В поисках имени

Глава 6. Две беглянки

Варха

Я сидел рядом с Нэйвом и наблюдал, как он управляется с пауком. Из открытого окна дул холодный сквозняк. Я был уверен, что простужусь от этого ветра, но попросить Нэйва поднять стекло не решался. Брат сидел в наушниках, и всё равно вряд ли бы услышал мои слова.

— Прими, — коротко бросил Нэйвин, когда затрещал приёмник паука.

Я торопливо нажал кнопку. Раздавшегося голоса сквозь наушники я не слышал.

— Понял, — ответил Нэйвин своему собеседнику. — Ага. Ничего, найдём на обратном пути. Дай мне с ним переговорить.

Я с любопытством смотрел на брата. Он был поглощён дорогой и разговором и не обращал на меня внимания. После недолго ожидания Нэйв продолжил:

— Ты как? Ну, давай, поправляйся… Что? Нет, ты сам слушай. Подержи пока язык за зубами. Приеду — всё объясню. Договорились?

Он снова замолчал. Я всё же смог поймать его взгляд, и Нэйвин сдвинул наушники на шею, хмуро спросив:

— Что тебе?

— Это Змееяд очнулся? — угадал я.

Нэйвин кивнул.

— А он не сболтнёт там лишнего?

— Это ты болтаешь лишнего, — огрызнулся Нэйв. — А Змей — не идиот.

Я смолк. Ну кто же виноват, что у него в пауке даже музыкальный проигрыватель не работает! Сидеть и смотреть по сторонам на бесконечный лес было невыносимо скучно.

— Муравей, — вдруг сообщил Нэйвин, постучав пальцем по экрану с навигатором.

Я пригляделся к замигавшей на карте точке. Километрах в пятидесяти от нас, как я понял.

— Почему именно муравей? — полюбопытствовал я. — А вдруг это один из наших?

Точка как точка. Светло-зелёная и мигающая, без всяких опознавательных знаков.

— Варха, — негромко и совсем невесело произнёс брат. — Если б я не были заняты руки, я б тебе вломил.

Я прикусил губу. Конечно, он совсем недавно рассказывал мне, как различить сигналы на радарах и опознать, кто и где находится. Но мне тогда так спать хотелось. Ничего не запомнил.

— Ах, да, — соврал я, делая вид, что что-то вспомнил.

Он, прищурившись, покосился на меня, затем покачал головой и вновь вернулся к изучению окрестностей и приборов. Вскоре Нэйвин снял наушники и положил их на полку наверху. В тот же момент из колонок раздался чей-то голос:

— Сарыч, муравей на радаре.

— Вижу, — коротко ответил Нэйвин. — Глушилки на полную. Все.

— Есть.

Я дождался, пока он выключит передатчик, и торопливо спросил:

— Мы же не будем стрелять по муравью, пока в нём Сова, правда?

— Глушилку переключи на предел, — вместо ответа на вопрос сказал Нэйвин.

Я пробежал взглядом по кнопкам на панели управления. Сколько ж их тут… Вспомнить бы, где нужная…

— Раз, два… — слишком быстро начал считать Нэйвин.

Я быстро перещёлкнул тумблер.

Нэйвин засмеялся.

— Молодец, — снисходительно сообщил он. — На полную. Только это кондиционер.

— Что? — испугался я.

Я был абсолютно уверен, что всё сделал правильно! Я точно знаю, что кондиционер в пауке этой модели вообще настраивается в другой стороне!

— Шучу, шучу, — ответил Нэйв. — Всё верно.

— Что это ты вдруг развеселился?

— А что бы мне грустить? Змееяд жив, Сову скоро вернём. Погодка неплохая. Так, помолчи минутку.

Как будто я тут болтаю без умолку. Отвечать не стал, подождал, пока Нэйвин нажмёт кнопку связи и прикажет:

— Первый, четвёртый — вырубайте глушилки и берите сильно левее. Пусть увидит вас на радаре.

— Есть, — коротко ответили голоса пилотов.

Кнопка снова щёлкнула, шум связи стих. Нэйвин повернулся и подмигнул мне.

— Скоро проверим, как ты управишься с пауком, — странно весело сказал он и снова постучал пальцем по экрану радара.

Я посмотрел на карту. Точки почти всех наших машин, кроме двух, уходящих влево, пропали с радаров. Не было видно и муравья.

— А как мы его сигнал с глушилкой поймаем? — растерялся я.

— Придётся подвырубить, — отозвался Нэйвин. — Пока по следу. Смотри на землю. Он всю гусеницами разворотил.

— Ага, — согласился я. Следы и в самом деле заметные. — Тут надо было на лапы переключать, да?

— Да, — кивнул Сарыч. — Хотя дальше лапы могут увязнуть в грязи, и тогда бери тёпленького. Но всё же так было бы сложнее найти.

Снова щёлкнула кнопка связи.

— Так, ребятки, я на обгон. Подлезем поближе. Отставайте чуток.

— Сарыч, а вдруг их много? Пусть уж вместе…

— Приказ! — кратко ответил Нэйвин, и голос его не допускал возражений.

Уже выключив связь, Нэйвин посоветовал:

— Пристегнись, Варха. Будет немножко трясти.

Немножко трясти — это он мягко выразился. Едва я успел защёлкнуть пряжки, как паук взревел и резко рванулся вперёд. Я вжался в спинку кресла и на несколько секунд закрыл глаза. Но так меня начало укачивать, и я снова открыл их.

Нэйвин выглядел совершенно невозмутимо. Мне пару раз показалось, что паук вот-вот опрокинется. Но Нэйвин только кратко и весело бросил на одном из слишком лихих поворотов:

— Трясёт немного, да?..

— Немного, — согласился я, надеясь, что меня хотя бы не вырвет.

Другие быстро от нас отстали. Скоро их не было видно ни в окно, ни на радаре, да и на связь никто пока не выходил.

— Мы шумим сильно, — заметил я. — Разве можно так незаметно подойти?

— Не сильнее, чем разогнанный муравей, — ответил Нэйвин. — Вплотную подойдём — не почувствует.

Вопреки словам брата, муравья мы раньше увидели, чем услышали. Выкрашенный в светло-серый металл блеснул вдали за деревьями, и Нэйвин довольно рассмеялся. Щёлкнула застёжка ремня безопасности — Нэйв, не сбавляя скорости, встал и метнулся к ящику над дверью.

— Сядь за управление! — велел он.

Я быстро пересел. Стало как-то жарко — по-моему, я не был готов управлять пауком и в ситуации попроще.

— Подводи вплотную, Варха. Подберись к боку.

— Нэйв! — я так растерялся, что забыл и назвал его по имени. — Я же нас разобью сейчас!!!

— Расслабься. Это совсем не сложно.

Я не видел, что он делает сзади, но слышал стук ящиков и лязг вещей. На очередной неровности нас высоко подбросило, паук сильно накренился в сторону. Позади меня раздался грохот и брань Нэйвина.

— А-а, ты ж… Дай сюда! — он метнулся вперёд, к пульту, и почти сразу нас выровнял.

— Ты ударился? — испугался я.

— Вперёд смотри, идиот! — заорал Нэйвин, в этот раз уже утративший спокойствие.

Я поспешил выполнить указание. Муравей приближался — точнее, это мы подлетали к нему на предельной скорости. На очередном подлёте я ловко выровнял машину обратно.

— Молодец! — довольным голосом похвалил Нэйвин.

Мне стало жарковато. Услышать от Нэйва похвалу — не угрозу, не оскорбление, даже не холодный приказ — это случалось так редко.

— Подводи вплотную, — снова скомандовал Нэйвин. — Как только я переберусь, уходи резко вправо и тормози. Будет небольшой бабах.

— Что? — растерялся я. — Как только ты… что?

— Чтобы остановить муравья, надо или перебить ноги, или взорвать движок, или вырезать пилота. Здесь получится только третье. Я заберусь внутрь.

Я не стал отвечать. Уж Сарыч-то наверняка знает, что делает. Раз так надо…

— Вырубишь ещё глушилку. Передашь нашим, что я внутри.

— М… ладно…

— Не «м, ладно», а «есть!» — прикрикнул Нэйв.

Я не ответил, да и Нэйвин не торопился продолжать наставления, потому что сверкающий новой покраской борт муравья был уже слева от нас. Нэйвин хлопнул дверью кабины, выбираясь наружу.

— Ближе!..

Я притёрся почти вплотную. Казалось, что наши колёса вот-вот сцепятся с его гусеницами.

— Уходи вправо! — выкрикнул Нэйв.

В следующий миг раздался грохот и скрежет, перекрывший даже шум от моторов двух мчащих на пределе машин. Я дёрнул вправо, как и велел Нэйв, резко затормозил. Муравей продолжил двигаться вперёд — уже вместе с Нэйвином, закинувшим гарпун почти на крышу стальной махины. Нэйвин несколько мгновений висел на стене, цепляясь за верёвку гарпуна и ручку закрытой двери муравья. А потом он очень быстро забрался на крышу и перекатился на другую сторону, скрывшись от моего взгляда.

А потом раздался взрыв.

Миу

Как же здесь грязно и холодно! Мне казалось, что я бреду уже целую вечность.

Тонкая подошва не слишком ограждала от ледяной земли. Накинуть бы что-то на плечи, чтобы хоть немного заслониться от промозглого ветра, да вот угораздило же меня застирать брюки — холод ещё куда ни шло, но прикасаться ещё и к мокрому точно не хотелось.

Не знаю, почему в книгах и журналах писали про пользу свежего воздуха и прогулок. Головная боль, например, не просто не прошла — она превратилась в абсолютно невыносимую. И то, что я уже в самом начале пути принялась шмыгать носом, совсем не радовало.

И всё же я точно не хотела вернуться. Дело даже не в том, что за побег точно ждало серьёзное наказание. Просто все неприятности перекрывались ощущением свободы. Таким сладким, таким лёгким!.. Я шла, куда хотела, никого не спрашивая, не получая никаких приказов. Ночью, наверное, будет совсем холодно. Ну и ладно.

Если б не холод, я бы полюбовалась лесом. Я, видимо, шла на север от посёлка — помню, как Койя говорила, что к северу от Южного красивый сосновый бор. Так вот это он и был, сменил лиственные заросли. Прямые рыжеватые стволы поднимались далеко вверх, мокрая хвоя, запутавшая во мхе под ногами, пахла бесподобно. Подлеска почти не было, так, пара чахлых ростков кое-где. С одной стороны, это лучше — пока я пробиралась через кусты широколиственного леса чуть раньше, успела ободрать ноги колючими ветками. С другой, если вдруг кто-нибудь здесь пойдёт, спрятаться негде. Светло, просторно.

Погода выдалась не то чтобы ясная, но всё же светлая. Солнце скрывалось за тонкими белёсыми облачками и ажурными хвойными кронами. Впрочем, если бы в небе явно виднелся сияющий диск, мне бы это ничуть не помогло. Я читала, как определять время и стороны света, но разве я помню хоть что-то…

Интересно, как скоро меня хватятся и будут ли сразу искать? Быть может, и не обратят внимания. Я ведь нужна только Койе. Работник из меня далеко не лучший, с уборкой и готовкой куда лучше справляются другие. А Койя теперь в бегах, как и я. Только она лучше экипирована и приспособлена к таким приключениям, чем я.

Первую часть пути — не знаю, сколько она длилась — я бежала бегом. Выносливости хватило не надолго. От бега закололо в боку, и я, чтобы перевести дух, потом шла слишком медленно. Пожалуй, выгоднее идти пешком. Ну, в долгосрочной перспективе.

А ещё свежий воздух отлично пробуждал аппетит. Я на ходу сжевала пирожок, жалея, что он уже холодный и помятый. Сейчас бы вместо холодной воды чашечку горячего чая! Или кофе. Может, взбодрил бы. Немного утолив голод, я тут же захотела спать, и меня посетила очень неприятная мысль: а что же я буду делать ночью?.. Просто растянусь в грязи и буду спать, надеясь не окоченеть от холода?..

Время шло. Может, ползло, может, летело — кто ж его разберёт без часов. Вот любопытно, насколько велик этот лес. Вдруг тут надо неделю идти до ближайшего посёлка! Хотя зачем мне посёлок. Разве что это уже будет за границами сектора…

Миу

Как же здесь грязно и холодно! Мне казалось, что я бреду уже целую вечность.

Тонкая подошва не слишком ограждала от ледяной земли. Накинуть бы что-то на плечи, чтобы хоть немного заслониться от промозглого ветра, да вот угораздило же меня застирать брюки — холод ещё куда ни шло, но прикасаться ещё и к мокрому точно не хотелось.

Не знаю, почему в книгах и журналах писали про пользу свежего воздуха и прогулок. Головная боль, например, не просто не прошла — она превратилась в абсолютно невыносимую. И то, что я уже в самом начале пути принялась шмыгать носом, совсем не радовало.

И всё же я точно не хотела вернуться. Дело даже не в том, что за побег точно ждало серьёзное наказание. Просто все неприятности перекрывались ощущением свободы. Таким сладким, таким лёгким!.. Я шла, куда хотела, никого не спрашивая, не получая никаких приказов. Ночью, наверное, будет совсем холодно. Ну и ладно.

Если б не холод, я бы полюбовалась лесом. Я, видимо, шла на север от посёлка — помню, как Койя говорила, что к северу от Южного красивый сосновый бор. Так вот это он и был, сменил лиственные заросли. Прямые рыжеватые стволы поднимались далеко вверх, мокрая хвоя, запутавшая во мхе под ногами, пахла бесподобно. Подлеска почти не было, так, пара чахлых ростков кое-где. С одной стороны, это лучше — пока я пробиралась через кусты широколиственного леса чуть раньше, успела ободрать ноги колючими ветками. С другой, если вдруг кто-нибудь здесь пойдёт, спрятаться негде. Светло, просторно.

Погода выдалась не то чтобы ясная, но всё же светлая. Солнце скрывалось за тонкими белёсыми облачками и ажурными хвойными кронами. Впрочем, если бы в небе явно виднелся сияющий диск, мне бы это ничуть не помогло. Я читала, как определять время и стороны света, но разве я помню хоть что-то…

Интересно, как скоро меня хватятся и будут ли сразу искать? Быть может, и не обратят внимания. Я ведь нужна только Койе. Работник из меня далеко не лучший, с уборкой и готовкой куда лучше справляются другие. А Койя теперь в бегах, как и я. Только она лучше экипирована и приспособлена к таким приключениям, чем я.

Первую часть пути — не знаю, сколько она длилась — я бежала бегом. Выносливости хватило ненадолго. От бега закололо в боку, и я, чтобы перевести дух, потом шла слишком медленно. Пожалуй, выгоднее просто идти пешком. Ну, в долгосрочной перспективе.

А ещё свежий воздух отлично пробуждал аппетит. Я на ходу сжевала пирожок, жалея, что он уже холодный и помятый. Сейчас бы вместо холодной воды чашечку горячего чая! Или кофе. Может, взбодрил бы. Немного утолив голод, я тут же захотела спать, и меня посетила очень неприятная мысль: а что же я буду делать ночью?.. Просто растянусь в грязи и буду спать, надеясь не окоченеть от холода?..

Время шло. Может, ползло, может, летело — кто ж его разберёт без часов.

Вот любопытно, насколько велик этот лес. Вдруг тут надо неделю идти до ближайшего посёлка! Хотя зачем мне посёлок. Разве что это уже будет за границами сектора…

Я всего лишь хотела домой. Не на базу, а туда, в настоящий дом. Просто хотела, чтобы рядом были те, для кого я человек, а какое-то нелепое существо с кошачьей кличкой.

А здесь было далеко не так тихо, как казалось сначала. Почва под ногами то шелестела, то хлюпала. Ветки то и дело колыхались, то от свистящего ветра, то от говорливых птиц, не видящих во мне угрозу и пытавшихся прятаться. Какая-то прошмыгнувшая наверху белка швырнула вниз огрызки шишки — чуть-чуть не по голове. Странно, что она не убегала. Наверно, я ещё слишком близко к посёлку, и белка привыкла к людям и вовсе не боялась.

Койя всегда проверяла, что я беру с собой, и потому я давно отвыкла пытаться взять в поездки «лишние» вещи. Почему я не подумала, что Нэйвин не станет возиться с такой ерундой, как проверка моей сумки! Почему не взяла побольше одежды, чего-нибудь тёплого, полезных мелочей!.. Просто смешно.

Я сунула руку в сумку, на ходу ковыряясь в содержимом. Как будто надеялась, что туда случайно упало что-нибудь нужное для путешествий, и сейчас я найду в глубине своих запасов что-то неожиданное.

Но самым странным и совершенно не радостным было то, что я это в самом деле нашла. Пальцы вдруг нащупали что-то непредвиденное. Холод железа. Что-то маленькое и твёрдое. Я попыталась подцепить незнакомый предмет, но он не поддался. Я резко остановилась, заглядывая в сумку.

На шве торчал продолговатый кусочек пластика с тонкой полосой железа на верхнем боку. Небольшой, размером с ноготь. Так и не заметишь, если не будешь шарить рукой в надежде найти что-то лишнее. У Койи в одном из ящиков была целая коробка с такими, так что я точно знала — это маячок. И он был намертво вцеплен в шов крепежами.

Как же его отцепить?! Я не могу нести всё в руках, у меня на одежде только один крохотный карман, в который не влезет даже фляжка, сумка очень нужна!.. Нельзя ни выбросить её, ни оторвать маячок, не порвав шва! Я нервно огляделась. Срочно надо избавляться от него.

Зараза Нэйвин! Так старательно обратил моё внимание на подслушивалку! Я и подумать не могла, что он добавит что-то ещё. Какая же я дура! Зря, что ли, смотрела фильмы про пиратов?! Обманный сундук с дешёвой ерундой, закопанный чуть выше настоящего клада — лучшая защита своего золота… Почему это не подсказало мне идею?! Так легко избавиться от средства слежения — ну конечно, конечно это должно было быть обманом!..

Я попыталась разогнуть крепления. Получилось только переломать ногти и расцапарать пальцы. Попробовала оторвать, решив смириться с дырой в сумке, но сил не хватало… Я вытащила из сумки одежду, завернула в майку оставшийся пирожок, запихала в карман шоколадки. Сгребла в охапку свои вещи и забросила опустошённую сумку в сторону — так далеко, как смогла. И бросилась бежать, судорожно прижимая к себе свои невеликие сокровища.

Спохватилась я поздно. Нежный шум леса уже угасал под настающим гулом машины. Где-то, ещё вдалеке, ехал паук.

Вообще-то он не был очень громким. То, что называют «рёвом мотора», к приглушённому сопению лениво ползущей машины подходило плохо. И всё же я прекрасно слышала его даже через шелест и вязкое хлюпанье подгнившей хвои под ногами.

Звук приближался. Оглядываться я боялась, но громкость его нарастала. Значит, расстояние между нами сокращалось. Глупо надеяться, что на своих двоих смогу обогнать боевой вездеход. Стало быть, остаётся только одно — прятаться!

Мне повезло. Я споткнулась и свалилась в овражек, почти не заметный со стороны. Здесь расползлись торчащие наружу корни и подсохшие остатки какого-то кустарника; я закатилась под колючий навес корней, сжавшись, и решила затаиться, пока гул машины не станет затихать.

Но он не затихал, а становился громче. Всё громче, всё ближе. Сорваться, что ли, с места, да броситься наутёк со всех ног?.. Это, конечно, худшая идея. Но она лезла и лезла в голову, требуя спасаться бегством. Внутренний голос отчаянно вопил, что просто сидеть и ждать — жутко, слишком страшно.

Судя по звуку, машина остановилась где-то недалеко. Совсем рядом, достаточно близко, чтобы легко заметить меня, если я хоть немного высунусь из своего убежища. Мотор совсем выключился, ненадолго вернулась лесная тишина. Высунуться бы только чуть-чуть, подсмотреть, что там происходит…

— Иди сбегай, а я попробую починить.

Даже ближе, чем я думала. Сразу стало жутко неудобно. И ветки кололись, и спина зачесалась, и в носу что-то щекоталось, требуя немедленно чихнуть. Я застыла, боясь судорожным движением всколыхнуть ветки и корни.

— Ладно, — отозвался ещё один.

Напряжённый слух различал приглушённые шаги. Свежий запах хвои угас под облаком табачного дыма. Слишком близко! Слишком!.. Но шаги, кажется, удалялись. И долго длилось молчание. Рука, которую я неудачно положила под бок, начала затекать, но шевельнуться я всё не решалась. Лязгнуло что-то металлическое, голос выругался, затем снова обратился к напарнику:

— Ну что там?

Ответ прозвучал с примесью шипения и треска — рация.

— Только сам маяк. Никого, — прохрипел приёмник.

— Тогда возвращайся шустрей! Не могу сам поменять, не дотягиваюсь!

— Да иду я!..

Похоже, в их машине какие-то неполадки. Неужели нельзя было сломаться в другом месте! Я начинала паниковать. Ну разве можно вот так неподвижно сидеть, когда разговор слышен уже практически над головой!

А потом мне на плечо свалился окурок.

Я резко дёрнулась, сбрасывая его. Другим плечом ударилась в нависшие корни. Толстый слой сухих иголок зашелестел — негромко, но всё же достаточно подозрительно. Я замерла, надеясь, что неожиданное шевеление осталось незамеченным. Пара секунд невыносимо напряжённой тишины. Затем краткое:

— Вылезай. Видел.

Я не двинулась. В душе ещё теплилась глупая надежда, что это вообще не мне. А может, он просто на всякий случай спросил, и вообще не уверен, что я здесь. Если помолчать и не двигаться, вдруг решит, что померещилось?..

— Миу! Выходи! — повторил он.

Я подождала ещё. Он спрыгнул в овраг рядом и, наклонившись, посмотрел прямо на меня.

— Ну что? — дружелюбно сказал он. — Вылезаешь?

Я выбралась из своего укрытия, отряхиваясь и не отвечая. Мужчину я узнала — много раз видела его на базе. Разговаривать прежде не доводилось, но издалека я часто его видела. Кажется, его звали Моруэн.

— И это всё забери, — посоветовал он, указав рукой на мои скромные пожитки.

Я подобрала вещи, распрямилась и сердито посмотрела на него. Интересно, а быстро ли он бегает? Можно попробовать сейчас сорваться с места… Стрелять он в меня не посмеет — Койя за такое… ах да. Койя мне больше не поможет.

Моруэн что-то нащёлкал в своём наруче, затем сказал:

— Иди к машине.

Я развернулась и нарочито медленно зашагала к стоящему в двадцати шагах пауку. С другой стороны сюда же шёл другой мужчина в солдатской форме.

— Нашёл? — издалека крикнул он.

— Как видишь! — откликнулся Моруэн.

Я остановилась возле паука, уткнув взгляд в землю. Не хотелось видеть ни мужчин, ни машины. Подошедший Моруэн подхватил меня и подсадил наверх, и я забралась в кабину. Усевшись на заднее сиденье, положила пожитки рядом и откинулась на спинку кресла. Моруэн залез следом и открыл ящик над входом, доставая оттуда плотную рубашку и протягивая мне.

— Накинь. Машинка что-то притомилась, — сообщил он, — так что обогрева пока нет.

Я демонстративно скрестила руки на груди, отказываясь от подачки.

— Ой, вот не надо этого! — раздражённо сказал Моруэн. — Слушай, я ведь тоже, по сути, человек подневольный. Мне приказывают — я выполняю. Я ж тебе зла не желаю!

Отвечать не стала, как и соглашаться принять рубашку. Пару секунд он ещё подождал, глядя на меня сердитым взглядом, потом покинул кабину.

Надо было всё же взять какую-нибудь из книг Нэйвина. Наверняка там была куча про управление пауком. Взяла бы и угнала сейчас машину. Тогда точно можно было бы легко отправиться хоть на край света. Но я не знала, что значат все эти кнопки и рычаги, и просто ждала, пока двое мужчин прекратят копаться в двигателе и отвезут меня обратно.

Обратно… Сдаться. Смириться. Какая бесславная вышла попытка бегства! Неужели всё так и закончится…

А они очень увлечены починкой. Может, тихонько выбраться из кабины с другой стороны и рвануть, что есть сил, наутёк? Вряд ли что-то получится. Но я хотя бы успокою совесть тем, что попыталась. Я не хочу назад. Не могу. Не теперь, когда я успела понадеяться на свободу.

Тихо щёлкнула ручка двери. Я придержала её и посмотрела на мужчин, но они не глядели в эту сторону, что-то делая в моторе и увлечённо переругиваясь. Тогда я толкнула дверь и осторожно встала на верхнюю ступеньку. Нет, по-прежнему не смотрят. Я спрыгнула вниз. Когда ноги коснулись земли, ещё раз воровато оглянулась и торопливо зашагала, обходя машину сбоку.

— Эй!

Окрик, вероятно, должен был меня остановить, но я среагировала совершенно иначе — рванула прочь так быстро, как только могла. Но то ли я бегаю как-то не так, то ли просто все остальные умеют делать это гораздо быстрее.

— Стой!!!

Я, конечно, не остановилась. Но напарник Моруэна догнал меня в два счёта, сбил с ног, прижал к земле, не давая и дёрнуться.

— Полегче, Ларри! — крикнул ему Моруэн.

— Связать или будешь сидеть смирно? — спросил Ларри совсем не дружелюбным голосом.

Я что-то буркнула, но слова утонули где-то в толще почвы и хвои, в которую меня ткнули носом. Ответ признали, похоже, за «сидеть смирно», потому что Ларри отодвинулся. Вставать я не торопилась, только перевернувшись на бок.

— Поднимайся! — рявкнул Ларри.

Надо было разговаривать с Моруэном. Его напарник кажется намного грубее. Впрочем, тоже подбежавший Моруэн вовсе не собирался за меня вступаться. Посмотрев и поняв, что Ларри и один прекрасно со мной справится, Моруэн вернулся к ковырянию в моторе.

Нет, тут без шансов. Я встала, не желая лишний раз злить этого нервного.

— Пройди и сядь рядом рядом с Моруэном, — велел Ларри.

Я сделала несколько шагов и остановилась почти вплотную к склонившемуся над двигателем Моруэном.

— Сядь.

Сидеть на холодной земле не хотелось, как и спорить. Я опустилась на корточки, поправила низ сарафана и принялась наблюдать за летающей вокруг колеса мошкой. Убедившись, что я не шевелюсь, Ларри снова стал помогать Моруэну с починкой.

Думаю, они разбирались ещё где-то полчаса. Потом наконец Ларри забрался в кабину и, заведя мотор, довольно заулыбался и крикнул Моруэну:

— Порядок, поехали!

Моруэн снова помог мне забраться в кабину, потом уселся в кресло пилота.

— Нашли девчонку и возвращаемся, — сообщил он по рации.

Ларри пересел с переднего сиденья ко мне, пообещав не спускать с меня глаз всю дорогу до посёлка. Я, решив его игнорировать, отвернулась в другую сторону и закрыла глаза, делая вид, что дремлю.

Мы вернулись в Южный очень быстро. Путь, что я проделала за половину дня, сейчас занял меньше десяти минут.

Моруэн остался в машине. А Ларри повёл меня в один из домов — тот, где утром со мной прощался Нэйвин.

Мы вошли внутрь, зашагали по коридору. Остановившись перед одной из дверей, Ларри приказал мне разуться. Я скинула грязные ботинки, отодвинула их в сторону. Ларри открыл дверь и жестом велел мне войти.

Сам он сюда не пошёл. Дверь закрылась за моей спиной.

В комнате — точнее, это оказалась больничная палата — были двое: Ренна, сидевшая на скамейке под широким окном, и Самейр. Причем Самейра я заметила не сразу. Он полулежал на койке, почти такой же белый, как простыни, и был совершенно неподвижен.

— Ренна, выйди, произнес он.

Я вздрогнула, не узнав его голоса. Тихий, дрожащий… болезненный. Ренна поднялась и ушла, что-то укоризненно бормоча себе под нос.

— И что Нэйвин велел передать? — спросил Самейр после недолгой тишины.

Я немного помолчала. В голову лезли глупые и наглые ответы, но хамить раненому было слишком стыдно.

— Чтобы ты ничего не говорил про побег Койи, — сказала я. — Чтобы сказал, что её похитили, а тебя ранил республиканец.

Самейр прикрыл глаза и, похоже, задумался — или просто собирался с силами для ответа.

— Что искала в лесу?

— Ничего.

— Просто попытка побега?

— Да.

— Что ещё Сарыч говорил?

— Ничего.

Снова несколько секунд молчания.

— Позови Ларри.

Я не стала медлить. Ларри ждал в коридоре, чуть поодаль от двери, и о чём-то тихо беседовал с Ренной, тоже стоявшей около стены. Я передала Ларри, что Самейр хочет его видеть, и солдат тут же торопливо прошёл и скрылся за дверью. Я хотела отойти к окну, но Ренна хмуро сказала:

— Стой на месте, пожалуйста.

Я пожала плечами. Обратно Ларри вышел быстро, почти сразу, и тут же подхватил меня под руку, куда-то утаскивая.

— Куда? — вяло попытавшись выдернуться, спросила я. — Куда ты меня тащишь?

— Куда надо.

— Зачем?..

— Чтоб больше не пыталась сматываться, — ответил Ларри, и попытка вырвать руку из его хватки стала уже настойчивее.

— Что ты хочешь сказать? Что ты хочешь сделать?! — упираясь и не желая двигаться дальше, попыталась вызнать я.

Его слова пугали. Что это значит?.. Что такого можно сделать, чтобы я больше не пыталась убежать?! Вместо ответа он завёл мою руку за спину, толкнул вперёд, требуя идти вперёд. Я вскрикнула, но ещё раз попыталась вырваться.

— Ларри! — вмешалась Ренна, сделав неуверенный шаг навстречу и застыв с чуть поднятой рукой — словно хотела помочь, но не могла решиться. — Ты ей так руку сломаешь!..

— Куда ты меня тащишь?! — требовательно повторила я, сопротивляясь изо всех своих скромных сил.

— Ларри, отвечай! — снова встряла Ренна, и её вопрос Ларри игнорировать не стал.

— Змееяд велел поставить метку, — ответил он, обращаясь к Ренне. — У неё нет рабской метки, вот и надеется смыться.

Я на мгновение замерла, не веря своим ушам. А потом рванулась изо всех сил, пытаясь избавиться от хватки Ларри.

— Так нельзя! — закричала я. — Никто из вас не имеет права!!! Только Койя может…

— Койи тут нет, — спокойно ответил Ларри, не обращая внимания на мои порывы.

Я умудрилась дёрнуться и изо всех сил стукнуть его ногой в колено. Это вывело его из равновесия — во всех смыслах. Ларри зашипел, пошатнулся, чуть ослабил хватку. Я выскользнула и помчалась прочь по коридору. Ларри — за мной. В фильмах обычно что-то опрокидывают на пол, чтобы задержать преследователей, но как назло коридор был абсолютно пуст.

— Стой!.. — рявкнул Ларри.

За поворотом меня ждал неприятный сюрприз. Входная дверь, к которой я так мчалась, распахнулась, и в неё влетел Моруэн.

— Держи! — крикнул ему Ларри.

Я бросилась в другую сторону, но что-то прилетело мне вслед, больно ударив по ноге. Я споткнулась и упала. Встать уже не успела — Ларри навалился сверху.

— Верёвка есть? –

— На.

— Не надо! — взмолилась я. — Пожалуйста, не надо! Подождите немного, вернётся Койя и…

— Извини, — просто ответил Моруэн, ничего не поясняя не обещая.

Я всхлипнула. Верёвка туго стянула руки за спиной.