Великий поход воеводы Радомира

Глава 2

Сидя на том, что осталось от крыльца ткацкой мастерской, воевода смоленского князя Радомир мрачно глядел на развалины домов, по которым пришёлся удар воздушного корабля. Пришельцы, разумеется, сполна заплатили за свою ничем не спровоцированную агрессию, однако это не могло вернуть убитых ими во время налёта горожан, среди которых были женщины и дети. Местные дружинники, подчинённые княжескому наместнику и городскому старосте, уже снесли всех погибших на погост, расположенный в полуверсте от города, где с ними могли проститься родные и близкие перед тем, как их тела будут унесены на крыльях Рарога1 в ирий2. Прибывшие из стольного града ремесленники уже вовсю трудились над восстановлением разрушенных летающим кораблём домов, раненым оказывали помощь волхвы в имеющейся при храме Хорса3 лечебнице. Словом, всё очень напоминало устранение последствий нападения византийцев, шведов или кочевников-степняков, если бы не высящийся стальной горой за околицей воздушный корабль.

После победы над пришельцами воины Радомира тщательно обыскали небесную лодью, но кроме схваченного ими чужака, больше не нашли никого из числа живых. В некоторые части корабля проникнуть не сумели, поскольку ведущие туда стальные двери оказались крепко заперты, но зато им удалось найти оружейную комнату, забитую огненным оружием чужаков и взрывчатыми снарядами, а также доспехами и какими-то непонятными смолянам устройствами. В большом прямоугольном помещении в самом низу корабля отыскались колёсные повозки, довольно большие, только как ими пользоваться, никто толком не уразумел. Похоже на чересчур большие повозки, только как в них запрягать коней, решительно непонятно. Ёрш4-лучник предположил, что повозки эти могут каким-то способом передвигаться самостоятельно, без помощи лошадей, но как это могло происходить на практике, никто из ратников не мог уразуметь.

В самом большом помещении небесного корабля, которое также располагалось на самой нижней его палубе, русичи обнаружили три небольшие лодки, однозначно тоже относящиеся к категории летающих, чьи серо-стальные корпуса напоминали наконечники стрел с торчащими из-под передних частей стволы то ли стреломётов, то ли каких-то иных метательных устройств. В каждую из лодок можно было войти, дотронувшись до мигающего синим огоньком крохотного непрозрачного окошечка, нажатие на которое опускало короткий ребристый трап. Осмотрев все три лодки, Радомир категорически запретил здесь что-либо трогать и вообще нажимать, так как любое неосторожное действие могло привести к Сварог знает каким последствиям.

— Сидишь, воевода? — услышал Радомир голос, исходящий откуда-то из-за своей спины. Неторопливо повернул голову и взглянул на подошедшего к нему человека снизу вверх.

Стоящего рядом с воеводой облачённого в одежду простого, но довольно богатого, покроя мужчину средних лет с окладистой чёрной бородой, в которой уже начали пробиваться первые седые пряди, знал весь Смоленск, да и за пределами стольного града его лицо было хорошо известно. Боярин Лучезар, советник князя Изяслава, известный своим острым умом и знанием обычаев окрестных стран и народов далеко за пределами княжества. Шведы, имевшие с ним дела, за глаза называли Лучезара «хитрым лисом», а византийцы прямо предлагали ему перейти к ним на службу, суля золотые горы. Сколько Радомир знал Лучезара, тот не терял хладнокровия в любой ситуации, оставаясь спокойным и рассудительным. Как и в данном случае.

— Сижу, Лучезар, — спокойно отозвался воевода. — А что?

— Да так, ничего…

Боярин присел на камень рядом с Радомиром и посмотрел в направлении возвышающегося над околицей на добрую сотню саженей воздушного корабля.

— И что ты думаешь насчёт всего этого? — Лучезар кивком головы указал воеводе на летающее судно. — Кто они такие, как думаешь?

— Даже не знаю, что и сказать, Лучезар, — повёл широкими плечами воевода. — То, что не шведы и не византийцы — точно. Ни у тех и ни у других нет летающих по небу кораблей. Германцы? Пф-ф. Они варвары, откуда у них могут быть такие суда?

— А если Китай?

— Китай от нас за тридевять земель, я ни разу не видел ни одного китайца, лишь слышал о них от заезжих хазарских торговцев. Всё может быть, но по рассказам торговцев, китайцы невысоки ростом и узкоглазы, а эти больше на нас похожи. Ну, и ещё на варягов. Но это точно не варяги. У тех нет летающих по небу кораблей.

— А сам что думаешь по сему поводу? — прищурился боярин.

Радомир поковырял носком сапога землю подле себя, почесал переносицу и пожал плечами.

— Не знаю я, Лучезар, что и думать, — отозвался он спустя некоторое время. — Волхвы утверждают, что наш мир — не единственный, есть и другие, там, в горних высях. Может быть. Спорить с теми, кто умеет общаться с богами и духами, не дело простого смертного. Но как узнать, есть ли эти миры на самом деле? И если есть — то что они собой представляют?

— Об этом можно судить, лишь посетив такие миры, — отозвался Лучезар. — И если эти… чужаки прилетели оттуда, то зачем? Зачем напали на мирный город? Их оружие — по сравнению с ним наши мечи и луки будто щепки. И корабль этот… Но если они умеют им управлять, то чем мы хуже них?

— Ты о чём, Лучезар? — Радомир непонимающе уставился на советника князя.

— Соседям нашим полочанам досаждают шведы, основавшие свою крепость в устье Двины. — Боярин задумчиво посмотрел на металлическую гору за околицей. — Конечно, мы можем добраться до неё как по суше, что, правда, займёт не одну седмицу5, так и по Двине, дотащив волоком наши лодьи до Каспли6, а потом уже можно плыть по самой Двине. Это быстрее, чем по суше, но тоже займёт время. К тому же, придётся преодолевать пороги на Двине, а это и время отнимет, и есть опасность подвергнуться нападению как разбойников, так и самих шведов. Да и селы7, в отличие от союзных Полоцку латгальцев, тоже могут напасть на наш отряд. А по воздуху мы доберёмся до устья Двины куда быстрее…

— Но как мы сумеем поднять эту махину в воздух? — изумился Радомир. — Мы ведь даже не представляем, за счёт чего этот корабль может летать!

— А вот для этого у нас есть пленник, которого вы захватили, воевода, — с довольным видом произнёс Лучезар. — Допросив его, мы сумеем понять, как нам управлять этой штуковиной.

— Но он ни слова не понимает по-нашему!

— Поймёт, если захочет жить, — на лице боярина возникло недоброе выражение. — И в этом ему можно — и нужно — помочь.

— Я воин, а не палач! — резко отпарировал Радомир.

— А я и не призываю тебе заниматься чуждым и презираемым тобой ремеслом, Радомир. Для этого есть мастер Осьмуша8.

— Хм… — воевода недовольно нахмурился. Заплечное ремесло ему, как и любому другому воину, всегда было противно, хотя кое-что из его арсенала иногда и применялось. В самом малом объёме, так сказать, когда надо было просто припугнуть слишком уж несговорчивого пленника. Но пытать кого-либо, пусть даже врага — это недостойно справного воина. Другое дело — кат9, это его профессиональная обязанность. — И ты полагаешь, что Осьмуша сможет заставить этого типа поведать нам его секреты?

— Ты сомневаешься в способностях Осьмуши, воевода? — прищурился Лучезар.

— Собственно говоря…

— Пытки, к сожалению, бывают необходимы, поелику не каждый ворог по доброте душевной аль раскаявшись в сотворённом им зле станет добровольно ведать то, что хотел скрыть от нас, — раздался вдруг откуда-то слева спокойный уверенный голос. — Однако если можно обойтись без них, то почему бы так и не поступить?

Радомир и Лучезар взглянули в ту сторону и увидели подходящего к ним рослого статного мужчину лет сорока, с окладистой аккуратно расчёсанной бородой, одетого в длиннополую льняную рубаху и такие же льняные штаны, держащего в руке причудливо украшенный рунами посох.

— Будимир. — Воевода кивком головы поприветствовал подошедшего. — Совет волхвов принял какое-то решение или ты просто так к нам завернул, разговор поддержать?

Волхв Будимир, один из служителей смоленского храма Хорса, при этих словах Радомира как-то странно усмехнулся и окинул его и княжеского советника внимательным взглядом спокойных серых глаз.

— Совет вознесёт молитвы богам. Это всё, что он может сделать в сложившихся обстоятельствах. Ибо князь принял решение.

— Воспользоваться летающим кораблём? — понимающе кивнул Лучезар.

— Именно. Я только что говорил с посыльным, прибывшем из стольного града. Князь Изяслав решил оказать помощь своему другу и союзнику, князю Полоцкому Рогволду, в обуздании амбиций шведского наместника крепости Гриндар10, а заодно объяснить вождям селов, что негоже тревожить пограничные земли Полоцка и препятствовать торговле полочан с куршами и земгалами. Из Смоленска вот-вот прибудет отряд воинов на усиление твоей дружины, загру́зитесь на корабль и вылетите в Полоцк, где примете на борт полоцких ратников, после чего двинетесь к Гриндару. Попутно завернёте к Локстену и «побеседуете» с селами. Желательно в спокойном тоне, если не поймут — что ж, на то вы и воины, чтобы знать, как при таком раскладе поступить.

— Да как же мы полетим-то на этой махине, Будимир⁈ — всплеснул руками воевода. — Это ж не по Двине грести на лодье!

— Вам поможет пленник, — пояснил волхв. — Да и я с вами отправлюсь. Надо же, чтобы боги за вами приглядели.

— Пленник? — Лучезар пристально всмотрелся в невозмутимое лицо Будимира. — Осьмуше удалось его разговорить?

— Удалось, причём без применения… особых методов. Правда, поначалу пленник попытался нам морочить головы, но Осьмуша быстро дал ему понять, что такие штуки у нас не проходят.

— Погоди, Будимир, — воевода сдвинул брови, — но как получилось, что пленник понял, что ему говорят? Он вроде как по-нашему ни в зуб ногой!

— Тут сложно объяснить на словах, Радомир, будет лучше, ежели ты сам всё увидишь. Только ничему не удивляйся.

— После того, как к нам прилетела вот эта махина, удивить меня будет непросто. Идём.

Вслед за волхвом Радомир и Лучезар направились туда, где в одном из амбаров под охраной четверых ратников содержался пленник с летающего корабля.

— Так он что-нибудь поведал вам о себе и о том, за каким чёртом им понадобилось жечь город и мирян убивать? — спросил Радомир, вышагивая рядом с боярином и чуть позади Будимира.

— Поведать-то он поведал, только всё это настолько необычно, что… — волхв сделал неопределённый жест левой рукой. — Поначалу я было решил, что он просто пудрит нам мозги, прикидываясь тем, кем себя описывал, а прибыл он в наши края из какого-нибудь Китая или Индии. Однако демонстрация некоторых предметов и короткий осмотр небесного судна убедили меня в том, что этот тип — кстати, звать его Барга Тассерин — говорит правду.

— И что же такого он сказал интересного? — поинтересовался Лучезар.

— Тассерин утверждает, что его народ зовётся водесканцы и обитают они на множестве миров по ту сторону небосвода. Главный их мир называется Водеск и во многом он похож на наш мир. Некогда это была могущественная империя, но амбиции её правителей и нежелание ряда колоний Водеска подчиняться имперским наместникам привели к междоусобной войне, в ходе которой империя водесканцев рухнула. По прошествии многих столетий они решили возродить былую славу и сейчас активно расширяют сферу контроля. Если на пути такого вот корабля, что прилетел к нам — Тассерин сказал, что это разведывательный корабль, попадается планета с неразвитой цивилизацией, то есть такой, которая ещё не освоила космические полёты, так называется это у водесканцев, то они применяют простую, но весьма действенную — на их взгляд — тактику запугивания: разведчик атакует с воздуха пару туземных городов, после чего приземляется, собирает образцы почвы, воздуха и воды, затем взлетает и следует на базу. Ну а после этого, если там признают целесообразность захвата планеты, к ней высылают боевые корабли с войсками. Противостоять чужакам с их оружием и боевыми машинами мы смогли бы самое непродолжительное время, учитывая разницу в технологиях. В Смоленске был бы посажен имперский наместник, со всеми вытекающими из этого последствиями. Франки, германцы, италийцы, греки, византийцы, египтяне — все стали бы вассалами водесканцев. Рабство у них не существует, но и так понятно, что примитивные народы служили бы имперцам в качестве дешёвой рабочей силы и наёмных солдат.

— Хм, похоже, мы выиграли генеральное сражение, — задумчиво произнёс Радомир, косясь на громаду чужого корабля.

— Да, похоже на то, — согласно кивнул волхв.

— Хорошо, но каким образом вам удалось наладить с этим… Тассерином… контакт вообще? — задал вопрос Лучезар. — За столь короткий срок он вряд ли сумел выучить наш язык, а ты — его. Или здесь какое-то колдовство замешано?

— Нет здесь никакого колдовства, Лучезар. Эти водесканцы далеко ушли вперёд в развитии и у них есть… мм… машины, с помощью которых можно быстро усвоить любой язык, записанный в их… гм… память. Благодаря такой машине я теперь могу свободно говорить на водесканском и на галапиджине — это язык, на котором обитатели различных миров могут общаться между собой. А миров таких — тьма тьмущая.

— Вот как? — боярин с любопытством посмотрел на Будимира. — Рисковый ты мужик, волхв. Сунуть свою голову в невесть что… А если бы это оказалось какое-нибудь оружие пришельцев?

— Этот Тассерин отнюдь не дурак, Лучезар. Он прекрасно понимает, что даже при всём его технологическом преимуществе перед нами ему ничего не светит в случае, если он рискнёт с нами игры играть. Поэтому он обещал объяснить нам, как управлять их кораблём.

— За счёт чего такая махина вообще держится на лету? — задал вопрос Радомир. — Ты его спрашивал?

— Здесь пока много непонятного, но если отталкиваться от разъяснений Тассерина, корабль приводится в движение неким двигателем, ну, как архимедов винт, только в разы сложнее. Двигатель получает энергию от реактора — это такая огромная печь, только в ней не дрова горят и не уголь, а низведённая до состояния воздуха вода и металл11, который водесканцы называют «хаджин». А поскольку расстояния между мирами огромны, на корабле есть ещё один двигатель, который каким-то образом сворачивает пространство и вместо того, чтобы лететь до ближайшей обитаемой планеты лет, скажем, пятьдесят, полёт занимает пару дней. Не спрашивайте меня, как это работает — я не имею ни малейшего представления. На корабле также есть устройство, создающее на его борту привычную нам силу тяготения, а при взлётах и посадках он использует… как там Тассерин эту штуку назвал?.. А, вот — генератор А-поля! Если честно, я понятия не имею, что это означает.

— Если честно, — усмехнулся Радомир, — я и половины сказанного тобой не понял. Но раз ты так говоришь, значит, всё так и есть.

— Поверь мне, воевода — всё именно так, как я тебе только что обсказал.

Радомир в ответ на эти слова волхва лишь повёл плечами, Лучезар же предпочёл просто промолчать.

Амбар, в котором содержался единственный уцелевший из команды летающего корабля пришелец, находился на берегу текущей через город речки под названием Ольшанка и принадлежал он местному купцу по имени Полкан, чей дом несколько пострадал во время нападения, но в целом, уцелел. Самого пленника охраняли четверо воинов, вооружённых самострелами, однако снаружи амбар был окружён двадцатью конными воинами, которыми командовал кавалерийский сотник Баян — аварский12 наёмник, объявившийся в Смоленске почти шесть лет назад и весьма неплохо себя зарекомендовавший на службе в княжеской дружине. Попытайся пленник сбежать — висящий на поясе Баяна сплетённый из конского волоса аркан быстро бы пресёк эту попытку.

— Баян. — Радомир, поравнявшись с сидящим на коне аваром, кивнул воину. — Вижу, у тебя всё под контролем.

— Радомир. — Авар приветствовал воеводу ответным кивком. — Всё, как и всегда. — Перевёл взгляд на Лучезара. — Здрав будь, боярин.

Говорил Баян на русском довольно сносно, хотя лёгкий акцент в его произношении всё-таки ощущался. Длинные волосы авара были заплетены в косы, однако только необычная для смолян причёска и аварский пластинчатый шлем выдавали в нём иноземца. Облачён Баян был как смоленский конный ратник, а помимо аркана, которым сотник владел мастерски, на поясе у него висел прямой русский меч.

— И тебе доброго здравия, сотник, — вежливо отозвался Лучезар. — Как твоё плечо? Не болит уже?

В прошлом месяце конный дозор смолян, которым командовал Баян, столкнулся в окрестностях Пропойска13 с небольшим отрядом лихих людей, искавших лёгкой поживы. Отряд частично уничтожили, частично рассеяли в окружающих город лесах, а сам сотник получил удар дубиной по левому плечу. Кольчужный доспех смягчил удар, а напавшего на него разбойника Баян зарубил мечом, Сейчас же о том ударе практически ничего не напоминало, лишь небольшой синяк остался.

— Благодарение Перуну, не болит, — Баян слегка поклонился в знак того, что оценил заботу боярина о здоровье простого воина, пусть и сотника. — Хотя и больное оно в бою мне бы не мешало, всё ж не левша, да.

— Что пленник? — Радомир кивнул в сторону амбара.

— Сидит тихо, как амбарная мышь, — усмехнулся Баян. — Да и ребята его стерегут. Чуть что — вмиг нашпигуют самострельными болтами.

— Ну, вообще-то, мы пришли с ним поговорить, Баян, а не превращать его в подушечку для иголок! — усмехнулся Радомир.

— Ну это уж как получится, — развёл руками авар.

— Ну да… как получится…

Криво усмехнувшись и покачав головой, Радомир, сопровождаемый боярином Лучезаром и волхвом Будимиром, переступил порог амбара, в котором под стражей содержался единственный уцелевший из экипажа небесного корабля.

1 Рарог — мифическая огненная птица в древнерусской мифологии. Здесь, по всей видимости, подразумевается, что погибшие в результате ракетно-лазерного обстрела города смоляне будут кремированы в соответствии с обычаями.

2 Ирий — рай.

3 Хорс — древнерусский бог Солнца.

4 Ёрш (здесь) — одно из древнерусских персонифицированных имён животного мира.

5 Седмица — неделя.

6 Каспля — река в Смоленской области России и Витебской области Беларуси.

7 Селы — балтийский народ, живший до XV века на юго-востоке современной Латвии и северо-востоке современной Литвы. Вошли в состав латышей и литовцев.

8 Осьмуша — древнерусское имя, означающее восьмого ребёнка в семье.

9 Кат — так на Руси назывался палач.

10 Название шведской крепости в устье Двины переводится на русский, как «ворота». Ну, таких «ворот» русские воины в своё время немало отворили…

11 Судя по всему, реакторы холодного синтеза водесканцев используют в качестве рабочего тела комбинацию водорода и некоего металла. Нечто похожее предлагалось в уже закрытом европейском проекте CleanHME.

12 Авары — кочевой народ центрально-азиатского происхождения, переселившийся в VI веке в Центральную Европу и создавший там государство Аварский Каганат, просуществовавшее до 823 года и окончательно уничтоженное в результате франко-аварских войн.

13 В настоящее время это город Славгород, расположенный на территории Могилёвской области Республики Беларусь.