Стражевый компас

Глава 4. Консилиум

Ждать Гордиана Варда долго не пришлось: он прибыл в сопровождении чопорного Ратиса Строма, штатного орденского лекаря. Пока я и Вард молча прожигали друг друга взглядами, Стром огладил завитки своих тонких усов и начал действовать. Долговязый и нескладный, он удивительно быстро двигался.

Ратис напоминал хорошо отлаженный механизм, в котором каждая шестерёнка знала чёткую последовательность действий: осмотрел пострадавшую, открыл лекарский саквояж, достал измерительные приборы, о чём‑то подумал — и с выдержкой опытного специалиста заключил:

— Повреждений нет. Потеря сознания от нервного перенапряжения — и всё. Нам повезло, что у… — он сквозь окуляры ещё раз взглянул на девушку, — по внешности — знатной эйры, а по одежде — простолюдинки, сердце оказалось сильным. Больше мне сказать нечего. Решение за тобой, Горди.

После слов лекаря мне хотелось выпустить внутренних псов, которых я сдерживал, чтобы не мешать Ратису работать, и натравить их на Варда. Но… они так и остались на привязи.

— Как это понимать, Вард? Я чуть не убил человека, — лишь сдавленно прорычал я, глядя в невозмутимое лицо главы ордена.

— Угомонись, Эл, — подошёл он ко мне вплотную. — Сам не понимаю, что произошло. Не слепой, тоже вижу, что это не парень. Но компас никогда не ошибался, понимаешь? На моей памяти такое впервые: Страж — девушка и… не раскрывшиеся до конца крылья. Надо успокоиться и проверить всю её подноготную — с самого рождения. Отправлю ребят в архив, может, подобное было в прошлом. Хотя…

— Что с ней собираешься делать? — Можно подумать, меня волновала её дальнейшая судьба. Не разбилась — и ладно.

— Не я, Элай… Ты, — этот человек, как всегда, невозмутим. Мастер ставить людей перед фактом.

— Нет, Горди, ошибаешься. Теперь это твоя проблема. Моя служба окончена сегодняшней датой.

— Она — несостоявшийся Страж. Инициация сорвалась: крылья до конца не раскрылись. Обряд нужно совершить повторно.

— Я здесь при чём? Назначь другого, — не отступал я, сопротивляясь, хотя знал, что проиграл.

— Элай… не заставляй меня повторять свод правил.

Я прекрасно всё помнил. Были случаи сорванных инициаций — по разным причинам. Решались они быстро и без последствий. Мне однажды «посчастливилось» побывать на таком представлении.

Один из кандидатов оказался слишком крепким парнем. Его скинули, но он каким‑то чудом умудрился ухватиться за выступ и подтянуться обратно. Ловцу пришлось несладко. Ни уговоры, ни знатная драка не заставили несостоявшегося Стража прыгнуть вновь. Вот тогда остальные Ловцы пришли на помощь — после получения красного сигнала на связник. Парня скрутили и выкинули «за»… Через несколько мгновений в небо взлетела «новая птичка».

У меня таких провалов не было — если бы не эта лежащая на земле девица.

Сквозь мысли настойчиво пробивался голос Варда: он всё‑таки решил повторить заученные постулаты:

— «…Инициацию начинает и заканчивает Ловец в единственном лице, без посредников, так как Страж и Ловец энергетически сплетены. Ловец несёт полную ответственность за прохождение инициации Стражем…»

Стром стоял рядом и кивал, словно пытался попасть в ритм мелодии.

«Хм… Спелись…»

От чеканки правил воздух в лёгких Горди закончился, и он осипшим голосом продолжил своими словами:

— Элай, эти правила не просто так придумали. Я не знаю, чем это может обернуться для вас двоих. Никто с подобным не сталкивался. Но я найду ответ. Обещаю. Закончи дело — и я со спокойной душой сниму с тебя печать Ловца. Валяй на все четыре стороны. А пока…

— Можно скинуть сегодня вечером. За день немного оклемается, а позже «взлетит», — предложил я.

— Протестую! — раздался голос Ратиса. — Она не выдержит второго раза. Только через месяц, лучше — три, при полном восстановлении психоэмоционального равновесия.

Как же хотелось скрутить шею этому длинному лекарю! В очередной раз военная выдержка не позволила совершить мне необдуманную глупость.

— И, Элай… — почти шёпотом произнёс Горди, словно нас могли услышать, — пусть она поживёт у тебя.

Только этого мне ещё не хватало!

— Несколько недель назад я встретил Деберга. Ты в курсе, чем он занимается? — Я кивнул в ответ. — У них серия убийств: кто‑то скидывает девчонок с высоты. Не удивлюсь, если эта инициация и гибель тех несчастных как‑то связаны между собой. Есть вероятность, что это может быть кто‑то из Ловцов. Мы не знаем, в чём её феномен. Не нужно лишний раз рисковать ни тобой, ни ей. Вот, держи.

Он протянул мне вчетверо сложенный лист. Бумага оказалась старой — на такой сейчас уже никто не печатал. С картинки на меня смотрела девушка, похожая на древнюю богиню, с раскрытыми за спиной крыльями. У подножия её голых стоп виднелась затёртая надпись: «Новоявленная».

Всё интереснее и интереснее. Только этого и не хватало.

Почувствовал себя словно обманутый мошенниками — и захохотал в полный голос.

— М‑да, ловко ты со мной обошёлся, Вард. Так и скажи, что не хотел отпускать меня со службы.

— Так сложилась ситуация, Эл. Извини.

Толкнул плечом своего наставника и подошёл к лежащему на земле «подбитому птенцу». Подхватил на руки бесчувственное тело, укутанное в плащ, и отправился в сторону моторона.

— Подожди, Эл, — окликнул меня Стром, приближаясь непозволительно близко. Засунул склянки с микстурами в карманы моих штанов. — Пить согласно инструкции, — и отступил.

Стиснув зубы, стерпел. Его счастье, что руки оказались занятыми — а то уважаемый лекарь ушёл бы домой без передних зубов.

Завёрнутая в плащ и невидимая для окружающих, бедовая девчонка оказалась невесомой. Со стороны можно было подумать, что я бережно несу в руках отстиранный и отутюженный предмет одежды из ближайшей прачечной.

Почувствовал, как её тело напряглось.

Очнулась.

За несколько шагов до моторона она начала дёргаться и вырываться, как глупый зверёныш, попавший в ловушку.

— Успокойся, — сжал её крепче. — И не брыкайся, пока не сделал хуже.

Она притихла.

Раздражение плескалось внутри, ища любую возможность вырваться наружу. Если она завопит, я точно сверну ей шею. Не получилось с лекарем — получится с ней.

Небрежно сбросил ношу на переднее сиденье, сам упал на водительское место рядом. Вставлял ключ в моторон короткими рваными движениями, словно он обжигал мне пальцы. Педаль — до упора. Сосредоточенно смотрю на дорогу. Мчусь со значительным превышением скорости, в желании побороться с попутным ветром — кто кого обгонит.

Домой ехать не хотелось, тем более с навязанной мне девицей. Кружил по городским улицам, отдавая в жертву всепоглощающей скорости свой гнев и тревожные мысли.

Боковым зрением заметил шевеление. Повернул голову в её сторону. Почему‑то захотелось рассмотреть эту непутёвую эйру — или простолюдинку, как сказал Стром, — ту, которая доставила мне неожиданный ворох проблем.

Она напомнила мне слепого землеройца, который, выползая из своей норы, озирается по сторонам, боясь угодить в лапы безжалостного зверя. Девчонка высунула нос из‑под края плаща и отвернулась в сторону серебристого окна моторона. В отражении стекла мне было видно, как она всматривается в мелькающие проспекты, в надежде запомнить дорогу.

Огни и яркая иллюминация центральных районов сменились тёмными улицами окраинных частей города. Редко попадающиеся фонари уныло светили, осознавая всю свою беспомощность перед всепоглощающим мраком надвигающейся ночи. А я не заметил, как пролетел целый день, которого так ждал.

Шмыгнув носом, она вдруг произнесла:

— Я не понимаю, куда вы всё время меня везли, но надеюсь, что не сделаете ничего плохого? Вы ведь служитель закона?

Она говорила взволнованно, но голос оказался приятным — без высоких истеричных звуков.

— Не для того я тебя спасал, чтобы сделать плохо. Служитель закона? В общем, да, — раздражённо бросил я, всматриваясь в дорогу, где гуляли светлые лучи фар.

— Это вы меня спасли? — не дождавшись моего ответа, продолжила она. — А того… кто меня скинул… его поймали?

— Нет, — искоса, на мгновение взглянул на неё.

— Жаль. Тогда отвезите меня, пожалуйста, домой. И… благодарю за спасение.

— Не отвезу, — этот разговор начинал меня порядком раздражать. Ещё не хватало женских слёз и горестных стенаний.

— Почему?! — возмущённым полушёпотом возразила она.

— Некоторое время поживёшь у меня.

— Я вас не знаю, и мне непонятно, что значит «некоторое время поживёшь у меня». Я хочу жить у себя.

— Хватит. Это не обсуждается — ради твоего же блага. Будешь сопротивляться — произойдёт плохое. Хочешь, чтобы тебя опять кто‑нибудь сбросил, а? Давай, беги.

Она молчала.

— Может, он уже весь Димерстоун перевернул, чтобы тебя найти и выкинуть снова. Хочешь проверить?

Совсем съехал с катушек. Везу домой незнакомую девицу — и ещё запугиваю.

Она смотрела на меня огромными от потрясения глазами. Остального лица я не разглядел — оно так и осталось спрятанным под полами плаща.

— Кстати, мы приехали.

Как истинный эйр, открыл дверь с её стороны. Она не торопилась. Вышла нехотя. Плащ остался на сиденье. Отвернулась в сторону, чтобы не встречаться со мной взглядом.

— Следуй за мной, — и хлопнул дверью моторона.