В поисках имени

Глава 2. Вестники Республики

Миу

Можно было попытаться пойти к Шмелю и сказать, что дверь заело. Или что Койя просто забыла или случайно заблокировала вход. Он в два счёта взломает этот замок. Но с другой стороны… нет, он помогать не будет, даже если не заподозрит неладного. А если заподозрит — вообще пиши пропало.

Сидеть оставшееся до возвращения Койи время под дверью мне вовсе не хотелось, да и слишком уж привлечёт внимание персонаж, устроившийся на ночлег прямо посреди коридора. Ещё несколько секунд продержав ключ у не отвечающего замка, я направилась к лестнице. Этажом ниже была комната прислуги, там жили Мира и Шиана — прачка и кухарка. Можно было поспать там, место найдётся, да и общество Миры и Шианы приятнее, чем одиночество или компания кого-то из Птиц.

Откуда-то справа доносились громкие возгласы и смех. Видимо, не все солдаты клана поехали в деревню вместе с Нэйвином — кто-то шумно отмечал своё возвращение домой. Конечно, покровительство Койи даже в её отсутствие бережёт меня, но всё же неприятных встреч не хотелось. Я поторопилась, желая поскорее скрыться из коридоров.

Слишком уж бежать мне не стоило. За поворотом, у входа на лестницу, я столкнулась со Шмелём. Столкнулась в буквальном смысле — я с разбегу влетела в него, чуть не сбив его с ног.

Шмель давно живёт здесь, лет десять. Но родился он далеко на севере, в секторе К-4. Когда К-4 присоединился к Республике, Шмель бежал сюда. Птицы приняли его — умение разбираться с разного рода техникой сделало Шмеля желанным гостем. Сначала он что-то чинил в поселениях сектора, но потом ему разрешили перебраться на базу. Теперь он приглядывает за этим «убежищем», исправляя поломки и настраивая новые приобретения Птиц.

— Эй, полегче! — возмутился он. — Смотри, куда прёшь!

Воздух вокруг наполнился перегаром и дымом — не табачным, сладковатым. Я извинилась и хотела было обойти его сбоку, но он протянул руку и придержал меня за локоть.

— Куда несёшься?

— В прачечную, стирать, — быстро ответила я.

Он отпустил мою руку и пошёл вперёд; я облегчённо вздохнула и шагнула было к лестнице, но тут Шмель вдруг резко остановился и развернулся, подозрительно глядя на меня:

— Сова же в патруль ушла…

— Сарыч послал, — предельно спокойно и невинно хлопая ресницами, ответила я.

Надо было ответить, что Койя успела дать задания перед отъездом. И почему я сперва говорю какую-то ерунду, а только потом придумываю что-то адекватное!..

— Что за бред? Да и… его ж тоже нет, — мутный взгляд Шмеля упал на книгу, которую я по-прежнему нервно прижимала к груди. — А это у тебя что?.. Откуда?

— Это книга Сарыча, её надо почистить, она пыльная, — выпалила я.

Это уже ни в какие ворота. Ничего глупее я просто не могла придумать.

— В прачечной? — растерянно протянул Шмель.

На моё счастье, он был явно крайне нетрезв и соображал долго. Я решила воспользоваться этим, спешно кивнула и побежала вниз по лестнице. Неужели обошлось?! Сердце заколотилось, как бешеное. Я успела спуститься до последней ступеньки, когда Шмель всё-таки возмущённо крикнул сверху:

— Э-э, что за бред, э?! Ну-ка, сюда!

Я на миг замерла. Вернуться? Даже если удастся выкрутиться и что-нибудь наплести, рядом со Шмелём сейчас можно задохнуться. Я решила сделать вид, что не слышала его возгласа. Всё равно он завтра ничего не вспомнит — главное скрыться сейчас из его поля зрения.

Вообще, здесь шанс столкнуться с кем-то из Птиц совсем невелик. Эта лестница приводит к тупику одной из «веток» базы, и весь дальнейший блок занят помещениями прислуги — пара жилых комнат, кладовки, кухня, прачечная… Шмеля, должно быть, звали что-то тут починить. Я спешно зашагала по коридору, стараясь ступать бесшумно и попутно прислушиваясь. Шмель за мой не пошёл; шаги человека, особенно такого грузного, как Шмель, по железу лестницы были бы слышны.

Вскоре я уже была в комнате Миры и Шианы, но ни одной из них на месте не оказалось. Решив, что они обе заняты из-за возращения Птиц, я вознамерилась устроиться где-нибудь в уголке и заснуть, не дожидаясь их возвращения. Так я и сделала — стащила со склада напротив плед, кинула его на пол и, завернувшись, как в кокон, задремала у стены.

Разбудил меня, вопреки ожиданиям и надеждам, не ласковый голос Миры и не насмешливые замечания Шианы, а трель из электронного табло у двери. Я разлепила глаза, высунулась из своего «спального мешка» и, щурясь, воззрилась на светящуюся надпись. Отсюда совершенно не было видно крохотных букв. Сначала я хотела проигнорировать сообщение, естественно полагая, что адресовано оно кому-то из живущих здесь женщин, но настойчивая трель всё равно не давала заснуть. Я высунула ноги из кокона и, по-прежнему кутаясь в плед, подошла к табло.

«00.55. Непринятое голосовое сообщение от: ветка 6, табло 12» — пробегали по экрану буквы.

Что ж, послание откуда-то от больничного крыла. Точнее, из комнаты рядом. Что если им срочно что-то нужно? Хотя тогда они бы воспользовались своим табло, а не шли в соседнее помещение. Впрочем, оно могло и сломаться.

Я всё же сбросила плед, протянув руку и нажав на кнопку «принять». Раздался, как ни странно, голос Вархи.

«Я ищу Миу. Если она у вас, пусть идёт сюда. Ветка 6, этаж 2. Это я, Варха».

Я вздохнула. Спать хотелось гораздо больше, чем снова шастать по базе, рискуя напороться на кого-нибудь неприятного. Впрочем, в ветке 6 вряд ли я могла встретить кого-то, кто не озабочен больше своим здоровьем, чем поиском приключений или общения. Я потянулась, зевнула и решила, что просто так Варха не стал бы куда-то манить меня посреди ночи. Придётся идти.

Нажав кнопку «Ответить», я кратко сообщила:

— Иду!

Уже в конце коридора я вновь услышала трель звонка; возвращаться и слушать ещё одно я не стала. Никто мне по пути не попался. Я неторопливо вышагивала, зевая, пока не добралась до начала ветки 6 и не поднялась на лифте до второго этажа. Здесь было гораздо чище, чем в ветке 4, где я провожу большую часть времени. Белая краска на стенах и светло-серая на полу начищены до блеска, нигде не портят вид следы ботинок или пятна от чего бы то ни было. Я огляделась по сторонам. Коридор был пуст, но тихо не было — кто-то разговаривал за какими-то из серых дверей, где-то шумели какие-то приборы. Должно быть, в больничном отсеке есть раненые после рейда. Я постаралась бесшумно пройти до двери с табличкой «6-12. Библиотека». Подойдя, толкнула дверь, широко её распахивая. Яркий, почти режущий свет, высокие, под потолок, с книгами, кучи коробок разного размера, стремянка, на которой уселся Варха — куда больше похоже на склад, чем на библиотеку.

— Упс, — еле слышно вырвалось у меня, когда я поняла, что Варха в захламленной комнате не один.

Возле полки, спиной ко мне, стоял ещё один человек. И его невозможно было не узнать даже со спины.

Варха вытаращил на меня глаза и нервным жестом попытался внушать мне сейчас же испариться. Я попятилась назад, но тут Нэйвин — да, это был он — обернулся и заметил моё присутствие. Варха с размаху хлопнул себя ладонью по лбу.

— Я же сказал тебе не идти!.. — простонал он.

— Ты как раз сказал идти, — не сдержалась и возразила я, стараясь смотреть только на Варху.

— Я же отправил второе…

— Я ушла сразу, как получила первое!

— Я не знал, что он сюда придёт, я думал, что сюда точно… Я сразу тебе отправил ещё, как только он пришёл…

— Ничего, что я здесь? — чуть наклонив голову на бок и воззрившись на меня с любопытством, вмешался Нэйвин.

Мы с Вархой замолчали, оба опустив взгляды в пол.

— Ключ от комнаты ещё у тебя, Миу? — спросил Нэйвин. Мягко и дружелюбно.

— Да, но Сова заблокировала дверь, наверное, случайно…

— От моей комнаты, — уже резче перебил он.

Я сунула руку в карман, выудила карту и, сделав шаг вперёд, протянула Нэйвину; но он рассмеялся, покачал головой и сказал:

— Там и отдашь. Отправляйся, и в этот раз — не заблудись. Когда я вернусь, ты будешь там. Ясно?

Я наклонила голову, собираясь кивнуть, но так и застыла. Идти туда мне совсем не хотелось.

— Живо, пошла! — рявкнул Нэйвин, и я почти бегом вырвалась из библиотеки.

— Я правда не… — крикнул было вслед Варха, но я не слушала и не слышала. Всё заглушали и мой топот, и стук сердца, отчего-то громыхавший где-то в голове.

Сбежать на край земли или спрятаться в дальнем углу какого-нибудь склада — вот о чём я мечтала, вновь приближаясь к комнате Нэйвина. Но куда сбежишь с закрытой базы? А если спрятаться… Потом найдут и будет хуже.

Вот и дверь его комнаты. Приложила ключ, вошла внутрь, включила свет. Хотела ждать Нэйвина так, стоя у входа, но дрожавшие ноги никак не хотели меня держать. Я села на диван и согнулась, охватив руками колени. Кровь прилила к голове, лицо пылало, а ладони казались, напротив, отмороженными. Мне стало холодно, и по коже пробежали мурашки. Койя не раз и не два поднимала на меня руку, но так, чтобы сильно побить — это было всего пару раз за эти десять лет. Боли я боялась — не буду притворяться смелее, чем я есть. Ужасно боялась. Но сейчас леденящий тело и душу страх рос вовсе не от боязни перед наказанием. У Койи есть одно огромнейшее преимущество перед всеми другими возможными хозяевами. Она — женщина. А Нэйвин…

Как же мне могло так не повезти! Ведь он и в самом деле наверняка не вспомнил бы обо мне, если б я сама не пришла к нему снова…

Пискнул считыватель карт, вновь открылась дверь. Я распрямилась, но ни встать, ни поднять голову на вошедшего Нэйвина так и не смогла. Краем глаза я видела, как он прошагал до середины комнаты, затем остановился, наклонившись и поставив на пол какую-то большую коробку.

— Сбегай на кухню, — скомандовал он. — Принеси мне выпить.

Я была так рада покинуть эту комнату хоть ненадолго, что сорвалась с места, даже не уточнив, чего именно он хочет. Эта мысль догнала меня уже потом, когда я перешагнула порог кухни и увидела Шиану, сосредоточенно начищающую кастрюлю.

Кухня была очень просторной. Днём здесь готовили на всю базу — а тут жили почти пара сотен человек.

— А, привет, — покосившись на меня, устало произнесла Шиана. В следующее мгновение она вдруг снова резко обернулась, уставилась на меня, вытаращив глаза, и спросила: — Эй, что с тобой? Ты в порядке?

Я кивнула. Шиана поставила кастрюлю в раковину и настойчиво повторила:

— В порядке? Точно? Ну-ка подойди. Ты не заболела? Ты белая, как смерть!

Я подошла к Шиане, и она коснулась моего лба протянутой ладонью. Её пухлые пальцы показались мне ледяными, но это было даже приятно.

— Да ты заболела! Жар вот… глаза больные, — воскликнула она. — Почему к Мире не пришла? У неё есть таблетки… а, Мира ушла, да. Ладно, а почему не в больничное…

— Шиана! Я не больна, — перебила я. Задумавшись, что же мне нужно, я просто повторила слова Нэйвина: — Дай мне что-нибудь… что-нибудь выпить.

— Конечно, — засуетилась Шиана, бросаясь к шкафчикам чуть левее. — Сейчас сделаем тебе чайку погорячее, отогреешься…

— Не мне! — торопливо исправилась я. — Это… сказали принести…

Шиана замерла.

— А, — как-то растерянно сказала она. — Так… А что нужно?

— Не знаю, — честно призналась я. — Я… не спросила…

— Для Койи?

— Для… — в горле пересохло, и я сглотнула, прежде чем тихо выдохнуть: — Сарыча.

Шиана нахмурилась.

— Я думала, Койя тебя не подпускает к своим братьям. Или их к тебе.

— Она… — я начала было говорить, но замолчала. Рассказать о произошедшем я не могла. Просто язык не поворачивался. Да и зачем? Помочь Шиана не сможет, а сочувствие и понимание сейчас только окончательно унизят меня. — Она уехала.

Шиана вздохнула и, открыв дверцы шкафчика, достала большой чайник.

— Погоди, сейчас сделаю.

— Думаешь, он будет чай? — недоверчиво спросила я.

Койя ненавидела чай. И вообще, если она посылала за «чем-нибудь выпить», то это было что-то алкогольное — другими напитками Койя вполне напивалась за обедом.

— Да, будет. Он любит чай. Возьми-ка поднос. Да, вот там. Чашки я только что помыла, вон около раковины. Да, вот эта подойдёт. Он сказал только выпить? Еда не нужна?

Я пожала плечами. Тут, словно ответ на вопрос Шианы, раздалась трель звонка. Шиана подбежала к табло связи, на ходу вытирая руки о передник, и торопливо нажала кнопку.

— Миу тут? — раздался хрипловатый голос Нэйвина.

— Да, — отозвалась Шиана.

— Отлично. Пусть захватит что-нибудь погрызть. Лучше сладкое. Хотя… перекусить чем-нибудь я тоже не против. Что угодно сойдёт, только побыстрее.

— Хорошо!

Экран мигнул зелёным и погас. Шиана принялась искать нужную снедь.

Минут десять спустя я принесла к двери Нэйвина изрядно нагруженный поднос. Шиана наложила всего в ассортименте: кроме тяжёлого термоса с чашкой, на белом пластмассовом кругу были выставлены тарелки с какими-то пирогами, с бутербродом с мясом, с салатом, с цукатами, а также маленькая бутылка с вином, которую Шиана всё же решила добавить к запросу о выпивке, и бокал к ней. Мне пришлось временно поставить поднос на пол, чтобы открыть дверь.

Нэйвин лежал на кровати, уже переодевшись в затёртые светлые штаны и бесформенную растянутую футболку — видимо, он использовал вместо пижамы просто старую, попорченную временем одежду. Однако спать он не собирался — он лежал поверх одеяла и читал, держа на весу перед глазами, какой-то журнал. Я застыла с подносом в руках, пока Нэйвин не отвлекся на секунду от чтения и не сказал:

— Да поставь ты его на стол!

Это я тут же и сделала. И снова встала, не зная, что мне теперь делать. Койя разрешала мне почти всё — будь вместо Нэйвина она, я бы просто пошла валяться и читать тоже. Но как на это отреагирует Нэйвин, я не знала.

— Чай? — спросил Нэйвин.

— Чай, — подтвердила я.

Подумав, что вежливее будет добавить что-то я ещё, я промямлила:

— Шиана сказала, что ты… — тут я запнулась, вспомнив сказанное им раньше, и очень спешно исправилась: — Шиана сказала, что вы любите чай!

Нэйвин резким движением закрыл журнал и бросил его на кровать рядом с собой. Он повернулся ко мне, и я увидела, что Нэйвин ухмыляется.

— А ты быстро учишься, да? — довольно дружелюбно произнёс он.

Я не стала отвечать.

— Ладно, — он резко поднялся, сев.

На секунду решившись поднять на него взгляд, заметила, что он смотрит на меня с каким-то странным, обжигающе насмешливым любопытством. Я постаралась сосредоточиться на термосе и чашке, но дрожащими руками всё же пролила немного мимо.

— Растяпа, — спокойно, нарочито растягивая это слово, прокомментировал Нэйвин.

Я вытащила из кармана сарафана салфетку, собираясь вытереть пролитый чай, но Нэйвин вдруг протянул вперёд руку и схватил меня за локоть, останавливая.

— Брось, — велел он. — Я всё равно пролью ещё. Потом вытрешь.

Я молча кивнула, положила салфетку на край стола и взяла полную чашку, протягивая её Нэйвину. Он не спешил отпускать мою руку, и даже боковым зрением, не решаясь поднять на него глаз, я видела — Нэйвин пристально изучает меня всё тем же непонятным мне взглядом.

— Ты чего ледяная? Замёрзла? — спросил он.

Я замотала головой. Нэйвин рассмеялся и, наконец меня отпустив, взял чашку и сжал её обеими ладонями.

— Знаешь, — произнёс он как-то немного рассеянно, — конечно, очень забавно наблюдать, как ты дрожишь в ужасе, но уже малость поднадоедает. Расслабься.

Расслабиться, конечно, не получилось. Да я и не очень пыталась. Нэйвин встал; я отшагнула назад, чтобы дать ему сесть за стол. Но он только поставил чашку обратно на поднос и повернулся ко мне. Я попыталась сделать ещё шаг назад, но Нэйвин не дал этого сделать, положив руки мне на плечи и так сильно сжав их, что я пискнула от боли. Хватка тут же ослабела, но спокойнее не стало.

— Сколько тебе лет? — почему-то спросил он.

— Восемнадцать… — еле слышно выдохнула в ответ я.

— Примерно, да?

— Да…

— Давно была на улице?

Я растерялась.

— В смысле, давно выходила с базы? Койя таскала тебя на прогулки?

Я закивала.

— Когда?

— В прошлый раз — две недели назад, — всё ещё не понимая, о чём он вообще говорит, ответила я.

— Куда?

— В деревню…

— Какую именно?

— Я не знаю… Там теплицы. Много-много больших теплиц с синими ягодами.

— Зачем?

— Я попросила, и она взяла меня с собой…

— Я имел в виду, зачем Койя туда попёрлась?

Я прикусила губу. Одним из условий, на которых Койя позволила мне эту прогулку, было молчание. На самом деле, это вообще было главным условием моего выживания — Койе нравилось говорить, а мне предлагалось слушать. Слушать и никогда не передавать услышанное кому бы то ни было. Даже — а может, и особенно — её старшему брату.

— Не знаю, — решительно ответила я.

Ответ Нэйвину не понравился. Одной рукой продолжая держать меня за плечо, другой он замахнулся, явно собираясь ударить меня. Я зажмурилась и попыталась отвернуться… Удара не последовало. Я опасливо открыла один глаз, потом второй. Нэйвин смотрел на меня всё так же насмешливо-снисходительно. Мельком оглядев его и поняв, что он стоит спокойно и ближайшие секунды бить меня точно не будет, я снова опустила взгляд в пол.

— Послушай, малявка, — совершенно спокойно, словно мы просто прогуливались рядом, сказал Нэйвин. — Поверь, нам обоим будет приятнее, если мы поймём друг друга и просто мирно побеседуем. Мне нужна от тебя кое-какая информация, я узнаю её и отпущу тебя. Или ты будешь сопротивляться, а я буду… хм… настаивать. Мне этого не хочется, серьёзно. Давай так: ты обещаешь честно и предельно подробно отвечать на мои вопросы, а я обещаю тебя не бить. Согласна?

Я тут же кивнула. Выбор-то был очевиден.

— Обещаешь?

— А вы? — я вскинула голову и пристально уставилась на Нэйвина, сама же ошарашенная собственной наглостью.

Серые глаза Нэйвина сощурились в усмешке.

— Обещаю, — протянул он. — Честное слово. Годится?

— А Койе вы расскажете?..

Нэйвин отпустил наконец моё плечо, отошёл и снова сел на кровать:

— Если сочту нужным.

— Тогда меня просто убьют попозже, а не прямо сейчас… — горько произнесла я. — И мне нет никакой…

— У меня-то рука тяжелее, чем у Койи, — перебил Нэйвин. — Хочешь проверить?

— Нет.

— Ладно, так дело не пойдёт, — Нэйвин посмотрел на меня и покачал головой: — Думаю, я могу предоставить условия позаманчивее. Ты ведь листала атлас Республики не из праздного любопытства? Лелеешь мечту вырваться отсюда, попасть в эти большие красивые города с картинок — с их огоньками и парками… верно? Сядь-ка. Да иди сюда, не бойся!

Я подошла, и Нэйвин притянул меня к себе и усадил рядом. Потом встал и выдвинул один из ящиков стола, вытащил оттуда штопор и открыл бутылку вина, которую я принесла с кухни; до краёв наполнил тёмно-бордовым напитком бокал. И меня совсем не обрадовало то, что он протянул его мне.

— Пей, — велел он.

— Койя запрещает мне пить алкоголь, — торопливо попыталась уклониться я. — Совсем-совсем.

— А я разрешаю. Давай, тебе что, насильно залить? Малявка, я не шучу. Продолжим беседовать, когда выпьешь.

Я взяла бокал и поднесла ко рту. Чуть пригубила, видя, что Нэйвин неподвижно стоит и наблюдает за мной.

— До дна, малявка. До дна.

— Это обязательно? — решилась спросить я, морщась.

Пристрастие к выпивке показалось мне ещё более странной вещью, чем прежде. Вкус был отвратительный. Горький, терпкий. Совсем не похоже на мой любимый яблочный сок, кисленько-сладкий, с чудесным свежим запахом… И ещё меня жутко смущало странное тепло, растекшееся в горле и животе. Интересно, так и должно быть?..

— Всё, что я приказываю — обязательно.

Я сделала ещё глоток. Нэйвин недовольно шумно вздохнул, и я снова отпила. Тепло внутри превратилось в жар, и я вздрогнула, пугаясь этого ощущения.

— Не нравится? — спросил Нэйвин, наконец садясь рядом.

Я помотала головой.

— Тогда лучше выпей залпом. Растягивать надо только удовольствия.

Мне не хотелось этого делать. Я слишком часто и слишком близко наблюдала перебравших вина людей. Стать похожей на них было бы невыносимо унизительно. Даже для рабыни… И Нэйвин словно прочитал мои мысли.

— Успокойся, с одного бокала ничего тебе не будет. Я просто хочу, чтобы ты немного расслабилась.

То, что Нэйвин сидел так близко, мне тоже не нравилось. Он меня не касался, но я чувствовала, даже не видя, что он пристально смотрит на меня. Когда он чуть отодвинулся и взял со стола свою чашку с чаем, стало немного спокойнее.

— Серьёзно, давай залпом, — снова предложил Нэйвин.

В этот раз я послушалась. В несколько глотков осушила бокал и сжала его в потеплевших ладонях.

— Умница, — Нэйвин отобрал у меня пустой бокал и поставил на край стола. — Итак, о чём мы… Знаешь, Варха немного рассказал мне о тебе. Он, как я понял, пошёл искать для тебя новые республиканские книжонки. Они тебе очень нравятся, да? Мне тоже. Особенно когда там про меня. Знаешь, они про меня много пишут. Ладно, это не важно. Важно другое — ты ведь несчастна, малявка?..

Не увидев смысла что-либо отвечать, я просто подождала, пока Нэйвин продолжит:

— Что ты думаешь о Койе?

Я растерянно замерла. Вопрос был неожиданным, и я не нашлась, что ответить. Нэйвин продолжал:

— Любишь её? Думаешь, что она о тебе заботится?..

Я снова промолчала, не понимая, чего от меня хотят. Нэйвин рассмеялся.

— Варха. Варха рассказал, как бегаешь к нему плакаться. Как мечтаешь сбежать, грезишь о просторах Благословенной Новой Республики… ты же начиталась в рекламках, как там здорово. Малявка, я могу это устроить.

Я резко развернулась, чуть не подпрыгнув на кровати, и воззрилась на Нэйвина. Неужели он это серьёзно?! Нэйвин хмыкнул и уставился на меня стальным серым взглядом:

— Думаешь, кто-то будет по тебе скучать? Разве что сестра немного… но ты ведь не боишься её огорчить, верно? Не смотри на меня так подозрительно. Я абсолютно серьёзен. Да-да. Я предлагаю тебе свободу. Даже подскажу, куда идти, чтобы не пропасть слишком быстро.

— А цена? — сразу спросила я, вспомнив, что именно так Койя отвечает на все услышанные предложения.

Нэйвин явно узнал её стиль, усмехнулся и спросил:

— Сестрёнка научила, да? Верный, верный ход мыслей. Она не дурочка. Цена, конечно, есть. Но она тебя устроит. И даже обрадует. Для начала мне нужно несколько ответов на простые вопросы. То, о чём мы договаривались в начале. Если же ты согласишься помогать мне и дальше, я приложу все необходимые усилия для того, чтобы вызволить тебя отсюда. Как тебе нравится такое предложение?

— Очень нравится. Но хотелось бы узнать подробности, — ответила я, удивляясь своей разговорчивости и решительности. А вдруг я опьянела? Койя говорила, что сложно заметить, когда начинаешь пьянеть… Я поёжилась.

Нэйвин несколько секунд молчал, затем сказал:

— Койя не должна была сегодня уезжать. Она сама вызвалась, как только услышала, где нашли листовки. В Южном. Да, это там, теплицы. Поехала, правда, не туда — в Заболотье. Но это, если как следует паучка разогнать, часа полтора пути. Меня удивило её рвение… Особенно при том, что туда уже направили Самейра, а ведь они друг друга терпеть не могут. Ведь так?

— Самейр влюблён в Койю, — вдруг сказала я, сама не понимая, почему и зачем начинаю сплетничать.

— Н-да? — явно удивился Нэйвин. — С чего это ты взяла?

— Он постоянно ошивается возле нашей… возле её комнаты, или преследует её в коридорах. Придумывает глупые отговорки, почему он здесь, когда попадается её на глаза.

— Интересный поворот, — Нэйвин откинулся назад, прислоняясь к стене спиной. — Но, может, он следит за ней из каких-то иных соображений?..

— Он дарил ей цветы.

Нэйвин присвистнул.

— Однажды? Давно?

— Да нет. Всякий раз, как возвращается из рейда. Ну, то есть… летом, конечно…

Нэйвин снова встал, наполнил бокал и дал мне. Сунув его мне в руки, принялся ходить по комнате взад-вперёд.

— Вот ведь… — Нэйвин тихо выругался. — А я ведь послал его кинуть Койе прослушку. Сдаст.

— Конечно сдаст, — согласилась я.

— Дерьмище. Надо бы что-то придумать.

— Вам она поверит охотнее, чем Самейру, — буркнула я и отхлебнула ещё вина. — Он её в самом деле жутко раздражает. Странно.

— Что странно?

— Что раздражает. Самейр очень красивый.

Нэйвин остановился и развернулся, глядя на меня не то с удивлением, не то с издёвкой. А может, и с тем, и с другим.

— Так ты у нас влюблена в Самейра? — еле сдерживая смех, спросил Нэйвин.

— Нет! — обиженно выкрикнула я. — Просто он… ну, объективно красивый.

Я почувствовала, как не то что краснею — багровею. Пытаясь скрыться от стыда, в один заход выпила половину бокала.

— Уж точно красивее, чем её Тэр, — допив, продолжила я, словно мне мало испытанного смущения, и остро необходимо было сморозить ещё что-нибудь возмутительное. — Хотя Тэр выше. Вообще нет, наверно не выше. Просто худее, и поэтому… а. Одно преимущество у него точно есть — он хотя бы не бандит, как некоторые. Не, он очень худой. Почти как Варха. Ну, это я переборщила. Не настолько.

— Тэр? — вкрадчиво спросил Нэйвин, снова подливая мне вина. — Это ещё кто?

— А. Любовник Койи. Он часто бывает там, в той деревне. Она к нему ездит… А налей мне ещё? — я протянула вперёд опять опустевший бокал.

— Не, тебе хватит, — усмехнулся Нэйвин и, отобрав у меня бокал, поставил его на стол. — Давай-ка подробности. Кто он такой? И почему она делает это тайком, что с ним не так?

— Он вроде торговец. Привозит всякие редкости и еду. У него муравей — новенький, большой такой, республиканский. Ему бы нельзя ездить на боевом муравье, но Койя прикрывает его, сделала вид, что не заметила при осмотре ни пары пулемётов, ни вполне рабочие ножки.

— Очень любопытно.

— А ещё она сделала вид, что поверила, будто он из Независимых. Из Цветных Холмов. Не-е, он только проезжает через Цветные Холмы, там тоже приторговывает. Он — республиканец. Это точно.

— Ты уверена?..

— Нет… я просто так думаю… Койя сказала как-то про «листовки с его родины». Ох, как голова болит… м… я пойду умоюсь…

— Потом. Расскажи сначала.

— Да я уже рассказала. Потому и тайком — боится, что кто-то начнёт его проверять.

— Очень любопытно, — снова повторил Нэйвин. — Не хочешь ли ты сказать, что и Койя сама может решиться смыться в Республику?

— Не думаю. Она очень любит С-12. И вас с отцом тоже. Сарыч! Вы ж с ней друзья. Зачем же собирать на неё компромат?

Нэйвин вздохнул и вновь сел рядом со мной.

— Койя не хочет подчиняться. Ни отцу, ни мне. Она мнит себя главной. Отдаёт приказы, которые противоречат моим. Иногда и отцовским. Отец не хочет разбираться. Он уверен, что мы вполне можем действовать вместе, слаженно, мирно. Но так не бывает. Наверху должен быть кто-то один. Я вовсе не желаю сестрёнке зла. Я только хочу поставить её на место. Достаточно разъяснений?

— Должно быть, она испугалась, что это Тэр привёз те листовки, которые нашли в Верхнем посёлке, — задумчиво произнесла я. — И решила проверить. Он всегда приезжает только в ту деревню, это Койя сама ему велела. Сказала, что там будет проверять она, а в других он сможет наткнуться на другой патруль, и получить порцию неприятностей. Тэр очень боится, что муравья отберут. А что за листовки вы нашли? Такие, как в библиотеке были — про то, как правильно сжечь своё поле и пешком утопать в Республику?

— Да. Где тебя ждут золотые горы, молочные реки… что там ещё. Что-то про компот.

— Кисель, — рассмеялась я. — Кисельные береги. Берега. Тьфу.

— Ага. И пара выпусков «Вестников Республики» — это такая газетёнка. Я тебе потом дам почитать, это любопытно. А имя Нэрис тебе ни о чём не говорит?

Я на минуту задумалась, затем выдала:

— Нэрис, да. Так брата Тэра зовут. Такой светловолосый, с дурацкой стрижкой.

Нэйвин как-то невесело усмехнулся и сказал:

— Ну, вроде того.

— Он вообще… — я запнулась, а в следующий момент поняла, что совершенно протрезвела: — Подождите… вы… вы… поймали его?

Нэйвин встал и подошёл к дивану, молча разложил его, затем сказал не терпящим возражений голосом:

— Спать будешь тут. Принеси себе, что нужно, умойся и ложись. Постарайся не шуметь. Я скоро вернусь.

Он встал и вышел; когда дверь за ним закрылась, я ещё несколько секунд просидела неподвижно, а затем бросилась к табло у двери.

Набрав номер наруча Вархи, я ожидала ответа, нервно постукивая пальцами по стене. Наконец экран ожидания сменился зелёной табличкой, и в тишине раздался испуганно-удивлённый голос Вархи:

— Сарыч?..

— Варха, это я! — воскликнула я, торопясь скорее сообщить важное: — Варха, свяжись с Койей! Срочно!

— Оу… Ну… я…

— Скажи, чтобы он — она поймёт, так и скажи! — чтобы он быстрее бежал отсюда, со всех ног. Я выдала их! Нэйвин куда-то пошёл. Может тоже наверх. Не спрашивай! Койя разберётся. Быстрее, Варха, сделай что-нибудь!.. Она должна скорее узнать… Сюда не перезванивай, Нэйвин вернётся!

— Понял. Звоню.

Экран загорелся красным, затем погас.

Я погасила свет, растянулась на диване и до утреннего звонка неподвижно лежала, глядя в черноту широко распахнутыми глазами.