Судья королевского отбора – 2

Глава 18. Конец близок

Меня оглушает новость, озвученная его величеством, что я совсем не обращаю внимания на то, куда меня ведут. А приводят в столовую, где только одни судьи.

– Нашему королю не терпится повести невесту под венец, – шутит Клеопра.

– Да, быстро как-то пролетело время, – замечает Рена.

Я обращаю внимание, что она похудела. На лице отчётливо видны морщины и тёмные круги под глазами.

– Не высыпаюсь, – усмехается она, заметив мой пристальный взгляд. – Кошмары замучили. Моя мать правительница. И я не понаслышке знаю, что такое заговоры. Мне снится один и тот же кошмар: как будто меня убивают в собственной кровати.

– А мне снилось, что подсыпали яд в чашку с напитком и я его выпила, – делится иль Лалибет.

– Да, девочки-иномирянки, – посмеивается Стамийская. – Нервишки вам надо лечить, – и утыкается в пиалу с бульоном.

Мельком смотрю на совсем истаявшую Ай Семь. Сейчас её кожа выглядела землистого цвета. Словно в ней уже нет жизни.

А есть ли она у нас вообще?

Я вспоминаю свой кошмар. Звук клаксона и свет. Меня, выходит, сбила машина. Амазонку убили заговорщики. Монашку отравили. Интересно, а как умерла Ай Семь? С Клеопрой всё понятно, скорее всего, это сделал ревнивец. Помнится, как-то король упоминал, что из-за неё тут многие передрались.

Ужин проходит в непривычном молчании. Каждая из нас думает о своём, не желая делиться мыслями. Даже обсуждать прошедшее испытание нет никаких моральных сил.

Возвращаюсь в покои и сразу же перехожу в спальню князя. Я знаю, что его нет. Без него пусто и холодно. За окном разыгрывается вьюга. Ветер воет. Снег залепляет окна.

Утром выглядывает солнце. Выпавший ночью снег успевает растаять, но ночью всё заново повторяется.

Я почти не сплю. Усталость даёт о себе знать, но как только голова касается подушки, как тут же накатывает воспоминание о кошмаре. Я встаю и принимаюсь ходить по комнате. Захожу в гардеробную, где висит одежда князя. Касаюсь каждой его рубашки, представляя, что дотрагиваюсь до него.

Временами накатывают слёзы. Ком в горле уже и не думает исчезать, поэтому на совместном столовании я только и делаю, что киваю и улыбаюсь через силу.

За завтраком через два дня все участницы сидят бледные. Почти никто не ест. Разве что Клеопра. Довольная и счастливая, она выглядит, как яркий, только что распустившийся, летний цветок, на фоне уже выгоревших на знойном солнце других, таких же.

Последнее испытание, не в пример предыдущим, проходит вечером, после ужина.

Судий приглашают в кабинет короля, где мы рассаживаемся в ожидании невест. На монаршем столе стоят пять пузырьков. Зелье правды, о котором Штэван Второй упоминал после шестого испытания.

В этот раз первой заходит Милила Ляду.

– Прошу, выпейте, – протягивает ей его величество пузырёк.

Девушка послушно откупоривает и выпивает содержимое.

– Почему вы хотите стать королевой? – задаёт монарх вопрос.

– Я не хочу быть королевой, – под зельем честно отвечает участница. – Меня все в деревне называли глупой, недалёкой, вот я и решилась пойти на отбор. И дошла до финального испытания, – лицо однозначно выбывшей расплывается в улыбке. – Выходит, что я могу добиться много, если захочу и приложу достаточно усилий.

– Благодарю за участие, – король кивает ей.

Ляду уходит.

Второй заходит принцесса Илимена. Она выпивает пузырёк, после чего ей задают тот же самый вопрос.

– Я любила тебя, пока ты не бросил меня. Я хотела доказать отцу, тебе, что достойна большего, чем вы можете мне предложить.

Нечто подобное я предполагала. Но теперь ответ прозвучал из её уст. Звучит сухая благодарность, и принцесса хлопает дверью.

Третьей входит княжна Зугравеску. Её ответ тоже вполне предсказуем:

– Я хочу стать королевой, потому что хочу улучшить жизнь женщин в нашем королевстве. Чтобы они не были более бесправными, но могли сами решать, где учиться, чему учиться, за кого замуж выходить.

Вот та причина, по которой она здесь. Её заставили родственники. Логично, она же княжна.

Его величество благодарит третью претендентку.

Четвёртой оказывается леди Родика Сырбу.

– Потому что хочу стать свободной, – выпаливает она и бледнеет на глазах.

Её взгляд мечется от короля к судьям и обратно. И вот уже она готова разрыдаться, как вдруг резко берёт себя в руки:

– Я могу идти?

– Благодарю за участие, – отвечает король.

Последней заходит баронесса Тика. Бледная и дрожащая, она долго думает, пить или не пить. В итоге одним глотком опустошает пузырёк.

Штэван Второй подбирается. Он даже не скрывает напряжения и того, что жаждет услышать её ответ:

– Почему ты хочешь стать королевой?

– Потому что люблю тебя, – выдыхает сразу она, чем шокирует всех судий. Обычно баронесса дерзит, а тут сразу в лоб признаётся. А потом как зарыдает, оседая на пол. – Я беременна, Штэв!

Король подскакивает, но вдруг вспоминает про судий.

– Я свой выбор сделал. Это баронесса Тика. Она носит моего ребёнка. Завтра утром вас отправят в ваши миры, – наверное, эти слова – простая формальность, но он её исполняет и бросается к леди Никалине.

Штэван Второй обнимает её и шепчет ответное признание.

Судьям больше здесь не место. Влюблённым нужно поговорить наедине. Шурша платьями, мы выходим из кабинета.

– Когда они успели зачать ребёнка? – вырывается у иль Лалибет.

– Хорошо, что не спросила, как, – подтрунивает над ней Клеопра.

Я иду следом за ними и посмеиваюсь, потому что догадываюсь, когда случилось это знаменательное событие. Радуюсь, что у баронессы с королём всё наладилось. Возможно, им предстоит ещё обсудить многие моменты, но теперь у них всё хорошо.

Дверь в мои покои закрывается за моей спиной. С лица сползает. Вот только у меня ничего хорошего. Не раздеваясь, сразу в портал.

В княжеской спальне пусто. В платье ложусь на кровать. Обнимаю подушку, вдыхая аромат мужского тела, впитавшегося в ткань. Сон не идёт. Зато слёзы льются ручьём.

Поднимаю себя с постели и ухожу в гардеробную. Там валяется грязный китель. Левент их меняет каждый день, вне зависимости испачкал или нет. Привычка у него такая: утром надеть чистый китель. Поднимаю грязный и накидываю на плечи. Меня тут же окутывает его запахом. Я не могу надышаться. Слёзы душат.

– Полина Андреевна, – слышится знакомый женский голос.

Он звучит глухо, поэтому я не сразу обращаю на него внимания. Возвращаюсь в спальню. Меня зовут повторно. Звук исходит из портала. Шагаю и оказываюсь в своей спальне.

И тут же меня хватает за руки баронесса. Только теперь она в голубом платье. Волосы собраны. Сверху на голове блестит венец.

– Сделайте что-нибудь, – плачет леди Никалина. – Вы же умрёте!

– Левент…

– Я знаю, где он! Гоняется за этими заговорщиками, лучше б вас спасал, – она обнимает меня. – Давайте вы заключите договор с одной из богинь.

Я качаю головой.

– Может, найдём добровольца, который поделиться с вами силой, – перебирает невеста короля варианты.

Я не успеваю ответить, как дверь с хлопком раскрывается. И в комнату входит леди Наирэль.

– Леди Никалина, вы должны готовиться к церемонии, – заявляет Вайроника.

Только что плакавшая баронесса перестаёт рыдать. Она замирает и выдаёт:

– Ваше настоящее имя Вероника. Вы одна из оставшихся судий.

– Хм, Штэван растрепал, – хмыкает распорядительница. – В любом случае, вас уже ждут, леди Никалина, – она берёт ту за руку и выводит из моих покоев.

Я в ступоре. Я ничего не могу ни сказать, ни сделать. Только когда леди Наирэль оказывается в дверях, выдавливаю из себя:

– Вероника, вы с Земли?

Та пожимает плечами:

– Возможно.

То равнодушие, с которым она это произносит, поражает меня до глубины души, что я стою и хлопаю глазами, как распорядительница закрывает за собой дверь.

Вероника. Так вот откуда все эти земные шуточки и словечки. Она с Земли. Даже на земное имя откликнулась.

– Постойте! – кричу я и выбегаю из своих покоев.

Вылетаю, чувствую момент перехода и падение.

Падаю прямо на застеленную кровать. Подскакиваю и оглядываюсь. Комната в до боли знакомых цветовых сочетаниях. Нахожу взглядом окно. Подлетаю к нему и прилипаю к стеклу.

Снаружи плещется тёмное море, которое красиво окрашивается лучами солнцами, меняя цвет на бирюзовый.

Я в замке Левента?

Нехорошее предчувствие леденит позвоночник. Я снимаю браслет, но замок не поддаётся. Тогда с силой срываю украшение и прячу его под подушку. Едва успеваю это сделать, как дверь открывается…

И входит женщина. У неё настолько светлая кожа, что я не сразу понимаю, что ей явно за пятьдесят. Седые волосы умело прячутся в светлых прядях. Её цепкий, холодный взгляд серо-голубых глаз останавливается на мне. Опускается к моим запястьям. Внимательно их осматривает и, наконец, злорадно усмехается.

Я тоже успеваю рассмотреть незнакомку. Длинное платье тёмно-синего цвета делает её фарфоровую кожу почти прозрачной. Правое запястье выглядит хрупким на фоне опутавшего его массивного золотого браслета с крупными квадратами драгоценных сапфиров. Кольца украшают практически каждый пальчик.

Будущая свекровь?

– Так вот кого он выбрал.

Презрительный взгляд проходится по мне сверху вниз и возвращается к моему лицу.

Я молчу, потому что отвечать ей не хочу. И понимаю, что Левент был прав, не познакомив нас в тот визит.

На моё безмолвие она хмыкает и отходит к зеркалу, стоявшему в углу. Овдовевшая княгиня проводит по зеркальной глади, пошедшей волнами. Пара мгновений, и нам открывается картина сверху.

Судьи в красном стоят вокруг фонтана. Красных фигур пять. Вот только меня там нет. Как такое возможно?

Я узнаю фонтан. Он расположен сразу за центральной статуей в главном храме. Жрец находится немного в отдалении. Он что-то читает, но я не могу разобрать слов.

Едва священнослужитель заканчивает, как вода внутри фонтана медленно закручивается по спирали. Скорость увеличивается. Пара мгновений, и уже не различить совсем что это: вода или серое нечто.

Судьи стоят. Никто из них не шевелится. Рена бледная. Клеопра счастливая. Иль Лалибет выглядит умиротворённой. В Ай Семь словно души уже нет, одна оболочка, которая вот-вот рассыплется. И пятая фигура, одетая в красный плащ. Чье лицо закрыто глубоко надвинутым капюшоном.

– Настал час. Вы исполнили свою миссию, – отчётливо говорит жрец. – Пора…

Фигура в красном первой шагает в закручивающуюся спиралью воду.

– Полина! Нет!

Голос Левента я всегда узнаю. Именно он заставляет меня подбежать к зеркалу, хотя я до дрожи внутри боюсь его мать.

Кто-то в красном плаще, выдавая себя за меня, шагает и исчезает. Исчезает в тот самый миг, когда князь появляется в видимости зеркала и старается ухватить.

– Стой! – кричит Стамийская.

Охает и отшатывается от фонтана иль Лалибет. Ай Семь сгибается и падает.

– Я знаю, что меня ждёт, – звучат слова Рены. – Я готова встретить свою участь, – и она тоже шагает в портал, который отправил её прямо на смерть.

Зеркало приближает лицо Левента. Бледное с почерневшим взором. Плечи опущены. Кажется, что он даже не дышит. Не моргает. Не может поверить, что я шагнула в портал.

– Не верь! Я здесь! – бью в зеркало кулаком, и меня толкают.