Проект: "Возмездие" Книга 4.

Глава 14

Над головой приглушённо слышалось множество чьих-то шагов и взбудораженные возгласы зрителей. Они устраивались на свободных местах, в то время, как мы зашли в комнату для подготовки. Первое слово, которое пришло на ум — сарай. Осыпающаяся крупными хлопьями ржавчина со стен, запах испражнений и настолько душная атмосфера, что всего за несколько секунд на лбу выступила липкая испарина.

Ежи, не двигаясь, покорно стояли у стены и ожидали приказов своих хозяев. Крупные, закованные в железо и сталь, они больше напоминали перекачанных орков в боевой броне. Высушенная от постоянных химикатов и сражений морщинистая кожа, обтягивала их тела словно мешковатый плащ, заправленный в начищенный хром.

Больше роботы, чем ежи, с различным уровнем кибернизации, они молча дожидались приказов и не обратили внимания на вошедших меня и Мышь. Их владельцы, в свою очередь, настороженно посмотрели на нас, узнав весьма необычного ежа в ониксовой маске с выбитым на ней номером 7-11. Мышь шёл вальяжной походкой и мокро шлёпал высунутым длинным языком по собственным щекам и груди.

Сказать, что он выделялся из остальных — значит, не сказать ничего. Другие ежи превышали его в размерах, габаритах, выучке и дисциплине. Более того, видимо, никто из владельцев не поработал над скелетом своих рабов, и они всё ещё не могли разогнуть спины. В то время как Мышь вошёл, широко расправив плечи, и красовался прямой осанкой. Однако даже так была заметна разница в размерах, и это может стать проблемой.

— Смертник? — раздался голос худощавого мужчины с редкими седеющими волосами.

Как только он произнёс моё имя, я заметил, что большинство наёмников отреагировало. Некоторые вполглаза посмотрели и не придали особого значения. Другие откровенно пялились, но больше всего меня насторожила дальняя парочка у стены. Две девушки с обильно шрамированными лицами и выкрашенными в ярко-жёлтый цвет волосами. Они переглянулись, и одна из них кивнула в мою сторону.

— Мы знакомы? — спросил я человека, державшего в руках простенький планшет.

— Я регистратор, и ты у меня в списках, — произнёс тот, а затем перевёл взгляд на ежа и молча кивнул.

— Смертни-и-и-к, — протянул Мышь, чем заставил обернуться всех в помещении.

Мужчина ухмыльнулся и нажал несколько клавиш на стареньком планшете:

— Ну тогда точно не ошибся. Его бой через час, если хочешь, ежа можешь оставить здесь, и мы его сами выведем. Тебе, как участнику положено место в ложе на самом верху арены. Там ты сможешь встретить других и освежиться перед боем, если хочешь, — он собрался уходить, как вдруг щёлкнул пальцами и добавил. — Это твой первый раз, поэтому предупрежу сразу: к торговым кланам не лезь, пока они сами с тобой не заговорят.

Хотел поблагодарить человека, как за спиной раздался чей-то мощный топот. Кажется, даже стены пошли ходуном. В помещение вошёл настоящий монстр. Сгорбленный, как и все остальные, он каким-то образом сумел разожраться до размеров настоящего гиганта, а железа на еже было больше, чем плоти.

Он едва не касался своим металлическим горбом потолка, а рядом с ним шёл его хозяин. Самоуверенный, подборок задран вверх, как у заправского генерала, а походка вальяжная и расслабленная. С таким ежом я бы тоже не особо переживал. Вдруг наши взгляды встретились, и на мгновение я заметил лёгкую улыбку на его губах. Так смотрят на человека, которого либо ожидал здесь увидеть, либо долго искал. Неужели моя репутация на ВР-2 настолько обгоняет, что даже владелец такого монстра знал меня в лицо?

— Смертни-и-и-к, — снова протянул Мышь, и, кажется, в его голосе послышался страх.

— Не пруди. Слышал такое выражение? Чем они больше, тем более падать. К тому же, посмотри, как ты отличаешься ото всех. Тупые как пробка, покорные и неспособные принимать собственные решения. Если им прикажут, они будут хозяину задницу вылизывать двадцать четыре на семь. Ты ведь не станешь?

— Смертни-и-и-к, — промычал тот, отступив на шаг.

— Ну вот видишь, значит, тебе не о чем беспокоится!

Владелец огромного ежа в кожаной безрукавке на голое тело подошёл, зачесал зелёные волосы назад и, криво улыбнувшись, представился:

— Красавчик. Это Ежежор.

Я пожал руку и ответил:

— Смертник, а это Мышь.

— Смертнии-и-и-к.

— О! Он у тебя ещё и разговаривает. Занятно. А если ему кишки вырвать и через задницу вытащить, он тоже тебя по имени звать будет?

Ясно, с тобой мы не поладим. Подмывало врезать ему как следует, но устраивать драку на пустом месте и рисковать исключением крайне глупо. Моя цель — это клановые упыри, а не какие-то женоподобные черви. Поэтому я пожал плечами и ответил:

— Ну с вопросами через задницу — это не ко мне. Думаю, ты в этой сфере разбираешься лучше меня.

За спиной раздался сдавленный смешок, больше похожий на хрюк, а затем мужчина вмешался в разговор:

— Красавчик, записал, правила знаешь. Ежа можешь оставить, сверху ждут напитки. И никаких драк, ясно?

Наёмник нахмурился и стиснул зубы. Что, не привык, когда с тобой так разговаривают? Он подошёл ближе, насупился и ядовито прошипел:

— Ты лучше следи за языком, выродок. Я последние шесть лет, побе…

— Да мне насрать кто ты, — спокойным голосом перебил я его и вежливо отодвинул от себя. — И на твои дела с кишками и задницей. Иди куда шёл, чего ко мне пристал?

Атмосфера накалилась. Красавчик, не отводя от меня глаз, потянулся к поясу за оружием. Я проводил его руку взглядом, затем посмотрел в его глаза и слегка приподнял брови, словно спрашивая: «Ну и?». Он замер, проверяя меня на наличие стальных нервов, а когда ожидаемого результата не увидел, я молча развернулся, словно его и не было, и постучал указательным пальцем по маске Мыши.

— Слушай, мне надо будет отойти минут на двадцать, может, чуть больше, но к бою я обязательно вернусь. Ты, главное, не пруди и всегда помни, если что я рядом. Хотя ты и сам должен справиться. Помнишь, как много крови было в КС? Во-о-от. Если хочешь ещё — придётся убивать. Понял? Только наёмников не трогай. Ежи, только ежи!

— Смертни-и-и-к, — ответил Мышь и плюхнулся на землю прямо посреди помещения.

Я обернулся и увидел, что, оказывается, Красавчик всё ещё сверлил меня взглядом, и, махнув рукой в его сторону, произнёс:

— Отойди, мне пройти надо.

Святые Боги Города-Кокона, как же мне надоело общаться с тупым быдлом, и как же легко их вывести из себя. Ну ты же чемпион вроде, слава, женщины и прочее, а тебя какой-то грязный наёмник вывел из себя парой предложений. Нет, имя “Красавчик” ему явно не подходило.

— Всё, пошли, — в очередной раз вмешался старик. — Ежежор первым выступает, сам знаешь правила.

Наёмник попытался хоть как-то сохранить лицо, поэтому натянул фальшивую улыбку и, развернувшись, прокричал на всё помещение:

— Ну что, сучки, чемпион вернулся! Всем выстраиваться в очередь и вставать на колени. Папочка будет оценивать каждый отсос отдельно! — затем отрывисто крикнул, хлопнул в ладоши и направился в сторону выхода на арену.

Молчаливый ёж последовал за хозяином, даже не обратив внимания на Мышь. А тот спокойно сидел на своей металлической заднице и смотрел на меня. Регистратор напомнил, что наша очередь через час, а значит, у меня есть время, чтобы заняться делом.

Я вышел через соседнюю дверь, поднялся по винтовой лестнице и оказался на трибунах арены. Она вмещала порядка нескольких сотен человек, а остальные карабкались по стенам и старались наблюдать с крыш соседних домов. Справа был виден путь, ведущий к ещё одной лестнице, уходящей наверх к ложе. Она заметно выделялась на фоне всей арены и была чем-то похожа на мостик корабля.

Вдруг в кармане зажужжал телефон, и на экране появилось изображение черепа на фоне огненного торнадо. Седьмая.

— Ну как всё прошло? — раздался голос девушки из трубки.

— Мышь будет биться через час, а я собираюсь пройти в ложу, у вас как?

— Левее, ещё левее, ага, вот, видишь? — с такими рекомендациями я быстро заметил, как с противоположной трибуны яростно размахивала рукой Седьмая, а затем она продолжила. — Трев с твоей стороны, Приблуда на боковой. Элли напротив. Хорошо просматривается вся арена, поэтому, если что, мы готовы. Только дай знак.

Я нахмурился и, поглядывая в сторону лестницы, ответил:

— Надеюсь всё обойдётся, но, на крайний случай, всё же будьте начеку. У меня такое чувство, словно за нами уже следят. Передай остальным, пускай смотрят в оба. Не знаю, может, просто кажется, но лучше перестраховаться. И, Седьмая, девочки точно не подведут?

— Они будут там, где им сказано, но, Смертник, если ты не справишься, их убьют.

— Значит, выбора у меня особо не остаётся. Всё, свяжусь сам, когда придёт время. До тех пор смотрим в оба, и пускай Элли оценит Ежежора. Ублюдок настолько огромный, что в этой туше просто должна быть какая-нибудь слабость.

— Сделаем.

Ну что, настало время для представления. Вицерон был хитрым и грамотным ублюдком и неплохо всё законспирировал. Чтобы столкнуть кланы лбами, придётся попотеть и заставить их поверить мне. Если прид и скажу всё в лоб, меня осмеют, а этим же вечером отправят убийц. Нет, всё должно выглядеть естественно, и когда они сами дойдут до осознания случившегося, тогда и ударю.

Я остановился возле свободного места, присел и, закрыв глаза, ещё раз прокрутил воспоминания Вицерона в голове. Они пронеслись как на быстрой перемотке и останавливались лишь тогда, когда сам того хотел. У меня, конечно, память очень хорошая, но чтобы вот так? Каждый момент, каждая деталь, каждое сказанное всеми этими людьми слово звучало в моей голове с невероятной чёткостью. На мгновение могло показаться, что, вместо проигрывания воспоминаний, я погружаюсь внутрь, вселяясь в тело Вицерона.

Это не может быть результатом работы моего мозга. Здесь явно замешан височный имплант и загадочная система, от которой так и не было вестей. Вообще, в последнее время госпожа задумчиво молчала, раздавая лишь скучные ежедневные задания на поддержание работы ВР-2, и иногда отправляла отчёты о полученном опыте.

Значит, все отрывки памяти хранились в височном импланте. Надо попробовать откопать предыдущие. Я закрыл глаза, попытался сосредоточиться и прогнать прочь голоса окружающих меня зевак, как вдруг мир исчез. Вот они, аккуратно каталогизированы и составлены на удобную полочку. Могу прикоснуться, достать и развернуть, словно любимую книгу. Страница за страницей, буквы соскакивали и выстраивались в картины чужих воспоминаний. Вот Вицерон, вот заключённый в еже маньяк, вот Лита, а вот тот самый залётный, с кого всё и началось.

Каталог испарился, а меня вернуло в реальность мощным ударом в височную долю. Я развернулся, в попытке найти обидчика, но места рядом всё ещё свободны. Значит, удар не извне, а изнутри? Чёрт, забрался слишком глубоко? Ну же, возможность подключаться к чужому железу ты мне уже дал, давай познакомимся поближе! Тем более, что в ложе ещё собрались не все.

Я повторно погрузился, снял с полочки воспоминание Вицерона и внимательно изучил. Секунда, другая, вроде полёт нормальный. Однако не успел расслабиться, как невидимый гвоздь вновь ударил в правый висок. Значит, не совпадение. Я закрыл интерфейс и, вернувшись в реальный мир, устало потёр переносицу.

//Внимание, идёт подключение к Городу-Кокону//

Вот это неожиданно, и, пожалуй, с меня хватит! Пора брать контроль в свои руки и пресекать все эти попытки подключения и скачивания пакетов. Я вновь закрыл глаза и попытался хоть что-нибудь почувствовать. Если интерфейсом и умениями в КС управлял более или менее инстинктивно, то здесь дела обстояли совершенно иначе.

Работа с имплантом сильно напоминала попытки новорождённого ребёнка начать ходить. Сначала перевернуться со спины на живот, затем поработать руками, подняться на колени, зацепиться за что-нибудь и уж только потом встать. Причём даже в таком случае понадобится достаточно времени, чтобы суметь сделать первый шаг.

Вдруг понял, что удалось нечто почувствовать. Очень тонкое, очень далёкое, но всё же имевшее оболочку в этом бесконечном цифровом море. Не знаю, подстраивался ли мой разум, но по ощущениям показалось, что нащупал какой-то проводок. Нейрон? Часть импланта? Чем бы он ни являлся, кончиками пальцев я ощущал, как по нему передаётся информация.

Теперь не уйдёшь…

//Внимание, пакет данных скачан.

//Идёт принятие пакета данных из Города-Кокона.

Ну же, должен ведь существовать способ тебя контролировать. Мой мозг — это не бесплатное и бездонное хранилище, по которому можно гонять информацию туда-сюда.

Сначала перевернуться на живот и заработать руками.

Невидимые пальцы коснулись провода, и я ощутил, что могу разобрать его на несколько тоненьких магистралей.

Так, теперь попробовать подняться на колени.

Каждая магистраль отвечала за приём и отдачу определённых пакетов, но как понять, какая именно? Неужели поток не останавливается и происходит в режиме реального времени? Логично, если предположить, что таким образом ко мне была подключена система. Однако это значит, что если оборвать не тот проводок, то потенциально можно лишиться одной из плюшек наёмника или наоборот?

//Внимание: Получение пакета данных завершено.

//Соединение с Городом-Коконом прервано.

Сука…

Понять бы ещё, что передал, а что принял. Я вновь погрузился в библиотеку воспоминаний и не обнаружил нового поступления. Причём старые остались стоять на своих местах. Значит, не здесь, а где? Принялся яростно заходить во все вкладки, пытаться отыскать хоть какие-то изменения, но ничего. Ничего не изменилось и осталось, как прежде.

Я открыл глаза и медленно выдохнул. Добро пожаловать обратно на ВР-2, где легко лишиться не только жизни, но, видимо, и мыслей. Хотя бы целостность уже имеющихся удалось сохранить. В противном случае весь план был бы под угрозой, и доказать скотство Вицерона стало бы проблематично. А он был ещё той сволочью. Единственное радовало, что ублюдок сдох раньше, чем смог воплотить свой план в жизнь, иначе всё бы пошло по совершенно другому сценарию.

Толпа взревела. На арене начался первый бой, и я заметил, что один из его участников был Ежежор. Против него вышел боевой ёж поменьше, хоть при этом и крупнее Мыши. Секунда, другая, и битва началась. Краем глаза посмотрел на ложу, где собрались ещё не все представители кланов, и решил немного понаблюдать за битвой.

Я всё ещё собирался подключиться к Мыши, если понадобится во время сражения, поэтому полезно знать, чем обладал противник. Ежежор атаковал первым, взмахнув когтистой лапой, на кончиках пальцев которых находились стальные лезвия, но второй ёж оказался юрким. Он с лёгкостью парировал, пригнулся и шагнул вперёд. На мгновение показалось, что расхваленный чемпион оказался обычным пустозвоном, и кишки Ежежора вот-вот окажутся на земле, как тот смог меня удивить.

Он выставил колено и зарядил прямиком в челюсть нападавшему. Противник зашатался и, глухо взревев, потянулся ладонями. В эту же секунду ёж Красавчика схватил его за шею, поднял на потеху толпы и вонзил левую руку тому в живот. Внутренности лапшой вывалились наружу, а обмякшее тело противника повисло безжизненным каркасом.

Вот так, всего за несколько секунд, закончился первый бой. Я ожидал куда более красочного сражения с использованием имплантов, но Ежежору даже не понадобилось к ним прибегать. Видимо, всё же рано было записывать его в позеры, и, думаю он ещё успеет удивить.

Мыши придётся несладко, в этом нет никаких сомнений, однако до его очереди ещё осталось больше сорока минут, а судя по тому, как ложу заполняли люди, и мне пора приступать к выполнению задачи. Решил ещё раз промотать воспоминания Вицерона перед глазами, как на плечо легла рука незнакомца, а затем раздался тоненький голосок:

— Извините, вы ведь Смертник, да? Меня послали передать, что с вашим ежом какие-то проблемы. Думаю, вам стоит его навестить.

***

Плоть набухает новыми нарывами, растёт, пузырится, а затем из отвратительной массы порождается новая жизнь. Слабая, беспомощная, но уже готовая убивать, она жадно рыскает мелкими лапками в поисках еды. Жадная, слишком голодная и требующая чужой плоти, новая жизнь изо всех сил цепляется за первые секунды своего существования.

Самое крупное поселение фронтира, от которого осталась лишь былая память, превратилось в настоящее гнездо монстров. В центре, где когда-то находился центральный рынок, теперь заняла место крупная хризалида. Тысячи и тысячи тварей со всех уголков подземного мира стянулись, дабы стать свидетелем рождения их нового бога. Ведь именно таким они его видели.

Всё ещё слабый, требующий постоянного питания, он, жадно чавкая, поглощал биомассу, которую собирали со всего фронтира. Пережёванная, разорванная, поглощённая и извергнутая обратно, она послужит хорошей питательной основой для роста существа. Новорождённый бог изменялся на глазах. Он питался, рос, эволюционировал и за какие-то часы из мелкого куска плоти со всего двумя отростками для захвата пищи превращался в настоящего монстра.

В нём собралось ДНК множества людей, всех тех, кого убили либо свои же сородичи, либо тех, кто пришёл издалека. Мышцы с треском натягивались до предела, затем рвались и сшивались обратно в более крепкую конструкцию. Кости и хрящи ломались, превращались в бесформенную массу, а затем образовывали каркас существа.

Еда продолжала прибывать. Изуродованные тела людей, вывернутые наизнанку, с сотнями мелких зубов и лапок, с трепетным придыханием смотрели за тем, как росло их божество. Вскоре на всём фронтире не останется еды, и им придётся искать её в другом месте, ведь бог требовал пищи.

Вся суть их существования сводилась к тому, чтобы выполнять любые команды вожака, а он... Всё, что он хотел — это питаться дальше. Вокруг лопались новые хризалиды, оттуда выбирались существа поменьше, сразу же вцепляясь зубами в аморфную биомассу. Поселение продолжало расти, и те редкие остовы старых металлических зданий послужили хорошей подпоркой для будущих мест рождения.

Бог становился сильнее, до тех пор, пока наконец не смог распрямить спину и возвыситься над своей паствой. Он стоял на двух крепких конечностях, всё тело защищал плотный слой хитина, а у головы топорщилось множество крупных жвал и отростков. Он вскинул свои острые как бритва лапы и, задрав голову в величественном рыке, объявил начало Великой охоты.

***