Великий поход воеводы Радомира

Глава 6

Вид чужой планеты, вполне возможно, и был довольно впечатляющим зрелищем, но сидящему в пилотском кресле «Смоленска» Радомиру сейчас было не до созерцания невиданных ранее красот. Звездолёт выходил на парковочную орбиту — так это называлось — и сейчас всё зависело от того, по какой программе действовал автопилот корабля. Если управляющий кораблём компьютер примет решение садиться на военном космодроме главной крепости водесканцев Анфелин, вряд ли они долго продержатся против многопревосходящих сил имперцев. Но вот остановка на орбите в ожидании спасательного корабля — шанс на успех. Барга, конечно, не преминул сказать, что на спасательном корабле будут и солдаты, но здесь уже всё зависело, на взгляд воеводы, от того, каких размеров корабль прилетит. Да и бой в ограниченном пространстве — это совсем не то, что бой на открытой местности. В тесных коридорах космического корабля невозможно использовать тяжёлую технику, а с пешими солдатами уж как-нибудь да совладаем, думал Радомир, хмуро глядя на приближающийся сине-жёлто-зелёный шар Камхода.

Близ Камхода в пространстве находились две орбитальные крепости имперцев, но «Смоленск» сейчас находился на значительном удалении от первой из них, а вторая крепость располагалась с противоположной от корабля стороны планеты, так что отсюда опасности не было. Пока что. Несколько боевых кораблей водесканцев висели в космосе, но все они были далеко от того места на орбите, которое сейчас занимал разведывательный корабль. И никто пока ничего не заподозрил.

В пилотскую рубку вошли Милонег и Будимир, оба с лазерными винтовками за спинами и притороченными к бёдрах кобурами с бластерами. Оба русича несколько неприязненно покосились на сидящего в кресле второго пилота Тассерина, после чего встали за спиной Радомира.

— И что там происходит? — Будимир кивком головы указал на висящий перед кораблём шар Камхода.

— Пока ничего существенного, други, — ответил воевода. — Но то, что корабль остановился на орбите, есть хорошо. Сядь он на космодроме главной крепости водесканцев, нам бы пришлось туго.

— А сейчас лучше, что ли? — пожал плечами сотник.

— Лучше, Милонег. Водесканцы ни о чём не подозревают. Вернулся разведчик, затормозил на орбите — значит, на то есть причина. Ведь неизвестно, где его черти носили. Мало ли какую заразу…

Раздавшийся мелодичный звук, исходящий от коммуникационной панели, заставил Радомира замолчать и перевести взор на устройство связи. Потом посмотрел на Тассерина.

— Что это? — тоном, не терпящим возражений, спросил воевода.

— Нас вызывает Камход, — пожал плечами водесканец.

— Ну так ответь. И учти, что мы все прекрасно всё понимаем. И видео выключи. Придумай, как объяснить им, что видеоканал не работает.

Тассерин снова пожал плечами и протянул руку к коммуникатору, активируя канал связи.

— На связи разведывательный корабль «Часумай», регистрационные данные сто сорок два-триста шестьдесят пять-двадцать четыре-энк-ош, — произнёс он в микрофон. — Возвращаемся из разведывательного рейда в Скаттерский сектор, на борту есть пострадавшие. Часть бортовых систем не функционирует, корабль попал в электромагнитно-радиационную волну от звёздной вспышки. Просим оказать всю возможную помощь.

— «Часумай» — мы видим вас на радарах, — раздался чей-то голос. — Сообщите код доступа для подтверждения ваших полномочий.

— Ар-сто восемьдесят шесть-дробь-тридцать два-ош-четырнадцать-сто девяносто пять-ли-три-восемь-двенадцать-ку-шим, — продиктовал Тассерин. — Полномочия исполняющего обязанности капитана, пять-два-семь-три ноль-ку-йом-ус-сто четырнадцать.

— Ваши полномочия подтверждены, штабс-ротмистр, — донеслось из динамика. — Мы высылаем челнок с досмотровой группой и с медицинскими специалистами. Ожидаемое время прибытия — двадцать шесть минут. Конец связи.

— Конец связи, — отозвался Тассерин, отключая коммуникатор.

— Штабс-ротмистр? — Радомир с недобрым прищуром посмотрел на водесканца. — Так-так-так… Это что же, у вас всем учёным воинские звания присваивают, так, что ли?

— Я же уже говорил вам, что я числюсь в штате Флота, а значит, мне положено воинское звание, — кротко ответил водесканец, но в его глазах отчётливо промелькнул страх.

— По-моему, ты нас просто водил за нос, парень, — прогудел Милонег, недвусмысленно кладя руку на висящую на правом бедре кобуру с бластером. — Будь ты простым учёным, ты бы не знал, как управлять космическим кораблём. Я сильно сомневаюсь, что у вас все учёные умеют то, что умеешь ты. А значит, никакой ты не учёный, а самый что ни на есть настоящий воин. И звание твоё означает именно то, что означает.

— И что же, по-твоему, оно означает? — криво усмехнулся водесканец.

— А это ты нам сам сейчас и объяснишь, паря, — в ответ усмехнулся Милонег. — А то ведь и до шлюза можем прогуляться, да, воевода?

— Не люблю лгунов, — буркнул Радомир, сверля Тассерина недобрым взглядом.

— Э-э… — водесканец оглядел находившихся в пилотской кабине русичей, почесал затылок и пришёл к выводу, что пытаться переиграть этих варваров ох как не стоит. Уж кем-кем, а дураками они точно не были. — Ну, допустим, что я не стал вам всю правду говорить — но так вам какая от этого польза? Ну служу я во флотской разведке, и что с того? Что здесь странного на ваш взгляд? Корабль разведывательный, значит, моё присутствие на борту вполне оправдано…

— То есть ты хочешь сказать, что никаких учёных на борту не было? — задал вопрос Радомир.

— Ну… не было… Послушайте, не я придумал все эти императивы и правила. Протоколы для таких случаев написаны давно, ещё до распада Империи. А военные должны следовать правилам и подчиняться приказам, вы это должны понимать не хуже меня.

— Мы понимаем, но это не причина лгать, Барга.

Тассерин в ответ лишь молча пожал плечами.

— Да чёрт с ним, Радомир! — Милонег брезгливо посмотрел на водесканца. — Нам надо приготовиться к встрече корабля со спасателями. Вот что сейчас нас должно заботить, а не этот крысёныш.

— Ладислав, Ратко, — воевода взглянул на двоих ратников, охранявших водесканца, — не спускайте глаз с этого гадёныша. Сунется к пульту или к устройству связи — двиньте как следует, но не убивайте. Он нам ещё пригодится.

— Да, воевода! — в один голос отозвались воины.

Радомир кивнул сам себе и, сделав знак Милонегу и Будимиру, вышел из пилотского отсека разведкорабля.

Челнок со спасателями и досмотровой группой появился через тридцать пять минут. За это время к «Смоленску» приблизился боевой корабль водесканцев и завис в пространстве на расстоянии около полутораста вёрст от разведкорабля, не предпринимая никаких действий по отношению к нему. Однако его присутствие нервировало — было совершенно очевидно, что этот корабль куда мощнее разведчика и случись им сойтись в бою, новоявленному экипажу «Смоленска» придётся несладко, особенно если учитывать то обстоятельство, что толком управлять звездолётом русичи пока что не умели.

Небольшой корабль в форме окольцованной пирамиды подлетел к «Смоленску» и завис напротив внешнего шлюза на расстоянии в пять саженей. Из корпуса шаттла выдвинулся короткий переходной туннель, который с лёгким щелчком состыковался с корпусом разведчика. Некоторое время ничего не происходило, но затем открылся внешний люк и на борт «Смоленска» ступили закованные в броню пехотинцы, вооружённые лазеружьями, вслед за которыми появились спасатели в серо-синей униформе, волочащие за собой на антигравитационных поплавках своё снаряжение.

Ручное оружие вряд ли было способно проделать дыры в обшивке звездолёта, но Радомир вовсе не поэтому распорядился не открывать первыми огонь. Вражеских бойцов было всего восемнадцать, спасателей — двенадцать, так что по-любому численное преимущество было на стороне землян. Просто не любил воевода напрасное кровопролитие, даром что был воином и не самым последним. Так что он решил дать водесканцам шанс сложить оружие и сдаться. Дав пехотинцам пройти несколько метров по коридору, Радомир вышел из-за угла и поднял вверх левую руку, свободную от оружия.

— Остановитесь, чужестранцы! — громко произнёс он на водесканском. — Дальше вы не пройдёте! Сложите ваше оружие и сдайтесь!

— Какого билбоста1⁈ — шедший вторым десантник, судя по шевронам на броне — командир отряда, резко остановился при виде возникшего словно из ниоткуда странно одетого незнакомца, держащего в правой руке лазеружьё. — Ты кто такой, мать твою⁈

— Да так… человек прохожий! — усмехнулся Радомир. — Мы тут просто мимо пролетали и вот решили к вам на огонёк завернуть!

— Какой ещё огонёк⁈ — водесканец явно был ошарашен присутствием на борту имперского разведкорабля вооружённых инопланетян, не принадлежащих к его расе. — Откуда вы вообще тут взялись⁈ Это ведь имперский корабль-разведчик!

— Ну.

— Что — ну⁈

— Это был имперский корабль-разведчик, — усмехнулся воевода. — Теперь он наш.

— Что значит — наш⁈ — грозно вопросил водесканец.

— То и значит. Негоже, знаешь ли, нападать на ни в чём неповинных инопланетян, ай-ай-ай!

Радомир погрозил водесканцу пальцем.

— Вы захватили наш звездолёт-разведчик? — командир десантного отряда переглянулся со своими бойцами. — Но… как⁈

— Очень просто, — снова усмехнулся Радомир. — Ваш разведчик атаковал наш город, потом сел неподалёку от него. Пришлось его захватить.

— А экипаж?

— Был бой, — пожал плечами Радомир.

— То есть ты хочешь сказать, что вы атаковали наш разведкорабль, перебили его экипаж и после этого прилетели сюда… зачем?

— Преподать вам, гадёнышам, урок!

— Вы — нам урок преподать⁈

Водесканец оторопело оглядел возникших позади воеводы нескольких ратников, которые держали вражеских солдат на прицеле своих лазеружей.

— Ничего не понимаю! — озлился инопланетянин. — Вы же варвары, судя по вашему внешнему виду, каким-то непостижимым образом… а постойте, вы кораблём как управлять научились?

— Ну, вы, водесканцы, многих считаете варварами, только вот не все варвары — варвары. Так что давай обойдёмся без излишнего кровопролития и сделаем всё тихо-мирно.

— Ты предлагаешь нам сдаться? — прищурился командир десантников.

— Ну, если вы предпочитаете, чтобы ваши тела вышвырнули через шлюз… — развёл руками воевода.

— Это ваши трупы мы сейчас выкинем через шлюз!

— Ну, на нет и суда нет! — развёл руками Радомир. Отступил назад. — Дружина — к бою! Щиты сомкнуть, огонь вести по своему усмотрению!

Бронированные пластины со смотровыми щелями, забранными высокопрочным стеклом, достигали высоты полутора саженей и могли смыкаться меж собой, образуя таким вот нехитрым образом своеобразную баррикаду с бойницами, через которые обороняющиеся могли вести огонь по атакующему врагу. Кроме того, щиты были снабжены метамагнитными фиксаторами, которые могли крепить их к любой металлической поверхности, а если дело происходило в чистом, так сказать, поле, то они были снабжены телескопическими якорными стержнями, способными уходить в любой грунт на почти полметра и закрепляться. При наличии достаточного количества таких щитов можно было даже соорудить небольшую крепость. Ни одно современное земное оружие не было способно пробить такой щит, да и против бластеров и лазеружей они тоже являлись хорошей защитой.

Разумеется, у водесканских космических десантников опыта в подобных схватках было куда больше, в то время как у землян такого опыта не было совсем, но положа руку на сердце — чем отличается бой в коридорах какого-нибудь византийского замка от боя в коридорах космического корабля? Та же теснота, то же отсутствие пространства для манёвра, только здесь вместо мечей, боевых топоров и самострелов используются бластеры и лазерные винтовки.

Радомир успел юркнуть за стену щитов до того, как десантники открыли огонь из своего оружия. Энерголучи ударили в металл, но щиты выдержали залп. Ратники открыли ответный огонь, однако здесь землян ждало довольно неприятное открытие — водесканские солдаты оказались экипированы теми самыми генераторами персональных защитных полей, о которых говорил Барга Тассерин. Силовые щиты заискрили, отражая потоки энергии, и сделалось ясно, что таким способом бой не выиграть. Водесканцы просто сблизятся с позицией ратников на дистанцию рукопашного боя и спокойно закидают их гранатами, а отсутствие защитных полей у русичей сделает дальнейшее сопротивление бессмысленным.

Использовать в столь ограниченном пространстве противопехотные гранаты воевода категорически запретил. Мало ли какую корабельную систему могут повредить осколки. Но надо было что-то предпринимать, и предпринимать быстро.

— А ну, посторонись! — раздался позади ратников зычный голос.

Радомир оглянулся. Оррин и ещё двое воинов тащили к позиции смолян что-то вроде большого бластера с шестью стволами на трёхногом станке, между опор которого был закреплён большой чёрный короб, от которого к оружию тянулись толстые кабели и шланги. Судя по тому, с каким трудом эту штуку тащили к баррикаде, весила она никак не меньше четырёх пудов2.

— Дайте дорогу, чего вылупились⁈ — прорычал Оррин. — Щас мы этим пёсьим детям покажем, почём фунт лиха!

Ратники быстро освободили небольшой участок перед линией щитов и Оррин со товарищи незамедлительно просунули в образовавшееся отверстие ствол орудия, после чего варяг довернул его чуть влево и нажал на кнопку открытия огня.

Получилось просто превосходно. Блок стволов закрутился с бешеной скоростью, окатив коридор по ту сторону баррикады потоком ярких красных лучей. Защитные поля водесканских солдат заискрили и пошли интерференционными волнами, вынуждая десантников искать укрытия. Но сделать это в столь ограниченном пространстве не представлялось возможным. Как раз на руку землянам.

Под воздействием мощного потока энергии силовые поля десантников начали отключаться одно за другим, чем тут же воспользовались ратники. Дружный залп бластеров и лазеружей выкосил почти половину вражеских солдат, но оставшиеся в живых водесканцы быстро сориентировались и бросились в атаку.

Но таким способом испугать русичей было невозможно. Привыкшие к любому типу нападения ратники смоленской дружины, издав боевой клич, бросились в контратаку, выхватив из ножен мечи и потрясая боевыми топорами. Такой стиль ведения боя настолько ошеломил водесканских космодесантников, что те настолько растерялись, что лишь несколько одиночных выстрелов из лазеружей прозвучало в ответ на рывок землян. Миг — и воины сошлись в рукопашной, в которой инопланетные солдаты оказались в проигрышной ситуации. Да, броня давала десантникам некоторое преимущество, но несколько хороших ударов топором или мечом сбивали десантника с ног, а дальше в ход шло уже инопланетное оружие. Бластер или лазеружьё в упор пробивали броню вражеских солдат с третьего-четвёртого выстрела, а тех, кто в горячке схватки терял шлем, укладывали топором.

Бой вышел коротким, но яростным. Земляне потеряли троих, но водесканцы полегли все до единого. Спасатели же, воспользовавшись тем обстоятельством, что в коридоре космического корабля разыгрался бой, поспешно ретировались на челнок и, отстыковавшись от него, рванули прочь с орбиты, устремившись к Камходу.

Нельзя было в сложившейся ситуации терять ни единой минуты, поскольку, скорее всего, имперцы уже были в курсе произошедшего от сбежавших спасателей. Хорошо хоть находящийся неподалёку боевой корабль не проявлял никаких признаков активности. Пока. Поэтому Радомир поспешил сесть в кресло пилота, а Тассерина усадили в соседнее, чтобы водесканец давал советы и пришёл на помощь, если что вдруг пойдёт не так. Это было и в его интересах, поскольку сгореть в атмосфере или расшибиться в лепёшку при падении корабля на поверхность планеты в его планы явно не входило. Уж слишком имперец дорожил собственной шкурой.

Воевода прекрасно осознавал, что полученных им знаний в области пилотирования космического корабля крайне мало, однако он рассчитывал, что их вполне хватит для того, чтобы — с помощью Тассерина — посадить звездолёт в Шайласерине. А там уж как Перун смилостивится. В любом случае, выбора у русичей в данной ситуации не было. И если им суждено было погибнуть, то лучше пусть это случиться в бою, чтобы не стыдно было потом предстать пред богами.

1 Соответствует русскому выражению «какого чёрта?»

2 1 пуд=16,3807 кг.