Притворная дама его величества

Глава 12.

- Самое простое из моих платьев, пожалуйста, Лилибет.

- Да, донна Верне, - звонко откликнулась девушка и нырнула в гардеробную. Спустя пару мгновений она выглянула и смущенно замерла. Без платья.

- Что-то не так? – нетерпеливо и несколько более резко, чем стоило бы, спросила я.

Впервые за долгое время я дала волю эмоциям и, выплакавшись вволю, почти позволила себе по-настоящему поверить, что это не моя вина. Что если бы я не оказалась немного быстрее, немного умнее, немного.. немного лучше, он был бы жив. Возможно, именно расплатой за эти мысли стал мой сон. Настойчивый голос погибшего возлюбленного звучал у меня в голове.

- Зачем я здесь, Ева? – вопрошал он.

Зачем? Возможно, потому что я не умею отпускать прошлое. Возможно, потому что, утратив всё и всех, я с еще большим отчаянием цепляюсь за остатки воспоминаний, растворяющихся, словно облака после сильной грозы.

Или же все дело в том, что вчера я впервые после смерти Марена взглянула на другого мужчину с интересом и теперь чувствую себя предательницей.

Наверное, поэтому утро началось довольно скомкано и неуклюже. Неловкий разговор с работодателем и поспешное прощание «ах, извините, мне срочно нужно одеться, я буду здесь неподалеку, пожалуйста, не позволяйте себя убить в мое отсутствие».

Хуже всего этого только понимающий терпеливый взгляд короля Аргента, когда он пожелал мне доброго утра и заверил, что сделает все возможное, чтобы не умереть, пока будет разбирать утреннюю почту в своих комнатах. Даже не знаю, что отвратительнее: если он считает меня нервной идиоткой или если видит насквозь все мои страхи.

Я решительно тряхнула головой, надеясь таким образом избавиться от лишних мыслей.

- Что ты сказала?

- Возможно, донна Верне пожелает более яркий и экстравагантный туалет сегодня? – повторила камеристка. В ее светло-голубых глазах плескалась неуверенность.

Ну, еще бы. Наверное, впервые прислуживает даме, которая в нарядах не разбирается совершенно.

- Думаешь, стоит? Что бы ты посоветовала? – с искренним интересом спросила я.

Уж Лилибет наверняка знает, какие цвета нынче в моде и что с чем сочетается. Все, что сейчас могу вспомнить я, это что огромные напудренные парики нынче не носят, а в моду постепенно входит золотисто-медовый загар. Впрочем, заполучить последний у меня точно не получится, с моей бледной кожей я либо практически свечусь в темноте, словно призрак, либо сгораю до красновато-коричневого оттенка.

- Ваша милость, сегодня же приезжает иностранная делегация.

По ее лицу явно читалось, что реакция донны Верне должно быть более бурной.

- Да, это.. Это здорово! Его величество уже обрадовал меня вчера этой новостью.

- Визит готовился не один месяц, - расторопно расставляя на туалетном столике щетки, кисти, флакончики и тюбики, сообщила камеристка. – Возможно, вам.. Нет-нет, - вдруг запнулась она, опустила взгляд и с удвоенным вниманием принялась складывать шпильки для волос.

- Ну же, говори! – приказала я со всей мягкостью, на какую была способна после ночной истерики и странных снов. – Лилибет, я не собираюсь тебя казнить или увольнять за пару слов. Ты вполне можешь быть со мной откровенна!

А вот я с тобой не могу. Во всем этом чертовом дворце я могу не притворяться только перед министром Хейлом и королем.

- Если позволите, может быть, фиолетовое платье лучше подойдет для сегодняшнего дня. Вам нужен образ, который отразит ваше положение в обществе. Довольно скромный дизайн, однако цветовая гамма и удачные аксессуары превратят его из простого дневного платья в наряд, который ясно даст понять, что вы не просто одна из толпы придворных дам и кавалеров.

- Не уверена, что это действительно так. Я действительно всего лишь «одна из». Тот факт, что я очередное увлечение его величества, не делает меня особенной, - скорчила страдальческую гримаску я.

Во-первых, это правда (ну, или почти правда, поскольку я не совсем настоящая королевская фаворитка), а во-вторых, возможно, женская солидарность поможет мне завести дружбу с Лилибет. Камеристка может стать неплохим подспорьем, если понадобится вдруг исчезнуть ненадолго. А с моей нынешней работой случиться может всякое.

- Ах, ну что вы, донна Верне! – отмахнулась служанка и исчезла в гардеробе, даже не сделав напоследок книксен. Покопавшись там немного и пошуршав дорогими тканями шикарных нарядов, она показалась, неся в руках то самое фиолетовое платье. Ну, фиолетовое так фиолетовое. Если модистка Левергарда решила, что оно приемлемо, значит, этот цвет и модель актуальны в этом сезоне. А большего мне и не надо. Главное не выглядеть белой вороной в толпе разряженных в пух и прах придворных. – Вы ведь знаете, их величество очень серьезно к вам относится, - расправляя складки платья, сказала девушка.

Картинно вздохнув, я печально потупилась:

- Так же серьезно, как и к каждой своей новой игрушке.

- Вы при дворе совсем недавно, но поверьте, все здесь знают, что король увлечен всерьез. Их величество давно уже не проявлял интерес к даме настолько, чтобы пригласить ее занять эти покои. Они пустуют уже почти год. А еще поговаривают, что маркиза де Флоеринь перекрасила волосы в черный цвет.

- А при чем здесь я? – ныряя в платье – только бы не задохнуться во всех этих бесчисленных слоях ткани – спросила я.

- Маркиза безумно влюблена в его величество. Она кардинально меняет стиль минимум четырежды в год, надеясь однажды привлечь его внимание. Всем уже известно, что новая возлюбленная короля обладательница черных, словно вороново крыло, волос, ярких карих глаз, безупречной бледной кожи и хрупкой фигурки. Не удивлюсь, если маркиза в ближайшее время совсем перестанет есть, лишь бы только добиться ваших параметров.

- Что за глупости? Она ведь не настолько сумасшедшая? - впрочем, кто знает этих знатных дам.. Ах, все же у некоторых людей слишком много времени и слишком мало проблем.

- Всякое возможно, донна Верне, - дипломатично ответила Лилибет и сменила тему. – Какую обувь вы выберете, донна? Более традиционным выбором к этому платью стали бы пастельно-розовые туфельки. Однако у вас есть и фиолетовые туфли в тон к платью.

- Жаль, что ботинки нельзя, - вздохнула я. – Давай любые. Говоришь, пастельные хороши?

- Да, донна Верне, однако.. – служанка замялась, держа в руках обувь.

- Однако что? Я думала, мы договорились насчет честности и доверия.

- Да, донна, - кивнула она и продолжила чуть смелее: - Я бы выбрала желтый. Не самое частое сочетание, но выглядеть будет свежо и ярко. Фиолетовый довольно строгий цвет и пара желтых туфель сделает ваш образ легче и воздушнее, не лишаяпри этом царственности и величия.

Царственность и величие? Лилибет точно обо мне говорит? Вот теперь мне даже немного стыдно. Я отношусь к одежде, как к.. одежде. Нечто, что можно надеть на себя, чтобы не ходить голышом, однако здесь.. Здесь одежда - язык, сигналы, которые люди подают окружающим каждый раз, когда выходят в свет.

Малышка-камеристка прекрасно разбирается во всем этом. Уж точно куда лучше, чем насквозь фальшивая знатная дама, которой она прислуживает. И это несмотря на все уроки Левергарда. Уйма зубрежки и многочасовые лекции - и меня обставляет служанка.

- Давай сделаем, как ты говоришь, - твердо вынесла я вердикт.

- Украшения тоже на мое усмотрение? – пискнула явно обрадованная Лилибет.

- Да, - кивнула я и повернулась к зеркалу. А платье действительно весьма приемлемое. Посмотрим, что из всего этого сделает моя камеристка.***

Изысканно одетая дама прогуливалась по широкому коридору у тронного зала. На даме было фиолетовое платье, мерцающее мягкими магическими всполохами. Платье выгодно подчеркивало сияющую, цвета теплых сливок кожу дамы и демонстрировало наличие симпатичной аккуратной груди. Черные как смоль волосы были убраны в изящную прическу, из которой с кокетливой расчетливостью выбивалось несколько прядей. Яркие карие глаза, умело подкрашенные чьей-то искусной рукой, загадочно сияли из-под густых темных ресниц. Дама выглядела ослепительно.

Да, этой дамой была я. И я не просто прогуливалась по коридору, а настраивала магическую защиту. Через час прибудет иностранная делегация и очень не хотелось бы, чтобы в ходе их посещения нашего доблестного короля ненароком убили. Такие вещи обычно портят впечатление от визита. Ну, знаете… Несвежие закуски, кислое вино, смерть монарха.. После такого сто раз подумаешь, прежде чем ехать в гости к этим людям.

И как раз во избежание подобных неприятностей я и совершала свой утренний променад по коридору, осторожно закрепляя заранее созданную защитную сеть. Итак, первая линия обороны это официальная королевская защита. Магия на входе, навешанная настоящими королевскими магами. Затем идут рьяные телохранители монарха, готовые уберечь его от любой беды. И уже после них – последний рубеж – фаворитка-телохранительница Ева Верне. Если они не справятся, вся надежда только на меня. А судя по тому, что известно об истории покушений на короля Аргента, на дворцовых магов и охрану особенно надежды возлагать не стоит.

- Вы кукла?

Я обернулась. Тонкий голосок принадлежал девочке, с интересом глядящей на меня темными, словно вишни, глазами.

- Что, прости? – растерянно моргая, спросила я.

Карие глаза, темные волосы, знакомый волевой подбородок и властный взгляд. Уменьшенный вариант, взрослую версию которой я имею удовольствие наблюдать практически круглосуточно.. Кора?

- Вы новая кукла его величества? – нетерпеливо повторила девочка и, задрав подбородок, сообщила: - Я сказала «его величество», но на самом деле король мой кузен, поэтому мне не обязательно его так называть.

Да, действительно, Кора. Дочь погибшего в море герцога Кеморгского и первая в очереди на трон.

- Здравствуйте, прелестная донна, - ласково улыбнулась я, надеясь наладить контакт с девочкой. С детьми я никогда ладить не умела, но сейчас передо мной не просто ребенок, а наследница престола и, наверное, самый важный ребенок в королевстве. Кстати об этом, почему она бродит по коридорам совсем одна? – Где ваши няни, Кора?

- Няни нужны детям, - снисходительно сообщила девочка, ухитряясь смотреть на меня сверху вниз, будучи гораздо ниже ростом. – А мне уже одиннадцать. А если ты про донну Серитер, то она отстала еще три поворота назад. Ей бы стоило проигнорировать ту тарелку с пирожными, но у бедняжки всегда была до отвращения плохая сила воли, - с неожиданно взрослыми интонациями сказала Кора. – И ты не ответила на мой вопрос.

Так, теперь осторожно и плавно завязать узелок защитных чар. Тщательно сплетенный невидимый узор опутывает тронный зал и коридор, готовый захлопнуться и защитить короля от угрозы.

- Я подруга его величества, - старательно удерживая любезную улыбку, ответила я.

- Да? – сморщила нос девочка. - А донна Серитер говорит, что кузен Аргент обзавелся новой пустоголовой куклой, чтобы она грела его постель.

- Уверена, что.. – ну и что мне на это ответить? Сказать, что донна Серитер отвратительная сплетница? Маска жизнерадостности поползла с моего лица. – Уверена, что донна Серитер говорила о чем-то другом, - неуверенно произнесла я. – И.. и, полагаю, когда она это говорила, то никак не ожидала, что столь юная донна окажется в зоне слышимости.

- А что Абигайль прогнала тебя из кухни – правда?

Так, это чудо.. чудесное создание уже начинает меня немного раздражать. Левергард натаскивал меня на общение со взрослыми, но что говорить герцогской дочери в ответ на вопрос, действительно ли меня выгнали из королевской кухни?

- У нас с Абигайль Тертон просто произошло небольшое недопонимание, - со всем возможным достоинством ответила я.

- Да? Странно. Она ведь такая милая. Например, мне она всегда готовит достойный наивысшей оценки горячий шоколад. Каждый раз, когда я заглядываю в кухню, - самодовольно кивнула девочка.

Ну, что вообще за место этот королевский дворец? Здесь даже маленькие девочки ведут себя как бывалые придворные сплетницы.

- Это замечательно, а теперь нам пора найти донну Серитер, потому что она наверняка тебя потеряла.

- Ничего страшного, - отмахнулась наследница. – Она ужасно боится, что кузен Аргент сошлет ее куда-нибудь в глушь. Достаточно один разочек сказать, что у границы дивная природа, которая пойдет одной моей знакомой на пользу.. В общем, донна Серитер прекрасно понимает намеки. К слову о намеках, как вы находите свои комнаты? Восхитительная отделка, правда? А как вам мебель?

- Очень оригинально, - не покривила душой я. Мебель действительно чрезвычайно оригинальная. А уж сочетания цветов.. Все эти дивные оттенки запекшейся крови, тошнотворные оранжевые и вызывающие головокружение фиолетовые. Уверена, вторых таких апартаментов во всей стране не сыщешь.

- Я рада, что вы оценили мое скромное творение, - одарила меня ангельской улыбкой маленькая чертовка. Так вот кому я должна быть благодарна за покои, в которые без нюхательной соли не зайдешь! – Королевские куклы должны жить в самых лучших покоях.

- Дофина!* Ох, дофина! – дама в напудренном парике – эй, даже я знаю, что парики вышли из моды! – грузно ступая, показалась из-за угла. – Не следует вам убегать от доброй донны Серитер. С вами ведь могло что-то.. – она осеклась, заметив меня. Взгляд почтенной донны скользнул по мне сверху вниз, а потом еще раз, но уже снизу вверх, оценивая буквально все, начиная от туфелек и заканчивая модной прической, сделанной искусными руками Лилибет. – Могло что-то случиться, - продолжила она. – При дворе ведь нынче кого только не встретишь, - окатив меня приличной порцией презрения, почтенная матрона повернулась к девочке и расплылась в приторно-сахарной улыбке.

Так, понятно. Кажется, у некоторых местных дам выскочка-иностранка Верне не в почете. Ну, еще бы, появилась из ниоткуда и тут же заползла в теплую королевскую кровать. Нет, кровать и правда хороша, тут ничего не скажешь, но, кажется, я там оказалась вне очереди.

- Действительно, - оскалилась в любезной улыбке я. – Гляжу, даже без должной квалификации людей к детям подпускают. Подумать только, ведь наследница престола может оказаться под влиянием.. ну, собственно, кого угодно.

- По крайне мере, дофина не вращается в кругу дам, не имеющих ни капли стыда, - сердито потрясая буклями, проквакала моя собеседница. – Все же некоторые женщины знают себе цену и показывают лишь то, что необходимо и ни дюйма больше, - она со знанием дела заглянула в мое декольте, видимо, прикидывая, на сколько именно дюймов я превысила нормы.

- Занятно, сколь изменчива бывает мода, - ни к кому не обращаясь, прощебетала я. – Примерно в те же времена, когда были популярны такие вот.. – я описала руками в воздухе нечто округлое и огромное, - экстравагантные прически, несомненно, являющиеся предметом гордости лошадей, которые были их первыми обладательницами, - яростный взгляд донны Серитер ясно показывал, что намек не остался незамеченным. Ну, еще бы. Даже мне известно, что парики из конского волоса были уделом среднего и низкого класса. Оскорбить благородную даму подобным подозрением… Ух, какой выразительный взгляд! Нет, милая моя, меня так просто не прожжешь, даже не рассчитывайте. – Так вот, примерно в те времена, уверена, вы прекрасно это помните, - еще одна сияющая улыбка отправилась прямиком к донне Серитер, - были чрезвычайно популярны платья, открывающие левую грудь**. Подобные наряды по сегодняшним меркам считаются весьма вольными, но в ваше время это было в порядке вещей, верно? Впрочем, если желаете всесторонней и длительной дискуссии о том, сколько именно дюймов плоти показывают женщины, «уважающие себя», можно устроить и это, но, боюсь, никак не сегодня. А теперь прошу извинить, у меня назначено чрезвычайно важное рандеву.

Со всем достоинством, на какое только способна, я сделала реверанс – не слишком профессионально, возможно, но уж как смогла - развернулась и удалилась прочь. У меня действительно назначена встреча. Его величество и министр Хейл ждут меня для последних приготовлений перед визитом иностранных гостей.

Да, может быть, в современной моде я смыслю мало, но некоторые дикие тенденции былых лет известны даже мне. Восхитительное в своей открытости новшество носить платья, демонстрирующие миру одну грудь дамы, действительно существовало в мировой истории, только не во времена молодости донны Серитер, а скорее, в эпоху ее прапрабабушки.

***

- Я буду рядом, но если заметите что-то, хоть что-то подозрительное, тут же сигнализируйте, - расхаживая по кабинету, твердила я королю. – Нам необходимо какое-то кодовое слово для обозначения опасности.

- Полагаю, если на его величество нападут, мы все заметим это, - растягивая слова, холодно процедил министр Хейл. Сегодня он показался мне еще более рептилоподобным, чем обычно. Должно быть, зарубежные делегации оказывают на него такое влияние.

- Да, но если произойдет что-то неприемлемое, но поддающееся корректировке, вы едва ли пожелаете, чтобы мы переговаривались на виду у всех.

- Любое слово, Ева. Любое, какое пожелаешь, - махнул рукой король. – Все, что угодно, только давай покончим, наконец, с подготовкой.

- Похоже, вам не терпится, ваше величество. Так любите принимать гостей? – не удержалась от легкомысленного замечания я.

- Возможно, жажду похвастаться новой дамой сердца, - в тон мне ответил король. – Вы сегодня просто восхитительны, донна Верне.

- Неужели? А мне тут сообщили, что я воплощение бесстыдства и неуважения к себе, - картинно вздохнув, я обвела взглядом свой наряд. – А еще я познакомилась с вашей очаровательной кузиной. Вы не говорили, что это исчадие преисподней обставляло мои комнаты. У нее просто очаровательный вкус.

Его величество принял виноватый вид и пожал плечами.

- Кора просто умоляла дать ей возможность проявить себя.

- О, да! Самовыражаться ваша наследница умеет на славу. Отчего же вы не отдали ей на откуп свою спальню, ваше величество?

- Девочка - сирота и я ее единственный близкий родственник. Возможно, она не слишком любит делить с кем-то мое внимание, - глядя куда-то поверх моего плеча, признал король.

- Возможно? Да у меня чуть приступ падучей не разыгрался от одного лишь взгляда на эти апартаменты! Не удивлюсь, если окажется, что все эти покушения были адресованы не вам, а вашим любовницам, от которых, собственно, и хотело избавиться ваше маленькое чудови.. чудо. Вы бы видели, как она на меня смотрела!

__________________________________

* Дофина – наследница престола. Да-да, во Франции дофином называли наследника, который был прямым потомком текущего короля, а дофиной его жену, но у нас здесь не средневековая Франция, поэтому правила немного другие.

** Такие наряды с превеликим удовольствием носила и популяризовала (пусть и ненадолго) Аньес Сорель – любовница французского короля Карла VII.