Золушка для темного принца

Глава 22 Принцесса и я

Злата

Мы вернулись к себе, полные впечатлений. Мне до дрожи пальцев хотелось сделать набросок боя. И именно тонкими линиями, никаких красок. Исключительно карандаш.

Я взяла тетрадь и присела за стол. Движения Данияра были почти незаметными, но эффективными. А мне хотелось все это передать на бумаге. Магия зудела на кончиках пальцев, и это стало уже привычным ощущением. Я сделала несколько легких штрихов, прикидывая, кого еще изображу помимо вервольфа. Однако заглянула Тафилис, и пришлось ненадолго оторваться.

Подруга уселась напротив и уставилась на рисунок:

– Это точно не платье.

– Нет, – подтвердила я. Прямо сейчас я была не готова обсуждать принца, поэтому поспешила сменить тему: – Тафи, как думаешь, нас все-таки позовут?

– Не переживай, все в порядке. Я подозревала, что сразу принцесса нас не примет.

– Но ведь это ей надо, а мы теряем клиентов из горожан.

– Это да… но тут вопрос репутации. Если мы сошьем хоть один наряд принцессе Милолике, стоимость заказов возрастет.

– Понимаю. Лишь бы она не передумала с нами работать, – вздохнула я и снова взялась за рисунок.

Однако не успела коснуться бумаги, как в дверь постучали. Оказалось, это экономка. В руках она держала букет таких же алых роз, какие стояли у Тафи.

– Перепутала немного, – извиняющимся тоном сообщила женщина. Сунула цветы в пустую вазу и быстро ушла. Мне даже показалось, что Варвара сбежала, лишь бы мы не расспрашивали.

– Как это понимать? – недоуменно спросила я, глядя на Тафи. – Она что… твои цветы сюда принесла? Так и будет таскать их вслед за нами?

– Нет, у меня три розочки. А у тебя пять. Злата, она явно заметила внимание принца к тебе и решила, что это неспроста. – Тафилис хитро прищурилась.

– Думаешь, она всем его любовницам стремится угодить? – не поверила я и хихикнула. – Розы-то наверняка из местной оранжереи.

– Вот видишь, даже прислуга поняла, что принц к тебе неравнодушен. Учти, в экономки дур не берут. Насколько я в курсе, Варвара давно здесь служит. Скорее всего, она предана Родеонским по самые уши и что-то такое в тебе рассмотрела.

– Повезло Родеонским, – нейтрально отозвалась я, а следом очередной визитер помешал сосредоточиться.

Оказалось, про нас наконец-то вспомнила принцесса, и это было очень кстати. Ведь какой смысл обсуждать отношение высокородного оборотня, если я ни сном ни духом про его намерения?

Тафилис тоже не стала развивать тему. Мы взяли все, что нужно для работы, и отправились к Милолике. Нас пригласили в просторную гостиную, где помимо девушки и ее горничной присутствовал тот самый мужчина, с которым мы столкнулись совсем недавно. Он сидел в кресле и выглядел таким важным, словно чувствовал себя хозяином положения. После знакомства оказалось, что это герцог Альвийский.

– Признаться, я даже не думала, что принц Данияр пригласил для меня модистку, – произнесла девица грудным голосом. – Я тронута заботой его высочества.

Мне показалось, что после ее слов Альвийский недовольно поджал губы. Не выносит комплименты в адрес других мужчин?

Снимки в газетах не врали, Милолика напоминала богатыршу. Не ростом, а своей крепостью. Коренастая, с решительным лицом и широкими скулами. И все же принцесса оказалась симпатичной. И судя по тому, что этот самый герцог глаз с нее не сводил, он был к ней неравнодушен. А разговор, который они вели до нас, был очень важным и увлекательным.

По нам герцог скользнул оценивающим взглядом, но даже не приподнял зад, чтобы поприветствовать. Я не аристократка, но мужик в моих глазах сразу свалился ниже плинтуса.

– Все для вас, – отозвалась Тафилис. – Что желаете? Платье на вечер, платье ежедневное. Костюм для верховой езды. Прогулочный наряд…

– Платье на вечер, но какое-нибудь необыкновенное, – ухватилась за предложение богатырша. – Сможете?

Мужчине энтузиазм принцессы не понравился. Он снисходительно глянул на нас, словно не Милолика, а именно мы будем носить что-то странное.

– Постараемся. Определимся с тканями? – предложила Тафи, бросив на меня вопросительный взгляд.

Не нужно было слов, подруга надеялась, что мне в голову придет какая-нибудь оригинальная мысль, которая понравится принцессе.

– Ваше высочество, я, с вашего позволения, зайду попозже. – Герцог поднялся, приложился к ручке Милолики.

На мой взгляд, он делал это дольше положенного, но я не специалист в подобных вещах. Горничная тоже удивления не выказала, словно Альвийский каждый день тут ручки слюнявит.

В ответ принцесса только кивнула, после чего решительно подошла к саквояжу Тафилис:

– Показывайте, что у вас есть, будем развлекаться.

– Вы скучаете по дому? – сочувственно вырвалось у меня.

– Пока еще нет, но если в ближайшее время не посмотрю какую-нибудь фабрику или завод, то все возможно, – на полном серьезе отозвалась девушка.

Я даже ее зауважала, потому как сама подобным рвением никогда не обладала. То ли дело творчество. И пока Тафилис с Милоликой выбирали ткани, я взялась за карандаш. А едва стержень коснулся бумаги, рука словно ожила.

Основой стала все та же модель с широким запахом. Только в отличие алого наряда горожанки это платье должно быть выполнено в пастельных тонах. Так за счет ткани мы придадим девушке легкость, которой она не обладала от природы. Нежные оттенки смягчат выражение лица, а добавленные к отделке жемчужины укажут на высокий статус принцессы. Не ошибусь, если скажу, что украшений у Милолики хватит на все случаи жизни.

Несмотря на неприятную мысль, что платье предназначено невесте Данияра, рисовала я с воодушевлением, ведь мне впервые довелось творить подобный наряд. А пока плыла на волне фантазий, пропустила момент, когда к нам заглянули братья Родеонские. Точнее, пришел Данияр и тот самый парень с елки, который смотрел на меня с наглостью и вызовом, за что и поплатился – ему пришлось скакать со мной в хороводе.

– Принцесса, девушки, а это мы, – весело произнес громкий мужской голос.

Я в этот момент решала, насколько глубоким может быть вырез на груди платья и не стоит ли его скрыть под отделкой. Нанесла легкий штрих, повернула голову к вошедшим…

И поняла, что пропадаю. Карие глаза смотрели на меня с вниманием, словно говоря мне что-то. Будто принц действительно был рад меня видеть здесь, в замке.

Конечно же, это была моя фантазия, не имеющая ничего общего с действительностью. И все же каждый мог заметить, что вервольф смотрел на меня, а не на свою невесту.

– Данияр, Гердослав, рада вас видеть у себя, – отозвалась Милолика. Она резко бросила отрез ткани на кресло и загородила меня собой.

Наш с Данияром зрительный контакт прервался, и я почувствовала досаду.

Уверена, это было сделано не нарочно, хотя почему бы и нет? Кажется, принц смотрел на меня слишком долго, и это могли заметить присутствующие. Конкретно – чья-то невеста, которая совершенно не выказывает радости при посещении ее женихом.

Интересно, с чего бы это? Как соседи себя ведут, честное слово.

– И мы рады, – отозвался Данияр, а я прикусила щеку, чтобы не скривиться.

Рад он, как же.

Подниматься из-за стола я не стала. Всего лишь прислонилась к спинке стула, отчего взгляду снова стали доступны оба принца.

– Шли мимо, решили навестить, – поддержал брата Гердослав.

Он быстро обогнул Милолику и приблизился ко мне. Сама не знаю почему, но я поднялась и уставилась на парня. До сих пор не знаю, ради кого именно нас наняли. В Ночь перемен была уверена, что ради Гердослава. Сейчас склоняюсь к старшему из братьев. Но зачем весь этот цирк?

– Ну здравствуй, Золушка. Ты снова пришла, чтобы со мной станцевать? – Парень расплылся в широкой улыбке, блеснув белоснежными зубами. Он протянул мне руку, на которую я уставилась с недоверием:

– Вы хотите танцевать? Сейчас?!

– Герд шутит, – раздался голос Данияра. Кажется, кто-то не оценил шутку родственника.

– Разумеется. – Гердослав хитро прищурился. Сделал шаг навстречу мне, но потом отступил. Зачем-то подмигнул и развернулся к остальным присутствующим. – А чем это вы тут занимаетесь?

– Шьем наряд для принцессы по приглашению вашего брата, – ответила Тафилис.

– Так и есть, – подтвердил Данияр. Он снова уставился на меня, словно пришел исключительно за этим, а невеста – это так, веселенький антураж.

Мне стало не по себе, хотя рассматривать оборотня можно было сколько угодно. Хорошо сложен, высок. Приятные черты лица. И все же мы были не одни, а это могло помешать нашей работе. Заказу, выгоде, по сути – будущему…

Поэтому я сместилась так, чтобы снова оказаться позади Милолики и тем самым обезопасить нас. Фигура девицы и распущенные рыжие волосы позволили спрятаться от настойчивого внимания братьев вервольфов.

Наверное, для старшего принца это был знак, что пора уходить. Возможно, он и сам намеревался заглянуть ненадолго. Родеонские ушли почти сразу, выдав порцию комплиментов принцессе и немного Тафилис.

А едва дверь за визитерами закрылась, я поспешила окунуться в работу. Ничего не знаю, и я вообще тут ни при чем!

Как-то так вышло, что первый набросок создала очень быстро. За ним последовал второй. Здесь все та же модель была выполнена из белоснежного кружева, расшитого бриллиантами. Вытворять – так на полную катушку!

Третье платье было снабжено юбкой в пол, но не пышной. У Милолики и своей пышности в боках хватает, я не стала делать из нее «девицу на чайнике». Едва приподнятый перед платья должен продемонстрировать изящные туфельки, но не акцентировать на них внимание. Обувь тоже будет усыпана бриллиантами (дорвалась Златка до дармовых украшений!).

Четвертое платье напоминало мое красное, в котором я попала в этот мир, с разницей в цене ткани и глубине выреза. Последний был более целомудренный, к тому же я не видела, какое тело у девушки под платьем. А вдруг есть складки на коже? Тогда она будет напоминать поросенка в шелках. Эффект от ошеломляющего сменится всеобщим весельем и шепотками. А мы с Тафилис вылетим из замка быстрее ветра.

И потом, несмотря на материальную выгоду, мне не хотелось, чтобы чей-то наряд повторял мой собственный. Вдобавок принцессе могут рассказать, что в Ночь перемен в похожем наряде отплясывала Золушка. Для нас с Тафи это может означать неприятности, а нам бы подальше от них.

– Красиво, – раздалось у меня над ухом, отчего я дернулась. К счастью, Милолика вовремя убрала голову, и ее челюсть не пострадала. – Но это я надеть не смогу. Может быть, потом, когда выйду замуж. А сейчас хочу это, это и это. Все три хочу. Это возможно? Успеете сшить, пока я здесь?

Какая прелесть, она уже собралась уезжать? Насовсем? Так мы ей прямо сегодня поможем чемоданы запаковать. С новыми платьишками, за которые нам непременно должны заплатить.

Требовательный голос принцессы, ее палец, упрямо тыкающий в рисунки, тон сказанного указывали на не привыкшую к отказам девицу.

Не поняла, как на это отреагировала Тафилис, а мне было все равно. Я смотрела с той точки зрения, что все мои модели устроили Милолику. А остальное зависело от мастерства Тафилис, в которое я очень верила.

– Я бы хотела получить весь заказ сегодня, – заявила принцесса, когда первый наряд был пошит. Девушка вертела его в руках несколько минут, пристально рассматривала, проверяла на прочность швы, прежде чем озвучить свою оценку, тем самым потрепав нам нервишки. – Если для этого потребуется пропустить обед, то я готова. Если понравится, завтра продолжим. Плачу за все.

– Ваше высочество, все оплатит принц Родеонский, – сообщила Тафи.

Я кивнула, подтверждая сказанное, но внутренняя жабка проквакала, что зря мы так сделали. Зря! Деньгами не раскидываются.

– Я сама знаю, как мне поступить, – отрезала Милолика, и кто бы с ней спорил.

Всевышний упаси бить по руке, жаждущей отсыпать нам за работу деньжат!

Не знаю, как часто с одаренными магией модистками встречалась принцесса, только ее горничная подобное чудо наблюдала с раскрытым ртом. Один раз за весь процесс девушку посылали за пирожными, которыми в перерывах подкреплялась Тафи. Я тоже съела одно и запила чаем, старательно игнорируя тот факт, что обеденное время уже прошло и хотелось вовсе не сладкого.

Спустя несколько часов вымотанная, но довольная собой Тафилис остановилась. Я помогла подруге собрать все в саквояж, пихнула туда же свою тетрадь с карандашом, после чего подхватила сумку сама, не доверив ее уставшей модистке. Мы попрощались с Милоликой, договорившись, что завтра придем снова.

Щедро отсыпанное вознаграждение также лежало на дне саквояжа, поэтому я предпочла нести ношу сама, а не воспользоваться помощью слуг. Нет уж, не доверяю! Я вообще этих людей в первый раз вижу.

Мы уже практически покинули гостиную принцессы, когда прозвучала ее просьба. Неожиданная и неприятная, резанувшая по ушам и вынудившая остановиться.

– Злата, останьтесь.

Сердце застучало часто-часто, и все почему? Потому, что я предположила – дело не в рисунках и набросках. Или это нервы и излишняя чувствительность, которой я отродясь не страдала?

– Я? – обернулась и вопросительно уставилась на Милолику. – Вы желаете забрать набросок на четвертое платье?

Хотела произнести «выкупить», но вовремя промолчала. Заплатили нам щедро, можно и уступить набросок. Я еще нарисую.

– Хочу узнать, что происходит между тобой и моим женихом.

Вот засада…

– А что между нами происходит? – Я прикинулась непонимающей, с грустью осознав одно: завтра заказа не случится. И пусть сегодня мы заработали даже больше, чем у герцогини Савойской, но и от этого бы не отказались.

– Он тебе симпатизирует. – Девица сложила руки на груди и уставилась на меня этак обвиняюще. Еще и нахмурилась, словно это могло помочь в признаниях.

– Да вы что! – Я всплеснула руками, едва не выронив саквояж. – Симпатизирует? Значит, можно рассчитывать на заказ? Ох, а я в мужских рубашках ничего не понимаю, только платья или туники.

– Ваше высочество, это какое-то недоразумение. – Тафилис тоже никуда не ушла, решив, что раз я с саквояжем осталась у принцессы, то и ее место с нами. А то вдруг половину денег потребуют обратно, скажут, что отданы по ошибке. – У Златы есть жених.

От услышанного я едва не поперхнулась и уже хотела поинтересоваться, не про Алекса ли Тафи тут заливает? Или решила для конспирации Рея одолжить? Однако оставила допрос на потом. Кивнула и приняла вид счастливый. Надеюсь, что не придурковатый.

– Скоро свадьба? – Суровость слетела с лица Милолики, однако она все еще не поверила мне до конца.

– Не совсем скоро, – «обломала» я принцессу, с удовлетворением отметив, как она поджала губы. – Сначала накопим денег. Мы хотим открыть свое дело. Дом купить. Может, совместить все в одном здании… Дом и лавку. Этажа два, а три – уже перебор… Или можно остановиться на одном? Пожалуй, лучше два, так мы разделим собственную жизнь и работу. Как думаете? Если все рядом, так это хорошо. Не надо тратиться на лошадь, на разъезд, и всегда вовремя на работу придешь. Опять же, если зимой выпадет снег, то не придется чистить два раза. А если…

– Я все поняла, – с нажимом прервала меня принцесса, подняв одну руку. – Все… Ступайте, девушки. Завтра буду ждать вас сразу после завтрака.

Мы попрощались и дружно покинули принцессу, поспешив поскорее уйти. А то мало ли. Вдруг у Милолики всплывут еще какие-нибудь подозрения.

– Что это было? – спросила Тафи, едва мы оказались в ее комнате.

– Ты о чем?

– Вот этот твой словесный… выплеск. Ты так тараторила, что я не успевала за ходом мысли.

– Ерунда, – отмахнулась я. – У нас мошенники любят по телефону зубы заговаривать. А мне всегда нравилось им дурить голову, жалуясь на жизненные обстоятельства. На пять висящих кредитов, детей, учителей, скандальных соседей, рычащую собаку, шипящего кота. Как думаешь, зачем пришел принц?

– Соскучился по тебе. Вы с ним оба хороши, – отмахнулась Тафилис и рухнула в кресло. – Как же я сегодня устала.

И тут мне стало совестно. Все обо мне да обо мне. А Тафи потратила гораздо больше сил, чем я.

– Сиди, не дергайся, а лучше приляг. Сейчас найду кого-нибудь из слуг, и нам принесут обед прямо сюда, – засуетилась я.