Замуж по приказу

Глава 13

Перед глазами до сих пор стоял магический свет. Отпечатался на сетчатке, как мощная вспышка фотоаппарата. Не разбирая дороги, я спешила за Афиной, держа одной рукой юбку, а другой — тонкую женскую кисть. Но хватка у нее была железная.

Она меня вытащила из ложа, когда туда ворвались охранники, чтобы напасть на Баса. Красные портьеры вспыхнули огнем, когда я последний раз обернулась перед выходом в коридор.

— Бас его убил? — тихо спросила я, едва мы на пару секунд задержались у гардероба.

— Вот чего… — фыркнула Афина и пихнула мне в руки пальто. — Будет жить как миленький, когда очнется. Правда, не так шиковать, как раньше. Дара-то лишился. А нечего было перечить Басу, — припечатала она, накинула на плечи дубленку и понеслась к выходу.

Я догнала ее на улице, где она уже начала ловить такси, и хотела было спросить, куда мы так торопимся, как она внезапно повернулась ко мне и с вызовом выпалила, указывая рукой на здание:

— Значит, о каком-то Командире волнуешься, а как там Бас — пофиг?

— Это у тебя к нему безусловная любовь, — заявила я. Сейчас нет смысла сдерживать ссору. И вряд ли удалось бы. Злость дико бурлила в крови.

К моему удивлению, Афина не стала спорить. Зато бурно зажестикулировала.

— Конечно, я его люблю больше всех на свете. И не отдам его той, кому он даром не нужен, — ткнула в меня пальцем.

— А с какой радости я должна по нему с ума сходить?! Он угрожал мне, он насильно забрал меня с собой и… — я запнулась, обводя беглым взглядом людей вокруг. Добавила тише: — И постоянно домогается!

— Прошу прощения, вам такси нужно, мисс? — обратился к нам водитель черного кэба. Афина раздраженно открыла дверь и кивком указала мне, чтобы я забиралась внутрь.

Я кинула последний взгляд на Роял Альберт Холл — в окнах на третьем этаже вроде блеснуло пламя.

— Аэропорт Хитроу, — сказала Афина, юркнув за мной в салон, и продолжила вещать мне на ухо: — Да, Бас не милашка. Но таким и должен быть Император. Ты себе можешь представить Императора-душку? Я не могу. И Бас, кстати, вполне еще адекватный, если сравнивать с другими. Предыдущий Император, говорят, был редкостным садистом и гадом.

К черту разборки, и всех Императоров в пень. Какой аэропорт?

— Мы улетаем?

Афина нервно рылась в сумочке и ответила, когда вытащила мои документы.

— Да, блин, улетаем. Я тоже не в восторге. Прямо посреди фильма… Держи свой паспорт. Надо перевести нашу птичку из Хитроу в частный аэропорт, где у Якоба связи. Бас засветился — его могут не выпустить из страны. Мы же, надеюсь, успели убежать незамеченными.

Мне бы сейчас улизнуть от Афины с документами, вернуться к концертному залу, найти Командира и обратиться к нему за помощью — но нет, нет. Я больше не буду сдуру хвататься за каждый шанс. Который тем более ничего не гарантирует.

Я положила документы в свою сумочку и спросила Афину:

— Зачем ты тогда меня перед Себастьяном защищала?

— Женская солидарность. Бас иногда чувствует себя всемогущим. Надо ему иногда показывать, что девушки не лыком шиты, — она лукаво усмехнулась и подалась ближе: — Не верю, что ты к нему совсем равнодушна.

— Конечно. Я его ненавижу.

Может, не стоило его бывшей такое говорить. Я прикусила язык. Лучше бы промолчала. Теперь Афина нахмурилась и огоньки в ее глазах сверкали с особой злобой.

— Хорошо, детка, — она положила руку мне на колено, отчего меня передернуло. — Раз так, давай мы с тобой договоримся. Мне тоже не улыбается смотреть, как Бас мучается. Есть Лаура. Он ей нравится. Возможно, и она ему понравится, если ты будешь меньше перед его глазами мелькать и дашь ей проявить себя. Предлагаю сделать так, чтобы заменить тебя на нее. Продумаем план, все дела. Я в итоге помогу тебе вернуться домой пораньше.

Она предлагала замечательную сделку. Мне несказанно повезло. Умыть руки и избавиться от настойчивости тирана — идеально. Вернуться к прошлой жизни — отлично. Но почему в груди нестерпимо жгло, горчило?

Что ответить? Что меня наизнанку выворачивает от одной мысли о том, что Бас и Лаура могут быть вместе? Я решила не спешить с ответом.

— Думаю, он будет не в восторге, если узнает, что ты мне предлагаешь.

— Ты не скажешь! — она растерянно откинула назад черные пряди. — И если скажешь, он тебе не поверит.

Не ожидала, что я поверну разговор в другое русло?

— Откуда тебе знать, что для него лучше? И почему ты раньше не предложила ему Лауру? Вообще бы меня не трогали…

— Я предлагала! Он не захотел.

Афина, надувшись, откинулась на спинку кресла и в задумчивости принялась крутить замок на сумочке. Я отвела взгляд за окно — провожала вечерние улицы Лондона, по которым не удалось погулять. Хотелось бы еще сюда вернуться, только свободной.

— Ты права. Дерьмовый план, — буркнула Афина. — Бас вообще неясно почему за тебя вцепился. Ты милая, симпатичная девочка, ничего не подумай. Просто неизвестно, что у него там переклинило и как надолго.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — начала осторожно я. — Разве тебе не хочется, чтобы рядом с ним не было ни меня, ни Лауры, а только ты?

Она чуть нервно передернула плечами. Голос слегка подрагивал.

— Мне, конечно, не особо приносит радость видеть его с кем-то. Мне хотелось бы все его внимание себе забрать. Но между нами нет ничего серьезного. Мы упустили то время, когда еще могло что-то получиться. И сейчас, через много-много лет и кучи упущенных возможностей, я хочу просто одного — чтобы Бас был счастлив. — Она вонзилась в меня огненным взглядом. — И с твоей ненавистью… Не похоже, чтобы ты желала ему добра. Понимаешь, к чему я веду?

— Я понимаю лишь то, что я в этом не виновата. Не моя вина в том, что Бас выбрал меня. И сердцу не прикажешь, что ему чувствовать: любовь или ненависть.

— Вот как ты говоришь? А я вижу другое. Что ты именно это и пытаешься делать — приказываешь сердцу, что чувствовать.

У меня пропал дар речи. Я открыла рот, чтобы возразить, но не нашла слов. Афина будто попала в самое яблочко — вогнала кинжал правды глубоко и смертельно.

Нет, ну, погодите. Я действительно очень стараюсь, чтобы желание близости с Басом не захватило меня с головой. Потому что нечего таять в руках мерзавца. Пока никакой любви нет. Просто мне нравилось чувствовать его прикосновения, целоваться, засыпать в его объятьях. Ревность иногда жалила ядовитыми иглами.

А разве не с этого все начинается?

Я поежилась от холодной дрожи и закуталась в пальто. Надо Афине выдвинуть доводы в пользу здравого рассудка, но она уже прилипла ухом к смартфону — решала какие-то вопросы с сотрудниками аэропорта.

В следующий раз нам удалось поговорить, когда мы приехали, прошли контроль, Афина проверила самолет и уселась за штурвал. Я попросилась занять соседнее место в кабине пилота. Было жутко страшно. И любопытно.

— Не вздумай ничего нажать! — пригрозила Афина. Удивительно, как она разбиралась в этом безумии кнопок и рычажков. Щелкала пальцами с такой ловкостью, с какой маэстро играет на пианино. В кресле за вторым штурвалом сидеть в платье совсем не удобно — я закатала юбку на манер Афины и пристегнулась. Переодеваться некогда.

В аэропорту я мельком увидела трансляцию свежих новостей — Роял Альберт Холл горел. Жаль красивое здание. Оно выглядело так, будто у него вековая история. И теперь архитектурный шедевр сжирал огонь. И все из-за чего? Из-за того, что Бас с английским Командиром не договорились?

Довольно прятаться за тягой к искусству. Я страшно переживала, как там Бас. Пальцы невольно теребили подаренное им колье. Когда убегала, казалось, охранники его завалят просто своим количеством. Еще у них наверняка есть пистолеты. К тому же их позвал Командир. Что, если у охраны тоже сверхспособности? Это не то, что пьяные баски на улице.

— Лишь бы там никто не пострадал, — озвучила свое беспокойство, когда самолет начал набирать высоту. Город стремительно отдалялся, превращаясь в черное полотно с мириадами золотых нитей и бус. На огромном куполе ночного неба нам подмигивали звезды. Полоса горизонта была такой далекой, что никогда не догнать.

— Благодаря огню Бас и свалит оттуда. А Герман, надеюсь, не сунется в самую гущу, а только подстрахует на отступлении. Здание отреставрируют, не переживай. Будет еще краше, чем прежде.

— Ты говорила, что хочешь, чтобы Себастьян был счастлив. Но разве путь обратно на трон не опасен? Власть стоит того, чтобы рисковать жизнью? У Себастьяна и так много денег… Зачем тогда?

— Переживаешь за свою шкуру. Я поняла, — говорила она, не отрывая глаз от монитора. Ничего она не поняла. — У Баса все просчитано. Даже плохие варианты развития событий. Он не допустит ничьей смерти. Если на наш хвост не упадут киллеры Апексориума. Тогда нам может быть хана. Смотри, мое предложение по поводу того дерьмового плана в силе. — Афина кинула ко мне взгляд и криво усмехнулась.

— Я бы другой план предложила.

— Какой же?

— В одном наши интересы сходятся — мы обе хотим, чтобы я отсюда убралась. Помоги мне сбежать. Так, чтобы наверняка. Себастьян не будет задерживаться, если ему придется долго искать меня. Полетит в следующую страну, верно?

Она покачала головой, прицокивая языком.

— Не будет он задерживаться только в том случае, если ты ему надоешь! А так сто пудов весь город перевернет и планы все передвинет. Плохо ты его знаешь.

Надоешь… А это мысль. Может, ему дать то, что он хочет? У многих мужчин, я слышала, теряется интерес к девушке после первой ночи. Тем более что с меня взять? Ноль опыта, еще и чудовищные шрамы от ожогов.

Точно, я покажу ему свои шрамы. Еще ни один парень не пришел от них в восторг.

— Так, заходим на посадку. Нас уже ждут.

Я с бешено колотящимся сердцем считала секунды до того момента, когда шасси коснутся посадочной полосы. Афина напоследок сказала:

— Позже подумаем над планом. Сейчас главное спокойно оставить Англию позади и затеряться в небе.

Мне очень нужно увидеть, что Бас цел. Что он не кашляет, нахватавшись пуль. Я отстегнулась и кинулась в салон. На борт поднялся первым Ник, заверил меня, что с Мурёнышем все в порядке, он вообще беззаботно уснул, когда его завели в клетку. Дальше вошел Якоб и скупо кивнул, следом Лаура — окинула взглядом мое помятое платье, немного смазанный макияж и растрепанные волосы, вздохнула и принялась проталкиваться мимо. Я опустилась в кресло, где обычно сидела рядом с Басом.

Нетерпение приподняло меня, когда в проеме показалась мужская фигура — и вздох разочарования осадил обратно. Кальвин. В его бороде мелькнула улыбка, и он расположился в кресле напротив.

Герман ворвался мрачным вихрем и проскочил сразу назад, где уселся Ник. Я постукивала пальцами по подлокотнику, нервы сбились в какой-то клубок прямо там, где солнечное сплетение, и лихорадочно пульсировали.

Едва Бас влетел в салон, снял кепку и зацепился за меня взглядом. У меня вмиг сердце сделало кульбит.

— Готовы взлетать! — крикнул он Афине и двинулся ко мне.

Я невольно вжималась в кресло с каждым его стремительным шагом, будто он собрался накинуться на меня. Что бы ни твердил здравый рассудок, я была рада его видеть. Он переоделся — кожаная куртка и черная футболка ему безумно шла. Встревожен, нахмурен, но на вид цел. Грохнулся в кресло рядом со мной и наспех пристегнулся.

Пульс стучал в висках, в горле пересохло, и я себя с трудом заставила податься вправо, к Басу, и прошептать:

— Мне нужно тебе кое-что показать.