлюбленной мечтал принц. Интриги для двора привычное дело, но Данияр не мог представить, чтобы в подобные дрязги вступила синеглазка. Колкая на язык, но у герцогини-то Злата помалкивала, что только характеризовало ее с хорошей стороны. Думающая королева, умеющая наблюдать и делать выводы, – это лучше, чем показывающая характер правительница. На одном гоноре далеко не уедешь.

– А что насчет того аристократа, герцога Альвийского, который прибыл с Милоликой?

– Они сегодня вместе прогуливались по саду, но не под руку. Осторожничают на людях. Возможно, что с ее стороны ничего нет. Я узнал, они друзья детства, и герцог страстно влюблен в Милолику.

– Откуда такие сведения? – Принц усмехнулся, уже догадываясь, каким путем брат это вызнал.

– Как сказать… Личная горничная принцессы – симпатичная девушка.

– Молодец, – похвалил Данияр. – Распорядись, чтобы и глава тайной канцелярии присутствовал на завтраке.

– Его нет, куда-то умчался с самого утра, – сообщил Герд, а Дан с удовлетворением отметил, что брат действительно неплохо справился с обязанностями, хотя прошла всего лишь ночь.

Картина, которую Данияр застал в столовой, была достойна того, чтобы ее написали и поставили в хранилище, отвернув лицевой стороной к стене.

Обе принцессы были наряжены как на праздник, при этом друг на друга они не смотрели. Демонстративно, морща носы. Сопровождающие девиц отирались тут же, но в отличие от принцесс рассматривали друг друга пристально, ища слабину или изъян, который потом можно будет обсудить. Братцы-принцы тоже находились здесь, но они о чем-то переговаривались, не обращая внимания на гостей.

Стоило Дану войти в столовую, как все разом замолчали и уставились на него. Принцессы как сидели, так и остались сидеть друг напротив друга, а их сопровождение подскочило, отдавая дань уважения правителю Родеона. На всякий случай, мало ли… Принц – темный маг, а это дополнительный факт, чтобы его бояться.

– Ваше высочество, как мы вас ждали! – воскликнула Талия.

Сегодня на девушке было надето белое платье, шелк которого переливался от сотен ярких магических огней. Светлые локоны гостьи были собраны в высокую прическу, украшенную серебряными цветами. Наряд морской принцессы походил на свадебный, и Данияр был уверен, что выбор одежды не случаен.

– Уверена, вы спешили к нам, и только дела не позволили вернуться раньше, – добавила Милолика.

Горная принцесса была одета в серебристое платье, отделанное тончайшей вышивкой белого цвета, отчего девушка напомнила героиню зимних сказок. И опять же, наряд гостьи можно было бы считать одеянием невесты, если бы она таковой была. На голове Милолики красовалась диадема, а распущенные волосы вились огнем, всячески притягивая взгляд.

– Я тоже рад вас видеть в добром здравии, – улыбнулся Данияр. Как иначе, ведь если высокородные гостьи не вцепились друг другу в волосы, то уже хорошо.

А едва принц занял свое место за столом и глянул на братьев (они сидели слева), появились расторопные слуги, спешащие поставить перед всеми закрытые выпуклыми крышками тарелки. Гости не стали задерживать, тоже уселись и принялись снимать крышки. По просторному помещению поплыл запах гречневой каши, щедро сдобренной сливочным маслом, и Дан вопросительно глянул на Герда.

– Ты же любишь гречку. Поэтому я распорядился приготовить ее. – Средний смотрел честными глазами, на дне которых плескалось веселье.

– Спасибо, – поблагодарил старший принц и перевел взгляд на гостей.

Милолика с деловым видом взялась за ложку, а выражение лица Талии нужно было видеть. Девушка со священным ужасом взирала в тарелку, словно перед ней поставили нечто ужасное. Например, ведро помоев.

– Что-то не так, принцесса? – поинтересовался Данияр, догадываясь об ответе.

– Простите меня, принц, но я не могу это есть. – Она без стеснения бросила ложку в кашу и при этом так шумно выдохнула, словно в тарелке ей подложили змею. Посуда была отодвинута двумя пальчиками едва ли не на середину стола. – Это еда плебеев, а мне не пристало питаться всякими отходами. Они воняют!

– Что? – Голос Данияра Родеонского прозвучал вполне обычно, но услышал каждый.

Вервольф не рычал, однако предупреждающие ноты расслышали все. Кто-то поежился, а кое-кто из приглашенных начал звонко стучать ложкой по тарелке, едва успевая прожевывать запихиваемую кашу.

– Принцесса оговорилась, ваше высочество, – подал голос один из сопровождающих. – У нее с детства аллергия на гречку.

– Да? – Вкрадчивый голос Данияра не мог обмануть присутствующих. Принцу не понравилось выступление гостьи, и она тоже это поняла. Злилась, но стояла на своем. – Приказать принести ей овсяную или какую-либо другую кашу? Мой повар утверждает, что такая пища с утра самая полезная.

– Если можно, рыбный омлет. – Талия не собиралась сдаваться или смущаться. Она гордо вскинула голову и уставилась на правителя Родеона с вызовом.

Омлет… рыбный. Мало запаха, так еще и питается рыбой.

– Принесите принцессе то, что она хочет, – приказал Дан и перевел взгляд на Милолику.

Принцесса ела, демонстрируя неплохой аппетит, и даже не морщилась. Не сказать, чтобы он сам предпочитал только гречку, это явно провокация братьев, ведь продукт специфичный, и не все иностранцы ее понимают. Однако выбор пришелся кстати, и ситуация показала Талию не с лучшей стороны. Королева должна уметь владеть собой, а не срываться, обнажая свои слабости и недостатки.

Интересно, а что любит синеглазка? И как бы он сам отреагировал на подобную провокацию, если бы братья решили провернуть такое со Златой? Конечно же, вервольф бы не позволил зубоскалить над девушкой, однако внутреннее чутье подсказывало оборотню, что этой проблемы они бы все вместе не заметили. А Гердослав и вовсе мог сделать стойку на ту самую Золушку, которая ему так понравилась.

Пирожные обе девицы умяли без проблем. Только Милолика посматривала на соперницу с язвительностью и снисхождением, тогда как у Талии все чаще появлялась злость в глазах.

Данияр решил, что лучшим времяпрепровождением будет прогулка обеих девушек по саду в его компании. А чтобы как-то сгладить вчерашнее отсутствие, придется гулять с каждой по отдельности. И хоть вервольфу не нравилось подобное расточительство времени, вариантов не осталось. Пока принцессы здесь, его обязанность – следовать правилам. Да, он сам их устанавливал. Но и приглашал-то принцесс он тоже сам.

– Что-то не так? – поинтересовался вервольф, подметив, как сморщилась Талия. Благоухающий вид довольной соперницы вызвал у нее отвращение.

– Слегка кружится голова, – соврала гостья с побережья. – Думаю, мне следует прилечь. Ненадолго.

– Понимаю. Тогда жду вас на прогулку по саду после обеда. А сейчас мы это сделаем с принцессой Милоликой. Вы не против? – Данияр удачно ввернул свои планы, потеряв интерес к Талии.

– Буду готова в самое ближайшее время, – подхватила Милолика, победно глянув на соперницу. Уж эта своего не упустит.

Герцог Альвийский помрачнел. Уставился в тарелку, сверкая глазами. Данияр решил воспользоваться случаем и устроить провокацию.

– Через час буду ждать вас, – сообщил вервольф и быстро поднялся из-за стола.

Присутствующая знать тут же подпрыгнула, принцессы остались сидеть, а на другом конце стола чья-то ложка нервно стукнулась об пол.

Было ли Данияру жаль девушек, которых он использовал в своих играх? Немного. Однако каждая из них преследовала свои цели, возможно, не самые приятные и честные. И потом, они принцессы, замуж таких выдадут без проблем. А у него избранная, которую могут увести. Конечно, принц скрутит всех соперников в бараний рог и раскрошит по мостовой, но не позволит никому жениться на этой девушке. Однако очень хотелось, чтобы чувства Златы были самыми искренними и настоящими, основанными на любви, а не только на желании стать королевой.