Проект: "Возмездие" Книга 4.

Глава 20

Лита согнула колени, расставила руки в стороны и зашипела как змея. С её губ капала слюна, а с нашей прошлой встречи она заметно изменилась. Серебряный обтягивающий костюм, который та носила как вторую кожу, был порван в нескольких местах. А на глазах всё тот же визор, чем-то напоминающий уменьшенную версию очков для конструктов Трева.

В руках наточенные до блеска изогнутые кинжалы, пальцы покрыты множеством шрамов и застывшей кровью. Со стороны Лита выглядела как порождение больного разума извращённого мясника, словно её взяли за волосы, бросили на стол, обкорнали на скорую руку и отправили убивать. Однако за всей этой чрезмерной кибернизацией стояла не менее безумная убийца, желающая моей крови.

Я обнажил клинки и шагнул вправо. Седьмая, гонимая испепеляющим чувством ненависти, сражалась с остальными наёмниками, оставив мне личную дуэль. Поначалу краем глаза посматривал за ней, но, когда пролилась первая кровь, и девушка уверенно разодрала глотку противнику, слегка успокоился.

Лита, низко пригнувшись, вновь зашипела и облизала губы. В таком образе она больше была похожа на голодного монстра, нежели на человека. Настрого решил, что передо мной изуродованная версия той рабыни, которую знал, и я не стану пытаться её спасти. Самое большее, что я могу для неё сделать — это избавить от страданий и прекратить её мучения. А для этого существовал всего один способ, причём известный нам обоим.

Лита атаковала, и я заметил, что с прошлого раза девушка заметно прибавила в скорости. Она стремительно добралась и прыгнула на меня, как пантера из кустов. Я блокировал удар двумя клинками и оттолкнул её назад. Прежде, чем отпрыгнуть, Лита широко разинула рот и обнажила пожелтевшие и местами прогнившие зубы.

Я мысленно отдал команду, и температура оружия начала повышаться. В следующий раз, если убийца попробует атаковать так открыто, то пожалеет об этом дважды. Она кинжалами выписала в воздухе восьмёрку, и я бросился в атаку. Короткая двойка, нацеленная в печень и грудь, пронзила пустоту, когда Лита отпрыгнула в сторону и ударила в ответ.

Я предполагал, что она так поступит, поэтому заранее закрутился, и кинжал прошёл мимо моего тела. Вместо того, чтобы продолжить схватку на ближней дистанции, она, как заправский гимнаст, задним кульбитом разорвала расстояние, и между её пальцев появились тонкие иглы. Мне уже приходилось иметь дело с подобными, и готов поспорить, что кончики смазаны своего рода нейротоксином, а может, даже ядом.

Не стал проверять на собственной шкуре, поэтому, когда она метнула все четыре штуки, меня там уже не было. Повышенная после конструкта Трева скорость дала свои плоды. Я двигался намного быстрее, нежели в прошлую нашу встречу, и видел её движения еще до того, как она их начинала. Ещё прежде чем она совершала выпад, мой разум отмечал то, как двигаются её плечи и поворачиваются бёдра.

Не знаю, то ли виной всему повышенные характеристики, то ли всё, что я делал с момента появления на Рубежах — это сражаюсь, но что-то изменилось. Вместе с телом адаптировался и разум, который, в свою очередь, подкреплялся взаимодействием с височным имплантом. Сперва начал замечать, как вижу едва заметные движения её тела. Небольшие подсказки в виде положения спины, направления плеч и позиции бёдер, но затем это превратилось в нечто другое.

На мгновение её тело очертилось красным контуром, и перед глазами забегали цифры со знаком процента. Сложилось такое впечатление, что разум со скоростью компьютера анализировал её стойку и выдавал возможные типы атак. Я вспомнил, как нечто подобное видел, когда впервые сражался против боевых ежей, но тогда всё ограничилось короткой вспышкой.

В этот раз статистика задержалась на экране интерфейса, советуя остерегаться нападения снизу. Так и вышло. Лита быстро приблизилась, а перед самым ударом сделала ложный выпад и пригнулась. Кинжал просвистел в районе паха, едва не лишив меня достоинства, а затем стремительно метнулся к моему подбородку.

Я слегка приподнял голову, но кончик всё же задел и немного надрезал кожу. В ту же секунду шагнул вправо и со всей силы провёл удар ногой в голову. Лита не успела заблокировать атаку и кубарем покатилась в сторону здания. Я побежал следом и собрался закончить всё одним ударом, как вдруг убийца ловко кувыркнулась и оказалась на четвереньках.

Мне удалось запрыгнуть сверху, и острые раскалённые клинки замерли в сантиметре перед её визором. Ситуация кардинально изменилась, и, в отличие от прошлого раза, мы поменялись местами. Лита успела выставить локти и блокировать атаку, но высокая температура оружия возымела свой эффект.

Островки кожи на лице девушки постепенно запекались, а затем начинали пузыриться. Одежда на локтях прожигалась за секунды, оголяя грубую морщинистую кожу. На секунду мне подумалось, что она очень похожа на ежа. Сморщенная и выжженная химикатами, и что бы с ней ни произошло — это явно дело рук мясника.

Лита воспользовалась моим замешательством и сумела сбросить меня набок, а сама вскочила на ноги и побежала по дороге, ведущей на станцию. Я перекатился, вскочил на ноги и увидел, как убийца свернула за угол. Бежит в страхе или меняет позицию? Не думаю, что она меня боится, ведь даже когда кожа запекалась и пузырилась, выражение лица Литы осталось прежним. Значит, хочет перевести бой в другую плоскость и попробовать воспользоваться преимуществом местности.

Мой путь и так лежал вглубь станции, поэтому не вижу ничего плохого в том, чтобы сменить декорации. В любом случае, сегодня её последний день, и где она умрёт, меня не особо волнует. Я заметил, что Седьмая сумела справиться с целым отрядом наёмников, но при этом получила серьёзное ранение.

С левого плеча хлестала кровь и пропитывала заляпанный белый топик. Девушка тяжело дышала и, на первый взгляд, не рвалась догонять старика. Если бы не знал её так хорошо, то подумал бы, что Седьмая решила сдаться, но нет. Она попросту переводила дух. Я подошёл к ней, бесцеремонно заглянул под курточку и достал из инвентаря обычный клей. Чего только не найдется в распределительной консоли, если на руках есть киба или синта.

Она вытерла выступившую со лба испарину и поморщилась, когда я на скорую руку заклеил ей рану:

— Куда… где он спрятался? Как думаешь?

Я убедился, что рана плотно закрыта, и Седьмая не потеряет много крови, а затем ответил:

— Ты видела мультик системы так же, как и я. Думаю, там есть железная дорога, а значит, и транспорт, ведущий куда-то дальше.

— ВР-1? — подняв голову, спросила та.

— Может быть, но в мультике Харэно говорил о каком-то Чистилище. Не знаю, то ли это место, или оно лежит рядом с Первым рубежом. В любом случае, ответ хранится у него в голове, поэтому надо поспешить.

Седьмая улыбнулась, дружески оттолкнула меня и произнесла:

— Эй, это обычно я говорю, — она поморщилась, попробовав двинуть раненой рукой. — Чёрт, уроды оказались крепче, чем я предполагала. Ладно, веди, я за тобой!

Между двумя высокими зданиями, словно башни стражи, проходила широкая дорогая, которой, судя по гладкой поверхности, пользовались довольно часто. Она действительно привела нас к самой что ни на есть настоящей погрузочной станции.

В центре находилась железная дорога, на которой стоял небольшой локомотив с пассажирским вагоном. Над ним навис огромный промышленный кран, рядом с которым стояли большие красные контейнеры. Это место выглядело как технологический островок между рубежами, предупреждая о том, что мы там сможем увидеть. На Третьем я рубеже и представить не мог, что увижу полноценный кусочек настоящей инфраструктуры, но мы сюда пришли не за этим.

Железная дорога уходила далеко за горизонт, но где все люди? Кто будет управлять этим поездом, и, главное, где спрятался Харэно? На обеих платформах не было видно ни души и даже богатых вещей старика, который тот вёз за собой целым караваном. Правда, мне удалось заметить передвижную платформу из нескольких мотоциклов, брошенную у одного из высоких зданий. Неужели придётся проверять их по очереди? Пускай и так, но главное — не дать Харэно воспользоваться поездом, поэтому проверю его в первую очередь.

Мы с Седьмой забежали внутрь и приготовились к бою. Тихо, как в шахте. Проверили купе за купе и обнаружили лишь пустующие кровати и удобные диванчики. Меня подмывало начать разносить мебель на куски, если трусливый старик решил спрятаться под одной из кроватей, но в тот момент снаружи раздался чей-то писклявый голосок, и Седьмая выбежала из поезда.

Симпатичная девушка невысокого роста выглянула из здания и тут же скрылась, напоследок взмахнув каштановыми волосами с розовыми кончиками. Видел такую в конструкте Седьмой, видимо, это одна из наложниц. Саму девушку словно подменили. Усталость мигом пропала, в ногах появилась былая энергия, и она на всей скорости влетела в здание. Пришлось догонять.

— Нет! Нет! Не убивай! — прокричала одна из наложниц, отползая в сторону на четвереньках.

Седьмая крепко стиснула зубы, достала короткую катану и безжалостно перерезала девушке глотку. Наложница, зажимая рукой разрез на шее, из которого хлестала кровь, тускнеющими глазами смотрела на свою убийцу, силясь что-то прохрипеть. Широкая винтовая лестница вела на верхние этажи здания, которое сильно напоминало склад. Я смотрел, как с кончика катаны Седьмой капала кровь, как вдруг сверху послышался скрип, сопровождаемый старческим кашлем.

— Стой! Подожди!

Не успел я окликнуть Седьмую, как та уже оказалась на лестнице и побежала вверх. Вот же юркая, опять придётся её догонять, как вдруг со второго этажа на меня спрыгнула Лита, широко расставив руки с зажатыми в кулаках любимыми кукри. Я дважды выругался, перекатился в сторону и решил, что с нашими частыми встречами пора заканчивать.

Лита привычно набросилась с яростью дикого зверя и грацией кошки и попыталась одним ударом перерезать мне глотку. Перед взглядом вновь замелькали цифры и статистика в процентах, но я и без них уже выучил стиль противницы. Ей явно не хватало боевой подготовки, и, несмотря на все эти импланты, за ними всё ещё находилась та самая Лита. Дикая и неуравновешенная девушка, которую я встретил в сырой клетке Третьего рубежа.

Она сражалась как безумный зверь и полагалась на врождённые инстинкты убийцы, но для победы этого мало. Нечеловеческая ярость и кровожадность поможет одолеть многих противников, но что будет, если встретить того, кто держит свой разум спокойным?

Я резко выдохнул, взял все чувства под контроль, напомнив, что они всего лишь мои орудия, и приготовился к нападению. Лита зашипела, брызнув слюной, и с впечатляющей скоростью ринулась в атаку. Она слишком сильно хотела меня убить, слишком жаждала моей крови и совершенно не заботилась о себе.

Я чиркнул клинками, выбив яркую искру, а затем блокировал первый кукри, отбил атакую вторым и перебросил убийцу через бедро. Когда Лита ударилась спиной о землю, тут же занёс клинок, и в этот раз увернуться у неё не получилось. Он вошёл прямиком в живот, и девушка выхаркнула кровь.

Она попыталась взмахнуть рукой и забрать меня с собой напоследок, но мне удалось блокировать оба запястья ногами и зафиксировать их на земле. Лита смотрела на меня сквозь гротескный визор, что-то невнятно бурча под нос, а затем сложила губы и прошептала:

— Смертник.

Я резким движением вытащил клинок, забрал кинжалы и бросил на неё прощальный взгляд. Под телом Литы растекалась лужа крови, но даже сейчас по её лицу легко прочитать, что умирать она собралась с ненавистью в сердце. Пускай и так. Жила с ней в сердце, с нею и подохнет.

Она ещё некоторое время дёргалась, пытаясь до меня добраться, а затем медленно выдохнула, и её тело вконец обмякло. На всякий случай проверил пульс, дабы убедиться наверняка, и, не обнаружив ритма, побежал вверх по лестнице.

В небольшом помещении, где находился старый железный стол и заметно потёртый стул, в дальний угол забился Харэно. Седьмая стояла спиной ко мне, и с кончика её катаны на свежий труп наложницы капала кровь. Каштановые волосы, розовые кончики и фиолетовые мешковатые штаны. Если бы не знал, то подумал бы, что передо мной тело Седьмой, настолько поразительным было сходство.

— За что? За что ты меня так ненавидишь? Я дал тебе всё, слышишь, всё! Я взял тебя с улицы, сделал самой любимой наложницей, и целый год ты жила как королева! Разве у тебя не было собственной комнаты? Разве я не уделял тебе больше внимания, чем остальным? Разве я не любил тебя, Номер Семь? А? Чего ты молчишь?

Седьмая крепче сжала рукоять оружия и медлила. Помню, как в сценарии она обвиняла ублюдка в смерти её родителей, помню, как едва держалась, чтобы не поддаться истерике, а что сейчас? Сейчас она, опустив голову словно ребенок, стояла и молчала.

Старик пополз к ней навстречу и, протягивая руку, молил:

— Ты ведь моя самая любимая девочка. Из всех наложниц я ценил только тебя. Почему ты думаешь, все они так похожи на мой любимый номер Семь? Даже когда ты решила уйти, я не стал тебя держать, потому что знал, что ты ко мне вернёшься. Почему ты ко мне не вернулась? У тебя могло быть всё! Всё, о чём только может мечтать любая девочка, и шанс ещё не упущен! Посмотри мне в глаза, посмотри и скажи! Мы прямо сейчас вместе отправимся на Первый рубеж, где ты заживёшь как настоящая королева! Скажи, номер Семь! Прикажи мне, как приказывала всегда!

От одного вида старика меня чуть не вырвало. Даже не хочу знать, что ему там приказывала Седьмая и в какой форме. Всё, что мне хотелось сделать — это вскрыть ему черепушку и заглянуть внутрь. Молчание затянулось. Седьмая медленно опустила голову и холодным голосом произнесла:

— Знаешь, а я ведь приготовила целый монолог, даже потратила последние ресурсы, чтобы сделать конструкт с тобой в главной роли. Представляешь? Твоё убийство принесло мне немало удовольствия, но до сих пор я не понимала, что меня останавливало. Почему я так сильно боялась тебя убить по-настоящему? Ты вызывал у меня неподдельный страх, Харэно, но всё, что сейчас всё, что я вижу, — так это старого, трясущегося за свою жизнь человека. Именно по этой причине мне нечего тебе сказать.

— Номер Семь, не надо так, прошу!

Она покосилась на меня и добавила:

— Я обязана этому человеку многим и, в первую очередь, душевным спокойствием. Мне хотелось тебя убить больше всего на свете, отомстить за смерть родителей и сотни других людей, но теперь… теперь мне просто наплевать.

Ладно, поговорили — и хватит. Я стремительно обошёл Седьмую, с размаха ударил ногой в челюсть старику и опрокинул его на спину. Он что-то промычал, давясь собственными зубами, но его слова больше не имели веса.

Ну давай, паскуда, работай! Проникай в его разум, считывай воспоминания!

Удар, за ним ещё один. Старый ублюдок отказывался затыкаться и продолжал тянуть руки к Седьмой и молить её пощаде. Я ударил снова и ощутил, как внутри разгорается огонёк. Невидимые руки потянулись к имплантам Харэно, проникая через них в его разум, а я не заметил, как кончики моих больших пальцев, коснулись его глаз.

//Внимание: Происходит подключение//

Я крепко стиснул зубы, оскалился и со всей силы надавил. Кровь брызнула в лицо, старик задёргался в конвульсиях, и мои большие пальцы утонули в глазницах ублюдка. Разум окунулся в кипящий бульон, бросая меня из одного сценария к другому. Как понять, как нащупать то, что именно нужно?

Меня резко охватило такое ощущение, словно в мозг вонзают ржавые гвозди и сверху забивают молотком. Сознание просило, нет, оно молило остановиться и пожалеть организм, но я был на верном пути. Перед глазами возникали картины широких асфальтированных улиц, по которым сновало множество автомобилей. Люди, одетые в богатые одежды, яркие вывески, готовая еда, от которой забурчало в животе. Нет, слишком далеко, назад.

Большие пальцы погрузились глубже, а я, едва сдерживая зарождающийся в горле крик, продолжил искать, пока наконец не наткнулся на нужное воспоминание, и перед глазами развернулась картина:

Я иду по чёрной от сажи земле, отчего хочется кашлять. Прикрываю рот небольшим светлым платочком и стараюсь не смотреть за спину. А что там? Как повернуться? Вдруг в груди резко возникло запретное желание, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на идущую рядом девушку. Как от неё вкусно пахнет, эти каштановые волосы, упругие груди, широкие бёдра. В голове проскальзывает сразу несколько сценариев, что с ней можно сделать, а затем наступило разочарование. Разочарование? В чём? А, понятно, она не та, о ком мечтаю — лишь жалкая копия.

Старый ты, сука, извращенец Харэно, я не для этого прохожу через муки, чтобы наблюдать за твоими больными фантазиями. Ну же! Крутани головой! Дай осмотреться! Старик явно пытался сопротивляться и, как мог, ставил палки в колёса. Изображение то скакало, то по нему проходила противная рябь, а то и вовсе исчезало. Всё, что мне нужно, — это понять хотя бы направление, в какую сторону думать.

Я явно вышел из какого-то поселения, так как за спиной всё ещё слышались чьи-то голоса и лязг металла. Впереди дорога, уходящая круто вверх, отчего тяжелее становится переставлять слабые старческие ноги. Наложница решила помочь и взяла меня под руку. Резко захотелось оттолкнуть её в сторону, ведь я всё ещё молод, но запах её волос заставил задуматься о другом.

Да твою же мать…

Когда мы поднялись по дорожке, стало намного интереснее. Перед глазами возникло стоящее на посадочной площадке воздушное транспортное средство. Изящные округлые линии, каплевидный корпус и открытая сбоку горизонтальная дверь. Рядом стоят двое мужчин и предлагают залезть внутрь. Это и есть путь на Первый рубеж? Только по воздуху? Мне надо будет найти место, где припаркован вот такой вот аппарат? Да это практически невозможно! Тем не менее я продолжил смотреть.

Сажусь в обтянутый кожей салон, и наложница тут же наливает приятный на запах напиток в бокал на высокой ножке. Удалось повернуть голову и бросить взгляд на нахмурившегося Вицерона. Что, упырь, тебя с собой не возьмут? Он смотрит на меня так, словно за спиной у него спрятан кинжал. Чувствую ответную ненависть к наследнику, но стараюсь её не показывать.

Двери транспорта закрываются, на мгновение погружая нас в абсолютную темноту. Наложница игриво теребит пальцами пояс моего халата и ловко погружает руку внутрь. Вдруг стенка двери загорается и превращается в прозрачное окно.

Дым, очень много дыма. Чёрный как ночь смог накрывает собой целый сектор на земле в то время, как транспорт набирает высоту. Наложница касается моего тела, и вдруг возникает дикий приступ желания. Я закрываю глаза, откидываюсь на кресле и детально вспоминаю ту, которая захватила весь мой разум.

Воспоминание пронеслось стремительной молнией в моём сознании и сохранилось отдельным файлом в виртуальной библиотеке. Я медленно открыл глаза, удивляясь, что после такого цифрового трипа мой разум не раскололся на тысячи мелких осколков. Голова гудела колоколом, кончики пальцев всё ещё ощущали вязкую жидкость глазниц ублюдка, но при этом я лежал на спине и правой щекой ощущал холодный пол.

У стены валялся изуродованный труп Харэно с вдавленными внутрь глазами, но это не всё. Кто-то явно поработал над ним после, сначала перерезав глотку, а затем, исполосовав всё лицо глубокими порезами. Седьмая!

Я повернул голову и увидел, как она сидела на мне. Девушка смотрела на меня глубокими лазурными глазами и часто дышала. Попробовал подняться и заговорить, как внезапно она закрыла мне рот ладонью и коротко покачала головой. Постепенно начал ощущать, что боль отступает, а колкость на кончиках пальцев бесследно проходит, и в этот момент активизировались другие чувства.

Седьмая сначала сняла курточку и отбросила в сторону, а затем одним движением избавилась от топика. Я лежал и смотрел на её красивые и аккуратные груди, в то время как девушка поёрзала бёдрами и потянулась к ширинке моих штанов. Не знаю, что на неё нашло, но решил растянуть этот момент и коснулся её бёдер.

Она опустила глаза, стянула с меня футболку и положила мои ладони себе на грудь. Ещё никогда я не видел её столь беззащитной и уязвимой. Девушка молча смотрела мне в глаза, словно пыталась что-то сказать, а затем наклонилась, прижалась грудью, и ногами стянула с меня штаны. Удивительно, но в этот момент я сумел позабыть обо всём, даже о том, что происходило на ВР-2.

Она прикоснулась ко мне губами, а затем я перебросил её на спину, одним движением стянул штаны вместе с бельём и оставил её лежать обнажённой рядом с трупом ублюдка Харэно. Затем Седьмая улыбнулась, обхватила меня бёдрами и, потянув к себе, тихо застонала.

***

Кровь разорвать и поглотить плоть изрыгнуть её обратно и передать в качестве подношения своему богу

Охранники на входе распределительной станции ВР-2 стали первыми жертвами, когда из тьмы донеслось шуршание миллионов маленьких ножек. Сначала наёмники подумали, что кто-то решил над ними пошутить и сымитировать атаку охотников, но когда звук становился всё ближе и громче, они поняли, что пора бить тревогу.

Невысокий и коренастый мужичок в очках с толстой оправой, как обычно, вышел из своей маленькой каморки, почесал задницу и щелчком отправил в полёт что-то добытое из левого уха. Наёмники опять шумели, видимо, пришли выполнять ежедневное задание уже будучи пьяными. Ну вот почему система всегда посылает ему полоумных имбецилов? Ещё и эти странные слухи, а ведь скоро отправлять товар на ВР-3, а на поверхности происходит полный мрак.

Правда, политика его не интересовала. Всю свою жизнь он провёл на своём маленьком посту и тщательно следил за тем, кто приезжает и что привозит. Человек спустился по небольшой железной лестнице, посмотрел на свежую заплатку железнодорожных рельсов и жадно улыбнулся. Тот хлам, который ему тогда оставил Смертник, он загнал по весьма прибыльной цене, а ремонт всё равно оплатили кланы. Мужчина посмотрел в сторону закрытой переборки и подумывал, не открыть ли её. Мало ли сейчас какой-нибудь другой залетит на вагонетке и решит оставить ему подарок. Шанс невелик, но всё же есть.

Он подошёл ближе и услышал крики. Наёмники не только нажрались на посту, но и решили устроить драку. Как типично! Слух его в последнее время подводил, но вот не разум. А разум твердил, что неплохо бы открыть перегородку и высказать всё нерадивым охранникам.

Вдруг мощный удар в массивные железные ворота усадил его на пятую точку, и очки в толстой оправе свалились на землю. Мужчина панически нащупал их и, нацепив на нос, широко открыл рот. Удар! За ним ещё один! И ещё! Наёмники перестали кричать, и вместо их голосов с другой стороны донёсся стрекот пулемёта. Нечто лупило в ворота с такой скоростью и силой, что сложилось впечатление, будто там орудовал целый батальон.

Человек спешно поднялся на ноги, подтягивая штаны на растянутой резинке, и побежал в сторону регистратуры. Нужно предупредить, нужно кого-нибудь найти, нужно сделать хоть что-нибудь! Несмотря на толстый барьер между ним и смертью, мужчина отчётливо ощущал запах гниющего мяса. Это не охотники, точно не охотники.

Когда он добежал до двери, ведущей на лестницу, то, после очередного мощного удара, ворота не выдержали. Всё, что он успел сделать, так это открыть рот и увидеть, как на ВР-2 хлынула настоящая волна из отвратительных монстров. Мужчина тихо застонал, потянулся поправить очки, а затем закричал во весь голос.

Его никто не услышал. Пока монструозные создания вместе с их новорождённым богом пробивали себе путь, на поверхности половина Второго рубежа была объята огнём. Люди воровали, били и убивали друг друга без какой-либо жалости. Они и не были готовы к тому, что грядёт к ним из-под земли. С того самого фронтира, куда они добровольно отправляли тысячи и тысячи тонн живого материала. И именно в этот самый момент это решило вернуться домой и поквитаться с дорогими родственниками.

***https://author.today/work/491759 - Продолжение