Великий поход воеводы Радомира

Глава 9

Радомир оказался прав насчёт термоядерного оружия. Впрочем, именно такого поворота событий и следовало ожидать. Уж кем-кем, а идиотами водесканцы точно не были. В здравом уме никто не станет садить термоядерными боеголовками по окрестностям своей же военной базы. Турболазерами с орбиты бить — то же самое. Не факт, что удастся уничтожить космический корабль, а вот Шайласерину от ударной волны достанется ещё как. Но Радомир не собирался предоставлять водесканцам даже малейшего шанса на контратаку.

Дав пару залпов по крепости из корабельных орудий — естественно, корпускулярный щит отразил потоки энергии без вреда для строений Шайласерина, Радомир включил антигравитационные ускорители и, подняв «Смоленск» в воздух на высоту двухсот саженей, с поднятыми щитами двинул корабль к крепости. Имперцы выпустили по нему несколько ракет, но вреда звездолёту причинить не сумели.

Как и предполагал воевода, щит, защищающий крепость от турболазеров и всевозможных излучений, не обладал способностью задерживать материальные объекты, что и было благополучно продемонстрировано «Смоленском». Пролетев разделяющее его и крепость расстояние, звездолёт прошёл сквозь корпускулярный экран и произвёл эффектную посадку на стартодроме Шайласерина.

Эффектную в плане того, что садящийся на большой скорости и на бреющем полёте корабль перепугал весь персонал стартодрома и едва не снёс находящееся там небольшое боевое судно, экипаж которого, судя по всему, готовился к взлёту. Бортовые орудия «Смоленска» дали пару залпов по водесканскому кораблю и хотя пробить корпус канонирам не удалось, разрывы энергозарядов на незащищённом силовым полем корпусе звездолёта привели к серьёзным повреждениям во внутренних частях корабля. Серьёзны они были или нет, никто не знал, но ответный огонь водесканцы открывать не стали. Возможно, что уже и не были в состоянии это сделать.

Конечно, застать врасплох гарнизон Шайласерина русичам не удалось, но и водесканцы были не готовы к такому повороту событий. Они полагали, что варвары укроются под защитой прочного корпуса звездолёта и станут отбиваться от осаждающих корабль-разведчик солдат гарнизона, но они никак не ожидали, что те пойдут в атаку столь малыми силами и имея в своём распоряжении всего один боевой корабль. И в этом и заключался просчёт командующего крепостью Шайласерин десантного полковника Геса Шартана. Слишком давно водесканцы не сталкивались с противником, для которого вся военная мощь Империи была просто пустым звуком.

Атаковать «Смоленск» посредством истребителей имперцы не отважились. Во-первых, на столь малом расстоянии от крепостных сооружений падение обломков сбитых космопланов могло нанести серьёзный урон зданиям и солдатам с техникой, во-вторых, ещё неизвестно, удалось бы истребителям сбить разведкорабль.

Перед самой посадкой канониры «Смоленска» произвели несколько залпов по крепости, повредив пару строений и заставив искать укрытие выдвинувшуюся к месту посадки звездолёта небольшую маневренную бронегруппу на шести колёсных бронемашинах, каждая из которых была вооружена мультилазерным орудием и могла транспортировать на место боя с десяток пехотинцев с лёгким вооружением. Две из этих машин были пойманы в прицел канонирами «Смоленска» и превращены в груды оплавленного металла, остальным удалось скрыться среди крепостных строений. Стрелять им вдогонку не стали.

Едва лишь опоры космического корабля коснулись поверхности стартопосадочного поля, как тут же заработали мощные электромоторы, опуская вниз тяжёлую десантную аппарель. Глухо урча турбинами, из чрева звездолёта выкатились шесть бронемашин — ровно половина мехпарка разведкорабля — и резво устремились в сторону основных строений Шайласерина.

Водесканцы явно пребывали в состоянии крайней растерянности, не ожидая подобных действий от горстки варваров, коими они — и не без оснований, если исходить из их представлений о космосе — считали русичей, за что, собственно, и поплатились. Оставшийся командовать «Смоленском» Оррин выпустил несколько ракет по имперским солдатам, которые вознамерились было перекрыть дорогу десанту, а затем прошёлся турболазерами по строениям крепости, учинив тем самым некоторое количество разрушений и внеся дополнительный хаос в ряды водесканцев.

Наземное сражение на чужой планете супротив неприятеля, вооружённого не мечом и копьём, но бластером и лучемётом, мало чем отличалось от тех сражений, в которых довелось побывать смоленским ратникам. Там, правда, не шипели смертоносные заряды атомной энергии и не рвались гранаты, а из-за необычной формы строений то и дело не норовили выскочить колёсные боевые машины с лазерными пушками. Правда, их водители старались особо не высовываться — против турболазеров боевого звездолёта эти машины долго не продержались бы.

Отряд Радомира с ходу проскочил наспех сооружённую водесканскими солдатами баррикаду, которая не смогла остановить бронемашины, и ворвался в одно из куполообразных строений базы, вынеся мощным таранным бампером переднего броневика довольно массивные двери из какого-то неизвестного землянам материала. По виду сталь, но не совсем. Воспользовавшись неразберихой в стане противника, русичи без труда сломили сопротивление немногочисленных имперских солдат, находившихся внутри здания, а затем быстро перегородили дверной проём броневиком с включённым щитом и развернули его орудийную башню в сторону улицы. Оставив семерых воинов защищать вход, воевода повёл остальных за собой в верхнюю часть купола.

Что могло выйти из всей этой затеи, если бы не случай, приведший землян в главный купол крепости, где располагался командир гарнизона и помещались административные службы Шайласерина, а также станция дальней космической связи, так и осталось неизвестным. Во всяком случае, всё бы, наверное, сложилось по-иному. Но в итоге получилось так, как получилось.

Пока опешившие от столь наглой атаки офицеры собирали своих солдат и готовились к штурму главного купола, Радомир и ведомые им ратники, все вооружённые инопланетным оружием, но в своём обычном боевом облачении русских витязей, расправились со слабым сопротивлением на двух следующих от земли уровнях здания и поднялись выше, но здесь натолкнулись на довольно сильный оборонительный рубеж имперцев. Широкий коридор, по которому спокойно могли ехать рядом друг с другом два всадника, был на всю ширину перегорожен тем, что у имперцев называлось «бронебастион», из бойницы торчал ствол лучемёта, а за стальной стеной маячили водесканские солдаты, готовые защищать вверенный им рубеж. Но защищать можно по-разному. Как и атаковать.

Радомира никто не посмел бы упрекнуть в волюнтаризме и наплевательском отношении к собственным бойцам. Все одержанные им победы были одержаны за счёт смекалки и воинского мастерства, да притом и с минимальными потерями. Так и сейчас — переть в лобовую атаку против станкового орудия, которое могло легко перебить атакующих, он не собирался. А если быть честным до конца, то он и вовсе не собирался атаковать вражеский бастион. По крайней мере, делать это в той манере, которую имперцы ожидали от «варваров».

— Эй, за стеной! — во весь голос крикнул Радомир, обращаясь к находившимся за бронебастионом имперским воинам. — Кто у вас командир?

— А зачем он тебе, варвар? — раздалось в ответ спустя несколько секунд.

— Поговорить хочу!

— О чём нам с тобой говорить? — отозвался всё тот же голос.

— Если ты не командир, тогда и не о чём, — усмехнулся Радомир.

С той стороны укрепления донеслись звуки какой-то суеты, послышались голоса, но о чём там толковали водесканцы, земляне не смогли разобрать. Потом там что-то уронили, причём явно тяжёлое, а вслед за звуком падения чего-то тяжёлого раздался местный аналог трёхэтажного — по всей видимости, то, что кто-то уронил, ронять вовсе не следовало. На лицах ратников тут же оформились ехидные ухмылки, но одного строгого взгляда воеводы было достаточно, чтобы улыбки эти исчезли, словно их и не было.

Небольшая секция бронебастиона отошла в сторону, пропуская высокого — ростом с Радомира — водесканца, облачённого в серую боевую броню, на которой виднелись воинские знаки различия. Оружия у него при себе не было, что показалось воеводе неплохим знаком. Возможно, удастся уломать имперцев сложить оружие и капитулировать.

— С кем я имею честь вести разговор? — напыщенно произнёс водесканец, оглядывая Радомира пристальным взглядом несколько странноватых для землянина жёлто-зелёных глаз.

— Радомир, воевода… варлорд, — поправился Радомир, — Смоленского Княжества. Командир особой десантной группы Флота. А кто вы такой?

— Капитан Гуна Марам, командир охранной роты Внутренней Гвардии, приписанной к Тридцать Второму механизированному соединению Планетарных Сил. Я руковожу внешней охраной крепости Шайласерин и в данный момент обеспечиваю безопасность десантного командира Шартана, командующего крепостным гарнизоном. Чего вы хотите, варлорд… или как вас там… воевода Радомир?

Радомир несколько секунд помолчал, собираясь с мыслями. Действовать следовало предельно аккуратно, тщательно подбирая слова и взвешивая каждый свой шаг.

— Дабы избежать ненужного кровопролития, я предлагаю вам сложить оружие и сдаться, — произнёс воевода. — Мы гарантируем вам достойное обращение согласно… мм… согласно Брянской конвенции об обращении с военнопленными, — разумеется, в мире Радомира не существовало ни Брянской, ни какой-либо иной конвенции подобного рода, но водесканцам знать об этом не полагалось. — По окончании боевых действий вам будет дозволено вернуться к своим семьям, а если кто происходит не с Камхода, то ему будет разрешено покинуть планету. Разумеется, безоружным. В противном случае не обессудьте, но мы будем вынуждены применить силу.

— Ваши слова вполне разумны, воевода Радомир, однако ваши требования… как бы это выразиться… несколько необычны для столь малого отряда…

— Или в истории вашей Империи не было ни одного случая, когда победы одерживались малыми силами, или вы мне уши космической пылью посыпаете, — усмехнулся Радомир. — Или вы полагаете, раз наши миры находятся довольно далеко от Империи, то мы знать о вас не знаем? Ошибаетесь, капитан Марам. Достаточно вспомнить поражение, которое водесканцы потерпели девятьсот лет назад во время Коббинорской кампании, когда вы пытались захватить принадлежащие к'сау планеты в Коббинорской Впадине. Сколько вы послали туда кораблей? Почти полторы тысячи. Сколько своих звездолётов выставили к'сау? Чуть больше четырёх сотен. Итог? Вы позорно бежали с поля боя, потеряв половину флота. А дело-то всего и заключалось в том, что эти инсектоиды всего лишь защищали свои владения. То же самое делаем и мы. Мы не звали вас к себе и не просили уничтожать один из наших городов.

— Но лично я не имею к этому никакого отношения!

— Думаете, это меня волнует? — Радомир безразлично пожал плечами. — Просто Камход оказался ближе всего к Смоленску, вот князь и поручил мне преподать вам хороший урок. А заодно и взыскать с вас за нанесённый нашей планете ущерб.

— Силами одного корабля⁈ — изумился Марам, не догадываясь, что в точности повторяет слова своего непосредственного командира. — Должно быть, вы сошли с ума, воевода!

— Отнюдь.

— И… чего же вы требуете от меня?

— Допуска к вашему командиру.

— Зачем?

— Слушайте, Марам, — недовольно сдвинул брови Радомир, которого уже начала утомлять вся эта говорильня, — вы или просто тянете время, или действительно идиот. Мы, русичи, мирный народ, но когда кто-то пытается посягнуть на наши земли и плоды наших трудов, то наше миролюбие тут же и заканчивается. Спросите об этом Византийскую Империю, хазар или пиратов-печенегов — они смогут подробно рассказать о том, как заканчивались их походы на наши планеты. И если вы хотите, чтобы Камход был подвергнут опустошению — валяйте, играйте в героев. Только не заиграйтесь уж чересчур.

— Вы осмеливаетесь угрожать Империи⁈ — Марам вытаращил глаза в неподдельном изумлении. Видать, раньше ничего подобного имперцы в свой адрес не слыхали. — Опустошить планету силами одного боевого корабля⁈ Это не смешно, воевода!

— Сейчас здесь действительно находится всего лишь один корабль и вы верно заметили, что это даже не наш корабль, а захваченный нами имперский разведчик. Но что мне мешает вызвать подкрепление с моей родной планеты? Оборона Камхода слаба и неэффективна, будет достаточно двадцати пяти-тридцати кораблей, чтобы её сломить.

После этих слов Гуна Марам озадаченно нахмурился. Ни о каких русичах и ни о каком Смоленском Княжестве никто из водесканцев доселе и слыхом не слыхивал, но, с другой стороны, Галактика слишком велика и в ней вполне могут существовать весьма развитые цивилизации, способные предпринять подобные действия в отношении Водесканской Империи. И могущие не опасаться ответного удара имперцев. Так что вполне можно допустить, что эти русичи вовсе не варвары, просто выглядят так в силу своих культурных особенностей. Как, к примеру, арафанцы. А значит, они вполне способны исполнить то, о чём только что сказал этот Радомир.

Но всё же водесканский офицер не был бы водесканским офицером, если бы позволил противнику сходу перехватить инициативу даже на переговорах. Может, Смоленск и силён, но за плечами народа Марама несколько тысяч лет космической эры и масса дипломатических уловок, чтобы обратить в свою пользу даже неминуемое, казалось бы, поражение. Поэтому ещё не всё потеряно для имперского командования Камхода. Пусть эти русичи берут под свой контроль Шайласерин и тешат себя победой — объединённой мощи трёх оставшихся имперских крепостей вполне хватит для того, чтобы стереть наглых пришельцев в порошок. Ну а если станет совсем уж плохо, тогда варлорду Зему придётся обратиться за помощью к командованию Плианского Сектора. По головке за такое, конечно, не погладят, раз не сумел отразить нападение столь малочисленного противника собственными силами, но лучше выслушать гневную проповедь от высшего командования, чем вообще потерять имперскую планету, чего не случалось вот уже, как минимум, лет эдак шестьсот. Ну точно — в последний раз такое произошло с варлордом Шемроком Кастагутом, который, имея почти четырёхкратное преимущество в кораблях и более чем семикратное — в наземных войсках, умудрился просрать Магратис ударному корпусу хундов.

— Я всего лишь командую охраной крепости и не уполномочен вести подобные переговоры… — начал было Марам, но тут откуда-то снаружи здания до слуха всех, кто в нём сейчас находился, донёсся звук весьма мощного взрыва. — Какого хрена⁈

— Похоже, кто-то из ваших не слишком склонен к разговорам, — усмехнулся Радомир, хотя внутри у воеводы образовался холодный комок. Кроме его людей, на территории Шайласерина сейчас не было ни одного ратника — все остальные находились на борту звездолёта. — Хотите так же поступить?

— Как вы можете видеть, мы с вами всё ещё продолжаем разговор, а не стреляем друг в друга из бластеров, — проворчал Марам. — Хорошо, следуйте за мной. Я отведу вас к командиру Шартану, а там уже пусть он сам решает, что делать. Сдаваться или сражаться.

— Я бы всё же выбрал первое.

— Посмотрим… Следуйте за мной… э, нет, не всей вашей бандой! — Марам протестующе выставил перед собой обе руки ладонями, обращёнными к Радомиру. — Ещё чего придумали — вооружённой толпой переться к командиру! Достаточно двоих!

— Достаточно меня и ещё шестерых, — не терпящим возражений тоном объявил Радомир, недвусмысленно кладя руку на рукоять бластера. — Иначе мы всё равно пройдём к командиру Шартану, но вы этого уже не увидите.

— Проклятье! — в сердцах выругался Марам. — Ладно, пусть будет по-вашему. Но остальные останутся здесь и будут ждать вас на этом месте.

— Приемлемо, — кивнул воевода. Обернулся к своим бойцам. — Молчан — на время моего отсутствия принимай командование. Если мы не вернёмся через полчаса — ты знаешь, как поступить. Пробивайтесь к кораблю любыми способами, ворогов не щадить. Но мирных не трогать. Самое последнее дело — убивать невинных.

— Понял тебя, воевода, — отозвался ратник.

— Каркун — нужна связь с кораблём, — обратился Радомир к воину, за чьей спиной виднелся полевой коммуникатор. — Шевелись, нет времени.

Ратник повозился с настройками связного устройства, после чего протянул воеводе гарнитуру.

— Оррин — как меня слышно? — произнёс Радомир в микрофон.

— Слышу тебя хорошо, воевода, — отозвался варяг буквально через секунду. — Как у вас там дела?

— У нас вроде пока всё нормально, пробуем убедить имперцев сложить оружие. Пока обходимся без стрельбы. А вы там что взорвали? Аж в здании слышно было!

— Да эти козлы нас атаковать пытались бомбардировщиком, пришлось его сбить. Рухнул на краю посадочного поля, развалившись на несколько частей. После этого тишина, пока нас никто не тревожит.

— Продолжай держать имперцев на прицеле. Молчан принял командование, если вдруг что — он с бойцами будет пробиваться к кораблю, вы там прикройте их, если что.

— Прикроем. Ты там поаккуратнее с этими. Неизвестно, какую гадость они могут ещё придумать.

— Ну, я тоже, знаешь ли, не лыком шит… Ладно, конец связи, Оррин

— Конец связи.

Радомир протянул Каркуну гарнитуру и перевёл взгляд на водесканского офицера.

— Ведите, капитан, — проворчал воевода. — И постарайтесь без фокусов. Я, знаете ли, сегодня не в том настроении, чтобы шутить.