Золушка для темного принца

Глава 13 Она здесь! И он тоже

Данияр Родеонский

– Ваше высочество, рады приветствовать вас у себя. – Герцогиня светилась от счастья и зябко куталась в меховую шубу.

Принц отметил разодетую и накрашенную даму, что только указывало – о его появлении здесь знали. Что же, они с Марком сделали верное предположение, кто именно пошлет вестник Эмилии Савойской. Один из выходцев здешних мест оказался предан не только будущему королю. Информатора из замковых офицеров предстоит еще проверить, а после решить, оставить его на службе или нет. Все зависит от его поступков и беседы, которая обязательно состоится.

Можно было явиться совсем без предупреждения или же послать вестник герцогине, однако глава тайной канцелярии предложил поставить эксперимент, собрав офицеров из охраны и объявив им, что в замке находятся две важные персоны, которых требуется охранять особенно бдительно. И что принц направляется на земли Савойских.

Последнее было сказано вскользь, но сработало.

Рядом с герцогиней Эмилией стояла девушка, ее дочь. Принц несколько раз видел Лейлу Савойскую. Приятная внешне, она была копией своей матери.

– Очень надеемся, что вы у нас погостите. Прошу вас, ваше высочество, проходите, – подхватила Лейла, поправив выбившийся локон.

Девушка кокетливо стрельнула глазами и потупилась, изображая скромность. Именно изображая, потому что вервольф даже в человеческом облике чувствовал: от нее пахнет мужчиной, и это точно не случайные объятия.

Судя по свежим следам, ведущим к замку, и слегка разрумянившемуся виду девицы, приехала она совсем недавно. На то же самое указали кони, которых еще никто не выпрягал. Данияр отметил все это мельком, как событие самое обычное. Аристократы пытаются не только приветствовать правителя полным составом семьи, но и выгодно пристроить незамужних дочек.

– Непременно. Сегодня и заночуем, – сообщил Родеонский, не забывая поглядывать на наблюдающих за ними людей.

Приезд принца всполошил весь замок, однако он не заметил ни модистки, ни помощницы. Но Дан был уверен, что именно Злата смотрела на него из темного окна. Хотелось послать подальше все правила приличия и подняться к истинной, чтобы ее увидеть. Он так мало о ней знал, что требовалось срочно восполнить пробел: увидеть синеглазку, услышать ее. Прикоснуться.

Принц первым двинулся к дверям замка, и все как по команде шагнули за ним.

– Гостевые комнаты готовы. Как насчет ужина, ваше высочество? – предложила герцогиня, в то время как ее дочь держалась рядом с матерью. Офицеры сопровождения следовали позади. – Слуги уже накрывают…

– Нет. Я не голоден, но о моих людях нужно позаботиться, – сообщил Дан, поднимаясь по ступеням замка. Совсем недавно они перекусили, а сейчас ему хотелось одного – видеть Злату. Что за манера предлагать кусок мяса, когда оборотень только не рычит, желая отогнать всех со своими делами?

– А чай? – удивленно выдохнула Лейла Савойская, будто они отказались от чего-то интересного.

– Вина? – вклинилась имеющая больший жизненный опыт герцогиня, едва заметно схватив дочь за локоть и не давая ей выдвинуться вперед себя.

Темный принц понимал, что девушка желала обратить на себя внимание, и в другой раз он бы непременно посмеялся над этим. Только сейчас назойливость и излишняя суета раздражали. Где же синеглазка и почему она вместе с модисткой не вышла приветствовать своего правителя?!

Едва все оказались в холле, как к Родеонскому подскочил какой-то пухлый прислужник, непохожий на обычных лакеев. Он попытался помочь принцу раздеться. Но от одного пристального взгляда вервольфа толстяк застыл с протянутыми, дрожащими от волнения руками.

– Мой секретарь Мокий, – немедленно представила его герцогиня, и Дан кивнул, сбрасывая с себя теплую куртку.

– У вас гости? – спросил прямо Данияр.

Оборотень все еще не видел синеглазки, а ведь она должна была появиться вместе с модисткой. Неужели Злата решила поиграть в прятки?

Неожиданно принц развеселился, и было в этом все: желание поскорее увидеть избранную, прикоснуться к ней, прижать к себе и прошептать, что он все равно ее нашел, как бы ни пряталась. Везде найдет, по любому адресу, куда бы она ни уехала. Она есть, существует, а все остальное он непременно решит.

– Нет, у нас только слуги, – спешно ответила герцогиня, вызвав в груди оборотня ощущение неприязни. Оно возникло мгновенно, но темный принц сдержался. Однако дама что-то почувствовала и пожелала исправиться: – У нас гостит моя племянница Тафилис со своей помощницей. Девушки очень устали, поздно приехали. Поэтому я позволила им отдохнуть и не выйти. Если вы не против, разумеется.

– Понимаем, что с их стороны это крайне невежливо, – осторожно добавила Лейла, все еще изображая смущение. При этом не забыв указать, что ее родственница не уважила будущего короля.

Милейшая родня. К такой спиной не поворачивайся – заплюют.

– Невежливо держать вашего правителя у дверей, вы так не считаете? – резко оборвал Данияр. Ситуация была ясна как день, и это злило. – Или же мне здесь не рады?

– Простите, ваше высочество, – всполошилась герцогиня, и на ее лице отразились настоящие эмоции. – Вы для нас самый желанный гость.

И все же дама не суетилась, ведь она привыкла повелевать и была уверена, что все пойдет именно так, как ей захочется. Савойские – род, никогда не предававший Родеонских.

– Прошу вас, пойдемте в гостиную. О ваших людях тоже хорошо позаботятся.

Данияр бросил внимательный взгляд на леди Эмилию, намеренно затягивая с ответом. Пусть понервничает. Аристократия иногда излишне спесива и забывает, что командует только в пределах своих земель.

– Позови Тафилис, – цыкнула герцогиня на своего секретаря, и тот умчался исполнять волю хозяйки.

– И ее помощницу, – тихо, но очень четко произнес Данияр, замечая, как нервно дернулся глаз у леди Эмилии.

Вот теперь порядок.

Герцогиня молча глянула на одного из слуг, и тот поспешил вслед за секретарем.

– Кажется, вы предлагали вина? – Данияр усмехнулся, довольный произведенным на подданных впечатлением.

Злата

Толстячок Мокий, а это именно он стучал в дверь Тафи, выглядел встревоженно.

– Леди Тафилис, собирайтесь. Сам принц Данияр желает видеть вас, – затараторил он, а подошедший следом слуга пробасил:

– И помощницу вашу тоже велено позвать.

– Скажи, сейчас будем, – ответила Тафилис и захлопнула дверь перед носом любопытного секретаря, с которым у нас не сложились отношения с самого утра. Потом подруга бросила на меня предупреждающий взгляд.

А я… Я неожиданно почувствовала сомнение. Стоит ли идти, зачем мне туда… И вместе с тем я не знала, как отреагирует на мое появление принц. И все-таки зачем он тут, почему примчался?

– Злата, мы не можем отказаться, – заявила модистка, уперев руки в бока. – Если хочешь знать мое мнение, принц здесь из-за тебя.

– Быть такого не может, – отмахнулась я, а у самой сердце забилось сильнее.

Видимо, усталость с дороги давала о себе знать. А еще, как назло, перехватило горло. То ли от волнения, то ли теплый чай не помог.

Апчхи!

– Ну-ну, – не поверила мне модистка и неожиданно развеселилась. – Подозреваю, за нами прислали не просто так, и тетке не особо хотелось это делать.

– Откуда ты знаешь?

– Такое уже бывало. Как кто-то важный и холостой заглядывает, леди Эмилия зовет Лейлу, а про меня нарочно молчит.

Секретарь забыл предупредить, куда нам идти, но Тафи не растерялась. Поинтересовалась у спешащего мимо нас слуги, который и рассказал, что герцогиня велела накрывать в большой гостиной. Я застонала. Гостиная… Манеры всякие.

– Даже не думай поворачивать назад. – Подруга почувствовала мои сомнения и ухватила меня за рукав.

Собственно говоря, отступать было уже поздно. Освещенный коридор вывел нас к открытым дверям, через которые мы вошли в ту самую гостиную. Просторное помещение, растопленный камин. Несколько диванчиков, столиков… И принц, стоявший под люстрой, как гвоздь программы. Рядом с ним в нелепой позе застыла девушка, чем-то смахивающая на герцогиню. Мне показалось, что ей неудобно стоять с выпяченной вперед грудью. Только трудно произвести впечатление и привлечь, когда собственная мать что-то объясняет принцу Родеонскому, а тот ее слушает.

Наши с принцем взгляды снова встретились…

– Моя племянница, Тафилис. И ее помощница… Злата, – сообщила герцогиня Эмилия, выудив из памяти мое имя.

– Ваша родственница, – напомнил принц, продолжая смотреть исключительно на меня. Он говорил о том самом родстве, о котором при знакомстве упомянула Тафи.

Герцогиня не поняла смысла сказанного.

– Дочь покойной сестры. Люблю ее… как родную, – заявила герцогиня и бросила на Тафи обманчиво ласковый взгляд крокодилицы.

Театр, да и только. У меня всегда было живое воображение, жаль, не могу рисовать картины как настоящий художник. Так бы и изобразила всех, как мне хочется. Кончики пальцев закололо, а желание взяться за карандаш показалось главным. Пришлось мысленно одернуть себя. Златка, не дури. Потом порисуешь, сейчас лучше…

– Апчхи! – вырвалось у меня. Какой позор, я едва успела выхватить платок и отвернуться.

– Ваша родственница больна? – озабоченно поинтересовался Данияр. Он стал серьезным и чуточку хмурым.

Я же уставилась на него, всячески демонстрируя, что мне уже лучше. Вот совсем хорошо. Даже улыбнулась, надеясь, что в пышущую здоровьем меня поверят все.

– Ваше высочество, эта девушка нам не родственница, – с улыбкой пропела Лейла и глянула на меня как на придаток к своей двоюродной сестре. – Она помощница Тафи.

Вот коза! Какая-то роль мне сегодня досталась молчаливая. А в мыслях пронеслись колкие слова, что такая родня, как она сама, задаром не нужна.

– Ваше высочество, вы совершенно правы. Злата моя родственница по отцу, – оскалилась модистка, а я спешно прикрыла усмешку платком, тут же поймав очередной внимательный взгляд Родеонского. – И да, ее слегка продуло по дороге. Мы немного замерзли, пока добирались сюда. Но Златочке уже гораздо лучше, и завтра мы приступим к работе.

Уверена, услышь про это Мокий, непременно бы надулся от обиды, что нельзя на нас пожаловаться.

– Надеюсь, так и есть. Располагайтесь. – Принц взглядом указал на диванчик с придвинутым к нему низким столиком. Эта гостиная была устроена так, что почти между всеми диванами стоял какой-нибудь невысокий столик.

– Благодарю, – отозвалась Тафи и, подхватив меня под руку, потащила присесть на ближайший к выходу диван. Правильный выбор, ретироваться будет легче.

Я словно очнулась от гипноза, не понимая, как при всех могла так долго рассматривать вервольфа. Высокий, широкоплечий, с короткой стрижкой и наверняка с упрямейшим характером.

Сразу вспомнилась коробочка с панталонами, они же привели меня в себя. Даже как-то спать расхотелось. Зато появилось желание поинтересоваться, что означает тот странный презент. И сообщить, что я никак не возьму в толк, зачем мне этот раритет. Может, принц обознался и кому-то другому захотел его вручить, а ненароком попутал адресок? Наверняка у Родеонского есть любовница, а то и не одна.

А еще королевство сходит с ума, гадая, кого из невест он выберет. Я даже немного про них знаю, в статье прочитала. Дорога была длинной, и Тафи приказала по пути остановиться и купить несколько газет. Естественно, за ними бегал Мокий. Дулся, но не отказывал.

К счастью, гостиная – это не столовая, и меня не мучил вопрос, какой вилкой ткнуть, если их передо мной положат несколько. А чашечка с зеленым чаем – это гораздо проще. Была мысль бросить в нее сахар и размешать, стуча ложкой о стенку. Но я так делать не стала даже из вредности относительно Лейлы. Тафи подводить не хотелось. И потом, тройная оплата на дороге не валяется. Это я заявляю со всей ответственностью как человек, клюнувший на двойную стипендию за игру в Новый год.

Не знаю, чего я ждала, однако чаепитием все и ограничилось. Принц и герцогиня потягивали вино, Лейла тоже крутила в пальцах бокал. Тафи пригубила, но немного. Я же и вовсе от алкоголя отказалась, посчитав, что так надежнее. А то мало ли что скажу людям. Открою правду, которую они не готовы слышать. Но это все шутка, потому что очень захотелось спать.

Извинившись перед всеми, я ушла к себе.

Никто не стал меня задерживать или выспрашивать, отчего ухожу так рано. Для меня, жительницы студенческого общежития, ложиться поздно – это норма. Однако самочувствие и в самом деле подкачало. А уходя, я спиной чувствовала взгляд, но поворачиваться и выяснять, кому он принадлежит, не стала. Знала, что мы еще встретимся, только пусть это случится не прямо сейчас.

Это самое «не прямо сейчас» случилось гораздо раньше, чем я могла предположить. Более того, оно произошло на территории…