Сердце ведьмы

Глава 26

Они пришли спустя час, когда я уже вся извелась и приготовила пару десятков пузырьков с усыпляющим зельем. Оно было таким сильным, что свалило бы даже дракона. По крайней мере, я на это надеялась. Кресс молча посмотрел на мои руки. Каждый палец заканчивался острым черным коготком. Волосы кровавой волной падали на плечи.

Мою душу снова переполняли холодная ярость и отчаяние. Инквизитор не мог этого знать, но догадывался. Я металась по комнате, перебирая охапки трав и гневно отпихивая мирт в сторону. От его запаха уже тошнило. Мне хотелось сорвать венок с головы Якова и растоптать его. Цветы добра! Идиотизм. Добро никому не поможет. Схватку с монстром может выиграть лишь другой монстр, порождение магии и зла.

Я могла победить дракона. Моей магии хватило бы, чтобы стереть ящерицу в порошок. Конечно, для меня это верная смерть, но лучше уж так. Кресс отнял у деревни последний шанс на спасение, напоив меня отваром со слезами Девы. Я хотела ненавидеть его за это, злиться на инквизицию, обвинять ее во всех бедах. Я хотела, но не могла.

Когда Кресс вернулся из Злейска, я кинулась к нему. Во мне боролось желание придушить его и расцеловать, обругать за глупость и попросить не бросать меня. Столько противоречий, что я задыхалась. Так и не решив, что собираюсь делать с инквизитором, я остановилась.

– Они отказались, – лаконично пояснил Кресс.

Он снова посмотрел на мою когтистую руку, сжимающую флакон с зельем, развернулся и вышел. Я нерешительно двинулась за ним, но одернула себя и остановилась. Пусть идет, куда ему надо. Это не моя проблема. Разве что на битву с драконом не пущу. Пусть Кресс точит копья, чинит арбалеты и полирует темную сталь мечей. В горы он не пойдет. Яков развел руками, подтверждая слова инквизитора. В деревне их не послушали. Злейск был обречен. В комнату прошмыгнула Гленна, за ней вошел Йозеф и Ара. За их спинами мялась горстка других деревенских.

– Что происходит? – спросила я.

– Староста сказал, что дракона нет. И проблемы нет. И инквизицию он в деревню не пустит. Больше мы не будем им платить за защиту, – буркнул Йозеф.

– Неужели он не боится, что Оплот пришлет людей, чтобы казнить неверных?

– Пес его знает, – сплюнул охотник. – Однако Лика и ее мамаша уже выехали из Злейска. Вчера, как только я пришел в их дом и сказал о драконе. Крысы.

Я кивнула. Лучше и не скажешь.

– А почему вы здесь? – уточнила я.

– Кресс сказал, что в стародавние времена этот дом околдовала карга. Получается, здесь сейчас безопаснее всего, – пояснила Гленна. – К тому же, он пообещал защиту. Сказал, что деревню сторожить не станет, но дом свой собирается оборонять.

– Все, кто презирает старосту и его трусость, собрались здесь, – произнесла Ара. – Надеюсь, ты не против, ведьма.

– Это не мой дом, – пожала я плечами.

Арахна криво улыбнулась, блеснув острыми зубами. Не знаю, что смешного она нашла в моей фразе, но Гленна тоже неожиданно развеселилась. Они начали укладывать пожитки. В избе стало слишком шумно, поэтому я выскользнула во двор. Там сидел Кресс, разбирая стрелы в колчане.

– Готовишься к обороне? – тихо спросила я.

– Да. И не вздумай меня осуждать. Каждый готовится к сражению с драконом, как может. Я видел, ты сделала зелья.

– Пригодятся, – флегматично ответила я, усаживаясь на соседний пенек. – Усыпляют любого.

– Даже дракона? – улыбнулся Кресс.

– Не знаю. Как раз будет отличный повод проверить. Только смотри, чтобы никто не открыл пузырек. При контакте с воздухом зелье начинает быстро испаряться.

– Хорошо, уберу подальше. У нас нынче многовато соседей.

– Да, – кивнула я, посмотрев в голубое небо, по которому плыли тени облаков. – Многовато у нас соседей.

На следующий день меня посетило странное чувство, будто я попала в прошлое. Я встала с пустой кровати и растерянно огляделась. Как и вчера, я проснулась в одиночестве. В доме было ужасно тихо. Я соскочила с постели и быстро оделась, заплетя стремительно темнеющие волосы в толстую косу. Я покрылась плотным платком. Деревенские уже давно догадывались, что страшная тетка и ее племянница – одно лицо. Не стоило шокировать их еще и тем, что я карга.

Спустившись на первый этаж, я обнаружила на кухне Арахну. Она помешивала варево на плите, изредка поглядывая в окно. Кажется, там Йозеф и другие мужчины тренировались стрелять из лука. Арахна заметила меня и снова улыбнулась, блеснув острыми зубами. Порождение Чащи вернулось домой. Я видела, что женщина чувствует себя гораздо лучше, стала миролюбивее и расслабленнее.

– Доброе утро, – поприветствовала я.

– Доброе.

– Гленна еще спит?

– Она наверху, занята вышивкой, – покачала головой Ара. – Кажется, решила готовить приданное.

– Разочарована?

– Я просто не понимаю, почему девушки всегда выбирают… таких.

– Первая любовь, – улыбнулась я. – Она всегда наивная, слепая и невинная. И чаще всего самая искренняя, хоть достается порой не тем людям.

– У тебя тоже была наивная первая любовь? – поинтересовалась Ара.

– Худшая из всех возможных, – уныло ответила я. – Моя первая любовь была слепой и глупой. Все закончилось смертью и разочарованием. Я не смогла это остановить.

– Наивная фея превратилась в страшную ведьму. И все потому, что полюбила не того?

– Не знаю, – вздохнула я, – не того или не в то время. Я думала, что моя первая любовь… Мне сделали предложение только из-за лавки родителей, ведь мы были богаты. Я оказалась слишком молода, чтобы принять эту горькую правду, продолжала настаивать… В общем, очередная глупая история любви.

– Грустная история, но она закончилась, – мудро заметила Ара. – Вторая будет лучше.

– Да, – улыбнулась я. – Первая любовь лишь тренировка. Гленна еще успеет передумать.

– Хорошо бы. Но и Яков куда лучше твоего первого жениха.

Ара предложила мне тарелку пшеничной каши с маслом, щедро плеснув сливок и протянув баночку меда. При виде сладкого золота я раздобрела. Завтрак был отличным, но мне предстояло заняться приготовлением зелий и лекарств. Нет времени рассиживаться. Хоть магия меня оставила, а руки стали неловкими, я еще способна что-то сделать.

Однако впереди меня ждал длинный день, полный тревог и забот. Я поднялась к Гленне за нитками. Та и правда собирала себе приданое, вышивая на рубашках защитные узоры. Я постучалась, привлекая ее внимание, и прошла в комнату.

– Тарья, – улыбнулась Гленна. – Или Ада?

– Меня зовут иначе, – пожала плечами я. – Так что называй, как тебе нравится.

– Марта?

– Что? – удивилась я.

– Просто в одной из комнат нашелся дневник. Похоже, ведьминский. Он принадлежал какой-то Марте, и я подумала, что это твой…

Гленна порылась в рубашках, ждущих своей очереди на вышивку, и нашла маленькую книжицу в кожаной обложке. Я взяла дневник неизвестной ведьмы дрожащими руками. Хотелось просто выхватить книжицу и сбежать, но это вызвало бы вопросы.

– Спасибо, что отдала его мне, – тонко улыбнулась я. – Но меня зовут не Марта. Не говори Крессу. Пока что.

– Я и не смогу.

– Почему?

– Кресс ушел, – сказала Гленна, с недоумением посмотрев на меня. – Ты не знала? Он вышел из дома на рассвете с оружием и припасами. Кажется, господин инквизитор собирается встретить Ру и привести его сюда.

– Нет, – севшим голосом произнесла я. – Он пошел убивать дракона.