Перерождение

Глава 9. Популярность

Просыпалась Аттика как — то с трудом.

Тело было тяжёлым, в голове не чувствовалось привычной ясности.

Окружающую обстановку она не узнала.

— Дива?

— Да, — «материализовалась» голограмма. — Наконец-то очнулась.

— После чего? — осторожно поинтересовалась Атти, ощущая некий провал в памяти.

— Как собирали бабак, помнишь? — спросила Дива. — Нападение щупальцев? Ранение? Воскрешение трёх орков?

— Что? — изумлённо захлопала ресницами Аттика и нахмурилась, напрягая память, которая начала вспыхивать отрывками.

— Во-от, — протянула раба айкора, — вспоминаешь.

— Кто меня ранил? — спросила Атти. — Я никого не видела.

— Планета.

— Не может быть, — удивилась она.

— Но факт. Мэр видел, как ветвь вспорола тебе артерию. Ты потеряла очень много крови. Чуть не умерла. Оборотни уже двое суток осаждают больницу, в ожидании твоего пробуждения. Как спящей красавицы, — хихикнула искусственница.

— Оборотни?

— Ага. Если бы Хор не орал постоянно «ведьма-ведьма», может и не было бы такой шумихи, а так… Две тысячи свидетелей плюс это его «ведьма-ведьма, спасайте ведьму» и вуаля! Весь мир гудит о появлении ведьмы, которая может подчинять планету. Все заинтересованы в дружбе с тобой — выбирай любого. Прибыло ещё два претендента на престол. Да и обычные понаехали, уж не знаю зачем. Из любопытства, наверное.

— Так, ладно, — села Аттика на постели, пытаясь лихорадочно соображать и сложить в один пазл всё то, что Дива на неё вывалила. — Давай ещё разок по порядку.

— Ну давай, — немного недовольно уселась голограмма в кресло у постели «больной».

— Орки всё-таки были? Они настоящие?

— Более чем. Чуть ворота не снесли, пытаясь до тебя добраться.

— Что?

— Они пытались тебя защищать, — скривилась Дива, закатив глаза, явно кого-то пародируя.

— От кого? Почему? Зачем? Господи, я вообще ничего не понимаю, — коснулась Атти ладонью виска. Голова начала болеть.

— Добро пожаловать в нашу банду, — отозвалась Дива. — Ты такая не одна. Все в шоке. А орки, знаешь ли, не очень дружелюбные и разговорчивые существа. Вообще не понимаю, почему они за нами увязались и с чего вдруг защищать вознамерились так настойчиво. Они обычно ненавидят другие расы и постоянно воюют с ними, а здесь… Сомневаюсь, что даже ты от них отделаешься, если вдруг захочешь.

— А я могу не захотеть? — удивлённо вырвалось у Атти.

— Ну-у, знаешь ли, все эти оборотни… Они вполне могут и силой взять то, что ты не желаешь им давать и что им так нужно, а орки… Они же огромные! Оаэ просто огонь! Крепко за яйца держит своих. Люблю таких.

— Что? — уже начала чувствовать себя попугаем Аттика.

— Я прошерстила сеть, — пояснила Дива. — Она, конечно, со мной не разговаривает, но мне кажется, что это её мужья. Орки-женщины рождаются очень редко, и они гораздо сильнее мужчин, так как имеют магический дар, ну и поумнее ещё, мне кажется. И ненасытные очень. У них обычно от шести мужей было. И вообще они могли получить любого, если он не связан браком с другой… Это так интересно! — воскликнула Дива. — Представляешь, орки действительно существуют!

— Они, значит, нравятся тебе больше, чем Этна с Ханом? — подколола айкор девушка.

— Нет, конечно! — возмутилась искусственница. — Просто… просто… Атти, это же орки! Их точно не должно было существовать!

Аттика улыбнулась.

— Наверное.

Она осмотрела палату царских размеров с соответствующей обстановкой.

— Где моя одежда?

***

На улице Аттику ожидали.

Стоявшие недалеко от входа орки, словно ожили.

— Наконец-то! — взревела женщина.

«Оаэ, кажется», — вспомнила Атти.

— Мы можем отсюда побыстрее убраться? — спросила она. — Нам паршиво в городах людей — слишком много искусственных материалов. Мёртвые земли.

— И пожрать бы уже, — добавил мужчина-орк, переключив на себя внимание Атти.

— Это Эк, — представила его оркша. — Это Ша, — указала на другого, — мои мужья. Я — Оаэ. Если есть вопросы — потом. Давай отсюда выбираться.

— С чего вы взяли, что я живу не в городе? — спросила Аттика.

— На дом твой наткнулись сначала в лесу, — ответила она. — Домовой Ша чуть бошку не оторвал. Сильный. Повезло тебе с хранителем. Но он дом не может покидать. Мы за его пределами будем защищать.

— С чего вдруг?

Оаэ нахмурилась.

Не привыкла, чтобы с ней пререкались.

— Сказала же: все вопросы потом.

У входа в больницу громко затормозил и виртуозно припарковался, словно в Форсаже, крутой автомобиль.

Из него вышел сильный мужчина. Явно оборотень. Уж слишком неестественно двигался. Слишком быстро. И плавно. Как хищник.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Текуче обходя машину и снимая солнечные очки, он давал ей время оценить себя.

Не подал голоса, пока взгляд её не прошёлся от медных глаз очередного претендента на престол и до самых носков туфель.

— Госпожа Аттика!

— Да, — отозвалась она.

— Позвольте подвести вас. Для езды по лесу моя малышка не предназначена, конечно, но всё же. Хотя бы до ворот. Путь неблизкий.

Ко входу подъехало ещё одно авто люкс-класса. Дверь открылась сама.

— Мы и сами себя довезти можем, — гордо вскинула подбородок Дива. — Vip, знаете ли, господин Ли. Аттика тоже не последнее существо на планете.

— Конечно, — улыбнулся он. — Иначе бы меня здесь не было. И всё же, — вернул он медовый взгляд к хозяйке заносчивого айкора. — Я бы очень хотел с вами познакомиться, госпожа Аттика.

— Не вы первый, — отозвалась она. — И, видимо, не последний. Мой ответ такой же, как и господину Маррту: оставьте меня в покое. Неинтересно.

— Вы даже не знаете, что я могу предложить, — самодовольно улыбнулся он, сверкая нечеловеческими глазами.

— Не интересно! — бросила Атти и села в люкс-такси, что вызвала Дива.

Оно сорвалось с места.

Девушки синхронно обернулись от глухого стука и ощущения, словно сотрясается земля.

Пешеходы замирали на тротуарах. Другие машины убирались с дороги, паркуясь, жители, находящиеся в зданиях, спешили к окнам.

Такое не видел ещё никто.

И никогда.

Трое огромных орков с гигантскими боевыми топорами бежали за автомобилем. Не отставая и совершенно не напрягаясь.

Сосредоточено и с военной выправкой сканируя пространство.

— Ни-хре-на-се-бе! — протянула Дива.

— Да, — согласилась с ней Аттика.

— Ты охренеть какое не последнее существо на планете!

Она улыбнулась.

— Это ещё предстоит выяснить.

У ворот их ждал ещё один сюрприз.

— Айлех Ррат, — произнесла Дива, увидев мужчину. — Альфа гризли. И ещё один претендент на престол.

— Ну конечно, — вздохнула Атти.

Жаль, что им необходимо было выходить, — дальше врат никто не ездит, и уж точно не ходит.

Ну, кроме безумной новообьявившейся ведьмы, которая и вовсе там живёт.

— Неинтересно, — сказала она «с порога», быстрым шагом направившись к автоматической двери и надеясь быстренько проскочить.

— Для начала: добрый день, — высокомерно заявил он.

Что и вовсе снизило её желание разговаривать с нуля до минус миллиарда.

— Прощайте.

— Да, что ты, дрянь, о себе возомнила?! — схватил он её за руку, когда она проходила мимо. — Ты хоть понимаешь, какая честь тебе оказана?!

— Отпусти, — холодно произнесла Атти.

Он усмехнулся.

— Вот именно, — произнес Айлех Ррат. — Здесь ты должна просить. Я могу раздробить тебе кости в труху, лишь сжав руку чуть сильнее. Но я оказал тебе честь и пришёл с щедрым предложением. Лучше выслушай его, пока я не пере…

Перед глазами Аттики мелькнул чей-то здоровый кулак.

Великого и могучего Айлеха Ррата буквально укатало в бетон.

Аттика подняла взгляд на свою подоспевшую гвардию.

Оаэ раздражённо упёрла руки в бока, зло глядя на претендента, с трудом приходившего в себя.

«Вот это силища, — подумала Атти. — У обоих».

— Я думаю, лучше поспешить убраться, — сказала она.

— Нет необходимости, — враждебно отозвалась «атаманша». — Даже один из моих мальчиков легко укатает этого навсегда. А уж я…

— Не надо никого укатывать, — поспешила Тика к двери. — Пожалуйста, уходим.

Добрались без приключений.

— Ну, наконец-то! — воскликнула Этна, выпорхнув из окна. — Где вы, юные леди, пропадали?! — сердито нахмурила она брови. — Вы хоть представляете как мы с Одханом…

— Говори за себя, — ворчливо послышалось из дома.

— Да замолчи ты! — прикрикнула даже на домового всегда любящая, добродушная, бесконфликтная феечка, ассоциирующаяся всегда лишь с двумя словами: любовь и забота. — А это ещё что такое??? — потеряла она дар речи, увидев орков.

— Я тебе о них говорил, — опять раздалось из дома. — Ты не поверила.

— Ну, так… ну, так… — растеряно начала Этна и иначе посмотрела на девушек. — Рассказывайте.

И они рассказали.

Дива в основном. Она в их паре была более разговорчива.

А затем пришла очередь орков, в которых все просто молча вперили вопрошающие взгляды.

— А я говорил тебе, — вновь раздалось из дома. — Что-то изменилось. Этот мир более не воспринимается так чёрство и сухо, безжизненно и безнадёжно. Мёртво.

— Да, — заговорила Оаэ. — Много тысяч лет назад, когда волшебный мир увидел, в какую бездну движется человечество, он не захотел разделить его участь. Была создана стена.

— Как и у нас! — воскликнула Этна.

— Незримо разделившая, — продолжала оркша, — два мира. Мы всегда видели людей. Они нас — нет. И чары обычно отводили их от мест нашего обитания. Мы практически изолировались. Связующим звеном были лишь ведьмы. Эти занозы в заднице. Они постоянно о чём-то просили, вмешивались, иногда требовали и приказывали. Все вздохнули с облегчением, когда их начали истреблять. Мы думали, что, наконец, заживём спокойно, но…

— Со смертью последней умерло и волшебство, — продолжил Ша.

— Волшебство не может умереть, — заметила Этна. — И вы прямое тому доказательство. Лишь уснуть. До лучших времён. И нового волшебного чуда. А оно всегда происходит, уж поверьте мне, — с любовью посмотрела на Аттику феечка.

Атти не смогла не улыбнуться ей из самого сердца.

— Твоя кровь оживила нас, — продолжила Оаэ. — И пока ты жива — живём мы. И думаю, что не только мы. Ты разбудила волшебство. Твоя кровь пролилась в очень сильном месте. Средоточии Силы. В одном из узлов, которых не так много по планете.

— Может, поэтому планета и напала на меня? — предположила Аттика.

Этна в ужасе ахнула, схватившись за сердце и испуганно оглядываясь по сторонам.

— Всё в порядке, Этна, дорогая, — поспешила успокоить феечку Аттика, даже нежно и аккуратно прижав её к груди. — Эта была необходимость, ты же сама видишь. Благодаря этому пробудилось волшебство! Вот почему я здесь. Почему меня притянуло. Теперь всё становиться на свои места.

— Хм… — издала звук Дива, задумчиво приложив пальцы к подбородку.

— Что? — спросила Атти.

— Ну, не знаю, — отозвалась она. — Ты представляешь себе количество альтернативных реальностей? В том числе и те, где волшебства и ведьм побольше и посильнее, нежели в твоём мире и ты. Не обижайся, конечно, но ты же начинающая дилетантка. Слепой котёнок. Пищащий в панике щенок, тыкающийся наугад в поисках сиськи…

Аттика рассмеялась.

— Очень красочно и красноречиво, спасибо.

— И почему, — не могла угомониться искусственный саморазвивающийся интеллект, — именно ты тогда? Не та, например, кто могла бы и знала, где найти разрушенный алтарь и совершить нужный ритуал, а ты?

— Ну, не знаю, Див, — отозвалась Аттика. — Может, ты слишком уж всё накручиваешь от своей умности и сложности, а на самом деле всё гораздо проще и на большее у планеты просто не хватило сил? Насколько я поняла, она умирает. И, возможно, схватила то, до чего смогла дотянуться. Первое попавшееся.

Все задумались.

Это звучало вполне разумно.

— Звонок от мэра, — оповестила носителя айкор.

Атти кивнула.

Перед собравшимися возникла голограмма Гвилима Хора.

— Госпожа Аттика, — поприветствовал он её.

— Господин мэр, — ответила она в том же учтивом тоне.

— Я не успел вас навестить. Вы покинули больницу весьма стремительно, едва придя в себя.

— Да уж и слава богу, — отозвалась она. — В ином случае меня бы и вовсе вероятнее всего затоптали визитёры двуликой сущности.

Мэр улыбнулся уголком губ, поспешив это скрыть.

— Я так понимаю, что на званный вечер, который эти самые сущности вынуждают меня организовать, вы не явитесь?

— Ни за что!

— А как насчёт нашего уговора? Когда мы сможем продолжить?

— Дайте мне денёк, чтобы прийти в себя, — ответила она. — Да и на собственные грядки надо наведаться.

— Я вас понял, — безоговорочно согласился правитель города. — Тогда до завтра. Я позвоню.

— Всего доброго, господин мэр.