Великий поход воеводы Радомира

Глава 3

Конечно, сбежать можно откуда угодно, однако в данном случае Радомир вполне справедливо полагал, что у пленника, попытайся он это сделать, шансов осуществить задуманное было бы чуть больше, чем нисколько. Четверо ратников держали его под неусыпным надзором и прицелом своих самострелов, так что вздумай чужак дёрнуться, его вмиг бы превратили в подушечку для швейных иголок. Да и случись ему вырваться наружу, конники Баяна вмиг бы его утихомирили. И может статься, навеки.

Но смерть чужака в планы смоленского князя не входила, а значит, она не входила и в планы Радомира. Поэтому воевода, войдя в амбар, внимательно оглядел сидящего на усыпанном соломой полу со связанными руками пленника, после чего поискал глазами, на что можно было бы присесть. Не нашёл ничего подходящего, недовольно покачал головой и прислонился спиной к одному из поддерживающих крышу амбара столбов. Скрестил на груди руки и сурово воззрился на пришельца.

— Он понимает нас, Будимир? — обратился он к волхву, который стоял чуть в сторонке.

— Нет, но ты можешь понимать его, если воспользуешься той машиной, о которой я тебе говорил, — отозвался Будимир. — Как он мне объяснил, нашего языка нет в их базах данных, так это у них называется, поэтому их машина не может ему помочь в понимании нашего языка.

— А не хитрит ли этот… как там его…

— Барга Тассерин, я ж тебе говорил…

— Да, он самый… Что, если это всего лишь какая-то хитрая уловка с его стороны?

— А смысл? — пожал плечами волхв. — Куда он денется? Здесь четверо стражников с самострелами, снаружи конники Баяна — куда ему бежать-то?

— А корабль? — прищурился Радомир.

— Так до него ещё добежать надо!

Воевода покачал головой, но вслух ничего не сказал в ответ на эти слова Будимира. Вместо этого он снова перевёл своё внимание на пленника, пожевал губами, потом поднял с пола соломинку, внимательно её осмотрел на предмет мусора, пару раз сильно дунул на неё, отряхнул и сунул себе в рот.

— Так, значит, ты тут у нас, говорят, с неба прилетел, да? — Радомир пристально оглядел водесканца. — И по-нашенски ничего не понимаешь, да? И машина какая-то у тебя есть, которая может мне помочь начать говорить на твоём языке?

Пленник хмуро глядел на воеводу, сверкая глазами, но молчал. Собственно, если он не понимал языка смолян, то и ответить Радомиру он, соответственно, не мог.

— Будимир — если я воспользуюсь этой машиной, мне от этого не станет плохо? — Радомир перевёл взгляд на волхва.

— Мне же не стало, — усмехнулся Будимир.

— И где она, машина эта?

Будимир вместо ответа вынул из-за складок своего одеяния что-то небольшое, похожее на шкатулку тёмно-серого цвета, на верхней части которой виднелись какие-то крохотные окошечки и кнопочки. Вытянул из левой боковой стороны нечто чёрное, на длинном шнурке, протянул Радомиру.

— Эту вот присоску надо приладить на висок, неважно который, — пояснил волхв настороженно глядящему на «шкатулку» воеводе. — Всё занимает примерно третий дробный час1. Никаких неприятных ощущений это не вызывает, только кажется, что под черепом будто лёгкий ветерок задул.

— Дела-а… — протянул Радомир, осторожно беря в руки присоску и разглядывая её со всех сторон. На ощупь она показалась воеводе шёлковой, хотя сделана была явно из чего-то гибкого и прочного, навроде кожи, только это была не кожа. Потрогал шнурок — вроде как витой, но из чего сделан, непонятно. — Ладно, надеюсь, от этой штуки у меня голова не станет похожа на гнилую репу… цепляй давай эту хреновину, Будимир…

Стоящий чуть поодаль Лучезар с интересом наблюдал, как волхв не спеша прилаживает на правом виске Радомира чёрный кругляш, а потом делает что-то с коробочкой. Воевода слегка вздрогнул, но больше никак не отреагировал на манипуляции Будимира.

— Всё, — Будимир отлепил присоску от виска воеводы. — Как самочувствие?

— Вроде нормально… — Радомир с интересом посмотрел на «шкатулку», усмехнулся. — Интересные штуки у этих… водесканцев. И правда будто лёгкий ветерок в черепе задул… Теперь ты меня понимаешь, Барга Тассерин? — Радомир резко наклонился к пленнику, отчего тот вздрогнул, как от удара кнутом. Однако воевода вовсе не собирался бить или каким-либо иным способом воздействовать на пленника. — О как! Я ж вроде на твоём языке сейчас говорю — или нет? Но если даже это другой язык… галапиджин, так он ведь называется?.. то и его ты должен понимать. Ведь этот язык широко распространён в… в Галактике… на нём общаются разные народы и ты тоже должен его знать…

— Я его знаю, туземец, — усмехнулся Тассерин, — только сейчас ты говоришь на моём языке, вообще-то…

— А-га, — с расстановкой проговорил Радомир. — Так-то лучше… Зачем прилетели в наш мир, дома пожгли, людей поубивали? Мы ж вам ничего не сделали, у нас даже летающих кораблей нет…

— Ну так получилось, парень, — развёл руками водесканец.

— Ну вот ты мне и обскажи, как ТАК получилось, — жуя соломинку, проговорил Радомир. — На кой мы вам сдались-то?

— А поймёшь ли ты? — Тассерин взглянул на воеводу снизу вверх, — Всё же уровень вашего развития куда ниже нашего, уж прости меня… э-э… а кто ты вообще такой в иерархии местных ребят?

— Я воевода смоленского князя Радомир и ты сейчас находишься на территории Смоленского княжества. Народ наш зовётся кривичи, наши земли простираются на север, запад и восток. Наши соседи — Полоцкое и Изборское княжества — тоже населены нашим народом, у нас с ними заключён союз…

— Конфедерация, — перебил Радомира Тассерин. — Типично для феодального общества. Но я тебя перебил, воевода Радомир. Продолжай.

— То, что твои соплеменники учудили, в общем, дело ясное, — повёл своими широкими плечами Радомир. — Набег и всё такое. Но какой вам прок от нашего мира? Нам ещё далеко до вашего уровня. Чего вам надо?

— Много тысяч лет назад мой народ правил большей частью этой Галактики, — с нескрываемой гордостью в голосе произнёс Тассерин, — но потом мы сами растратили все свои завоевания, сцепившись с румианцами за контроль над Дартараминским Кластером и со своими собственными колониями, которые захотели отделиться от метрополии. Наша Империя рухнула, но теперь пришло время её восстановить. Тем более что наш нынешний Император Колл III Сореллинн сам когда-то служил на Флоте. А что касается вашей планеты, — Тассерин пожал плечами, — то так уж получилось, воевода Радомир. Ваша звёздная система играет важную роль, поскольку через неё проходят три космические коммерческие линии и контроль над ними позволит нам взять под контроль южные сектора Галактики и надавить на кжевов с Кзиннеттавы, которые не желают подписывать с нами торговый договор.

— Раз не хотят — значит, есть подвох, — усмехнулся Радомир.

— Ну, здесь дело упирается в политику, а я военный. Эти дела нас, военных, не касаются.

— Понятно. Вас касаются вот такие дела, как те, что вы сотворили. Хорошо. Если бы мы не перебили команду твоего корабля — что бы дальше произошло?

— Дальше? — на сей раз уже усмехнулся Тассерин. — Дальше мы бы собрали образцы воды, почвы, воздуха, провели бы изучение флоры и фауны, после чего доставили бы данные на базу. Ну а там уж командование приняло бы решение о дальнейшей судьбе вашего мира… хотя учитывая важность этой звёздной системы, и так понятно, какое было бы принято решение.

— Но твой воевода знает, куда вы отправились?

— Не-а, — последовал жизнерадостный ответ. — Курс корабля-разведчика его капитан выбирает по собственному усмотрению и никто не знает, куда он решит направиться.

— По-моему, ты пытаешься меня в лапти обуть2, — усмехнулся Радомир. — Если ты говоришь, что наша… кхм… звёздная система имеет столь важное значение, то маловероятно, что ваш воевода не ведает о том, куда вы отправились. Возможно даже, что именно он и отправил вас сюда, узнать, что к чему и почём.

— Вообще-то я — не воин, — Тассерин опасливо посмотрел на Радомира. — Я всего лишь военный ксенолог…

— Кто-кто? — не понял воевода.

— Ксенолог… э-э… это тот, кто изучает инопланетные разумные виды. Ну, собственно, я флотский ксенолог, а не космический пехотинец, моё дело — изучать виды. Да, я обучен обращению с оружием, но это должен уметь каждый, кто служит на Космическом Флоте.

— А-га. И управлять кораблём ты тоже умеешь?

— Ну, собственно говоря…

— Ну-ну, вот только давай без выкрутасов, — нахмурился Радомир. — Ты воин, значит, по идее, управлять таким кораблём должен. Или вас этому не учат? А если рулевой вдруг не сможет управлять небесной лодкой? Ну, там…

— Звездолёт, воевода, — перебил Радомира водесканец.

— Чего? — не понял русич.

— Звездолёт, говорю. Это называется звездолёт. И если тебе так интересно — я могу им управлять. Это входит в программу подготовки. Конечно, я не пилот и не космонавигатор, но управлять звездолётом я умею. А тебе зачем это надо знать?

— Да есть интерес…

Воевода усмехнулся, почесал переносицу, вытащил изо рта соломинку, внимательно оглядел её и лёгким щелчком отправил её на пол.

— Нашему союзнику и соседу князю полоцкому Рогволду досаждают вороги. Шведы. Народец есть такой поганенький из-за Варяжского моря. Основали крепость в… в одном месте, мешают торговать, нам, кстати, тоже, натравливают на Полоцк и Изборск пограничные народы… словом, ведут себя очень не по-людски. Вот наш князь и решил проучить недоумков. Чтобы, значит, неповадно было умышлять и всяческие непотребства творить.

— А… я здесь при чём? — не понял водесканец.

— А при том, что князь наш Изяслав решил использовать летающий корабль… звездолёт этот твой. Согласись, что шведы такого не ожидают. Мы взлетим из Ольши, приземлимся в Полоцке, возьмём на борт воинов князя полоцкого и полетим к шведской крепости. А по пути завернём к одному очень нехорошему народцу, который у этих самых шведов на коротком поводке, и научим его уму-разуму.

— Вы хотите использовать имперский военный корабль-разведчик в своих целях? — прищурился Тассерин. — Очень, я бы сказал, оригинально. Но с другой стороны, учитывая общий уровень развития вашей расы, это действительно произведёт впечатление на ваших врагов. Только вот с какой стати я должен вам помогать? Вы убили моих соплеменников…

— Вы напали на нас, мы защищались — и мы же неправы? — изумился Радомир. — Интересная у тебя логика, Барга Тассерин. Но если ты не хочешь помочь нам добровольно, то есть другой вариант…

— Пытки? — Тассерин сердито сдвинул брови. — Ну да, чего ещё ждать от варваров?.. Собственно, я не боюсь пыток, я всё-таки военный, пусть и не космопех… но вам я такого удовольствия не доставлю, воевода… Хорошо, я вам помогу, но потом вы меня отпустите.

— А после того, как мы тебя отпустим, сюда нагрянет ваш флот? — прищурился Радомир.

— Ну… это не мне решать… решение будет принимать имперский варлорд Тэйнского субсектора Тиврас Зем, но вы всё равно мало что сможете сделать в таком случае. Станете сопротивляться — ваши города будут уничтожены орбитальными ударами. Один выстрел турболазерного орудия крейсера или термоядерная боеголовка моментально превратят любой ваш город в обугленное пепелище.

— Вот как? — Радомир нахмурился. — Ну это ещё посмотреть надо…

— Посмотреть? — Тассерин криво усмехнулся. — Прости, воевода, но у вас нет даже самых примитивных зенитных систем. Чем вы собираетесь сбивать космические корабли, луками и самострелами?

— У нас есть твой звездолёт.

— Один звездолёт, смею заметить. Против целой эскадры он не выстоит. Да и вы не умеете им управлять, а я не стану вам помогать убивать своих сородичей.

— Этот вопрос мы отложим на потом, Барга Тассерин, — Радомир переглянулся с Лучезаром и Будимиром. — Сейчас же ответь — ты поможешь нам в нашем деле со шведами?

— А у меня есть выбор? — невесело усмехнулся инопланетянин.

— Да похоже, что нет! — хохотнул воевода.

Водесканец мрачным взглядом обвёл русичей, покачал головой и смачно сплюнул на устланный соломой пол.

— Плеваться некрасиво! — сдвинул брови Радомир, кладя правую руку на рукоять своего меча.

— Сам знаю… Хорошо, похоже, что альтернатива куда хуже, нежели если я соглашусь вам помочь… Так, сколько вас будет? Учтите, каждый космический корабль имеет свои нормы по грузоподъёмности, что должны знать и вы, поскольку морские и речные суда у вас же есть. С небольшой перегрузкой взлететь можно, хотя это скажется на расходе топлива, если же перегрузка будет слишком большой — взлетать рискованно.

— На сколько человек рассчитан твой корабль? — задал вопрос воевода.

— Корабль называется «Часумай», разведчик среднего класса, экипаж — двадцать космонавтов, может нести на борту до двухсот сорока десантников, это три полные десантные роты, плюс двенадцать единиц бронетехники…

— Бронетехника — это что? — тут же последовал вполне закономерный вопрос.

— Боевые машины. Ну, это как самоходные повозки, только с бронёй и с тяжёлым вооружением. Ты наше ручное оружие видел? — спросил воеводу Тассерин.

— Я из него даже стрелял, — усмехнулся Радомир.

— Оно называется бластер. А на бронемашинах стоят помощнее бластеры, мультилазеры называются. Стреляют энергетическими лучами большой мощности, одним выстрелом можно любой ваш дом снести. Ваши стрелы броню не пробьют, к тому же, броневики оснащены генераторами защитного поля. Это как дополнительная броня, только невидимая… — видя непонимание на лице Радомира, Тассерин скривился. — Неважно, впрочем. Ещё на них стоят роторные тяжёлые лучемёты — защита от беспилотников и противопехотное средство…

— Что такое беспилотник?

— Небольшая летающая машина, либо управляемая оператором-наводчиком, либо летающая сама, под управлением компьютера… машина такая, которая может делать много вычислений и прочих операций…

— Бронетехника эта ваша какой проходимостью обладает?

Тассерин хмуро посмотрел на смоленского воеводу, но по здравом размышлении решил всё-таки не лгать. Ведь всё равно поймут, что да как, а солжёшь — и недолго без головы остаться. А меч, как хорошо знал водесканец, убивает ничуть не хуже бластера или лазеружья.

— Ну, в болото заезжать не советую, машины на колёсном ходу, колёса хоть и прочные — бластер или лазеружьё не пробьют их, но в топи застрянут. Водную преграду преодолеть может, но лишь глубиной в… мм… примерно с твой рост…

— Три с половиной локтя, значит, — заключил Радомир. — Буду знать. Что ещё расскажешь?

— Собственно, это всё, что тебе нужно знать, воевода. Остальное не для твоего ума, уж извини. Уровня ваших знаний недостаточно для того, чтобы понять мои объяснения.

— Ну если тебе нравится считать нас тупыми варварами — это твоё право, — пожал плечами воевода. — Ладно. Хотя постой… Ты сказал, что корабль может перевозить двести сорок воинов, но вас было гораздо меньше…

— Это был самый обычный разведывательный полёт, обычно хватает одной десантной роты… Кто же мог знать, что…

Тассерин оборвал сам себя на полуслове и настороженно взглянул на Радомира, однако воевода на эти слова водесканца только усмехнулся.

— Вот как? Понятно… Значит, если мы возьмём сейчас на борт человек, скажем, двести и потом подберём в Полоцке ещё сотню, корабль сможет этот вес выдержать?

— Сможет.

— А оружие корабля мы сможем использовать в бою? Меч — это хорошо, но огненные самострелы ещё лучше, я так думаю…

— Здесь нет ничего особо сложного, думаю, что вы вполне сможете сами управлять бортовыми орудиями. Я вам объясню, как правильно с ними обращаться. Да и сам могу пострелять по вашим врагам. В конце концов, это всего лишь варвары.

— Вот здесь я с тобой согласен, Барга Тассерин, — ухмыльнулся Радомир. — Именно что варвары. Так, а когда ты сможешь поднять корабль в воздух?

— В принципе, это можно сделать в любую минуту. Предполётная подготовка не займёт много времени.

— Тогда ты отправишься на корабль и начнёшь эту свою… предполётную подготовку, — принял решение Радомир. — С тобой пойдут вот эти четыре воина, — воевода указал на охранявших Тассерина ратников. — Твердята3, — обратился он к одному из воинов, — отвечаешь головой за пленника. Не причинять увечий, если только сам не полезет на рожон, внимательно следить за всеми его действиями. Он считает нас варварами — хорошо, это его право, но мы вовсе не дураки. Запоминай всё, что он будет делать на борту корабля. Мало ли как ситуация сложится… — воевода слегка нахмурился. — Я прекрасно понимаю, что наших знаний и правда недостаточно для того, чтобы понять всё, но мы должны знать возможности врага, чтобы его победить. Я понятно изъясняюсь?

— Я буду держать глаза открытыми, воевода, — заверил Радомира ратник.

— Хорошо. — Радомир посмотрел на Тассерина, который внимательно следил за русичем. — Надеюсь, ты всё правильно понял, парень? Попытаешься сбежать или выкинуть какой-нибудь фокус — умрёшь. Я прекрасно понимаю, что самострел куда примитивнее… бластера, но учти, что самострельный болт убивает ничуть не хуже… лучевого оружия.

— Я это учту, воевода Радомир.

Водесканец слегка поклонился воеводе и вполне покорно проследовал к выходу из амбара в сопровождении ратников дружины, но у Радомира отчего-то возникло в душе нехорошее предчувствие, которое он постарался как можно быстрее подавить. В самом деле, с Тассерином будут находиться четыре опытных воина, которые прекрасно знают, что надо делать в определённых ситуациях. Что может пойти не так?

— Вижу, тебя снедают сомнения по поводу всего происходящего, — Будимир подошёл к воеводе и встал чуть сбоку от него. — Есть основания для беспокойства?

— Мы ничего не знаем о реальных возможностях этих… водесканцев, — задумчиво произнёс воевода, глядя в сторону амбарных дверей. — Что, если этот Тассерин успел подать сигнал и к нам уже летят водесканские боевые корабли? Мы против них и вправду бессильны, Будимир. Меч и самострел против бластера и бронированных машин — долго мы не повоюем.

— И что ты хочешь предложить? — прищурился волхв.

— Да собственно… — воевода пожал плечами. — А что здесь можно предложить? Построить собственный звездолёт? Ну, это мы сможем ещё очень нескоро… если вообще сможем. Вот же напасть свалилась на наши головы!.. Ладно, отправимся в Полоцк, расскажем всё князю Рогволду, потом возьмём местных ребят и накостыляем шведам, а заодно и селам мозги вправим! Только это… мне было бы спокойнее, если бы ты отправился с нами, Будимир. Ты много знаешь, говоришь с богами…

— Ну, боги крайне редко снисходят до того, чтобы мне ответить, Радомир, — хмыкнул волхв, — но я почту за честь разделить с вами все тягости этого похода. К тому же, две головы лучше одной, а?

— Это точно, — кивнул Радомир. Перевёл взгляд на Лучезара. — А что боярин? Разделит с нами тяготы похода или служба не позволяет?

В словах воеводы не содержалось ни намёка на насмешку. Лучезар, даром что происходил из знатного боярского рода, трусом не был, более того — воином боярин был справным и сам несколько раз водил смоленских ратников против супостатов. Вот как три года назад, в совместной с соседями Смоленска, Черниговским княжеством, против кочевников-печенегов. И данный вопрос не содержал в себе ничего предосудительного.

— Увы, воевода, но государственные дела не дадут мне присоединиться к твоей дружине в этом, безусловно, славном походе, — ответствовал Лучезар. — Со дня на день в Смоленск должен прибыть посланник Франкской империи4 Адальберт и князь желает, чтобы я присутствовал на переговорах. Если мы сможем заключить с франками торговый договор, это серьёзно упрочит наши позиции в Европе и мы сможем наладить не только торговлю, но — в перспективе — и заключить военный союз против шведов и данов. А быть может, и против Византии. А это, сам понимаешь, очень серьёзно.

— Понимаю, — кивнул Радомир. — Хорошо, тогда надо собрать дружину. Нужны лучшие из лучших… думаю, надо будет взять конников Баяна… и стрелков Судиши5… своих оглоедов я само собой возьму, куда ж без них-то?

— Как скоро вы будете готовы выступить? — спросил Лучезар.

— Ну… думаю, что через часов шесть сможем. Надо людей разместить, коней на борт поднять… корм для них и еда для воинов. Людям надо всё обстоятельно разъяснить, чтобы они не впали в панику, когда взлетим. Будимир — поможешь в этом?

— Конечно.

Радомир вдруг сдвинул брови и провёл ладонью по рукояти висящего на правом боку в ножнах меча. Нехорошее чувство снова зашевелилось в глубинах подсознания, нагнетая тревогу.

— Что-то не так? — Лучезар внимательно всмотрелся в лицо воеводы. — Тебя что-то беспокоит, Радомир?

— Не знаю… всё, конечно, выглядит многообещающе, но всё равно… за этим Тассерином смотреть надо в оба… Что-то есть такое, что мне не нравится…

— Станет выёживаться — укоротите его на голову, — пожал плечами боярин. — Делов-то…

— Укоротить на голову не проблема, только как потом нам корабль посадить?

— Ну тогда пусть сперва посадит, а потом и голову отрубить можно.

— Ну если только так…

1 Третий дробный час — примерно тридцать секунд.

2 «В лапти обуть» — то же самое, что и «вешать лапшу на уши».

3 Твердята — мужское славянское имя, известно из новгородской грамоты № 84.

4 Франкская империя — средневековое европейское государство со столицей в Ахене, существовавшее в период с 800 по 887 года.

5 Судиша — мужское славянское имя, возможно, уменьшительное от Судислав. Известно из новгородской грамоты № 235.