Я один вижу подсказки 15

Глава 11 Беглец

Аларик Десмонт сидел на полу прямо перед алтарём. Его вид вызывал одновременно отвращение и симпатию.

Отвращение — потому что он по своей сути лишь труп, ходячий мертвец. Симпатия же исходила от безупречно чистых одеяний и тяжёлой короны.

Этот труп явно прилагал все усилия, чтобы скрыть свои «недостатки» и казаться более живым, чем он есть.

Такое стремление было заметно не только во внешности, но и в обстановке паланкина.

Высокие потолки, стены, украшенные золотом и шёлком — всё это создавало впечатление покоев богатого аристократа.

Лишь алтарь в центре комнаты, созданный из переплетённых костей и свежей плоти, разрушал эту иллюзию, напоминая о тёмной сути.

Сам лич сидел неподвижно, погружённый в Поток Смерти. Это можно было бы назвать медитацией, если бы мёртвые умели медитировать.

Сознание Аларика путешествовало по бесчисленной армии, перескакивая от одного мертвеца к другому.

Нагрузка на него была колоссальной: он не только управлял легионами нежити, но и постоянно призывал новых воинов, создавая и пополняя ряды. Он раздувал свою армию до пределов возможного, явно к чему-то готовясь.

Внезапно в паланкине произошли изменения, заставившие его немедленно вернуть сознание в тело.

Алтарь, до этого тихо стоявший, начал меняться. Вокруг него сгустилась плотная чёрная аура, а в самом его центре воздух исказился, разрываясь в пространственную дыру.

ВЖИХ!

Из неё, словно лучи уродливого тёмного солнца, вырвались тысячи склизких щупалец. Они не светились, а лишь источали мрак и выглядели отвратительно.

Из этого хаоса раздался древний голос:

— Аларик… — последовала долгая пауза. Лич замер, ожидая приказа своего «хозяина». — Беглец близко!

Аларик знал, о ком идёт речь. «Беглецом» называли того, кто пятьсот лет назад, во время открытия Врат, сумел сбежать из Руин Звёздного Моря.

Видимо, он решил, что снаружи будет безопаснее, и затаился в этом мире, исчезнув на долгие века.

Всё это время беглеца не трогали, потому что ни у кого не хватало сил, чтобы бросить ему вызов. Но Аларик знал — у него такая сила есть. Именно для этого он и собирал армию.

— Слушаюсь, господин, — без промедления ответил он. — Беглец будет пойман!

Хоть Аларик и ответил, он не мог не задать вопрос:

— Что нужно сделать с беглецом?

— Сам беглец не важен. Важен лишь ключ, что у него находится. Найди и принеси мне!

Аларик молча принял приказ, но в глубине мёртвого разума он понимал, что происходит на самом деле.

Многие падшие верили, что на их планете обитает лишь один тёмный бог, но лич знал правду. Богов было два. Одного, Рюэна — знали все. Но о втором, которого называли Пожирателем, было известно лишь немногим.

Его прозвали так неслучайно. Это было неугомонное, вечно голодное существо. Чтобы передать всю суть, к его имени часто добавляли уточнение — Пожиратель Звёзд.

Тот, кто питается звёздами, не может быть обычным божеством. Он был воплощением чистого зла, его стихией были разрушение и поглощение.

Пожиратель прибыл в этот мир первым, а Рюэн пришёл уже следом за ним. И это была явно не дружеская посиделка двух богов, а смертельная битва, в которой один должен был поглотить другого.

Потому и существуют Руины Звёздного Моря — это не что иное, как поле их сражения. «Ключ», о котором говорил хозяин, наверняка был куда важнее, чем можно было себе представить.

Все эти мысли Аларик держал при себе, не смея произнести их вслух.

Одно напрягло точно — последние слова бога:

— У тебя нет права на ошибку. Поймай беглеца, забери ключ и принеси мне…

После этих слов щупальца втянулись обратно, и пространственная дыра затянулась, будто её и не было. Невероятное давление, исходившее от алтаря, мгновенно исчезло.

Аларик по привычке тяжело вздохнул. Он всегда поражался тому, как рядом с богом чувствовал себя живым. Испытывал страх, боль и все прочие негативные эмоции — причём в десятки раз сильнее, чем любой смертный.

Аларик понимал всю важность поручения. Он поднялся с пола и прошёлся по паланкину к передней части.

Окна здесь были плотно закрыты тяжёлыми шторами. Он отодвинул одну из них, чтобы взглянуть, куда они движутся.

Впереди, посреди безжизненной пустоши, возвышалась странная, сгорбленная гора. У неё не было острого пика, как у обычных гор, на вершине ровное плато.

«Так вот ты где, беглец… Я нашёл тебя. Теперь осталось лишь схватить».

Он отдал единственный приказ, который эхом разнёсся по всему Потоку Смерти:

— Нападайте…

Высоко в небе, в точке, надёжно скрытой плотными облаками, один клон сменял другого.

Ни один из них не мог парить в воздухе без перерыва, поэтому организовал наблюдение в три смены.

— Что-то новое есть?

— Ничего. Всё так же еле ползут. Скукота!

— Понял тебя. Отдыхай!

Тот, кто следил всё это время, беззвучно исчез, а его место занял свежий клон, посмотрев на копошащуюся внизу армию.

Честно говоря, у меня не раз возникала мысль, что пора бы отозвать клонов. Зачем держать их здесь, в этом скучном месте, когда они могли бы заняться чем-то более полезным?

Только моя «чуйка», настойчиво говорила, что здесь вот-вот что-то произойдёт. Нужно было лишь набраться терпения.

Буквально через пару часов нежить начала вести себя странно. Вся орда вдруг прекратила своё движение и замерла.

Повисла гнетущая тишина.

Нежить и так была молчаливой — от такой толпы исходило мало шума, в основном лишь мерный топот тысяч ног да редкое побрякивание доспехов. Теперь не было и этого. Они просто остановились.

Но зачем?

Я стал наблюдать ещё внимательнее, сосредоточив внимание на паланкине в центре армии.

Тяжёлый занавес на нём распахнулся, и наружу вышел Аларик. Впервые за долгое время я видел его.

Он стоял, задрав костяную морду, и осматривал гору, что возвышалась перед ним. Я не решался смотреть прямо на него, опасаясь, что он может почувствовать взгляд.

Почему-то мне казалось, что чужое присутствие спугнёт его, и он откажется от планов.

Но, по-видимому, я слишком много о себе думал. Аларик не почувствовал взгляда. Он лишь лениво махнул костлявой рукой и произнёс одно слово:

— Нападайте…

Я был в полном недоумении. Мне хорошо была видна огромная армия нежити, но не было видно ни одного противника. Из-за чего возник вопрос:

С кем же он собрался сражаться?

Тем временем вся нежить, приняла приказ и ринулась к горе. Они начали карабкаться по склонам, словно живая чёрная волна, обтекая её со всех сторон.

Это было похоже на то, как миллионы муравьёв атакуют добычу. Я всё ещё ничего не понимал и просто наблюдал, как скелеты и зомби принялись за работу.

Своими когтями, костями и другими конечностями они начали крушить каменные валуны. Зомби рыли землю, вгрызаясь в породу. Тишина вновь сменилась шумом.

КРАА! ТРУУУ! БДАХ!

Звуки ударов и скрежета разносились по всей пустоши.

Я смотрел на всё это, широко раскрыв глаза. В воздух поднялся огромный столб пыли, а гора начала «худеть», теряя слой за слоем, метр за метром.

Они нападают на гору? Серьёзно?

Нет, я всё понимаю, люди бывают разными. Кто-то сражается с ветром, кто-то — с морем, а вот этот лич, видимо, решил повоевать с горой.

Я всерьёз подумал, что он окончательно сошёл с ума. Понятное дело, что никто в здравом уме и не захочет становиться личом. Но всё же… это слишком даже для него.

С другой стороны, я понимал, что нельзя недооценивать противника. Если отбросить мысль о том, что лич просто спятил, то в его действиях должен был быть какой-то скрытый смысл.

Смысл, которого я пока просто не мог понять. Очевидно, в горе что-то спрятано. Что именно, могло показать только дальнейшее наблюдение. Поэтому, хоть здесь и было скучно и неприятно, я заставил себя остаться и смотреть.

Прошло пять часов…

Гора заметно уменьшилась в размерах, её внешняя оболочка почти полностью осыпалась. Моё лицо вытянулось от удивления. Я не верил глазам:

— Что это вообще такое?

Под слоем скальной породы скрывалось нечто. Какой-то необычный металл — тёмный, матовый, сплошь покрытый древними рунами.

Чем больше нежить счищала камень, тем яснее проступал силуэт. Сначала показалось что-то вроде затылка огромной головы, затем шея, плечи и даже рука.

Вернее, гигантская кисть с длинными пальцами. Это явно было нечто искусственное. Нечто, чего здесь, посреди пустоши, быть не должно.

Раскопки продолжались час за часом. Уже с полной уверенностью можно было сказать, что это был голем. Огромный, сидящий голем.

Его голова напоминала массивный шлем, а вместо глаз зияли две тёмные, бездонные впадины. Руны покрывали всю поверхность тела.

Ни единого шва, ни единой трещины — его каркас казался абсолютно цельным. В центре груди виднелся огромный кристалл.

Голем всё ещё был частично в земле — он сидел, поджав под себя колени, поэтому его ступни и таз по-прежнему были вросшими в землю.

Он казался мёртвым, неактивным. Даже в таком состоянии от него исходила невероятная аура силы.

Я бы даже сказал, что он был по-своему прекрасен. В неподвижной фигуре чувствовалась какая-то дремлющая мощь. Я даже представить себе не мог, на что он способен, если проснётся.

Даже нежить почувствовала это. Мертвецы остановились, застыв в нерешительности у подножия гиганта.

Они явно не хотели его будить. А вот в том, что это существо может проснуться, ни у меня, ни у Аларика не было сомнений.

Я посмотрел на лича, стоявшего у паланкина, и подумал:

«А осмелится ли он разбудить его?»

Как только об этом подумал, произошли резкие изменения.

Глаза голема, которые раньше были пустыми вдруг вспыхнули. Неярко и не сразу, а словно медленно разгораясь, но от этого стало только жутче.

За глазами последовали и другие перемены. Огромный кристалл в груди начал пульсировать.

ТУН! ТУН! ТУН!

С каждым ударом, напоминавшим биение сердца, он светился всё ярче и ярче. Вторя ему, руны по всему телу голема тоже начали оживать.

Они засветились мягким светом, создавая иллюзию, будто по тёмному металлу бегут потоки жидкой энергии.

Голова голема медленно поднялась. Суставы заскрипели — то ли от коррозии, то ли просто от времени, проведённого в неподвижности.

Главным был даже не скрип, а холодный голос, который без всяких усилителей разнёсся по округе:

— ОБНАРУЖЕНО… ВТОРЖЕНИЕ!

Затем последовала пауза, будто внутри происходила обработка информации.

— ЗАПУСК… ПРОТОКОЛОВ.

Ещё одна пауза.

— СТАТУС: РЕЖИМ ОХРАНЫ… АКТИВЕН.

Голова повернулась к нежити, окружающая плотным кольцом. Он медленно осмотрел её, и казалось, глаза фокусировались на каждом отдельном мертвеце.

— ИДЕНТИФИКАЦИЯ: НЕКРОТИЧЕСКАЯ МАТЕРИЯ. ВРАЖДЕБНОСТЬ: ПОДТВЕРЖДЕНА!

Глаза вспыхнули ещё ярче.

— ЦЕЛЬ: УНИЧТОЖЕНИЕ.

Пауза.

— ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ.

В голосе не было намёка на эмоции. Он просто собрал данные, сделал логичный вывод и теперь собирался приступить к «инициализации».

Что бы это ни значило. Шучу, конечно. Я прекрасно знал, что это значит: «Кабздец всей этой нежити!»

Голем начал подниматься. Гигантские руки упёрлись в землю, и та треснула под давлением.

Ноги, вросшие в породу, высвобождались, разбрасывая во все стороны камни и обломки скалы.

Началось локальное землетрясение. Всё вокруг тряслось и дребезжало, а ноги и корпус голема медленно выпрямлялись.

Он вставал в полный рост. Раньше, даже сидя, он казался огромным, а теперь и вовсе стал высоченным, словно башня.

Единственное, что бросалось в глаза, — при всей своей высоте он был довольно худым.

А что же нежить?

Та, что была поблизости, начала рассыпаться только от одного давления пробуждающейся ауры.

Скелеты превращались в костяную пыль, а зомби — в отвратительное мясное месиво. Я краем глаза наблюдал за Алариком.

Как лич, он не показывал ни страха, ни боли, вообще ничего. Но я был уверен, что он удивлён. Удивлён, но не напуган. Он вскинул руку и отдал приказ:

— Убейте его!

Меня поразило то, какое решение он принял. Сражаться с древним големом сейчас, когда основной целью, был поиск врат в руины, — это был рискованный шаг.

Приказ был отдан, началась битва невиданных масштабов.

Скелеты и зомби бросались на голема целыми волнами, пытаясь задавить числом.

Но хоть их было тысячи, для такого гиганта это было что-то вроде укуса комара. А точнее, на один удар.

Он просто опустил огромный кулак на землю. Раздался оглушительный звук хруста тысяч костей и металлический звон удара. Вся нежить, оказавшаяся в радиусе атаки, превратилась в щепки.

Единственным преимуществом Аларика было то, что армия казалась неисчерпаемой. Поэтому он совершенно не жалел войска, отправляя в бой всё новые волны.

Скелеты-лучники и маги издалека стреляли в суставы и глаза голема, пытаясь нащупать слабое место, что было совсем не просто.

Зомби же пробовали карабкаться по ногам, ползая по нему. Некроманты, рангом пониже самого лича, пытались тёмной магией вмешаться в работу рун, чтобы дестабилизировать тело и привести к отключению.

Я же просто наблюдал за этой битвой. Голем был живой крепостью, что меня восхищало. Он был действительно силён и не боялся армии нежити.

Единственное, что смущало, — ему будто не хватало смертоносности, разнообразия атак. А Аларик, в очередь, вёл себя подозрительно спокойно, как будто явно чего-то ждал.

Вот только чего? Пока было неясно.

Как бы там ни было, время должно всё показать. Поэтому я продолжил наблюдение.

Не скажу, что битва была монотонной. Поначалу у голема было всего несколько атак — топтать ногами или давить кулаками, но в какой-то момент он будто начал учиться.

Перестал бить только кулаком, начав использовать для убийства раскрытую ладонь, накрывая ею целые области.

К концу первого дня битвы он и вовсе применил мощнейший энергетический импульс, который буквально выжег всю нежить в радиусе нескольких километров от него.

Впрочем, нужно отдать должное и Аларику. Видя, что обычные воины не справляются, он тоже начал посылать в бой более сильных бойцов.

В небе появились рыцари смерти на вивернах — больших крылатых ящерах. Они кружили вокруг голема, атакуя с воздуха и сбивая с толку. Голем отреагировал почти мгновенно:

— ОБНАРУЖЕНЫ УСИЛЕННЫЕ ЕДИНИЦЫ. КОРРЕКТИРОВКА ТАКТИКИ.

Кристалл в груди засветился ещё ярче. Его движения стали быстрее и точнее, он начал с поразительной лёгкостью ловить вертлявых противников прямо в воздухе.

Я смотрел на этот бой уже с полным пониманием того, чего именно добивается Аларик. Он не пытался победить в лоб.

Он хочет измотать своей нескончаемой ордой. Заставить голема потратить всю энергию до последней капли. А для такого существа, как он, полная потеря энергии была равносильна смерти.

Или я всё-таки ошибаюсь?

Эта мысль не давала покоя. Мне казалось, что ответ «измотать его» был слишком простым.

Я не думаю, что у такого древнего существа, как этот голем, энергия закончится завтра или хотя бы через сто лет.

Скорее уж у Аларика кончится армия нежити, чем у гиганта сядет батарейка.

Доказательство было прямо передо мной. К концу четвёртого дня непрерывной битвы поле боя превратилось в отвратительное месиво из перемолотых костей, гниющей плоти и тухлой крови.

Слой из останков мертвецов достиг нескольких метров в высоту, из-за чего голем теперь стоял по щиколотку в этой жуткой массе.

Чёрт его знает, сколько миллионов должно было «погибнуть», чтобы образовалась такая гора трупов.

А нежить всё продолжала и продолжала прибывать «порциями», бросаясь под удары гиганта.

При этом состояние самого голема было на удивление стабильным. Да, несколько рун на теле погасли. На корпусе появилось множество царапин и вмятин. Его движения, быть может, стали чуть более медленными и экономичными, но он всё ещё был полон сил, и битва продолжалась.

А Аларик… тот достал себе кресло, похожее на деревянный трон, и теперь неподвижно сидел на нём поодаль, наблюдая за битвой.

Только дьявол знает, о чём он думал, с таким безразличием стачивая здесь собственную армию.

Вскоре я, кажется, начал получать ответы. Воздух вокруг поля боя внезапно стал тяжёлым.

Он насытился концентрированной некротической энергией до такой степени, что его стало трудно вдыхать.

С земли, из кровавого месива, начал подниматься и сгущаться чёрный, маслянистый туман.

Видя это, я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Что-то начинается. Аларик наконец-то решил сделать свой ход.

Что же он собирается сделать?